УДК 517.9+517.43

Диссипативные операторы в пространстве Крейна. Инвариантные подпространства и свойства суженийThanks: Работа поддержана программой «Ведущие научные школы», грант \No НШ-5247.2006.1, Российским фондом фундаментальных исследований и Немецким научно-исследовательским обществом DFG

А. А. Шкаликов

Аннотация.

В работе доказана теорема о существовании максимального неотрицательного инвариантного подпространства у диссипативного оператора в пространстве Крейна, который допускает матричное представление относительно канонической декомпозиции пространства, причем правый верхний оператор в этой декомпозиции компактен относительно правого нижнего. При дополнительном предположении ограниченности левых верхнего и нижнего операторов (так называемого условии Лангера) этот результат был доказан (в порядке возрастания общности) Понтрягиным, Крейном, Лангером и Азизовым. Условие Лангера заменено в работе существенно более слабым. При его выполнении доказано, что максимальный диссипативный оператор в пространстве Крейна обладает максимальным, неотрицательным, инвариантным подпространством, таким, что спектр сужения оператора на это подпространство лежит в левой полуплоскости. Найдены достаточные условия для того, чтобы сужение оператора на это подпространство было генератором голоморфной или $C_{0}$ -полугруппы.

Key words and phrases:

Диссипативные операторы, пространства Понтрягина, пространства Крейна, инвариантные подпространства,

C_{0}-

полугруппы, голоморфные полугруппы

1. Введение

Напомним основные определения теории пространств с индефинитной метрикой. Пусть $\mathcal{H}$ — гильбертово пространство, в котором наряду с обычным скалярным произведением $(x,y)$ задано индефинитное скалярное произведение $[x,y]=(Jx,y)$ , где $J$ — самосопряженный оператор, такой, что $J^{2}=I.$ Здесь и далее через $I$ обозначается тождественный оператор, а пространство $\mathcal{H}$ считается сепарабельным. Оператор $J$ называют канонической или внутренней симметрией в $\mathcal{H}$ . При изучении гамильтоновых систем роль $J$ играет симплектическая матрица. Поскольку оператор $J$ самосопряженный и унитарный одновременно, то его спектр состоит из двух точек $\{\pm 1\}$ . Поэтому справедливо представление $J=P_{+}-P-$ , где $P_{+}$ и $P_{-}$ — взаимно ортогональные ортопроекторы, причем $P_{+}+P_{-}=I$ . Пространство $(\,\mathcal{H},[\,\cdot,\cdot\,]\,)$ называют пространством Понтрягина и обозначают $\Pi_{\varkappa}$ , если одно из чисел $\operatorname{rank}P_{+}$ или $\operatorname{rank}P_{-}$ конечно и равно $\varkappa$ , и пространством Крейна, если оба этих числа бесконечны. Подпространство $\mathcal{L}$ в $(\,\mathcal{H},[\,\cdot,\cdot\,]\,)$ называют неотрицательным (положительным), если для всех $x\in\mathcal{L}$ выполнено неравенство $[x,x]\geqslant 0\ \,(>0)$ . Если неотрицательное (положительное) подпространство $\mathcal{L}$ не допускает неотрицательных (положительных)нетривиальных расширений, то оно называется максимальным. Аналогично определяются максимальные неположительные и отрицательные подпространства в $(\,\mathcal{H},[\,\cdot,\cdot\,]\,)$ .

Пусть $A$ — линейный оператор в $\mathcal{H}$ с областью определения $\mathcal{D}(A)$ . Через $\sigma(A)$ и $\rho(A)$ обозначаем его спектр и резольвенту, соответственно. Оператор $A$ называется диссипативным в $\mathcal{H}$ , если $\operatorname{Re}(Ax,x)\leqslant 0$ для всех $x\in\mathcal{D}(A)$ . Диссипативный оператор называется максимально диссипативным (или m-диссипативным), если он не допускает нетривиальных диссипативных расширений. Известно [9, Гл. V, § 3.10], что последнее условие для диссипативного оператора $A$ эквивалентно условию $\rho(A)\supset\mathbb{C}^{-}$ , где $\mathbb{C}^{-}$ — открытая левая комплексная полуплоскость. Оператор $A$ называется $J$ -диссипативным ( $J$ -максимально диссипативным), или диссипативным (максимально диссипативным) в пространстве $(\,\mathcal{H},[\cdot\,,\cdot\,]\,)$ , если $JA$ — диссипативный (максимально диссипативный) в $\mathcal{H}$ . Аналогично, $A$ называется симметрическим (самосопряжённым) в пространстве $(\,\mathcal{H},[\cdot\,,\cdot\,]\,)$ , если $JA$ симметричен (самосопряжён) в пространстве $\mathcal{H}$ .

Представим пространство $\mathcal{H}$ в виде ортогональной суммы $\mathcal{H}=\mathcal{H}^{+}\oplus\mathcal{H}^{-}$ , где $\mathcal{H}^{\pm}=P_{\pm}\mathcal{H}$ — образы проекторов $P_{\pm}$ . Пусть $A$ — линейный оператор в $\mathcal{H}$ с областью определения $\mathcal{D}(A)$ . Обозначим $\mathcal{D}^{\pm}=\mathcal{D}(A)\cap\mathcal{H}^{\pm}$ . Далее мы будем иметь дело только с такими операторами, для которых сумма $\mathcal{D}^{+}\oplus\mathcal{D}^{-}$ является ядром оператора $A$ . Это означает следующее: если $A_{0}$ — сужение оператора $A$ на $\mathcal{D}^{+}\oplus\mathcal{D}^{-}$ , то $A\subset\bar{A_{0}}$ , где $\bar{A_{0}}$ — замыкание $A$ .

Рассматривая, если нужно, сужение $A$ , будем далее считать, что $\mathcal{D}(A)=\mathcal{D}^{+}\oplus\mathcal{D}^{-}$ . В этом случае $A$ допускает представление в виде операторной матрицы по отношению к канонической декомпозиции $\mathcal{H}=\mathcal{H}^{+}\oplus\mathcal{H}^{-}$ :

(1.1)

A=\begin{pmatrix}P_{+}AP_{+}&P_{+}AP_{-}\\ P_{-}AP_{+}&P_{-}AP_{-}\end{pmatrix}:=\begin{pmatrix}A_{11}&A_{12}\\ A_{21}&A_{22}\end{pmatrix}.

В таком представлении векторы $x=x_{+}+x_{-}\in\mathcal{H}$ , где $x_{\pm}\in\mathcal{H}^{\pm}$ , отождествляются со столбцами $x=\begin{pmatrix}x_{+}\\ x_{-}\end{pmatrix}$ , и действие $A$ задаётся равенством

Ax=A\begin{pmatrix}x_{+}\\ x_{-}\end{pmatrix}=\begin{pmatrix}A_{11}x_{+}+A_{12}x_{-}\\ A_{21}x_{+}+A_{22}x_{-}\end{pmatrix},\qquad x_{+}\in\mathcal{D}^{+},\;x_{-}\in\mathcal{D}^{-}.

В 1941 году С.Л.Соболев обратил внимание Л.С.Понтрягина на следующий замечательный факт: самосопряженный оператор в прстранстве $\Pi_{1}$ всегда имеет по меньшей мере один собственный вектор (доказательство Соболева долгое время оставалось неопубликованным; этот результат Соболев применял для исследования устойчивости одной задачи механики [23]). Это наблюдение Соболева послужило толчком для исследования Понтрягина [19], где он заложил начала геометрии пространств с индефинитной метрикой и получил следующий фундаментальный результат.

Теорема Понтрягина.

Пусть $A$ — самосопряжённый оператор в пространстве $\Pi_{\kappa}$ , причём $\operatorname{rank}P_{+}=\varkappa<\infty$ . Тогда существует $A$ -инвариантное максимальное неотрицательное подпространство $\mathcal{L}$ ( $\dim\mathcal{L}=\varkappa$ ) такое, что спектр сужения $A|_{\mathcal{L}}$ лежит в замкнутой верхней полуплоскости.

После работы [19], проблема существования инвариантных максимальных полудефинитных подпространств находилась в центре внимания теории операторов в пространствах Понтрягина и Крейна. Крейн [11] получил аналог теоремы Понтрягина для нерастягивающих операторов в $\Pi_{\varkappa}$ , развивая другой подход к проблеме, нежели в [19]. Важное обобщение теоремы Понтрягина было получено Лангером [14, 15] и Крейном [12]. Сформулируем результат [15].

Теорема Лангера.

Пусть $A$ — самосопряжённый оператор в пространстве Крейна $(\mathcal{H},[\cdot\,,\cdot\,])$ , причём $\mathcal{D}(A)\supset\mathcal{H}^{+}$ (это условие эквивалентно возможности представления (1.1), в котором операторы $A_{11}$ и $A_{12}$ ограничены). Если оператор $A_{12}=P_{+}AP_{-}$ компактен, то существует $A$ -инвариантное максимальное неотрицательное подпространство $\mathcal{L}$ такое, что спектр сужения $A|_{\mathcal{L}}$ лежит в замкнутой верхней полуплоскости.

Впоследствии теоремы о существовании $A$ -инвариантных подпространств были получены для других классов операторов. Крейн ввёл и исследовал класс дефинитных операторов, а позже для более широкого класса так называемых дефинизируемых операторов Лангер [16, 17] доказал теорему о существовании максимальных дефинитных инвариантных подпространств, а также аналог спектральной теоремы для самосопряжённых операторов. Крейн и Лангер [13], и независимо Азизов [2], начали исследование диссипативных операторов в пространствах Понтрягина и Крейна. В частности, в этих работах они доказали следующий результат.

Теорема Крейна-Лангера-Азизова.

Пусть $-iA$ — максимально диссипативный оператор в пространстве Понтрягина $\Pi_{\kappa}$ . Тогда справедливо утверждение теоремы Понтрягина.

Далее Азизов и Хорошавин [3] доказали аналог теоремы Лангера для некоторого класса нерастягивающих операторов в пространстве Крейна, а с помощью этого результата Азизов [4, Гл. 2] доказал, что теорема Лангера [15] остаётся справедливой для максимально диссипативных операторов в пространстве Крейна (при этом в формулировке верхнюю комплексную полуплоскость нужно заменить на левую). Более того, Азизов показал, что условие компактности оператора $A_{12}$ можно заменить на условие его компактности по отношению к оператору $A_{22}$ , т.е. компактности $A_{12}(A_{22}-\mu)^{-1}$ при некотором $\mu\in\rho(A_{22})$ (для самосопряженных операторов этот факт ранее был отмечен Крейном [12].) Прямое, более короткое доказательство теоремы Азизова было предложено автором [20].

Задачу описания вещественного спектра или чисто мнимого спектра для сужений самосопряжённых или диссипативных операторов в пространстве Крейна на максимальное неотрицательное инвариантное подпространство изучали Костюченко и Оразов [10], Гомилко [8] и автор [21].

Условие Лангера $\mathcal{D}(A)\supset\mathcal{H}^{+}$ (или условие ограниченности в матричном представлении (1.1) операторов $A_{11}$ и $A_{21}$ ) является весьма ограничительным. В частности, оно не выполняется в некоторых конкретных задачах, которые были модельными в работах [1, 18]). Это обстоятельство послужило мотивом для получения обобщений сформулированых результатов, когда условие Лангера заменяется другим более слабым. Такой результат был недавно получен автором [22]. Условие Лангера в [22] заменено следующим условием: найдётся число $\mu$ в левой полуплоскости такое, что операторы

(A_{22}-\mu)^{-1}A_{21},\qquad A_{21}(A_{22}-\mu)^{-1},\qquad S(\mu)=A_{11}-A_{12}(A_{22}-\mu)^{-1}A_{21}

ограничены. $S(\mu)$ называют передаточной функцией (а также трансфер-функцией или дополнением Фробениуса–Шура). Язык, использующий передаточные функции, на первый взгляд может показаться неуклюжим, но он естествен и соответствующие условия в конкретных задачах нетрудно проверять. При этом условие ограниченности первых двух операторов, как правило, выполняется автоматически. Но условие ограниченности передаточной функции является достаточно «жестким». Ниже мы увидим, что оно выполняется в том и только в том случае, когда сужение оператора $A$ на соответствующее инвариантное подпространство является ограниченным оператором. Конечно, имея в виду дальнейшие приложения (которые в этой работе мы не рассматриваем), представляется привлекательной задача от этого условия избавиться. Это является основной целью настоящей работы. Но научившись находить инвариантные подпространства, такие, что сужения $A|_{\mathcal{L}}$ неограничены, мы приходим к новой важной задаче: являются ли они генераторами какого-либо типа полугрупп? Найти достаточные условия для положительного ответа на этот вопрос — вторая цель работы.

2. Существование инвариантных подпространств

В цитированных выше работах предполагалось, что подпространство $\mathcal{L}$ является $A$ -инвариантным, если $\mathcal{L}\subset\mathcal{D}(A)$ и $A(\mathcal{L})\subset\mathcal{L}$ . Но этом случае сужение $A|_{\mathcal{L}}$ ограниченный оператор. Поэтому далее считаем, что подпространство $\mathcal{L}$ является $A-$ инвариантным, если $\mathcal{D}(A)\cap\mathcal{L}$ плотно в $\mathcal{L}$ и $Ax\in\mathcal{L}$ для всех $x\in\mathcal{D}(A)\cap\mathcal{L}$ .

Основная теорема об инвариантных подпространствах будет доказана для максимально диссипативных операторов в пространстве Крейна. Известно [4, Гл. 2, Теорема 2.9], что при выполнении условия Лангера $\mathcal{D}(A)\supset\mathcal{H}^{+}$ оператор $A$ максимально диссипативен в $(\,\mathcal{H},[\cdot\ ,\cdot]\,)$ тогда и только тогда, когда $-A_{22}$ максимально диссипативен в $\mathcal{H}^{-}$ , т.е. левая полуплоскость лежит в резольвентном множестве оператора $A_{22}$ . В общем случае можно утверждать, что максимальная диссипативность оператора $A$ влечет только диссипативность операторов $A_{11}$ и $-A_{22}$ . Но мы будем работать с передаточной функцией, поэтому будем требовать условие существования резольвенты при некотором (а тогда при всех) $\mu\in\mathbb{C}^{-}$ . Сущность налагаемых ниже условий состоит в том, что оператор $A_{22}$ является доминирующим по отношению к сплетающим операторам $A_{21}$ и $A_{12}$ . Сформулируем основной результат.

Теорема 2.1.

Пусть $A$ — диссипативный оператор в пространстве Крейна $(\,\mathcal{H},[\cdot\,,\cdot\,]\,)$ с областью $\mathcal{D}(A)=\mathcal{D}^{+}\oplus\mathcal{D}^{-}$ , плотной в $\mathcal{H}=\mathcal{H}^{+}\oplus\mathcal{H}^{-}$ . Обозначим через $\overline{A}$ его замыкание. Пусть (1.1) — матричное представление $A$ в $\mathcal{H}^{+}\oplus\mathcal{H}^{-}$ , и пусть выполнены следующие условия:

(i)

оператор $-A_{22}$ является максимально диссипативным в пространстве $\mathcal{H}^{-}$ (т.е. существует резольвента $(A_{22}-\mu)^{-1}$ при всех $\mu\in\mathbb{C}^{-}$ );
(ii)

оператор $F(\mu)=(A_{22}-\mu)^{-1}A_{21}$ допускает ограниченное замыкание при некотором (а тогда при всех) $\mu\in\mathbb{C}^{-}$ ;
(iii)

оператор $G(\mu)=A_{12}(A_{22}-\mu)^{-1}$ компактен при некотором (а тогда при всех) $\mu\in\mathbb{C}^{-}$ .

Тогда существует максимальное неотрицательное подпространство, инвариантное относительно оператора $\overline{A}$ . Если оператор $\overline{A}$ является $m$ -диссипативным в $(\,\mathcal{H},[\cdot\,,\cdot\,]\,)$ (и только в этом случае), то найдется максимальное неотрицательное $\overline{A}$ -инвариантное подпространство $\mathcal{L}^{+}$ такое, что спектр сужения $A_{+}=\overline{A}|_{\mathcal{L}^{+}}$ содержится в замкнутой левой полуплоскости.

Доказательству теоремы предпошлём ряд лемм. Первые два — известные предложения: первая лемма имеется в работе Понтрягина [19], вторая доказана в [1]. Основную роль в дальнейшем играют Леммы 2.5, 2.6 и 2.9.

Лемма 2.2.

Подпространство $\mathcal{L}$ является максимальным неотрицательным в $(\mathcal{H},[\cdot\,,\cdot\,])$ в том и только том случае, когда оно допускает представление

(2.1)

\mathcal{L}=\left\{x=\begin{pmatrix}x_{+}\\ Kx_{+}\end{pmatrix},\qquad x_{+}\in\mathcal{H}^{+}\right\},

где $K:\mathcal{H}^{+}\to\mathcal{H}^{-}$ — линейный нерастягивающий оператор (т.е. $\|K\|\leqslant 1$ ).

Оператор $K$ в представлении (2.1) называется угловым оператором подпространства $\mathcal{L}$ .

Лемма 2.3.

Пусть $A$ — оператор с плотной областью $\mathcal{D}(A)=\mathcal{D}^{+}\oplus\mathcal{D}^{-}$ , резольвентное множество $\rho(A_{22})$ непусто, а операторы

G=A_{12}(A_{22}-\mu)^{-1},\qquad F=(A_{22}-\mu)^{-1}A_{21},\quad\text{\T2A\cyri}\quad S=A_{11}-A_{12}F,\qquad\mu\in\rho(A_{22}),

ограничены при некотором $\mu\in\rho(A_{22})$ . Тогда оператор $A$ замыкаем в том и только том случае, когда $S=A_{11}-A_{12}F(\mu)$ замыкаем в $\mathcal{H}^{+}$ , и его замыкание определяется равенством

(2.2)

\overline{A}=\mu+\begin{pmatrix}1&G\\ 0&1\end{pmatrix}\begin{pmatrix}\overline{S}-\mu&0\\ 0&A_{22}-\mu\end{pmatrix}\begin{pmatrix}1&0\\ \overline{F}&1\end{pmatrix}.

Более точно, область определения и действие $\overline{A}$ определяются равенствами

	$\displaystyle\mathcal{D}(\overline{A})=\left\{\begin{pmatrix}x_{+}\\ x_{-}\end{pmatrix}\in\mathcal{H},\qquad x_{+}\in\mathcal{H}^{+},\qquad\overline{F}x_{+}+x_{-}\in\mathcal{D}^{-}\subset\mathcal{D}(A_{22})\right\},$
	$\displaystyle\overline{A}\begin{pmatrix}x_{+}\\ x_{-}\end{pmatrix}=\begin{pmatrix}\overline{S}x_{+}+G(A_{22}-\mu)(\overline{F}x_{+}+x_{-})\\ (A_{22}-\mu)(\overline{F}x_{+}+x_{-})+\mu x_{-}\end{pmatrix}.$

Лемма 2.4.

Пусть $-A_{22}$ — максимально диссипативный, а $G(\mu)=A_{12}(A_{22}-\mu)^{-1}$ — компактный операторы при некотором (а тогда при всех) $\mu\in\mathbb{C}^{-}$ . Тогда $\|G(\mu)\|\to 0$ при $\mu\to\infty$ равномерно в любом секторе $|\arg(\pi-\mu)|\leqslant\gamma<\pi/2$ .

Доказательство.

Другая версия этого утверждения будет сформулирована в Лемме 3.6. Там же будет приведено доказательство. ∎

Лемма 2.5.

При $\mu\in\rho(A_{22})$ справедливо равенство

(2.3)

JA+\mu=J\begin{pmatrix}1&G\\ 0&1\end{pmatrix}\begin{pmatrix}S+\mu&0\\ 0&A_{22}-\mu\end{pmatrix}\begin{pmatrix}1&0\\ F&1\end{pmatrix}\qquad J:=\begin{pmatrix}1&0\\ 0&-1\end{pmatrix}.

Доказательство.

В справедливости этого равенства легко убедиться непосредственной проверкой с учетом представления (2.2). ∎

Лемма 2.6.

При $\mu\in\rho(A_{22})$ для всех $x_{+}\in\mathcal{D}_{+}$ справедливо равенство

(2.4)

(Sx_{+},x_{+})=\left(JA\begin{pmatrix}x_{+}\\ -Fx_{+}\end{pmatrix},\begin{pmatrix}x_{+}\\ -Fx_{+}\end{pmatrix}\right)+\mu(Fx_{+},Fx_{+}).

В частности, при любом $\mu\in\mathbb{C}^{-}$ оператор $S=S(\mu)$ c с областью $\mathcal{D}(S)=\mathcal{D}^{+}$ является диссипативным в пространстве $\mathcal{H}^{+}$ , если оператор $A$ диссипативен в пространстве $(\,\mathcal{H},[\,\cdot,\cdot\,]\,)$ . Замыкание оператора $S$ является $m$ -диссипативным в пространстве $\mathcal{H}^{+}$ , если замыкание оператора $A$ является $m$ -диссипативным в пространстве $(\,\mathcal{H},[\,\cdot,\cdot\,]\,)$ , и наоборот.

Доказательство.

В справедливости равенства 2.4 легко убедиться непоспедственной проверкой с помощью равенства 2.3. Эквивалентность $m$ -диссипативности операторов $S(\mu)$ в пространстве $\mathcal{H}_{+}$ и $JA$ в пространстве $\mathcal{H}$ также следует из равенства 2.3. ∎

Лемма 2.7.

Пусть подпространство $\mathcal{L}$ имеет вид

\mathcal{L}=\{x\;:\;x=\begin{pmatrix}x_{+}\\ Kx_{+}\end{pmatrix},\;x_{+}\in\mathcal{H}^{+}\},

где $K:\mathcal{H}^{+}\to\mathcal{H}^{-}$ — ограниченный оператор. Тогда $\mathcal{L}$ является $A$ -инвариантным в том и только том случае, когда выполняется равенство

(2.5)

(1-KG)(A_{22}-\mu)(F+K)=K(S-\mu).

Здесь предполагается, что областью определения оператора в правой (а потому и в левой) части равенства является линеал $\mathcal{D}(S)=\mathcal{D}^{+}$ .

Доказательство.

Для $x_{+}\in\mathcal{D}_{+}$ имеем

(A-\mu)\begin{pmatrix}x_{+}\\ Kx_{+}\end{pmatrix}=\begin{pmatrix}(S-\mu)x_{+}+G(A_{22}-\mu)(F+K)x_{+}\\ (A_{22}-\mu)(F+K)x_{+}\end{pmatrix}.

Если $\mathcal{L}$ является $A$ -инвариантным, то при некотором $y_{+}\in\mathcal{H}^{+}$ имеем

	$\displaystyle[(S-\mu)+G(A_{22}-\mu)(F+K)]x_{+}=y_{+},$
	$\displaystyle(A_{22}-\mu)(F+K)x_{+}=Ky_{+}.$

Подставляя выражение для $y_{+}$ во второе равенство, получаем уравнение (2.5).

Обратно, если выполнено уравнение (2.5), то при некотором $y_{+}$ выполнены два последних уравнения, из которых получаем, что подпространстсво $\mathcal{L}$ является $A$ -инвариантным. ∎

Замечание 2.8.

Уравнение (2.5) является модифицированным уравнением Риккати для неизвестного оператора $K$ . Ранее, начиная с работы Понтрягина [19], использовалась другая версия Леммы 2.7: $\mathcal{L}$ является $A$ -инвариантным тогда и только тогда, когда

(2.6)

A_{21}+A_{22}K-KA_{11}-KA_{12}K=0.

Это уравнение называют уравнением Риккати, ассоциированным с оператор-матрицей $A$ . Однако эта форма уравнения Риккати неудобна в случае, когда все элементы оператор-матрицы $A$ могут быть неограниченными операторами.

Как следствие лемм 2.2, 2.4 и 2.7 получаем следующий важный для дальнейшего результат.

Лемма 2.9.

Пусть число $\mu\in\mathbb{C}^{-}$ такое, что $\|G(\mu)\|<1/2$ . Тогда оператор $A$ обладает инвариантным, максимальнным неотрицательным подпространством в том и только в том случае, когда найдется нерастягивающий оператор $K:\mathcal{H}^{+}\to\mathcal{H}^{-}$ , такой, что

(2.7)

F+K=(A_{22}-\mu)^{-1}(1-KG)^{-1}K(S-\mu).

Решение $K$ этого уравнения не зависит от $\mu\in\rho(A_{22})$ .

Доказательство.

Первое утверждение леммы есть следствие лемм 2.2 и 2.7. Далее, уравнение (2.7) эквивалентно уравнению (2.5), где операторы в обеих частях равенств определены на $\mathcal{D}^{+}.$ Поскольку операторы $A_{21}=(A_{22}-\mu)F$ и $KA_{11}$ корректно опеределены на $\mathcal{D}^{+}$ , то $(A_{22}-\mu)K$ и $KA_{12}F$ обладают тем же свойством. Но тогда в (2.5) можно раскрыть скобки и получить уравнение (2.6). Тем самым, $K$ не зависит от $\mu$ . ∎

Обозначим $\mathcal{H}_{S}=\mathcal{D}(\overline{S})\subset\mathcal{H}^{+}$ , где $\overline{S}$ — замыкание оператора $S$ . Снабженный нормой графика

\|x_{+}\|_{\mathcal{H}_{S}}=\sqrt{\|\overline{S}x_{+}\|^{2}+\|x_{+}\|^{2}},

линеал $\mathcal{H}_{S}$ является гильбертовым пространством, плотно вложенным в $\mathcal{H}^{+}$ .

Лемма 2.10.

Существует ортонормированная система $\{\varphi_{k}\}_{1}^{\infty}$ в пространстве $\mathcal{H}^{+}$ , которая с точностью до нормировки является базисом Рисса в пространстве $\mathcal{H}_{S}$ .

Доказательство.

Из определения нормы в пространстве $\mathcal{H}_{S}$ следует, что оператор $C=1+(S^{*}S)^{1/2}$ изоморфно отображает $\mathcal{H}_{S}$ в $\mathcal{H}$ . Если оператор $C^{-1}$ компактный, а $\{\mu_{k}\}_{1}^{\infty}$ — последовательность его собственных значений, то в качестве искомой системы можно взять полную ортонормированную в $\mathcal{H}$ систему $\{\psi_{k}\}_{1}^{\infty}$ собственных векторов этого оператора. Очевидно, система $\{\mu_{k}^{-1}\psi_{k}\}_{1}^{\infty}$ будет полной и ортонормированной в пространстве $\mathcal{H}_{S}$ .

Если $C^{-1}$ некомпактен, то построим оператор $C_{1}\geqslant 1$ , такой, что $1\geqslant C_{1}-C\geqslant 0$ , а спектр $C_{1}$ состоит только из собственных значений. Если $E_{\lambda}$ — спектральная функция оператора $C$ , то можно взять $C_{1}=1+\sum_{k=1}^{\infty}k(E_{k+0}-E_{(k-1)})$ . Выберем ортонормированный базис $\{\psi_{k,j}\}_{j=1}^{\infty}$ в каждом подпространстве $\mathcal{H}_{k}$ , совпадающим с образом проектора $E_{k+0}-E_{(k-1)}$ . Тогда объединенная система $\{\psi_{k,j}\}_{k,j=1}^{\infty}$ , состоящая из собственых функций оператора $C_{1}$ , является полной и ортонормированной в $\mathcal{H}$ , а система $\{k\psi_{k,j}\}_{j=1}^{\infty}$ , очевидно, является эквивалентной ортонормированному базису в $\mathcal{H}_{S}$ , т.е. базисом Рисса. ∎

Лемма 2.11.

Пусть $\mathcal{H}_{1}$ и $\mathcal{H}_{2}$ гильбертовы пространства и последовательность операторов $K_{n}:\mathcal{H}_{1}\to\mathcal{H}_{2}$ слабо сходится к оператору $K:\mathcal{H}_{1}\to\mathcal{H}_{2}$ (будем писать $K_{n}\rightharpoonup K$ ). Если $G:\mathcal{H}_{2}\to\mathcal{H}_{1}$ — компактный оператор, то последовательность $K_{n}\,G\,K_{n}$ сходится к $K\,G\,K$ в равномерной операторной топологии (пишем $K_{n}\,G\,K_{n}\Rightarrow K\,G\,K$ ).

Доказательство.

Компактный оператор $G$ можно с произвольной точностью приблизить конечномерным оператором. Поэтому достоточно доказать утверждение леммы для одномерного оператора $G=(\cdot,\phi)\psi$ , где $\phi\in H_{1},\ \psi\in H_{2}$ . Но для такого случая утверждение сразу следует из определения слабой сходимости. ∎

Доказательство Теоремы 2.1.

Обозначим через $P_{n}$ ортогональные проекторы на $n$ -мерные подпространства $\operatorname{Lin}\{\varphi_{k}\}_{1}^{n}$ , предполагая, что система $\{\varphi_{k}\}_{1}^{n}$ обладает свойствами, указанными в Лемме 2.10. Тогда $P_{n}\to 1$ (сильно) в пространстве $\mathcal{H}^{+}$ , а также $P_{n}\to 1$ в $\mathcal{H}_{S}$ . Рассмотрим операторы

A_{n}=\begin{pmatrix}P_{n}A_{11}P_{n}&P_{n}A_{12}\\ A_{21}P_{n}&A_{22}\end{pmatrix},

действующие в пространствах $\mathcal{H}_{n}^{+}\oplus\mathcal{H}^{-}$ , где $\mathcal{H}_{n}^{+}=P_{n}(\mathcal{H}^{+})$ . Тогда $A_{n}$ являются $m$ -диссипативными операторами в пространстве Понтрягина $\Pi_{\varkappa}$ . Согласно теореме Крейна-Лангера-Азизова операторы $A_{n}$ обладают $n$ -мерными максимальными неотрицательными подпространствами. В силу леммы 2.9 найдутся нерастягивающие операторы $K_{n}:\mathcal{H}_{n}^{+}\to\mathcal{H}^{-}$ , такие, что

(2.8)

F_{n}+K_{n}=(A_{22}-\mu)^{-1}(1-K_{n}G)^{-1}K_{n}(S_{n}-\mu).

Известно, что единичный шар в сепарабельном гильбертовом пространстве является слабо компактным. Так как последовательность операторов $K_{n}$ такова, что их нормы не превосходят единицы, то можно выбрать слабо сходящуюся подпоследовательность $K_{n_{j}}\rightharpoonup K$ . Далее для краткости опускаем индекс $j$ . Конечно, норма предельного оператора $K$ также не превосходит единицы. Учитывая, что $F$ ограниченный, а $G$ компактный операторы и пользуясь леммой 2.11, получаем

F_{n}=FP_{n}\to F,\quad K_{n}G\Rightarrow KG,\quad(1-K_{n}G)^{-1}\Rightarrow(1-KG)^{-1}.

Имеем также

	$\displaystyle K_{n}S_{n}=K_{n}SP_{n},$
	$\displaystyle\overline{S}P_{n}x\to\overline{S}x\qquad\forall x\in\mathcal{D}(\overline{S}).$

Поэтому $K_{n}SP_{n}x\rightharpoonup KSx$ и мы можем перейти к слабому пределу в уравнении (2.8). Тогда для предельного оператора $K$ получаем уравнение (2.7). В силу Леммы 2.9 оператор $A$ имеет максимальное неотрицательное инвариантное подпространство.

Докажем вторую часть теоремы о существовании инвариантного подпространства $\mathcal{L}^{+}$ , такого, что спектр сужения $A_{+}=\overline{A}|_{\mathcal{L}^{+}}$ лежит в замкнутой левой полуплоскости.

Имеем

(2.9)

(\overline{A}-\mu)\begin{pmatrix}x_{+}\\ Kx_{+}\end{pmatrix}=\begin{pmatrix}(\overline{S}-\mu+GL)x_{+}\\ Lx_{+}\end{pmatrix},

где $L:=(A_{22}-\mu)(F+K)$ , $\mathcal{D}(L)=\mathcal{D}(\overline{S})$ .

Обозначим через $Q$ ортопроектор из подпространства $\mathcal{L}$ на $\mathcal{H}^{+}$ , определенный формулой

Q\begin{pmatrix}x_{+}\\ Kx_{+}\end{pmatrix}=x_{+}\qquad x=\begin{pmatrix}x_{+}\\ Kx_{+}\end{pmatrix}\in\mathcal{L}.

Очевидно, $Q$ ограниченно обратим, причем $\|Q^{-1}\|\leqslant 2$ .

Из равенств (2.5) и (2.9) имеем

(2.10)

(\overline{A}-\alpha)|_{\mathcal{L}^{+}}=Q^{-1}(\overline{S}-\alpha+GL)Q=Q^{-1}[\overline{S}-\alpha+G(1-KG)^{-1}K(\overline{S}-\mu)]Q.

Здесь мы используем Лемму 2.4 и предполагаем, что число $\mu\in\mathbb{C}^{-}$ выбрано так, что $\|G(1-KG)^{-1}K\|<1/2$ . Тогда при больших положительных $\alpha$ правая часть является обратимым оператором в том и только том случае, когда оператор $\overline{S}-\alpha$ обратим, т.е. когда $\overline{S}$ является максимально диссипативным. Согласно Лемме 2.4 это эквивалентно максимальной диссипативности оператора $A$ в пространстве $(\,\mathcal{H},[\,\cdot,\cdot\,]\,)$ . Следовательно, открытая левая полуплоскость может принадлежать резольвентному множеству сужения $\overline{A}|_{\mathcal{L}^{+}}$ тогда и только тогда, когда оператор $A$ максимально диссипативный в пространстве $(\,\mathcal{H},[\,\cdot,\cdot\,]\,)$ .

Пусть $A$ обладает указанным свойством. Тогда оператор $\overline{S}-\alpha$ обратим при $\alpha\in\mathbb{C}^{+}$ и равенство (2.10) можно переписать в виде

(2.11)		$\displaystyle(\overline{A}-\alpha)\|_{\mathcal{L}^{+}}=Q^{-1}[1+M(\alpha)](\overline{S}(\mu)-\alpha)Q,$
где
	$\displaystyle M(\alpha)=G(1-KG)^{-1}K[1+(\alpha-\mu)(\overline{S}-\alpha)^{-1}]$

является голоморфной оператор-функцией, значения которой есть компактные операторы. При $\alpha\in\mathbb{C}^{+}$ имеем $(\operatorname{Re}\alpha)\|(\overline{S}-\alpha)^{-1}\|\leqslant 1$ . Полагая $\alpha=-\overline{\mu}$ и пользуясь Леммой 2.4, получаем $\|M(-ov\mu)\|\to 0$ , если $\mu\to infty$ в секторе $|\arg(\pi-\mu)|\leqslant\gamma<\pi/2$ . В частности, число $\mu$ можно выбрать так, чтобы оператор $1+M(\alpha)$ был обратим при $\alpha=-\mu$ . Из теоремы о голоморфной оператор-функции (см., например, [6, Гл. 1] тогда следует, что спектр оператор-функции $1+M(\alpha)$ в открытой правой полуплоскости дискретный (так как значения $M(\alpha)$ — компактные операторы). Следовательно, спектр сужения $A_{+}=\overline{A}|_{\mathcal{L}^{+}}$ в правой полуплоскости может состоять только из изолированных собственных значений конечной алгебрамческой кратности.

Заметим, что $\operatorname{Im}[Ax_{0},x_{0}]=(\operatorname{Im}\alpha_{0})[x_{0},x_{0}]$ , если $Ax_{0}=\alpha_{0}x_{0}$ . Следовательно, если $A$ строго диссипативный в пространстве $(\,\mathcal{H},[\,\cdot,\cdot\,]\,)$ ( а тогда его сужение $\overline{A}|_{\mathcal{L}^{+}}$ обладает тем же свойством), то оператор $\overline{A}|_{\mathcal{L}^{+}}$ не имеет собственных значений в открытой правой полуплоскости, а потому вся эта полуплоскость принадлежит резольвентному множеству. Тем самым теорема полностью доказана для строго диссипативных операторов $A$ .

В общем случае рассмотрим семейство операторов

A_{\varepsilon}=A-\varepsilon P_{+},\qquad\varepsilon>0.

Уже доказано, что для этих операторов имеются макксимальные, неотрицательные, $A_{\varepsilon}$ -инвариантные подпространства с угловыми операторами $K_{\varepsilon}$ . Сужения операторов $A_{\varepsilon}$ на эти инвариантные подпространства являются строго диссипативными операторами, так как

\operatorname{Re}\left[(A-\varepsilon P_{+})\begin{pmatrix}x_{+}\\ Kx_{+}\end{pmatrix},\begin{pmatrix}x_{+}\\ Kx_{+}\end{pmatrix}\right]\leqslant-\varepsilon(x_{+},x_{+}).

Поэтому открытая правая полуплоскость лежит в резольвентных множествах этих сужений.

Запишем модифицированное уравнение Риккати для оператора $A_{\varepsilon}$ :

F+K_{\varepsilon}=(A_{22}-\mu)^{-1}(1-K_{\varepsilon}G)^{-1}K_{\varepsilon}(S+i\varepsilon-\mu).

Выберем подпоследовательность $\varepsilon_{n}\to 0$ так, чтобы $K_{\varepsilon_{n}}=:K_{n}\rightharpoonup K$ . Сужения операторов $A_{\varepsilon}$ на соответсвующие инвариантные подпространства $\mathcal{L}_{\varepsilon}^{+}$ имеют представления

	$\displaystyle A_{\varepsilon}^{+}=A_{\varepsilon}\|_{\mathcal{L}_{\varepsilon}^{+}}=Q^{-1}[1+M_{\varepsilon}(\alpha)](S+i\varepsilon-\alpha)Q,$
где
	$\displaystyle M_{\varepsilon}(\alpha)=G(1-K_{\varepsilon}G)^{-1}K_{\varepsilon}(S+i\varepsilon-\mu)(S+i\varepsilon-\alpha)^{-1}\Rightarrow M(\alpha).$

Здесь мы вновь учитываем, что $(1-K_{n}G)^{-1}K_{n}\Rightarrow(1-KG)^{-1}K$ при $\varepsilon=\varepsilon_{n}\to 0$ , так как $G$ — компактный оператор. Оператор-функции $1+M_{\varepsilon}(\alpha)$ голоморфны в полуплоскости $\mathbb{C}_{-}$ , и ограниченно обратимы в этой полуплоскости при любом $\varepsilon>0$ . При $\varepsilon\to 0$ они сходятся в равномерной операторной топологии к оператор-функции $1+M(\alpha)$ , которая может иметь только изолированные собственные значения в $\mathbb{C}^{-}$ . Если некая точка $\alpha_{0}$ является ее собственным значением, то в малой окрестности этой точки найдется собственное значение $1+M_{\varepsilon}(\alpha)$ при достаточно малом $\varepsilon>0$ , что не может быть. Этим завершается доказательство теоремы для общего случая.

∎

3. Полугрупповые свойства сужений

Мы предполагаем, что читателю известны определения голоморфной и $C_{0}$ –полугрупп и их генераторов (см. например, [5, Ch. I, II], [9, Ch. IX]) в гильбертовом (или банаховом) пространстве $\mathcal{H}$ . Далее мы будем использовать только свойства резольвент генераторов таких полугрупп. Напомним следующие предложения. Первые два хорошо известны (см. цитированные монографии), они дают критерии голоморфной и $C_{0}$ -полугруппы в терминах резольвенты генератора.

Теорема о генераторе $C_{0}$ -полугруппы (Feller-Mijadera-Phillips).

Оператор $T$ является генератором $C_{0}$ –полугруппы тогда и только тогда, когда найдётся число $\omega\in\mathbb{R}$ , такое, что полуплоскость $\operatorname{Re}\lambda>\omega$ лежит в резольвентном множестве $\rho(T)$ и

(3.1)

\|(T-\lambda)^{-n}\|\leqslant C(\lambda-\omega)^{-n}

для всех целых $n\geqslant 1$ и $\lambda>\omega$ , где постоянная $C$ не зависит от $\lambda$ и $n$ .

В этом случае для полугруппы $U(t)=\exp(Tt)$ выполняется оценка $\|U(t)\|\leqslant Ce^{\omega t}$ . Нижняя грань чисел $\omega$ , для которых выполнена эта оценка или оценка (3.1), называется экспоненциальным типом $C_{0}$ –полугруппы. В случае $\omega<0$ полугруппу называют экспоненциально устойчивой.

Теорема о генераторе голоморфной полугруппы.

Оператор $T$ является генератором голоморфной полугруппы тогда и только тогда, когда правая полуплоскость лежит в резольвентном множестве $\rho(T)$ и выполняется оценка

(3.2)

\|(T-\lambda)^{-1}\|\leqslant C|\lambda|^{-1}

для всех $\lambda\colon\operatorname{Re}\lambda>0$ , где постоянная $C$ не зависит от $\lambda$ .

Конечно, такая оценка выполняется, если $T$ является максимальным секториальным оператором, т.е. его числовой образ ( $=$ множество значений квадратичной формы $(Tx,x)$ , когда $x$ пробегает $D(T)$ и $\|x\|=1$ ) лежит в секторе $\Lambda_{\alpha}=\{\lambda\colon|\arg(\lambda-\pi)|<\alpha\}$ при некотором $\alpha<\pi/2$ . В этом случае неравенство (3.2) выполняется при $C=(\cos\alpha)^{-1}$ .

Далее удобно будет ввести следующее определение: полугруппу $U(t)=\exp(Tt)$ назовём квази-голоморфной, если для резольвенты её генератора выполнена оценка (3.2) для всех $\lambda\colon\operatorname{Re}\lambda>\varepsilon$ , где $\varepsilon>0$ произвольно, а постоянная $C$ зависит только $\varepsilon$ . Очевидно, это условие эквивалентно тому, что $T-\varepsilon$ является генератором голоморфной полугруппы при любом $\varepsilon>0$ . Известно, что квази-голоморфная полугруппа является $C_{0}$ -полугруппой экспоненциального типа 0. Обратное, конечно, неверно.

Важную роль в дальнейшем играют следующие две теоремы.

Теорема Гомилко ([7]).

Оператор $T$ является генератором $C_{0}$ -полугруппы в пространстве $\mathcal{H}$ , допускающей оценку $\|U(t)\|\leqslant Ce^{\omega t}$ , тогда и только тогда, когда $\rho(T)$ содержит полуплоскость $\operatorname{Re}\lambda>\omega$ и для любого $x\in\mathcal{H}$

(3.3)

\sup\limits_{\delta>\omega}(\delta-\omega)\int\limits_{\delta-i\infty}^{\delta+i\infty}\left(\|(T-\lambda)^{-1}x\|^{2}+\|(T^{\ast}-\lambda)^{-1}x\|^{2}\right)|d\lambda|<\infty

Теорема Gearhart’а ([5, Теорема V.1.11]).

Экспоненциальный тип $C_{0}$ -полугруппы, генерируемой оператором $T$ , совпадает с нижней гранью чисел $\beta$ , для которых полуплоскость $\operatorname{Re}\lambda>\beta$ лежит в $\rho(T)$ и

(3.4)

\sup\limits_{\operatorname{Re}\lambda>\beta}\|(T-\lambda)^{-1}\|<\infty.

Лемма 3.1.

Оператор $T$ генерирует $C_{0}$ –полугруппу экспоненциального типа $0$ (экспоненциально устойчивую), если спектр $T$ лежит в замкнутой левой полуплоскости, оценка (3.3) выполняется при достаточно больших $\omega>0$ , а оценка (3.4) при всех $\beta>0$ (при $\beta=0$ ).

Доказательство.

Утверждение следует из теорем Гомилко и Герхарта. Нужно только заметить, что если оценка (3.4) выполняется при $\beta=0$ , то найдётся $\varepsilon>0$ такое, что $\rho(T)$ содержит полуплоскость $\operatorname{Re}\lambda>-\varepsilon$ и (3.4) выполняется при $\beta=-\varepsilon$ . ∎

Лемма 3.2.

Пусть оператор $-A_{22}$ является генератором квази-голоморфной полугруппы и $G(\mu)=A_{12}(A_{22}-\mu)^{-1}$ — компактный оператор при некотором $\mu=\mu_{0}\in\rho(A_{22})$ . Тогда оператор функция $G(\mu)$ корректно определена в левой полуплоскости и

\|G(\mu)\|\to 0\text{ \T2A\cyrp\T2A\cyrr\T2A\cyri }\mu\to\infty

равномерно в полуплоскости $\operatorname{Re}\mu<0$ . В частности, это свойство выполняется, если $-A_{22}$ является секториальным оператором.

Доказательство.

Воспользуемся равенством

G(\mu)=G(\mu_{0})(A_{22}-\mu_{0})(A_{22}-\mu)^{-1}.

Очевидно, в условиях леммы норма оператор-функции $(A_{22}-\mu_{0})(A_{22}-\mu)^{-1}$ равномерно ограничена в левой полуплоскости вне малой окрестности нуля. Компактный оператор $G(\mu_{0}):\mathcal{H}^{-}\to\mathcal{H}^{+}$ можно приблизить с произвольной точностью в операторной норме конечномерным оператором. Поэтому достаточно показать, что $\|Q(A_{22}-\mu_{0})(A_{22}-\mu)^{-1}\|\to 0$ при $\mu\to\infty$ в левой полуплоскости для любого одномерного оператора $Q=(\cdot,\varphi)\psi$ , где $\varphi\in\mathcal{H}^{-},\psi\in\mathcal{H}^{+}$ . Заметим, что $Q$ можно с произвольной точностью приблизить в операторной норме оператором $Q_{0}=(\cdot,\varphi_{0})\psi$ , где $\varphi_{0}\in\mathcal{D}(A_{22}^{*})$ (в условиях леммы сопряженный оператор $A^{*}_{22}$ плотно определён). Но оператор $Q_{0}(A_{22}-\mu_{0})$ ограничен, а $\|(A_{22}-\mu)^{-1}\|\leqslant C|\mu|^{-1}$ в левой полуплоскости вне малой окрестности нуля, что следует из теоремы о генераторе голоморфной полугруппы. Отсюда получаем утверждение леммы. ∎

Лемма 3.3.

Пусть $T$ — $m$ -диссипативный, а $V$ — компактный операторы в $\mathcal{H}$ . Тогда при любом $\varepsilon>0$ найдется достаточно большое число $r=r(\varepsilon)$ , такое, что для всех $\lambda$ из полуплоскости $\operatorname{Re}\lambda\geqslant\varepsilon$ и $|\lambda>r$ оператор $T+V-\lambda$ обратим и

(3.5)

\|(T+V-\lambda)^{-1}\|\leqslant(2\varepsilon)^{-1}.

Доказательство.

Действуем также, как в Лемме 3.2. Пусть сначала $V=(\cdot,\varphi)\psi$ — одномерный оператор в $\mathcal{H}$ . Представим его в виде

V=V_{0}+V_{1},\qquad V_{0}=(\cdot,\varphi_{0})\psi,\qquad\|V_{1}\|<\delta,\qquad\phi_{0}\in\mathcal{D}(T^{*}).

Тогда

(T-\lambda)^{-1}V=(T-\lambda)^{-1}V_{1}-\lambda^{-1}(V_{0}-(T-\lambda)^{-1}TV_{0}).

Фиксируем $\varepsilon>0$ и возьмём $\delta<\varepsilon/4$ . Оператор $SV_{0}$ ограничен, поэтому при $\operatorname{Re}\lambda\geqslant\varepsilon$ имеем оценку

\|(T-\lambda^{-1}V\|\leqslant\dfrac{\delta}{\varepsilon}+\dfrac{\mathrm{const}}{|\lambda|\varepsilon}<\dfrac{1}{2},\qquad\text{\T2A\cyre\T2A\cyrs\T2A\cyrl\T2A\cyri}\quad|\lambda|>\frac{4\,const}{\varepsilon}.

Но тогда для таких $\lambda$ справедлива оценка (3.5). Доказательство сохраняется, если $V$ — конечномерный оператор. Так как компактный оператор можно приблизить по норме с произвольной точностью конечномерным, то оценка остается справедливой и для компактного оператора $V$ . ∎

Заметим, что для максимально диссипативного оператора $-A_{22}-1$ корректно определены дробные степени (см. например, [5, Гл.II]).

Лемма 3.4.

Пусть оператор $-A_{22}$ является генератором квази-голоморфной полугруппы, а $A_{12}$ и $A_{21}$ таковы, что операторы

(3.6)

A_{12}(-A_{22}-1)^{\alpha}\quad\text{\T2A\cyri}\quad(-A_{22}-1)^{1-\alpha}A_{21}

ограничены при некотором $0\leqslant\alpha\leqslant 1$ . Тогда оператор-функция

R(\mu)\colon=A_{12}(A_{22}-\mu)^{-1}A_{21}

равномерно ограничена в полуплоскости $\operatorname{Re}\mu<0$ вне малой окрестности нуля.

Доказательство.

Из условия леммы следует, что оператор $R(-1)$ ограничен. Далее,

R(\mu)=R(-1)-A_{12}(-A_{22}-1)^{\alpha}\left[(\mu+1)(A_{22}-\mu)^{-1}\right](-A_{22}-1)^{1-\alpha}A_{21}.

Из теоремы о генераторе голоморфной полугруппы следует оценка $\|(\mu+1)(A_{22}-\mu)^{-1}\|\leqslant C$ для всех $\mu$ в левой полуплоскости вне окрестности нуля, из которой получаем утверждение леммы. ∎

Отметим, что для оператор-матриц, возникающих в конкретных задачах (см., например, [1, 18]), ограниченность операторов (3.6) бывает несложно проверить при $\alpha=1/2$ .

Лемма 3.5.

Пусть $A_{+}$ — сужение оператора $\overline{A}$ на инвариантное, максимальное неотрицательное подпространство $\mathcal{L}^{+}$ . Тогда

(3.7)

A_{+}=Q^{-1}XQ,\quad X=\overline{S}+G(1-KG)^{-1}K(\overline{S}-\mu),

а сопряжённый оператор $A_{+}^{*}$ имеет представление

A_{+}^{*}=Q^{-1}(1+K^{*}K)^{-1}X^{*}(1+K^{*}K)Q.

Здесь $Q$ — ортопроектор из $\mathcal{L}^{+}$ на $\mathcal{H}^{+}$ . Операторы $K$ и $X$ не зависят от $\mu$ .

Доказательство.

Представление (3.7) вытекает из (9). Пусть $A_{+}^{*}=Q^{-1}YQ$ . Тогда

\left(A_{+}\begin{pmatrix}x\\ Kx\end{pmatrix},\begin{pmatrix}y\\ Ky\end{pmatrix}\right)=\left(\begin{pmatrix}Xx\\ KXx\end{pmatrix},\begin{pmatrix}y\\ Ky\end{pmatrix}\right)=\\ =\left((1+K^{*}K)Xx,y\right)=\left(\begin{pmatrix}x\\ Kx\end{pmatrix},A_{+}^{*}\begin{pmatrix}y\\ Ky\end{pmatrix}\right)=(x,(1+K^{*}K)Yy),

что влечёт $X^{*}(1+K^{*}K)=(1+K^{*}K)Y$ . В силу леммы 2.9 оператор $K$ (а потому и $X$ ) не зависит от $\mu$ . ∎

Теперь докажем теоремы о полугрупповых свойствах оператора $A_{+}$ .

Теорема 3.6.

Пусть выполнены условия теоремы 2.1 и $A^{+}$ — сужение $m$ -диссипативного оператора $\overline{A}$ в пространстве $(\mathcal{H},[\cdot,\cdot])$ на инвариантное, максимальное неотрицательное подпространство $\mathcal{L}^{+}$ , такое, что $\sigma(A^{+})$ лежит в замкнутой левой полуплоскости. Пусть также выполнено одно из условий

(i)

оператор $A_{12}$ компактен;
(ii)

при любом $\varepsilon>0$ оператор-функция $R(\mu)=A_{12}(A_{22}-\mu)^{-1}A_{21}$ равномерно ограничена в полуплоскости $\mathbb{C}_{\varepsilon}^{-}=\{\mu\colon\operatorname{Re}\mu\leqslant\varepsilon\}$ , а $\|G(\mu)\|\to 0$ при $\mu\to\infty$ равномерно в $\mathbb{C}_{\varepsilon}^{-}$ ;
(iii)

оператор $-A_{22}$ генерирует квази-голоморфную полугруппу и оба оператора в (3.6) ограничены при некотором $0\leqslant\alpha\leqslant 1$ .

Тогда $A_{+}$ генерирует $C_{0}$ -полугруппу экспоненциального типа $0$ . Если $\overline{A}$ — равномерно $m$ -диссипативный в пространстве $(\mathcal{H},[\cdot,\cdot])$ , т.е. $\operatorname{Re}[Ax,x]\leqslant-\varepsilon(x,x)$ , $\varepsilon>0$ , для всех $x\in D(A)$ , то $A_{+}$ генерирует экспоненциально устойчивую $C_{0}$ -полугруппу.

Доказательство.

Пусть выполнено условие (i). Из формулы (2.9) имеем

A_{+}=Q^{-1}(\overline{S}+GL)Q=Q^{-1}(\overline{S}+A_{12}(F+K))Q.

Оператор $\overline{S}=\overline{S}(\mu)$ является $m$ -диссипативным, а потому генерирует полугруппу сжатий в $\mathcal{H}_{+}$ , тем более, $C_{0}$ -полугруппу. Известно, что ограниченное возмущение такого оператора (см. [1, Гл. 5]) является генератором $C_{0}$ -полугруппы.

Докажем, что экспоненциальный тип этой полугруппы равен нулю. Мы знаем, что спектр $A^{+}$ лежит в замкнутой левой полуплоскости. Из Леммы 3.3 тогда следует, что резольвента $(\overline{S}+A_{12}(F+K))^{-1}$ является ограниченной в полуплоскости $\operatorname{Re}\alpha>\varepsilon$ при любом $\varepsilon>0$ . Остается воспользоваться теоремой Герхарта.

Докажем теперь утверждение теоремы при выполнении условия (ii). Фиксируем число $\varepsilon>0$ . Для оператора $A_{+}$ воспользуемся представлением (3.7), из которого получим

(3.8)

(A_{+}-\alpha)=Q^{-1}(X-\alpha)Q=Q^{-1}((\overline{S}(\mu)-\alpha)[1+M_{1}(\mu,\alpha)]Q,\\ M_{1}(\mu,\alpha)=[1+(\alpha-\mu)(\overline{S}-\alpha)^{-1}]G(1-KG)^{-1}K,

где $G$ и $S$ зависят от $\mu$ . Положим $\mu=-\overline{\alpha}$ и выберем число $r_{0}$ выбрано столь большим, что $\|G(\overline{-\alpha})\|<1/5$ при всех $|\alpha|>r_{0},\operatorname{Re}\alpha>0$ . Так как оператор $\overline{S}$ является $m$ -диссипативным, то $|\alpha-\overline{\alpha}|\cdot|(\overline{S}-\alpha)^{-1}\|\leqslant 2$ , поэтому

\|M(-\overline{\alpha},\alpha)\|<2\cdot(1/5)\cdot(5/4)=1/2.

Учитывая, что $\|Q^{-1}\|\leqslant 2$ и $\|Q\|\leqslant 1$ , для всех $\alpha\colon\operatorname{Re}\alpha\geqslant\varepsilon$ , $|\alpha|>r_{0}$ получаем

\|(A_{+}-\alpha)^{-1}\|\leqslant 4\|(\overline{S}(-\overline{\alpha})-\alpha)^{-1}\|\leqslant 4\varepsilon^{-1}.

Поскольку открытая правая полуплоскость принадлежит $\rho(A_{+})$ , то $(A_{+}-\alpha)^{-1}$ ограничена в полуплоскости $\alpha\colon\operatorname{Re}\alpha\geqslant\varepsilon$ при любом $\varepsilon>0$ .

Учитывая Леммы 3.1 и 3.5, остаётся показать что при больших $\omega$ и любом $x_{+}\in\mathcal{H}^{+}$ справедливы оценки

(3.9)

\sup\limits_{\delta>\omega}(\delta-\omega)\int\limits_{\delta-i\infty}^{\delta+i\infty}\|(X-\alpha)^{-1}x\|^{2}\,|d\alpha|,\quad\sup\limits_{\delta>\omega}(\delta-\omega)\int\limits_{\delta-i\infty}^{\delta+i\infty}\|(X^{*}-\alpha)^{-1}x\|^{2}\,|d\alpha|.

где

X-\alpha=(\overline{S}-\alpha)(1+M_{1}(-\overline{\alpha},\alpha)).

Уже показано, что при $\operatorname{Re}\alpha>r_{0}$ выполнена оценка $\|M(-\overline{\alpha},\alpha)\|<1/2$ . Поэтому первую оценку достаточно доказать, если в ней вместо $X$ участвует $\overline{S}=\overline{S}(-\overline{\alpha})$ .

Спараведливо равенство

A_{11}-\alpha=\overline{S}(-\overline{\alpha})-\alpha-R(-\overline{\alpha}),

и по условию $\|R(-\overline{\alpha})\|\leqslant C$ при $\alpha\colon\operatorname{Re}\alpha\geqslant\varepsilon$ . Тогда из оценки $\|(\overline{S}(-\overline{\alpha})-\alpha)^{-1}\|\leqslant 1/\operatorname{Re}\alpha$ следует, что $A_{11}-\alpha$ обратим при $\operatorname{Re}\alpha\geqslant 2C$ (а потому обратим в правой полуплоскости, т.к. $A_{11}$ диссипативный). Кроме того, при $\operatorname{Re}\alpha\geqslant 2C$ справедливы оценки

2/3\leqslant\|(1+(A_{11}-\alpha)^{-1}R(-\overline{\alpha}))^{-1}\|<2.

Поэтому при $\omega>\max\{r_{0},2C\}$ первая оценка в (3.9) выполняется тогда и только тогда, когда она выполняется после замены $X$ на $A_{11}$ . Но $A_{11}$ является $m$ -диссипативным и генерирует полугруппу сжатий. Поэтому такая оценка для $A_{11}$ заведомо выполнена.

Для доказательства второй оценки надо представить оператор $X$ в виде

X-\alpha=(1+M(\mu,\alpha))(\overline{S}-\alpha),\qquad M(\mu,\alpha)=G(1-GK)^{-1}\left(1+(\alpha-\mu)(\overline{S}-\alpha)^{-1}\right).

и повторить предыдущие рассуждения. Тем самым, доказана достаточность условия (ii).

Если выполнено условие (iii), то в силу Лемм 3.2 и 3.3 выполнено условие (ii).

Пусть теперь оператор $\overline{A}$ равномерно $m$ -диссипативный пространстве $(\,\mathcal{H},[\cdot,\cdot]\,)$ . Из Леммы 2.6 тогда следует, что при некотором $\varepsilon>0$

\operatorname{Re}(S(\mu)x_{+},x_{+})\leqslant-\varepsilon(x_{+},x_{+}),\quad x_{+}\in D^{+},

для всех $\mu\in\mathbb{C}^{-}$ . Тогда число $\mu\in\mathbb{C}^{-}$ можно выбрать так, чтобы $\|M_{1}(\mu,\alpha)\|<1/2$ для всех $\alpha$ из правой полуплоскости. В этом случае, учитывая равномерную диссипативность оператора $S(\mu)$ , получаем

\|(A_{+}-\alpha)^{-1}\|\leqslant 4\|(\overline{S}(\mu)-\alpha)^{-1}\|\leqslant 4\varepsilon^{-1}

при всех $\operatorname{Re}\alpha>0$ . Согласно Лемме 3.5 оператор $A_{+}$ генерирует экспоненциально устойчивую $C_{0}$ -полугруппу. Теорема полностью доказана. ∎

Теорема 3.7.

(i)

оператор $\overline{S}=\overline{S}(\mu)$ генерирует квази-голоморфную полугруппу при некотором $\mu\in\mathbb{C}^{-}$ ;
(ii)

оператор $A_{11}$ генерирует квази-голоморфные полугруппу, причём оператор $A_{21}(A_{11}-\alpha_{0})^{-1}$ ограничен при некотором $\alpha_{0}\in\mathbb{C}^{+}$ .

Тогда $A_{+}$ генерирует квази-голоморфную полугруппу.

Доказательство.

Пусть $\overline{S}(\mu_{0})$ генерирует квази-голоморфную полугруппу. Из формулы

R(\mu)=A_{12}(A_{22}-\mu)^{-1}A_{21}=R(\mu_{0})+(\mu-\mu_{0})G(\mu)F(\mu_{0})

следует, что при любом $\mu\in\mathbb{C}^{-}$ оператор $S(\mu)$ является ограниченным возмущением $S(\mu_{0})$ . Кроме того, $\overline{S}(\mu)$ является $m$ -диссипативным, а потому он также генерирует квази-голоморфную полугруппу.

Воспользуемся равенством

\overline{S}(\mu)-\alpha=[1-(\mu-\mu_{0})G(\mu)F(\mu_{0})(\overline{S}_{0}-\alpha)^{-1}](\overline{S}_{0}-\alpha),

где $\overline{S}_{0}=\overline{S}(\mu_{0}).$ Найдется достаточно большое число $r=r(\mu,\varepsilon)$ , такое, что при $|\alpha|>r,$ $\operatorname{Re}\alpha\geqslant\varepsilon$ выполняется оценка

\|(\mu-\mu_{0})G(\mu)F(\mu_{0})(\overline{S}_{0}-\alpha)^{-1}\|<1/2.

Слндовательно,

(3.10)

\|(\overline{S}(\mu)-\alpha)^{-1}\|<2\|(\overline{S}_{0}-\alpha)^{-1}\|<C(\varepsilon)|\alpha|^{-1}\quad\text{\T2A\cyrp\T2A\cyrr\T2A\cyri}\ |\alpha|>r(\mu,\varepsilon),\ \,\operatorname{Re}\alpha\geqslant\varepsilon.

Можно считать, что $C=C(\varepsilon)\geqslant 1$ . Фиксируем $\varepsilon>0$ и выберем $\mu<0$ так, чтобы

\|G(\mu)(1-KG(\mu))^{-1}\|<(4C)^{-1}.

Тогда для функции $M_{1}(\mu,\alpha)$ , определенной в (3.8), получаем оценку

\|M_{1}(\mu,\alpha)\|<(4C)^{-1}(1+C(1+|\mu|\,|\alpha|^{-1})<3/4,

если $|\alpha|>\max\{r,|\mu|\}$ . Так как $\overline{S}(\mu)$ генерирует квази-голоморфную полугруппу, то из представления (3.8) имеем

(3.11)

\|(X-\alpha)^{-1}\|\leqslant 4\|(\overline{S}(\mu)-\alpha)^{-1}\|\leqslant C|\alpha|^{-1}\qquad\text{\T2A\cyrp\T2A\cyrr\T2A\cyri }\operatorname{Re}\alpha\geqslant\varepsilon,|\alpha|>r(\mu,\varepsilon),

с постоянной $C$ , не зависящей от $\alpha$ . Так как спектр $X$ лежит в левой полуплоскости, то эта оценка остаётся справедливой во всей полуплоскости $\operatorname{Re}\alpha\geqslant\varepsilon$ . Следовательно, $X$ генерирует квази-голоморфную полугруппу.

Покажем, что условие (ii) влечет условие (i). Воспользуемся равенством

S(\mu)-\alpha=A_{11}-\alpha-R(\mu)=\left[1-G(\mu)A_{12}(A_{11}-\alpha)^{-1}\right]\cdot(A_{11}-\alpha).

Поскольку $A_{11}$ генерирует квази-голоморфную полугруппу, то при всех $\alpha$ из полуплоскости $\operatorname{Re}\alpha\geqslant\varepsilon$ справедлива оценка

\|A_{12}(A_{11}-\alpha)^{-1}\|\leqslant\|A_{21}(A_{11}-\alpha_{0})^{-1}\|\,\|(A_{11}-\alpha_{0})(A_{11}-\alpha)^{-1}\|\leqslant C(\varepsilon).

Выберем $\mu<0$ так, чтобы $\|G(\mu)\|<1/2C(\varepsilon)$ . Тогда

\|(S(\mu)-\alpha)^{-1}\|\leqslant 2\|(A_{11}-\alpha)^{-1}\|<C\,|\alpha|^{-1},\qquad\text{\T2A\cyre\T2A\cyrs\T2A\cyrl\T2A\cyri}\ \operatorname{Re}\alpha\geqslant\,\varepsilon.

Следовательно, при выбранном значении $\mu$ оператор $S(\mu)$ генерирует квази-голоморфную полугруппу. Теорема доказана. ∎

Список литературы

[1] F. V. Atkinson, H. Langer, R. Mennicken, A. Shkalikov. The essential spectrum of some matrix operators// Math. Nachr., 167 (1994), pp. 5–20.
[2] Т. Я. Азизов. Диссипативные операторы в пространстве с индефинитной метрикой// Изв. АН СССР. Сер. Матем. 1973. т.37. \No3
[3] Т. Я. Азизов, С. А. Хорошавин. Об инвариантных подпространствах операторов, действующих в пространстве с индефинитной метрикой// Функц. анализ и его прилож., 14 (4) (1980), с. 1–7.
[4] Т. Я. Азизов, И. С. Иохвидов. Основы теории линейных операторов в пространствах с индефинитной метрикой. — М.: Наука, 1986.
[5] R. J. Engel and R. Nagel, One-parameter Semigrupsfor Linear Evolution Equations, Springer Verlag, Berlin-Heidelberg-New York, 2000.
[6] И. Ц. Гохберг, М. Г. Крейн, Введение в теорию несамосопряженных операторов в гильбертовом пространстве, Москва, Наука, 1965.
[7] А. М. Гомилко, Об условиях на производящий оператор равномерно ограниченной $C_{0}$ -полугруппы операторов// Функц. анализ и его прилож., Т.33, \No4, С. 66-69.
[8] А. М. Гомилко. Инвариантные подпространства $J$ -диссипативных операторов//Функц. анализ и его прилож. 19 \No3 (1985) 213-214.
[9] Т. Като. Теория возмущений линейных операторов. — М.: Мир, 1972.
[10] А. Г. Костюченко, М.Б.Оразов. О некоторых свойствах корней самосопряженных квадратичных пучков//Функц. анализ и его прилож. 9 \No3 (1975), 28-40.
[11] М. Г. Крейн. Об одном приложении принципа неподвижной точки в теории операторов в пространстве с индефинитной метрикой// УМН, 50 (1950), с. 180–190.
[12] М. Г. Крейн. Об одном новом применении принципа неподвижной точки в теории операторов в пространстве с индефинитной метрикой// ДАН СССР, 1964, т. 154, \No5, с. 1023–1026.
[13] М. Г. Крейн, Г. К. Лангер. О дефинитных пространствах и обобщенных резольвентах эрмитова оператора в пространстве $\Pi_{\varkappa}$ // Функц. анализ и его прилож., 1971, т. 5, \No2, с. 59–71; 1971, т. 5, \No3, с. 54–69;
[14] Г. К. Лангер. О $J$ –эрмитовых операторах// ДАН СССР, т.134, \No2, с. 263–266.
[15] H. Langer. Eine Veralgemeinerung eines Satzes von L. S. Pontrjagin// Math. Ann., 152 (5) (1963), S. 434–436.
[16] H. Langer. Invariant subspaces of a class of operators in spaces with indefinite metric// J. Funct. Anal., 19 (3) (1975), pp. 232–241.
[17] H. Langer. Spectral functions of definitizable operators in Krein spaces// Lect. Notes in Math., 948 (1982), pp. 1–46.
[18] R. Mennicken, A. A. Shkalikov. Spectral decomposition of symmetric operator matrices// Math. Nachr., 179 (1996), P. 259–273.
[19] Л. С. Понтрягин. Эрмитовы операторы в пространствах с индефинитной метрикой// Изв. АН СССР. Сер. Матем. 1944. т.8. с. 243–280.
[20] А. А. Шкаликов. О существовании инвариантных подпространств у диссипативных операторов в пространстве Крейна//Фунд. и прикл. мат., (2) (1999).
[21] А. А. Шкаликов. О принципах отбора и свойствах некоторых частей собственных и присоединенных элементов операторных пучков// Вестник МГУ. Математика. Механика. 43 \No4 (1988), 16-25.
[22] А. А. Шкаликов. Инвариантные подпространства диссипативных операторов в пространстве с индефинитной метрикой// Труды МИРАН им. В. А. Стеклова, 248 (2005), 294-303.
[23] С.Л.Соболев. Движение симметрического волчка с полосью, заполненной жидкостью// Жур. Прикл. Матем. и Техн. Физики, \No3 (1960), 20-55.

Аннотация.

Key words and phrases:

1. Введение

Теорема Понтрягина.

Теорема Лангера.

Теорема Крейна-Лангера-Азизова.

2. Существование инвариантных подпространств

Теорема 2.1.

Лемма 2.2.

Лемма 2.3.

Лемма 2.4.

Доказательство.

Лемма 2.5.

Доказательство.

Лемма 2.6.

Доказательство.

Лемма 2.7.

Доказательство.

Замечание 2.8.

Лемма 2.9.

Доказательство.

Лемма 2.10.

Доказательство.

Лемма 2.11.

Доказательство.

Доказательство Теоремы 2.1.

3. Полугрупповые свойства сужений

Теорема о генераторе C0C_{0}-полугруппы (Feller-Mijadera-Phillips).

Теорема о генераторе голоморфной полугруппы.

Теорема Гомилко ([7]).

Теорема Gearhart’а ([5, Теорема V.1.11]).

Лемма 3.1.

Доказательство.

Лемма 3.2.

Доказательство.

Лемма 3.3.

Доказательство.

Лемма 3.4.

Доказательство.

Лемма 3.5.

Доказательство.

Теорема 3.6.

Доказательство.

Теорема 3.7.

Доказательство.

Список литературы

Теорема о генераторе $C_{0}$ -полугруппы (Feller-Mijadera-Phillips).