Орбиты векторов некоторых представлений. II
И.М. Певзнер
Пусть — система корней одинаковой длины и —
произвольное поле. Далее, обозначим через максимальный
корень и положим , и , где — элементарные корневые
элементы. В настоящей серии статей рассмотрены орбиты
действия на .
Такое действие изучалось во множестве работ. Прежде всего это,
разумеется, случай — тогда получается -мерное
минимальное микровесовое представление группы типа .
Остальные случаи исследуются меньше, однако тоже встречаются
достаточно часто. Наряду с изучением собственно представления
в , это может помочь и при исследовании представления
всей группы и соответствующей алгебры
Ли.
Настоящая статья является продолжением работы [18]. В ней были доказаны некоторые общие результаты и
разобраны случаи при . В настоящей работе будут
рассмотрены случаи и при .
Кроме того, для случая возникла необходимость, как довольно часто бывает при изучении алгебр Ли и групп Шевалле, вычислить несколько структурных констант . В [4, 32] приведен метод их вычисления для систем корней одной длины и положительных базисов Шевалле. Он позволяет индуктивно находить . А именно, сводит их сперва, постепенно уменьшая высоту корня , к вычислению нескольких , а те, в свою очередь, сводит к нескольким . К сожалению, для корней большой высоты это вычисление может оказаться довольно длительным. В настоящей работе доказывается следующая теорема, позволяющая избавиться от второй части вышеописанных расчетов.
Теорема.
Пусть — система корней одной длины, в соответствующей алгебре Ли выбран положительный базис Шевалле, — простой корень, а — положительные корни. Тогда больше номера любого простого корня, входящего в разложение .
Пусть — произвольное поле, — система корней одной длины, —
соответствующая алгебра Ли, а — соответствующая односвязная
группа.
Как известно, в существует базис Шевалле , где – фундаментальная система корней. При
этом все из подалгебры Картана; ;
, где — числа Картана; при и при
и , где —
структурные константы. Коэффициент в разложении вектора
по этому базису при обозначим , а соответствующий
элемент из подалгебры Картана обозначим ; тогда .
Далее, в группе выделяются элементарные корневые элементы
, и — элементарные корневые подгруппы. В работе будут
использоваться формулы для действия на базисе Шевалле.
Они перечислены, например, в [34]. Нам понадобятся следующие
равенства: при ,
при
, и ; мы будем ими
пользоваться без дополнительных ссылок.
Обозначим через максимальный корень системы .
Экстраспециальным унипотентным радикалом называется подгруппа
. Подробнее об
этом радикале говорится, например, в [8, 16].
Пусть — некоторый корень. Разобьем все корни из
на пять классов в зависимости от их расположения
относительно корня : , , , ,
. Другими словами, принадлежит
тогда и только тогда, когда скалярное произведение
и равно . Простейшие свойства этого разбиения
приведены в [16]. Часто нас будет интересовать случай ; для
краткости, аргумент у будем опускать. В этих
обозначениях экстраспециальный радикал .
§2. Структурные константы
В отличие от статьи [18], в настоящей работе нам понадобится
посчитать несколько структурных констант. В начале мы кратко
изложим метод, описанный в [4], потом упростим и
ускорим его, и в конце параграфа посчитаем требуемые константы.
1. Структурные константы , , как уже
отмечалось, определяются равенством . По определению базиса Шевалле все
являются целыми числами; тогда и только тогда, когда
. Для систем корней одинаковой длины при этом
при .
Далее, существуют так называемые положительные базисы Шевалле, в
которых для всех экстра-специальных пар (см. [4, 32]).
Для систем, в которых все корни имеют одинаковую длину, это
условие означает в точности, что каждый раз, как
обладает тем свойством, что если для какого-то простого корня и какого-то
положительного корня , то . Мы всегда полагаем, что
выбранный нами базис Шевалле положителен.
Для структурных констант, как известно (см., например, [32, 34]), выполняются
следующие свойства:
- N1
;
- N2
, если ;
- N3
, если .
Для систем с одинаковыми длинами корней формулы N2 и N3 можно
упростить:
- N2’
, если ;
- N3’
, если .
На самом деле, в последней формуле одно слагаемое точно будет
нулевым, поэтому она эквивалентна части уравнения 2-цикла
- N3”
.
Свойство положительности базиса Шевалле можно записать следующим
образом:
- N4
, если — простой корень с
наименьшим индексом, который можно вычесть из корня .
Здесь и всюду далее в этом параграфе под "можно вычесть один
корень из другого" подразумевается, что их разность является
корнем. Как известно, это равносильно тому, что скалярное произведение этих корней равно .
2. В работе [4], следуя работе Титса [32], приведен индуктивный способ
вычисления . Однако, как мы покажем в этом
параграфе, эти константы можно найти сразу, без длительных
подсчетов. Сперва докажем вспомогательную лемму.
Лемма 1.
Пусть — некоторый положительный корень и —
простой корень с наименьшим индексом, который можно вычесть из
. Далее, пусть — другой простой корень, который можно
вычесть из , и . Тогда либо является
простым корнем с наименьшим индексом, который можно вычесть из
, либо , , j=2j=2 и
i=3i=3.
Доказательство.
Так как αj\alpha_{j} вычитается из γ\gamma, то (γ,αj)=1/2(\gamma,\alpha_{j})=1/2. Аналогично
(γ,αi)=1/2(\gamma,\alpha_{i})=1/2, следовательно (γ,αi+αj)=1(\gamma,\alpha_{i}+\alpha_{j})=1. Если бы
αi+αj\alpha_{i}+\alpha_{j} являлось бы корнем, то γ=αi+αj\gamma=\alpha_{i}+\alpha_{j}, что
противоречит условию. Значит αi+αj\alpha_{i}+\alpha_{j} не корень и,
следовательно, (αi,αj)=0(\alpha_{i},\alpha_{j})=0 (то есть αi\alpha_{i} и αj\alpha_{j} не
соседние простые корни). Поэтому (γ−αi,αj)=1/2(\gamma-\alpha_{i},\alpha_{j})=1/2 и αj\alpha_{j}
вычитается из γ−αi\gamma-\alpha_{i}.
Далее, напомним хорошо известное и совсем простое утверждение: для
произвольного корня γ\gamma в его разложении на простые корни
удвоенный коэффициент при любом простом корне α\alpha или равен сумме
коэффициентов при всех соседних с ним в диаграмме Дынкина простых
корнях, или отличается от нее на 11. При этом если они равны, то
(α,γ)=0(\alpha,\gamma)=0; если удвоенный коэффициент больше на 11, то
(α,γ)=1/2(\alpha,\gamma)=1/2 и α\alpha можно вычесть из γ\gamma (или γ=α\gamma=\alpha и (α,γ)=1(\alpha,\gamma)=1); если
удвоенный коэффициент меньше на 11, то (α,γ)=−1/2(\alpha,\gamma)=-1/2 и α\alpha можно прибавить к γ\gamma (или γ=−α\gamma=-\alpha и (α,γ)=−1(\alpha,\gamma)=-1). Это сразу следует из того, что
скалярный квадрат α\alpha равен 11, скалярное произведение α\alpha на
соседний корень равно 1/21/2, а на не соседний — 00.
Предположим, что существует простой корень с меньшим индексом, чем
jj, который тоже можно вычесть из γ−αi\gamma-\alpha_{i}; пусть это αk\alpha_{k},
k<jk<j. Так как αk\alpha_{k} не вычиталось из γ\gamma, то, в силу
вышесказанного, это означает, что простые корни αk\alpha_{k} и αi\alpha_{i}
соседние. Таким образом, k<j<ik<j<i, корни αk\alpha_{k} и αi\alpha_{i} соседние,
а αj\alpha_{j} и αi\alpha_{i} — нет. В системах корней Φ=Al\Phi=\operatorname{A}_{l} соседние
простые корни всегда имеют соседние номера, и сразу получается
противоречие. Если Φ=Dl\Phi=\operatorname{D}_{l}, то единственные соседние корни с
не соседними номерами, это α1\alpha_{1} и α3\alpha_{3}. Но тогда j=2j=2 и корни
α2\alpha_{2} и α3\alpha_{3} — тоже соседние, что противоречит ранее
сказанному.
Пусть Φ=El\Phi=\operatorname{E}_{l}. Аналогичными рассуждениями получаем, что
единственный возможный случай — это k=1k=1, j=2j=2 и i=3i=3. Тогда
в разложении γ\gamma коэффициент при α1\alpha_{1} может быть равен 11 или
22. Предположим, что он равен 11. Тогда, так как (γ,α1)=0(\gamma,\alpha_{1})=0,
коэффициент при α3\alpha_{3} равен 22. Так как α3\alpha_{3} вычитается из
γ\gamma, то коэффициент при α4\alpha_{4} тоже должен равняться 22 (как мы
уже упоминали, удвоенный коэффициент при α3\alpha_{3} должен равняться
сумме коэффициентов при α1\alpha_{1} и α4\alpha_{4} плюс 11). Но тогда
коэффициент при α2\alpha_{2} должен равняться 11 и α2\alpha_{2} не будет
вычитаться из γ\gamma — противоречие.
Осталось рассмотреть случай, когда в разложении γ\gamma коэффициент
при α1\alpha_{1} равен 22. Тогда, аналогично, коэффициент при α3\alpha_{3}
должен равняться 44, при α4\alpha_{4} — 55, а при α2\alpha_{2} — 33. В
принципе, то что такой корень существует всего один, можно
убедиться и непосредственным перебором, но мы в этом убедимся,
используя все то же утверждение. Как мы видим (и как уже
выводилось из условия), из корня γ\gamma можно вычесть α2\alpha_{2} и
α3\alpha_{3}. Поэтому удвоенный коэффициент при α4\alpha_{4} должен быть на
11 меньше суммы коэффициентов при соседних корнях, откуда
коэффициент при α5\alpha_{5} должен равняться 44. Далее, корень α4\alpha_{4}
можно к γ\gamma прибавить, а можно, после вычитания α2\alpha_{2} и α3\alpha_{3},
и вычесть. Это означает, что удвоенный коэффициент при α5\alpha_{5}
должен равняться сумме коэффициентов при соседних корнях, откуда
коэффициент при α6\alpha_{6} должен равняться 33. Аналогичными
рассуждениями получаем, что коэффициент при α7\alpha_{7} равен 22, а
при α8\alpha_{8} — 11, что и требовалось.
∎
Теорема 1.
Пусть αi∈Π\alpha_{i}\in\Pi и β,β+αi∈Φ+\beta,\beta+\alpha_{i}\in\Phi^{+}. Тогда Nαiβ=−1⇔N_{\alpha_{i}\beta}=-1\Leftrightarrow ii больше номера любого простого корня,
входящего в разложение β\beta.
Доказательство.
Прежде всего отметим, что если β=αj\beta=\alpha_{j} — простой корень, то
утверждение теоремы выполняется. В самом деле, если i<ji<j, то
Nαiαj=1N_{\alpha_{i}\alpha_{j}}=1 по N4, а если i>ji>j, то Nαiαj=−NαjαiN_{\alpha_{i}\alpha_{j}}=-N_{\alpha_{j}\alpha_{i}} по N1, что, по N4, равно −1-1. Поэтому можно
считать, что β\beta не является простым корнем. Далее, пусть
αj\alpha_{j} — простой корень с наименьшим индексом, который можно
вычесть из корня αi+β\alpha_{i}+\beta. Если j=ij=i, то, по свойству N4,
Nαiβ=1N_{\alpha_{i}\beta}=1 и утверждение теоремы выполняется. Пусть j≠ij\neq i. Если в свойство N3’’ подставить α=αi\alpha=\alpha_{i}, β=β−αj\beta=\beta-\alpha_{j}
и γ=αj\gamma=\alpha_{j}, то получится равенство Nβ−αj,αjNαiβ=Nαi+β−αj,αjNαi,β−αjN_{\beta-\alpha_{j},\alpha_{j}}N_{\alpha_{i}\beta}=N_{\alpha_{i}+\beta-\alpha_{j},\alpha_{j}}N_{\alpha_{i},\beta-\alpha_{j}}. Отсюда
Nαiβ=Nαi+β−αj,αjNαi,β−αjNβ−αj,αjN_{\alpha_{i}\beta}=N_{\alpha_{i}+\beta-\alpha_{j},\alpha_{j}}N_{\alpha_{i},\beta-\alpha_{j}}N_{\beta-\alpha_{j},\alpha_{j}}, что, по свойству N1, равно
Nαj,αi+β−αjNαi,β−αjNαj,β−αjN_{\alpha_{j},\alpha_{i}+\beta-\alpha_{j}}N_{\alpha_{i},\beta-\alpha_{j}}N_{\alpha_{j},\beta-\alpha_{j}}. По
определению αj\alpha_{j} и N4 первый сомножитель равен 11.
Рассмотрим последний сомножитель, Nαj,β−αjN_{\alpha_{j},\beta-\alpha_{j}}. Заметим, что
если в предыдущую лемму подставить γ=β+αi\gamma=\beta+\alpha_{i}, то ее условие
будет выполняться. Это означает, что, либо αj\alpha_{j} является простым
корнем с наименьшим индексом, который можно вычесть из β\beta, либо
Φ=E8\Phi=\operatorname{E}_{8}, γ=β+αi=
2454321
3
\gamma=\beta+\alpha_{i}=\vbox{\vbox{\vfill\hbox{$2454321$}\vskip 3.0pt\hbox{$\phantom{2}\phantom{4}3$\hfil}\vfill}}, j=2j=2 и
i=3i=3. Первый из этих случаев, по N4, означает, что
Nαj,β−αj=1N_{\alpha_{j},\beta-\alpha_{j}}=1, откуда Nαiβ=Nαi,β−αjN_{\alpha_{i}\beta}=N_{\alpha_{i},\beta-\alpha_{j}}.
Таким образом, мы можем спокойно из корня β\beta вычитать простой
корень с наименьшим индексом, который из него вычитается —
структурная константа при этом не меняется. Эта процедура
остановится либо когда мы придем к вышеуказанному исключительному
случаю, либо к случаю простого корня β=αj\beta=\alpha_{j}, либо к случаю,
когда αj=αi\alpha_{j}=\alpha_{i}. Отметим также, что при переходе от β\beta к
β−aj\beta-a_{j} условие из формулировки теоремы не меняется: если ii
было больше номера любого простого корня, входящего в разложение
β\beta, то это верно и для β−αj\beta-\alpha_{j}, и наоборот. Поэтому во втором
и третьем случае теорема выполняется.
Заметим, что Nαj,β−αjN_{\alpha_{j},\beta-\alpha_{j}} при β=
2354321
3
\beta=\vbox{\vbox{\vfill\hbox{$2354321$}\vskip 3.0pt\hbox{$\phantom{2}\phantom{3}3$\hfil}\vfill}} и j=2j=2
также равен 11. В самом деле, для этого достаточно к этой
структурной константе применить только что полученный
результат (то есть подставить в первоначальные расуждения β=
2354321
2
\beta=\vbox{\vbox{\vfill\hbox{$2354321$}\vskip 3.0pt\hbox{$\phantom{2}\phantom{3}2$\hfil}\vfill}} и i=2i=2) — то что мы не попадем в исключительный случай,
очевидно. Это означает, что исключительный случай можно было и не
исключать, так как в нем тоже Nαiβ=Nαi,β−αjN_{\alpha_{i}\beta}=N_{\alpha_{i},\beta-\alpha_{j}}.
Поэтому утверждение теоремы всегда верно.
∎
3. Перейдем к подсчету произведений структурных констант, которые нам
понадобятся в дальнейшем. У нас будут два отдельных подсчета для
систем Φ=D4\Phi=\operatorname{D}_{4} и Φ=Dl,l>4\Phi=\operatorname{D}_{l},l>4. В рассуждениях мы будем
использовать свойства N1, N2’, N4 и результат теоремы без
подробных записей, а N3’’ придется расписывать поподробнее, в силу
неоднозначности выбора корней и порядка использования этого
свойства. Отметим, что N4, разумеется, является частным случаем теоремы, но где
это возможно, для простоты, мы будем ссылаться именно на N4.
Начнем со случая Φ=D4\Phi=\operatorname{D}_{4}.
Лемма 2.
Пусть Φ=D4\Phi=\operatorname{D}_{4}, и положим λ=
0
10
0
\lambda=\vbox{\vbox{\vfill\hbox{$0$}\vskip-1.0pt\hbox{$\phantom{0}10$\hfil}\vskip-1.0pt\hbox{$0$}\vfill}},
ρ=
0
11
1
\rho=\vbox{\vbox{\vfill\hbox{$0$}\vskip-1.0pt\hbox{$\phantom{0}11$\hfil}\vskip-1.0pt\hbox{$1$}\vfill}}, σ=
1
11
0
\sigma=\vbox{\vbox{\vfill\hbox{$1$}\vskip-1.0pt\hbox{$\phantom{1}11$\hfil}\vskip-1.0pt\hbox{$0$}\vfill}},
τ=
1
10
1
\tau=\vbox{\vbox{\vfill\hbox{$1$}\vskip-1.0pt\hbox{$\phantom{1}10$\hfil}\vskip-1.0pt\hbox{$1$}\vfill}}. Тогда
- 1.
Nλ−δ,δNλ−δ,ρNσ−δ,δNσ−δ,τ=1N_{\lambda-\delta,\delta}N_{\lambda-\delta,\rho}N_{\sigma-\delta,\delta}N_{\sigma-\delta,\tau}=1;
- 2.
Nλ−δ,δNλ−δ,σNρ−δ,δNρ−δ,τ=1N_{\lambda-\delta,\delta}N_{\lambda-\delta,\sigma}N_{\rho-\delta,\delta}N_{\rho-\delta,\tau}=1.
Доказательство.
Nλ−δ,δ=N2′N−λ,λ−δ=N1−Nλ,δ−λN_{\lambda-\delta,\delta}\stackrel{{\scriptstyle N2^{\prime}}}{{=}}N_{-\lambda,\lambda-\delta}\stackrel{{\scriptstyle N1}}{{=}}-N_{\lambda,\delta-\lambda}. Так как λ+(δ−λ)=δ\lambda+(\delta-\lambda)=\delta — максимальный корень, а
λ=α3\lambda=\alpha_{3} — единственный простой корень, который из него
вычитается, то по N4 это выражение равно −1-1.
Далее, Nλ−δ,ρ=N1−Nρ,λ−δ=N2′−Nδ−λ−ρ,ρN_{\lambda-\delta,\rho}\stackrel{{\scriptstyle N1}}{{=}}-N_{\rho,\lambda-\delta}\stackrel{{\scriptstyle N2^{\prime}}}{{=}}-N_{\delta-\lambda-\rho,\rho}. Так как δ−λ−ρ=α1\delta-\lambda-\rho=\alpha_{1}, то по N4 это выражение снова равно −1-1.
Считаем третью константу: Nσ−δ,δ=N2′N−σ,σ−δ=N1Nδ−σ,σN_{\sigma-\delta,\delta}\stackrel{{\scriptstyle N2^{\prime}}}{{=}}N_{-\sigma,\sigma-\delta}\stackrel{{\scriptstyle N1}}{{=}}N_{\delta-\sigma,\sigma}. Заметим, что δ−σ=α2+α3\delta-\sigma=\alpha_{2}+\alpha_{3}, то есть Nδ−σ,σ=Nα2+α3,σN_{\delta-\sigma,\sigma}=N_{\alpha_{2}+\alpha_{3},\sigma}.
Подставим в N3’’ α=α3\alpha=\alpha_{3}, β=α2\beta=\alpha_{2} и γ=σ\gamma=\sigma. Тогда получим
Nα2σNα3,α2+σ=Nα3+α2,σNα3α2N_{\alpha_{2}\sigma}N_{\alpha_{3},\alpha_{2}+\sigma}=N_{\alpha_{3}+\alpha_{2},\sigma}N_{\alpha_{3}\alpha_{2}}. При
этом Nα2σ=1N_{\alpha_{2}\sigma}=1 по теореме, Nα3,α2+σ=1N_{\alpha_{3},\alpha_{2}+\sigma}=1 по
свойству N4, а Nα3α2=−1N_{\alpha_{3}\alpha_{2}}=-1 снова по теореме. Поэтому
третья константа тоже получается равна −1-1.
Четвертая константа: Nσ−δ,τ=N2′Nδ−σ−τ,σ−δ=N1−Nσ+τ−δ,δ−σN_{\sigma-\delta,\tau}\stackrel{{\scriptstyle N2^{\prime}}}{{=}}N_{\delta-\sigma-\tau,\sigma-\delta}\stackrel{{\scriptstyle N1}}{{=}}-N_{\sigma+\tau-\delta,\delta-\sigma}. Так
как σ+τ−δ=α1\sigma+\tau-\delta=\alpha_{1}, то по N4 это выражение снова равно −1-1.
Таким образом, все четыре константы в левой части первого пункта
равны −1-1, а их произведение, соответственно, 11. Это завершает
доказательство первого пункта.
Далее, Nλ−δ,σ=N1−Nσ,λ−δ=N2′−Nδ−λ−σ,σN_{\lambda-\delta,\sigma}\stackrel{{\scriptstyle N1}}{{=}}-N_{\sigma,\lambda-\delta}\stackrel{{\scriptstyle N2^{\prime}}}{{=}}-N_{\delta-\lambda-\sigma,\sigma}. Так как δ−λ−σ=α2\delta-\lambda-\sigma=\alpha_{2}, то
это выражение есть −Nα2σ-N_{\alpha_{2}\sigma}, что по теореме, как мы уже
говорили, равно −1-1.
Затем, Nρ−δ,δ=N2′N−ρ,ρ−δ=N1Nδ−ρ,ρN_{\rho-\delta,\delta}\stackrel{{\scriptstyle N2^{\prime}}}{{=}}N_{-\rho,\rho-\delta}\stackrel{{\scriptstyle N1}}{{=}}N_{\delta-\rho,\rho}. Заметим, что δ−ρ=α1+α3\delta-\rho=\alpha_{1}+\alpha_{3}, то есть Nδ−ρ,ρ=Nα1+α3,ρN_{\delta-\rho,\rho}=N_{\alpha_{1}+\alpha_{3},\rho}. Подставим
в N3’’ α=α3\alpha=\alpha_{3}, β=α1\beta=\alpha_{1} и γ=ρ\gamma=\rho. Тогда получим
Nα1ρNα3,α1+ρ=Nα3+α1,ρNα3α1N_{\alpha_{1}\rho}N_{\alpha_{3},\alpha_{1}+\rho}=N_{\alpha_{3}+\alpha_{1},\rho}N_{\alpha_{3}\alpha_{1}}. При этом Nα1ρ=1N_{\alpha_{1}\rho}=1 по
свойству N4, Nα3,α1+ρ=1N_{\alpha_{3},\alpha_{1}+\rho}=1 тоже по свойству N4, а
Nα3α1=−1N_{\alpha_{3}\alpha_{1}}=-1 по теореме. Поэтому эта константа также
получается равна −1-1.
Наконец, Nρ−δ,τ=N2′Nδ−ρ−τ,ρ−δ=N1−Nρ+τ−δ,δ−ρN_{\rho-\delta,\tau}\stackrel{{\scriptstyle N2^{\prime}}}{{=}}N_{\delta-\rho-\tau,\rho-\delta}\stackrel{{\scriptstyle N1}}{{=}}-N_{\rho+\tau-\delta,\delta-\rho}. Так как ρ+τ−δ=α2\rho+\tau-\delta=\alpha_{2}, то по
теореме это выражение снова равно −1-1. Таким образом, все четыре
константы в левой части второго пункта также равны −1-1, а их
произведение, соответственно, 11. Это завершает доказательство
второго пункта.
∎
Отметим, что пункты 1 и 2 этой леммы получаются перестановкой
выбранных корней. Более того, на самом деле для случая Φ=D4\Phi=\operatorname{D}_{4}
для любых четырех попарно ортогональных корней, образующих угол
π/3\pi/3 с корнем δ\delta, аналогичное произведение будет равно 11.
Однако для общего случая Φ=Dl\Phi=\operatorname{D}_{l} это не так, знак произведения
меняется в зависимости от выбора корней. Посчитаем этот знак для
одной из четверок:
Лемма 3.
Пусть Φ=Dl\Phi=\operatorname{D}_{l}, l>4l>4, и положим λ=
0
0…0010
0
\lambda=\vbox{\vbox{\vfill\hbox{$0$}\vskip-1.0pt\hbox{$\phantom{0}0\dots 0010$\hfil}\vskip-1.0pt\hbox{$0$}\vfill}},
ρ=
1
2…2210
1
\rho=\vbox{\vbox{\vfill\hbox{$1$}\vskip-1.0pt\hbox{$\phantom{1}2\dots 2210$\hfil}\vskip-1.0pt\hbox{$1$}\vfill}}, σ=
0
0…0111
0
\sigma=\vbox{\vbox{\vfill\hbox{$0$}\vskip-1.0pt\hbox{$\phantom{0}0\dots 0111$\hfil}\vskip-1.0pt\hbox{$0$}\vfill}},
τ=
1
2…2111
1
\tau=\vbox{\vbox{\vfill\hbox{$1$}\vskip-1.0pt\hbox{$\phantom{1}2\dots 2111$\hfil}\vskip-1.0pt\hbox{$1$}\vfill}}. Тогда
Nλ−δ,δNλ−δ,ρNσ−δ,δNσ−δ,τ=1N_{\lambda-\delta,\delta}N_{\lambda-\delta,\rho}N_{\sigma-\delta,\delta}N_{\sigma-\delta,\tau}=1.
Доказательство.
Первая из структурных констант считается также, как и в прошлой
лемме: Nλ−δ,δ=N2′N−λ,λ−δ=N1−Nλ,δ−λN_{\lambda-\delta,\delta}\stackrel{{\scriptstyle N2^{\prime}}}{{=}}N_{-\lambda,\lambda-\delta}\stackrel{{\scriptstyle N1}}{{=}}-N_{\lambda,\delta-\lambda}. Так как λ+(δ−λ)=δ\lambda+(\delta-\lambda)=\delta —
максимальный корень, а λ\lambda — единственный простой корень,
который из него вычитается, то по N4 это выражение равно −1-1.
Далее, Nλ−δ,ρ=N2′Nρ,δ−λ−ρ=N1−Nδ−λ−ρ,ρN_{\lambda-\delta,\rho}\stackrel{{\scriptstyle N2^{\prime}}}{{=}}N_{\rho,\delta-\lambda-\rho}\stackrel{{\scriptstyle N1}}{{=}}-N_{\delta-\lambda-\rho,\rho}. Так как δ−λ−ρ=
0
0…0001
0
=αl\delta-\lambda-\rho=\vbox{\vbox{\vfill\hbox{$0$}\vskip-1.0pt\hbox{$\phantom{0}0\dots 0001$\hfil}\vskip-1.0pt\hbox{$0$}\vfill}}=\alpha_{l}, а ρ=
1
2…2210
1
\rho=\vbox{\vbox{\vfill\hbox{$1$}\vskip-1.0pt\hbox{$\phantom{1}2\dots 2210$\hfil}\vskip-1.0pt\hbox{$1$}\vfill}}, то, по теореме, Nδ−λ−ρ,ρ=−1N_{\delta-\lambda-\rho,\rho}=-1, а искомая константа, соответственно, равна 11.
Считаем третью константу: Nσ−δ,δ=N2′N−σ,σ−δ=N1−Nσ,δ−σN_{\sigma-\delta,\delta}\stackrel{{\scriptstyle N2^{\prime}}}{{=}}N_{-\sigma,\sigma-\delta}\stackrel{{\scriptstyle N1}}{{=}}-N_{\sigma,\delta-\sigma}. По условию, σ=αn−2+αn−1+αn\sigma=\alpha_{n-2}+\alpha_{n-1}+\alpha_{n}. Подставим в N3’’ α=αn−2+αn−1\alpha=\alpha_{n-2}+\alpha_{n-1},
β=αn\beta=\alpha_{n} и γ=δ−σ\gamma=\delta-\sigma. Тогда получим:
Nαn,δ−σNαn−2+αn−1,αn+δ−σ=Nσ,δ−σNαn−2+αn−1,αnN_{\alpha_{n},\delta-\sigma}N_{\alpha_{n-2}+\alpha_{n-1},\alpha_{n}+\delta-\sigma}=N_{\sigma,\delta-\sigma}N_{\alpha_{n-2}+\alpha_{n-1},\alpha_{n}}. При этом Nαn,δ−σ=−1N_{\alpha_{n},\delta-\sigma}=-1 по теореме и Nαn−2+αn−1,αn=N1−Nαn,αn−2+αn−1=1N_{\alpha_{n-2}+\alpha_{n-1},\alpha_{n}}\stackrel{{\scriptstyle N1}}{{=}}-N_{\alpha_{n},\alpha_{n-2}+\alpha_{n-1}}=1 снова по теореме. Чтобы посчитать
оставшийся коэффициент, Nαn−2+αn−1,αn+δ−σN_{\alpha_{n-2}+\alpha_{n-1},\alpha_{n}+\delta-\sigma}, еще
раз воспользуемся N3’’: подставим α=αn−1\alpha=\alpha_{n-1}, β=αn−2\beta=\alpha_{n-2} и
γ=αn+δ−σ\gamma=\alpha_{n}+\delta-\sigma. Тогда получим
Nαn−2,αn+δ−σNαn−1,αn−2+αn+δ−σ=Nαn−1+αn−2,αn+δ−σNαn−1,αn−2N_{\alpha_{n-2},\alpha_{n}+\delta-\sigma}N_{\alpha_{n-1},\alpha_{n-2}+\alpha_{n}+\delta-\sigma}=N_{\alpha_{n-1}+\alpha_{n-2},\alpha_{n}+\delta-\sigma}N_{\alpha_{n-1},\alpha_{n-2}}. Здесь
Nαn−2,αn+δ−σN_{\alpha_{n-2},\alpha_{n}+\delta-\sigma} и Nαn−1,αn−2+αn+δ−σN_{\alpha_{n-1},\alpha_{n-2}+\alpha_{n}+\delta-\sigma}
равны 11 по теореме, а Nαn−1,αn−2N_{\alpha_{n-1},\alpha_{n-2}}, тоже по теореме,
равно −1-1. Таким образом, Nαn−1+αn−2,αn+δ−σ=−1N_{\alpha_{n-1}+\alpha_{n-2},\alpha_{n}+\delta-\sigma}=-1,
откуда Nσ,δ−σ=1N_{\sigma,\delta-\sigma}=1 и, наконец, Nσ−δ,δ=−1N_{\sigma-\delta,\delta}=-1.
Считаем четвертую константу: Nσ−δ,τ=N1−Nδ−σ,−τ=N2′−Nσ+τ−δ,δ−σN_{\sigma-\delta,\tau}\stackrel{{\scriptstyle N1}}{{=}}-N_{\delta-\sigma,-\tau}\stackrel{{\scriptstyle N2^{\prime}}}{{=}}-N_{\sigma+\tau-\delta,\delta-\sigma}. Заметим,
что σ+τ−δ=αn\sigma+\tau-\delta=\alpha_{n}, поэтому Nσ+τ−δ,δ−σ=−1N_{\sigma+\tau-\delta,\delta-\sigma}=-1 по
теореме. Следовательно, Nσ−δ,τ=1N_{\sigma-\delta,\tau}=1. Осталось собрать все
четыре найденные константы:
Nλ−δ,δNλ−δ,ρNσ−δ,δNσ−δ,τ=(−1)⋅1⋅(−1)⋅1=1N_{\lambda-\delta,\delta}N_{\lambda-\delta,\rho}N_{\sigma-\delta,\delta}N_{\sigma-\delta,\tau}=(-1)\cdot 1\cdot(-1)\cdot 1=1, что и требовалось.
§3. Необходимые результаты из работы [18]
4. Так как настоящая работа является переносом результатов статьи
[18] со случаев Φ=E6\Phi=\operatorname{E}_{6}, E7\operatorname{E}_{7} и E8\operatorname{E}_{8} на случаи Al\operatorname{A}_{l} и Dl\operatorname{D}_{l},
стоит напомнить основные моменты той статьи. Мы рассматриваем
орбиты действия группы G0=Gsc(Φ0,K)G_{0}=G_{\text{\rm sc}}(\Phi_{0},K) на
пространстве V1=⟨eα;α∈Φ1⟩V_{1}=\langle e_{\alpha};\alpha\in\Phi_{1}\rangle. Пусть x∈V1x\in V_{1}. В начале мы доказали, что можно считать, что x=xλeλ+xδ−λeδ−λ+xμeμ+xνeν+xξeξx=x^{\lambda}e_{\lambda}+x^{\delta-\lambda}e_{\delta-\lambda}+x^{\mu}e_{\mu}+x^{\nu}e_{\nu}+x^{\xi}e_{\xi};
здесь λ,μ,ν,ξ∈Φ1\lambda,\mu,\nu,\xi\in\Phi_{1} — некоторые попарно
ортогональные корни и λ+μ+ν+ξ=2δ\lambda+\mu+\nu+\xi=2\delta. Далее мы доказывали,
что для систем Φ=E6\Phi=\operatorname{E}_{6}, E7\operatorname{E}_{7} и E8\operatorname{E}_{8} корни λ\lambda, μ\mu, ν\nu
и ξ\xi могут быть выбраны произвольно (в рассматриваемых в
настоящей статье случаях это, как мы увидим, не совсем так). После
этого мы заметили, что любой x∈V1x\in V_{1} приводится к одному из
следующих типов.
- I.
- II.
x=xλeλx=x^{\lambda}e_{\lambda}; xλ≠0x^{\lambda}\neq 0. Есть для всех систем
Φ\Phi, кроме A1\operatorname{A}_{1}.
- III.
x=xλeλ+xμeμx=x^{\lambda}e_{\lambda}+x^{\mu}e_{\mu}; xλ,xμ≠0x^{\lambda},x^{\mu}\neq 0. Есть
для всех систем Φ\Phi, кроме A1\operatorname{A}_{1} и A2\operatorname{A}_{2}.
- IV.
x=xλeλ+xμeμ+xνeνx=x^{\lambda}e_{\lambda}+x^{\mu}e_{\mu}+x^{\nu}e_{\nu}; xλ,xμ,xν≠0x^{\lambda},x^{\mu},x^{\nu}\neq 0. Есть для всех систем Φ\Phi, кроме Al\operatorname{A}_{l}.
- V.
x=xλeλ+xμeμ+xνeν+xξeξx=x^{\lambda}e_{\lambda}+x^{\mu}e_{\mu}+x^{\nu}e_{\nu}+x^{\xi}e_{\xi};
xλ,xμ,xν,xξ≠0x^{\lambda},x^{\mu},x^{\nu},x^{\xi}\neq 0. Есть для всех систем Φ\Phi,
кроме Al\operatorname{A}_{l}.
- VI.
x=xλeλ+xδ−λeδ−λx=x^{\lambda}e_{\lambda}+x^{\delta-\lambda}e_{\delta-\lambda}; xλ,xδ−λ≠0x^{\lambda},x^{\delta-\lambda}\neq 0. Есть для всех систем Φ\Phi, кроме A1\operatorname{A}_{1}.
- VII.
x=xλeλ+xδ−λeδ−λ+xμeμx=x^{\lambda}e_{\lambda}+x^{\delta-\lambda}e_{\delta-\lambda}+x^{\mu}e_{\mu};
xλ,xδ−λ,xμ≠0x^{\lambda},x^{\delta-\lambda},x^{\mu}\neq 0. Есть для всех систем Φ\Phi, кроме
A1\operatorname{A}_{1} и A2\operatorname{A}_{2}.
- VIII.
x=xλeλ+xδ−λeδ−λ+xμeμ+xνeνx=x^{\lambda}e_{\lambda}+x^{\delta-\lambda}e_{\delta-\lambda}+x^{\mu}e_{\mu}+x^{\nu}e_{\nu}; xλ,xδ−λ,xμ,xν≠0x^{\lambda},x^{\delta-\lambda},x^{\mu},x^{\nu}\neq 0. Есть для всех
систем Φ\Phi, кроме Al\operatorname{A}_{l}.
- IX.
x=xλeλ+xδ−λeδ−λ+xμeμ+xνeν+xξeξx=x^{\lambda}e_{\lambda}+x^{\delta-\lambda}e_{\delta-\lambda}+x^{\mu}e_{\mu}+x^{\nu}e_{\nu}+x^{\xi}e_{\xi}; xλ,xδ−λ,xμ,xν,xξ≠0x^{\lambda},x^{\delta-\lambda},x^{\mu},x^{\nu},x^{\xi}\neq 0. Есть для всех систем Φ\Phi, кроме Al\operatorname{A}_{l}.
От VII и VIII случаев мы избавились сразу же. Далее, от VI случая
мы избавлялись при Φ≠Al\Phi\neq\operatorname{A}_{l} и |K|>2|K|>2, а от IX — при
charK≠2\operatorname{char}K\neq 2. Кроме того, мы доказали следующую несложную
лемму:
Лемма 4 (Лемма 1 из [18]).
Пусть
wα(a)=x−α(−a2+a)xα(−1a)x−α(a−1)xα(1)w_{\alpha}(a)=x_{-\alpha}(-a^{2}+a)x_{\alpha}(-\frac{1}{a})x_{-\alpha}(a-1)x_{\alpha}(1)
при α∈Φ0\alpha\in\Phi_{0} и a∈K∗a\in K^{*}. Тогда wα(a)eβ=1aeβw_{\alpha}(a)e_{\beta}=\frac{1}{a}e_{\beta}
при ∠(α,β)=π/3\angle(\alpha,\beta)=\pi/3; wα(a)eβ=eβw_{\alpha}(a)e_{\beta}=e_{\beta} при
∠(α,β)=π/2\angle(\alpha,\beta)=\pi/2 и wα(a)eβ=aeβw_{\alpha}(a)e_{\beta}=ae_{\beta} при
∠(α,β)=2π/3\angle(\alpha,\beta)=2\pi/3.
С помощью этой леммы мы избавлялись от большинства коэффициентов в
оставшихся случаях и приходили к искомому списку орбит.
5. Далее мы доказывали, что все описанные случаи дают разные
орбиты. Во-первых, была доказана следующая лемма:
Лемма 5 (Лемма 3 из [18]).
Пусть Φ≠Al\Phi\neq\operatorname{A}_{l}, charK≠2\operatorname{char}K\neq 2 и x=∑α∈Φ1xαeαx=\sum_{\alpha\in\Phi_{1}}x^{\alpha}e_{\alpha}. Тогда существует и единственен корневой элемент y=∑α∈Φyαeα+yhy=\sum_{\alpha\in\Phi}y^{\alpha}e_{\alpha}+y^{h}, в котором yα=xαy^{\alpha}=x^{\alpha} при
α∈Φ1\alpha\in\Phi_{1}, yδ=1y^{\delta}=1 и yh∈⟨hα;α∈Φ0∩Π⟩y^{h}\in\langle h_{\alpha};\alpha\in\Phi_{0}\cap\Pi\rangle.
Во-вторых, мы вводили следующие определения: элемент xx
называется темным, если угол между соответствующим ему yy и
eδe_{\delta} равен π\pi (иначе говоря, y−δ≠0y^{-\delta}\neq 0). Далее, xx
называется светящимся, если этот угол равен 2π/32\pi/3; блестящим,
если угол равен π/2\pi/2 и сингулярным, если он равен π/3\pi/3. Как
несложно видеть, последнее условие равносильно тому, что xx
корневой элемент. Названия взяты из работы [29] для случая Φ=E8\Phi=\operatorname{E}_{8}. Их определения в [29] другие, но, на самом деле,
равносильные.
Затем мы заметили, что при умножении на g∈G0g\in G_{0} элементу gxgx
соответствует корневой элемент gygy. При этом угол между yy и
eδe_{\delta} при таком умножении также не меняется, значит определения
темного, светящегося, блестящего и сингулярного элементов можно
расширить на орбиты. Более того, если xx темный, то коэффициент
y−δy^{-\delta} также не меняется при умножении на g∈G0g\in G_{0}, то есть
тоже является инвариантом. Наконец, мы проверяли, что в случае II
вектор xx получается сингулярным, в случае III — блестящим, в
случае IV — светящимся, а в случае V — темным. При этом в
случае V инвариант y−δy^{-\delta} равнялся произведению нескольких
структурных констант и xλxμxνxξx^{\lambda}x^{\mu}x^{\nu}x^{\xi}, поэтому
произведение всех коэффициентов xλxμxνxξx^{\lambda}x^{\mu}x^{\nu}x^{\xi} также
постоянно. Для Φ=El\Phi=\operatorname{E}_{l}, рассматриваемого в статье [18], этого
хватало для классификации. Для рассматриваемых в настоящей работе
Φ=Al\Phi=\operatorname{A}_{l} и Dl\operatorname{D}_{l} это также будет очень полезным, но, к
сожалению, для полной классификации этого не хватит.
§4. Случай Φ=Al\Phi=\operatorname{A}_{l}
6. Вернемся к уже упомянутому ранее вопросу существования и
произвольности выбора четырех попарно ортогональных корней λ\lambda,
μ\mu, ν\nu и ξ\xi для разных систем Φ\Phi. В рассматриваемом в
этом разделе случае Φ=Al\Phi=\operatorname{A}_{l} может быть только два ортогональных
корня, так что корни ν\nu и ξ\xi точно отсутствуют. Мы
перечислим орбиты этих корней под действием группы Вейля системы
Φ0\Phi_{0}; так как корни выбирались в теореме по порядку, то
порядок нам тоже важен. Таким образом, для определения корня λ\lambda
мы можем пользоваться всей группой Вейля, а для корня μ\mu —
только подгруппой, оставляющей уже выбранный λ\lambda неподвижным.
- •
Пусть Φ=A1\Phi=\operatorname{A}_{1}. В этом случае Φ1\Phi_{1} пустое.
- •
Пусть Φ=A2\Phi=\operatorname{A}_{2}. В этом случае Φ1\Phi_{1} состоит из двух
корней с углом 2π/32\pi/3 между ними, а Φ0\Phi_{0} пустое. Поэтому у
корня λ\lambda получается две орбиты по одному корню в каждой, а
корней μ\mu, ν\nu и ξ\xi в этом случае нет. Для удобства
обозначим корень 1010 через ρ\rho. Тогда λ=ρ\lambda=\rho или δ−ρ\delta-\rho.
- •
Пусть Φ=Al\Phi=\operatorname{A}_{l}, l>2l>2. В этом случае Φ1\Phi_{1} состоит из
корней, имеющих 1 при первом фундаментальном корне и 0 при
последнем, или наоборот. Таким образом, Φ1\Phi_{1} распадается на
две части (по l−1l-1 корню в каждой), причем корни из одной части
имеют угол π/3\pi/3 между собой, а корни из разных частей — угол
π/2\pi/2 или 2π/32\pi/3. В этом случае у корня λ\lambda получается две
орбиты, у μ\mu одна орбита (если λ\lambda в одной части, то μ\mu
точно в другой), а корней ν\nu и ξ\xi в этом случае тоже нет.
Подобно прошлому случаю, обозначим корень
10⋯0010\cdots 00
через
ρ\rho, а корень
00⋯0100\cdots 01
через σ\sigma. Тогда можно считать,
что λ=ρ\lambda=\rho и μ=σ\mu=\sigma, или наоборот, λ=σ\lambda=\sigma и μ=ρ\mu=\rho.
7. Как известно, для случая Φ=Al\Phi=\operatorname{A}_{l} элементы VV можно
представить в виде матриц размера (l+1)×(l+1)(l+1)\times(l+1). В
естественной нумерации максимальному корню δ\delta соответствует
единица в правом верхнем углу. При этом элементы из V1V_{1} имеют
вид
|
(0a1…al−1000…0b1⋮⋮⋱⋮⋮00…0bl−100…00),\left(\begin{array}[]{ccccc}0&a_{1}&\ldots&a_{l-1}&0\\
0&0&\ldots&0&b_{1}\\
\vdots&\vdots&\ddots&\vdots&\vdots\\
0&0&\ldots&0&b_{l-1}\\
0&0&\ldots&0&0\end{array}\right), |
|
то есть им соответствует пара из ковектора и вектора ((a1,…,al−1),(b1,…,bl−1)T)((a_{1},\dots,a_{l-1}),\\
(b_{1},\dots,b_{l-1})^{T}). Каждому корню соответствует своя
координата в векторе или ковекторе. Если двум различным корням
соответствуют координаты в векторе (или ковекторе), то угол между
ними равен π/3\pi/3; если одному соответствует координата в
векторе, а другому в ковекторе, причем эти координаты с различным
номером, то угол между ними равен π/2\pi/2; если же эти координаты
окажутся с одним номером, то угол будет равен 2π/32\pi/3.
Далее, g∈G0g\in G_{0} представляется в виде
|
(10…000∗…∗0⋮⋮⋱⋮⋮0∗…∗000…01),\left(\begin{array}[]{ccccc}1&0&\ldots&0&0\\
0&*&\ldots&*&0\\
\vdots&\vdots&\ddots&\vdots&\vdots\\
0&*&\ldots&*&0\\
0&0&\ldots&0&1\end{array}\right), |
|
где центральная подматрица из SL(l−1,K)\operatorname{SL}(l-1,K); обозначим эту подматрицу g′g^{\prime}. При этом действие G0G_{0} на V1V_{1}
соответствует сопряжению. Как несложно видеть, при таком действии
пара из ковектора и вектора (uT,v)(u^{T},v) переходит в
(uT(g′)−1,g′v)(u^{T}(g^{\prime})^{-1},g^{\prime}v).
На таком языке, разумеется, можно разобрать целиком весь случай
Φ=Al\Phi=\operatorname{A}_{l}. Однако там, где это возможно и не приводит к большим
трудностям, мы сохраним взгляд и терминологию из предыдущей статьи
(и следующего параграфа).
8. Теперь посмотрим, как можно упростить перечень типов из
пункта 4 с помощью леммы 4 для систем корней типа Al\operatorname{A}_{l}:
- •
Пусть Φ=A1\Phi=\operatorname{A}_{1}. Тогда Φ1\Phi_{1} пустое, V1V_{1} состоит из
одного нуля и, соответственно, есть ровно одна нулевая орбита.
- •
Пусть Φ=A2\Phi=\operatorname{A}_{2}. Тогда Φ1\Phi_{1} состоит из двух векторов
ρ\rho и δ−ρ\delta-\rho, Φ0\Phi_{0} пустое, значит все векторы xρeρ+xδ−ρeδ−ρx^{\rho}e_{\rho}+x^{\delta-\rho}e_{\delta-\rho}, при xρ,xδ−ρ∈Kx^{\rho},x^{\delta-\rho}\in K,
образуют орбиты из одного элемента.
- •
Пусть Φ=A3\Phi=\operatorname{A}_{3}. Тогда Φ1\Phi_{1} состоит из четырех
векторов ρ\rho, σ\sigma, δ−ρ\delta-\rho и δ−σ\delta-\sigma, а Φ0={δ−ρ−σ,ρ+σ−δ}=A1\Phi_{0}=\{\delta-\rho-\sigma,\rho+\sigma-\delta\}=\operatorname{A}_{1}. Из 9 случаев, перечисленных в
пункте 4, у нас остались I, II, III и VI типы:
- I.
- II.
x=xλeλx=x^{\lambda}e_{\lambda}; xλ≠0x^{\lambda}\neq 0.
- III.
x=xλeλ+xμeμx=x^{\lambda}e_{\lambda}+x^{\mu}e_{\mu}; xλ,xμ≠0x^{\lambda},x^{\mu}\neq 0.
- VI.
x=xλeλ+xδ−λeδ−λx=x^{\lambda}e_{\lambda}+x^{\delta-\lambda}e_{\delta-\lambda}; xλ,xδ−λ≠0x^{\lambda},x^{\delta-\lambda}\neq 0.
В случае I, разумеется, остается 0. В случае II, по лемме и
описанным ранее особенностям выбора корней λ\lambda в системах Al\operatorname{A}_{l},
все элементы приводятся к одному из двух подтипов x=eρx=e_{\rho} и
x=eσx=e_{\sigma}. В случае III по лемме получается избавиться лишь от
одного коэффициента, и получается серия типов x=eρ+xσeσx=e_{\rho}+x^{\sigma}e_{\sigma}, xσ≠0x^{\sigma}\neq 0. В случае VI — тоже лишь от одного
коэффициента, и получается серия типов x=eρ+xδ−ρeδ−ρx=e_{\rho}+x^{\delta-\rho}e_{\delta-\rho}, xδ−ρ≠0x^{\delta-\rho}\neq 0. Во всех случаях в лемме 4
полагаем α=δ−ρ−σ\alpha=\delta-\rho-\sigma и выбираем подходящий коэффициент aa. Из
этого следует, что при Φ=A3\Phi=\operatorname{A}_{3} любой x∈V1x\in V_{1} приводится к
одному из следующих типов:
- I.
- II.
- III.
x=eρ+xσeσx=e_{\rho}+x^{\sigma}e_{\sigma}, xσ≠0x^{\sigma}\neq 0.
- VI.
x=eρ+xδ−ρeδ−ρx=e_{\rho}+x^{\delta-\rho}e_{\delta-\rho},
xδ−ρ≠0x^{\delta-\rho}\neq 0.
- •
Пусть Φ=Al\Phi=\operatorname{A}_{l}, l>3l>3. Как и в прошлый раз, у нас
остались I, II, III и VI типы:
- I.
- II.
x=xλeλx=x^{\lambda}e_{\lambda}; xλ≠0x^{\lambda}\neq 0.
- III.
x=xλeλ+xμeμx=x^{\lambda}e_{\lambda}+x^{\mu}e_{\mu}; xλ,xμ≠0x^{\lambda},x^{\mu}\neq 0.
- VI.
x=xλeλ+xδ−λeδ−λx=x^{\lambda}e_{\lambda}+x^{\delta-\lambda}e_{\delta-\lambda}; xλ,xδ−λ≠0x^{\lambda},x^{\delta-\lambda}\neq 0.
В случае I, разумеется, остается 0. В случае II, как и в
предыдущем пункте, все элементы приводятся к одному из двух
подтипов x=eρx=e_{\rho} и x=eσx=e_{\sigma}. В случае III с помощью леммы
удается избавиться от обоих коэффициентов: после перехода к
x=eρ+xσeσx=e_{\rho}+x^{\sigma}e_{\sigma}, xσ≠0x^{\sigma}\neq 0, аналогичному предыдущему
пункту, положим α=00⋯10\alpha=\vbox{\vbox{\vfill\hbox{$00\cdots 10$}\vfill}} и выберем подходящий
коэффициент aa. Тогда в этом случае получается один тип x=eρ+eσx=e_{\rho}+e_{\sigma}. В случае VI, как и в предыдущем пункте, получается
избавиться лишь от одного коэффициента, и получается серия типов
x=eρ+xδ−ρeδ−ρx=e_{\rho}+x^{\delta-\rho}e_{\delta-\rho}, xδ−ρ≠0x^{\delta-\rho}\neq 0. Из этого
следует, что при Φ=Al\Phi=\operatorname{A}_{l}, l>3l>3, любой x∈V1x\in V_{1} приводится
к одному из следующих типов:
- I.
- II.
- III.
x=eρ+eσx=e_{\rho}+e_{\sigma}.
- VI.
x=eρ+xδ−ρeδ−ρx=e_{\rho}+x^{\delta-\rho}e_{\delta-\rho},
xδ−ρ≠0x^{\delta-\rho}\neq 0.
9. Докажем, что все полученные типы лежат в различных орбитах.
Случаи Φ=A1\Phi=\operatorname{A}_{1} и Φ=A2\Phi=\operatorname{A}_{2} очевидны. Рассмотрим случай
Φ=A3\Phi=\operatorname{A}_{3}. Тип I с нулевым вектором, как и для всех других
систем, образует одну орбиту. Для разделения остальных типов
воспользуемся рассуждениями из пункта 7. В II а) пара из
ковектора и вектора — это ((1,0),(0,0)T)((1,0),(0,0)^{T}); в II б) —
((0,0),(0,1)T)((0,0),(0,1)^{T}); в III — ((1,0),(0,xσ)T)((1,0),(0,x^{\sigma})^{T}); в VI —
((1,0),(xδ−ρ,0)T)((1,0),(x^{\delta-\rho},0)^{T}). Как несложно видеть, нулевой вектор
(и ковектор) остаются нулевыми, значит в II а) и II б) получаются
две отдельные орбиты. Таким образом, остались III и VI типы. Если
OPEN(1,0)(g′)−1)=(1,0)(1,0)(g^{\prime})^{-1})=(1,0), то первая строка (g′)−1(g^{\prime})^{-1} тоже состоит
из 11 и 00. Тогда первая строка g′g^{\prime} такая же, поэтому умножение
на g′g^{\prime} оставляет первую координату вектора неизменной. Это
означает, что для типа VI для каждого xδ−ρx^{\delta-\rho} действительно
получаются своя орбита. Более того, так как g′∈SL(2,K)g^{\prime}\in\operatorname{SL}(2,K), то
матрица g′g^{\prime} будет иметь вид
|
(101).\left(\begin{array}[]{cc}1&0\\
&1\end{array}\right). |
|
Поэтому если первая координата вектора равна 00, то вторая
координата тоже остается неизменной. Это доказывает, что в III
типе также при каждом xσx^{\sigma} будет получаться своя орбита.
Для случая Φ=Al\Phi=\operatorname{A}_{l} при l>3l>3 все рассуждения точно такие же,
только отсутствуют три последних предложения, так как здесь в типе
III получалась одна орбита.
§5. Случай Φ=Dl\Phi=\operatorname{D}_{l}
10. Прежде чем разбирать серию Dl\operatorname{D}_{l}, докажем следующую несложную
лемму:
Лемма 6.
Пусть
|
A=(0pq0),B=(0st0).A=\left(\begin{array}[]{cc}0&p\\
q&0\end{array}\right),\quad B=\left(\begin{array}[]{cc}0&s\\
t&0\end{array}\right). |
|
Тогда
- 1.
Предположим, что pq=k≠0pq=k\neq 0. Тогда AA и BB сопряжены
матрицей из SL(2,K)\operatorname{SL}(2,K) тогда и только тогда, когда st=kst=k и
существуют x,y∈Kx,y\in K, такие что x2−ky2=psx^{2}-ky^{2}=ps.
- 2.
Предположим, что q=0=tq=0=t. Тогда AA и BB сопряжены матрицей
из SL(2,K)\operatorname{SL}(2,K) тогда и только тогда, когда существует x∈K∗x\in K^{*},
такие что x2p=sx^{2}p=s.
Доказательство.
AA и BB сопряжены матрицей из SL(2,K)⇔\operatorname{SL}(2,K)\Leftrightarrow
существует G∈SL(2,K)G\in\operatorname{SL}(2,K), такая что GA=BGGA=BG. Расписывая это
равенство, получаем
|
(g11g12g21g22)⋅(0pq0)=(0st0)⋅(g11g12g21g22).\left(\begin{array}[]{cc}g_{11}&g_{12}\\
g_{21}&g_{22}\end{array}\right)\cdot\left(\begin{array}[]{cc}0&p\\
q&0\end{array}\right)=\left(\begin{array}[]{cc}0&s\\
t&0\end{array}\right)\cdot\left(\begin{array}[]{cc}g_{11}&g_{12}\\
g_{21}&g_{22}\end{array}\right). |
|
Перемножая и приравнивая обе части, получаем систему уравнений
|
{g12q=g21sg22q=g11tg11p=g22sg21p=g12t.\left\{\begin{array}[]{rcl}g_{12}q&=&g_{21}s\\
g_{22}q&=&g_{11}t\\
g_{11}p&=&g_{22}s\\
g_{21}p&=&g_{12}t\end{array}\right.. |
|
Докажем пункт 1. Пусть AA и BB сопряжены. Тогда равенство
st=k=pqst=k=pq очевидно из равенства определителей и, в частности, p,q,s,t≠0p,q,s,t\neq 0.
Так как G∈SL(2,K)G\in\operatorname{SL}(2,K), то g11g22−g12g21=1g_{11}g_{22}-g_{12}g_{21}=1. Из
первого и третьего уравнений получаем g21=g12q/sg_{21}=g_{12}q/s и
g22=g11p/sg_{22}=g_{11}p/s (второе и четвертое уравнение им равносильны в силу того, что st=pqst=pq). Подставляя эти выражения в предыдущее
равенство, получаем g112p/s−g122q/s=1g_{11}^{2}p/s-g_{12}^{2}q/s=1. Умножая
полученное на psps, получаем нужное: (g11p)2−g122pq=ps(g_{11}p)^{2}-g_{12}^{2}pq=ps. Доказательство в другую сторону уже практически очевидно:
полагая g12=yg_{12}=y, g11=x/pg_{11}=x/p, g21=g12q/sg_{21}=g_{12}q/s и g22=g11p/sg_{22}=g_{11}p/s, получаем, как несложно видеть, требуемое.
Докажем пункт 2. Понятно, что достаточно разобрать случай, когда
pp и ss не равны 00. Пусть AA и BB сопряжены. Тогда из
первого уравнения системы получаем, что g21=0g_{21}=0. При этом из
всех уравнений системы остается лишь третье: g11p=g22sg_{11}p=g_{22}s.
Так как G∈SL(2,K)G\in\operatorname{SL}(2,K), то g11g22−g12g21=1g_{11}g_{22}-g_{12}g_{21}=1,
откуда g22=1/g11g_{22}=1/g_{11}. Подставляя в третье уравнение, получаем
g11p=s/g11g_{11}p=s/g_{11}, откуда следует нужное равенство.
Доказательство в другую сторону тоже очевидно: полагая g11=xg_{11}=x,
g22=1/g11g_{22}=1/g_{11}, g21=0g_{21}=0, а g12g_{12} любым, получим
требуемое.
∎
11. Объясним, где будет использоваться эта лемма. Пусть Φ=D4\Phi=\operatorname{D}_{4}
и x∈V1x\in V_{1}. По лемме 5, этому элементу соответствует корневой
элемент y=∑α∈Φyαeα+yhy=\sum_{\alpha\in\Phi}y^{\alpha}e_{\alpha}+y^{h}, причем yα=xαy^{\alpha}=x^{\alpha}
при α∈Φ1\alpha\in\Phi_{1}, yδ=1y^{\delta}=1 и yh∈⟨hα;α∈Φ0∩Π⟩y^{h}\in\langle h_{\alpha};\alpha\in\Phi_{0}\cap\Pi\rangle. Как следует из утверждения 2 [17],
|
y=x−δ(⋅)xλ−δ(Nλ−δ,δxλ)xρ−δ(Nρ−δ,δxρ)xσ−δ(Nσ−δ,δxσ)xτ−δ(Nτ−δ,δxτ)eδ.y=x_{-\delta}(\cdot)x_{\lambda-\delta}(N_{\lambda-\delta,\delta}x^{\lambda})x_{\rho-\delta}(N_{\rho-\delta,\delta}x^{\rho})x_{\sigma-\delta}(N_{\sigma-\delta,\delta}x^{\sigma})x_{\tau-\delta}(N_{\tau-\delta,\delta}x^{\tau})e_{\delta}. |
|
При этом, как несложно
видеть, коэффициент при x−δx_{-\delta} должен быть равен 00 (чтобы yh∈⟨hα;α∈Φ0∩Π⟩y^{h}\in\langle h_{\alpha};\alpha\in\Phi_{0}\cap\Pi\rangle), и yhy^{h}
будет равно 00. Тогда yλ+ρ−δ=Nλ−δ,δNλ−δ,ρxλxρy^{\lambda+\rho-\delta}=N_{\lambda-\delta,\delta}N_{\lambda-\delta,\rho}x^{\lambda}x^{\rho}, yδ−λ−ρ=Nσ−δ,δNσ−δ,τxσxτy^{\delta-\lambda-\rho}=N_{\sigma-\delta,\delta}N_{\sigma-\delta,\tau}x^{\sigma}x^{\tau}, yλ+σ−δ=Nλ−δ,δNλ−δ,σxλxσy^{\lambda+\sigma-\delta}=N_{\lambda-\delta,\delta}N_{\lambda-\delta,\sigma}x^{\lambda}x^{\sigma}, yδ−λ−σ=Nρ−δ,δNρ−δ,τxρxτy^{\delta-\lambda-\sigma}=N_{\rho-\delta,\delta}N_{\rho-\delta,\tau}x^{\rho}x^{\tau}, yλ+τ−δ=Nλ−δ,δNλ−δ,τxλxτy^{\lambda+\tau-\delta}=N_{\lambda-\delta,\delta}N_{\lambda-\delta,\tau}x^{\lambda}x^{\tau}, yδ−λ−τ=Nρ−δ,δNρ−δ,σxρxσy^{\delta-\lambda-\tau}=N_{\rho-\delta,\delta}N_{\rho-\delta,\sigma}x^{\rho}x^{\sigma}. Как уже отмечалось,
при умножении на g∈G0g\in G_{0} элементу gxgx соответствует элемент
gygy, поэтому можно вместо элемента xx изучать yy.
Положим V0=⟨eα,α∈Φ0;hα,α∈Φ0∩Π⟩V_{0}=\langle e_{\alpha},\alpha\in\Phi_{0};h_{\alpha},\alpha\in\Phi_{0}\cap\Pi\rangle. Далее, пусть z∈V0z\in V_{0}, zα=yαz^{\alpha}=y^{\alpha}
при α∈Φ0\alpha\in\Phi_{0} и zh=yh=0z^{h}=y^{h}=0. Как несложно видеть, при
умножении на g∈G0g\in G_{0} элементу gygy соответствует элемент gzgz.
Так как в нашем случае Φ0=A1×A1×A1\Phi_{0}=\operatorname{A}_{1}\times\operatorname{A}_{1}\times\operatorname{A}_{1}, то zz
можно представить в виде z1+z2+z3z_{1}+z_{2}+z_{3}, где каждый ziz_{i} из своей
подалгебры типа A1\operatorname{A}_{1}; при этом z1h+z2h+z3h=zh=0z_{1}^{h}+z_{2}^{h}+z_{3}^{h}=z^{h}=0,
поэтому все zih=0z_{i}^{h}=0. Наконец, g∈G0g\in G_{0} можно разложить
схожим образом на произведение g1g2g3g_{1}g_{2}g_{3}, где каждый gig_{i}
принадлежит своей группе Gsc(A1,K)≅SL(2,K)G_{\text{\rm sc}}(\operatorname{A}_{1},K)\cong\operatorname{SL}(2,K);
при этом каждый элемент gig_{i} действует только на "своем" ziz_{i}:
g1g2g3(z1+z2+z3)=g1z1+g2z2+g3z3g_{1}g_{2}g_{3}(z_{1}+z_{2}+z_{3})=g_{1}z_{1}+g_{2}z_{2}+g_{3}z_{3}. Отметим, что
gig_{i} друг с другом никак не связаны и могут подбираться
независимо. В естественном представлении ziz_{i} представляются
матрицами 2×22\times 2, а gi∈SL(2,K)g_{i}\in\operatorname{SL}(2,K) действуют на них
сопряжением. Для подсчитанного ранее элемента yy получаем:
|
z1=(0Nλ−δ,δNλ−δ,ρxλxρNσ−δ,δNσ−δ,τxσxτ0),z_{1}=\left(\begin{array}[]{cc}0&N_{\lambda-\delta,\delta}N_{\lambda-\delta,\rho}x^{\lambda}x^{\rho}\\
N_{\sigma-\delta,\delta}N_{\sigma-\delta,\tau}x^{\sigma}x^{\tau}&0\end{array}\right), |
|
|
z2=(0Nλ−δ,δNλ−δ,σxλxσNρ−δ,δNρ−δ,τxρxτ0),z_{2}=\left(\begin{array}[]{cc}0&N_{\lambda-\delta,\delta}N_{\lambda-\delta,\sigma}x^{\lambda}x^{\sigma}\\
N_{\rho-\delta,\delta}N_{\rho-\delta,\tau}x^{\rho}x^{\tau}&0\end{array}\right), |
|
|
z3=(0Nλ−δ,δNλ−δ,τxλxτNρ−δ,δNρ−δ,σxρxσ0).z_{3}=\left(\begin{array}[]{cc}0&N_{\lambda-\delta,\delta}N_{\lambda-\delta,\tau}x^{\lambda}x^{\tau}\\
N_{\rho-\delta,\delta}N_{\rho-\delta,\sigma}x^{\rho}x^{\sigma}&0\end{array}\right). |
|
Здесь можно воспользоваться леммой 6. Подробно для каждого
случая мы рассмотрим ее в пункте 16; отметим лишь, что
коэффициент kk, возникающий в лемме, для z1z_{1} равен
(Nλ−δ,δNλ−δ,ρxλxρ)⋅(Nσ−δ,δNσ−δ,τxσxτ)(N_{\lambda-\delta,\delta}N_{\lambda-\delta,\rho}x^{\lambda}x^{\rho})\cdot(N_{\sigma-\delta,\delta}N_{\sigma-\delta,\tau}x^{\sigma}x^{\tau}), что равно xλxρxσxτx^{\lambda}x^{\rho}x^{\sigma}x^{\tau}
по лемме 2. Для z2z_{2}, аналогичными рассуждениями, получается то же самое выражение. Нужно также обратить внимание, что если переход от xx к yy обратим, то от yy к zz — уже нет: в один zz могут переходить разные yy (и, соответственно, разные xx).
Если Φ=Dl\Phi=\operatorname{D}_{l}, l>4l>4, то рассуждение похожее. Так как сейчас
Φ0=A1×Dl−2\Phi_{0}=\operatorname{A}_{1}\times\operatorname{D}_{l-2} (для простоты будем полагать D3=A3\operatorname{D}_{3}=\operatorname{A}_{3},
чтобы не рассматривать случай l=5l=5 отдельно), то zz можно
представить в виде z1+z2z_{1}+z_{2}, где z1z_{1} из подалгебры типа A1\operatorname{A}_{1},
а z2z_{2} — типа Dl−2\operatorname{D}_{l-2}; при этом zhz^{h} также представится в
виде z1h+z2hz_{1}^{h}+z_{2}^{h}, и все они будут равны 00. Продолжая рассуждения, мы обнаруживаем, что
матрица z1z_{1}, как и в прошлый раз, попадает в условие леммы. С
z2z_{2} ситуация получается другой, больше схожей с рассмотренными в
[18] случаями Φ=E6\Phi=\operatorname{E}_{6}, E7\operatorname{E}_{7} и E8\operatorname{E}_{8}.
Использоваться это будет, в первую очередь, для доказательства того, что два элемента
не лежат в одной орбите. В самом деле, если x,x′∈V1x,x^{\prime}\in V_{1}
переходят друг в друга, то и соответствующие им корневые элементы
y,y′∈Vy,y^{\prime}\in V тоже, а значит и соответствующие им элементы z,z′∈V0z,z^{\prime}\in V_{0} тоже. При этом zz и z′z^{\prime} распадаются на более простые
части, и эти части также будут переходить друг в друга.
Соответственно, если, скажем, z1z_{1} и z1′z_{1}^{\prime} друг в друга не
переходят, то xx и x′x^{\prime} лежат в разных орбитах.
12. Продолжим изучение вопроса существования и произвольности
выбора четырех попарно ортогональных корней λ\lambda, μ\mu, ν\nu и
ξ\xi для разных систем корней, сейчас для Φ=Dl\Phi=\operatorname{D}_{l}. Как и
прежде, мы перечислим орбиты этих корней под действием группы
Вейля системы Φ0\Phi_{0}; так как корни выбирались в теореме по
порядку, то порядок нам тоже важен. Таким образом, для определения
корня λ\lambda мы можем пользоваться всей группой Вейля, для корня
μ\mu — только подгруппой, оставляющей уже выбранный λ\lambda
неподвижным, для корня ν\nu — подгруппой, оставляющей λ\lambda и
μ\mu неподвижными. Корень ξ\xi определяется по корням λ\lambda,
μ\mu и ν\nu однозначно, поэтому про него можно и не говорить (к
слову, подгруппа, оставляющая на месте λ\lambda, μ\mu и ν\nu, будет
единичной).
- •
Пусть Φ=D4\Phi=\operatorname{D}_{4}. В этом случае Φ1\Phi_{1} состоит из 8
корней
00
10\phantom{0}10
00
,
00
11\phantom{0}11
00
,
00
10\phantom{0}10
11
,
00
11\phantom{0}11
11
,
11
10\phantom{1}10
00
,
11
11\phantom{1}11
00
,
11
10\phantom{1}10
11
и
11
11\phantom{1}11
11
; при этом у корня λ\lambda
получается одна орбита; можно считать, что λ=
0
10
0
\lambda=\vbox{\vbox{\vfill\hbox{$0$}\vskip-1.0pt\hbox{$\phantom{0}10$\hfil}\vskip-1.0pt\hbox{$0$}\vfill}}.
С корнями μ\mu, ν\nu и ξ\xi ситуация интереснее — множество
{μ,ν,ξ}\{\mu,\nu,\xi\} однозначно определяется выбором λ\lambda, но друг
в друга корни μ\mu, ν\nu и ξ\xi не переводятся; поэтому у корня
μ\mu получается три орбиты, у ν\nu две орбиты, а у ξ\xi —
одна орбита. Обозначим корень
00
11\phantom{0}11
11
через ρ\rho,
11
11\phantom{1}11
00
— через σ\sigma, а
11
10\phantom{1}10
11
— через
τ\tau. Тогда {μ,ν,ξ}={ρ,σ,τ}\{\mu,\nu,\xi\}=\{\rho,\sigma,\tau\}, и возможны все
6 перестановочных вариантов.
- •
Пусть Φ=Dl\Phi=\operatorname{D}_{l}, l>4l>4. В этом случае Φ1\Phi_{1} состоит из
4l−84l-8 корней вида
∗*
∗⋯∗∗1∗\phantom{*}*\dots**1*
∗*
. Несложно видеть,
что все эти корни переводятся друг в друга, то есть у корня λ\lambda
одна орбита; можно считать, что λ=
0
0…0010
0
\lambda=\vbox{\vbox{\vfill\hbox{$0$}\vskip-1.0pt\hbox{$\phantom{0}0\dots 0010$\hfil}\vskip-1.0pt\hbox{$0$}\vfill}}.
Корни из Φ1\Phi_{1}, ортогональные λ\lambda — это либо
11
2…2210\phantom{1}2\dots 2210
11
, либо корни вида
∗*
∗⋯∗111\phantom{*}*\dots*111
∗*
; при этом первый корень ортогонален
всем остальным. Корни вида
∗*
∗⋯∗111\phantom{*}*\dots*111
∗*
переводятся
друг в друга, поэтому из них можно выбирать любой; к корню
00
0…0111\phantom{0}0\dots 0111
00
, скажем, в этом множестве есть ровно
один ортогональный
11
2…2111\phantom{1}2\dots 2111
11
. Итого, получается
что у корня μ\mu есть две орбиты, причем в одной из них у ν\nu и
ξ\xi по одной орбите, а в другой у ν\nu две орбиты, а у ξ\xi
одна; у множества {λ,μ,ν,ξ}\{\lambda,\mu,\nu,\xi\} одна орбита. Обозначим
корень
11
2…2210\phantom{1}2\dots 2210
11
через ρ\rho,
00
0…0111\phantom{0}0\dots 0111
00
— через σ\sigma, а
11
2…2111\phantom{1}2\dots 2111
11
через τ\tau. Тогда можно считать,
что либо μ=ρ\mu=\rho, ν=σ\nu=\sigma и ξ=τ\xi=\tau, либо μ=σ\mu=\sigma,
ν=ρ\nu=\rho и ξ=τ\xi=\tau, либо μ=σ\mu=\sigma, ν=τ\nu=\tau и ξ=ρ\xi=\rho.
13. На самом деле, однако, нас интересуют немного другие орбиты, а
именно, орбиты множеств {λ}\{\lambda\}, {λ,μ}\{\lambda,\mu\}, {λ,μ,ν}\{\lambda,\mu,\nu\} и {λ,μ,ν,ξ}\{\lambda,\mu,\nu,\xi\}. Иначе говоря, порядок корней нам
не важен. Это, разумеется, более слабое условие и некоторые орбиты
могут объединиться. Для рассмотренных ранее случаев Φ=El\Phi=\operatorname{E}_{l} (в
[18]) и Φ=Al\Phi=\operatorname{A}_{l} этого не происходило, но в рассматриваемом случае
это кое-где происходит.
- •
Пусть Φ=D4\Phi=\operatorname{D}_{4}. Тогда из изложенного в предыдущем пункте
получается:
- 1)
у корня λ\lambda одна орбита;
- 2)
пару корней {λ,μ}\{\lambda,\mu\} можно перевести в {λ,ρ}\{\lambda,\rho\}, {λ,σ}\{\lambda,\sigma\} или {λ,τ}\{\lambda,\tau\};
- 3)
тройку корней {λ,μ,ν}\{\lambda,\mu,\nu\} можно перевести в
{λ,ρ,σ}\{\lambda,\rho,\sigma\}, {λ,ρ,τ}\{\lambda,\rho,\tau\} или {λ,σ,τ}\{\lambda,\sigma,\tau\};
- 4)
у четверки корней {λ,μ,ν,ξ}\{\lambda,\mu,\nu,\xi\} одна орбита.
Оказывается, в случае 3) у нас всего одна орбита, и в этом
несложно убедиться непосредственно. А именно, тройка {λ,ρ,σ}\{\lambda,\rho,\sigma\} под действием элемента группы Вейля, соответствующего корню
λ+ρ−δ\lambda+\rho-\delta, переходит в {δ−ρ,δ−λ,δ−τ}\{\delta-\rho,\delta-\lambda,\delta-\tau\};
полученная тройка под действием элемента группы Вейля,
соответствующего корню λ+τ−δ\lambda+\tau-\delta, переходит в {σ,τ,λ}\{\sigma,\tau,\lambda\}. Для оставшейся тройки рассуждение аналогичное.
- •
Пусть Φ=Dl\Phi=\operatorname{D}_{l}, l>4l>4. Тогда из изложенного в предыдущем
пункте получается:
- 1)
у корня λ\lambda одна орбита;
- 2)
пару корней {λ,μ}\{\lambda,\mu\} можно перевести в {λ,ρ}\{\lambda,\rho\} или {λ,σ}\{\lambda,\sigma\};
- 3)
тройку корней {λ,μ,ν}\{\lambda,\mu,\nu\} можно перевести в
{λ,ρ,σ}\{\lambda,\rho,\sigma\} или {λ,σ,τ}\{\lambda,\sigma,\tau\};
- 4)
у четверки корней {λ,μ,ν,ξ}\{\lambda,\mu,\nu,\xi\} одна орбита.
Повторяя дословно рассуждение из случая Φ=D4\Phi=\operatorname{D}_{4}, мы снова
обнаруживаем, что в 3), на самом деле, одна орбита.
14. Пусть Φ=D4\Phi=\operatorname{D}_{4}. Тогда Φ1\Phi_{1} состоит из восьми векторов
λ\lambda, ρ\rho, σ\sigma, τ\tau, δ−λ\delta-\lambda, δ−ρ\delta-\rho, δ−σ\delta-\sigma и
δ−τ\delta-\tau, образующих куб (к слову, он уже обсуждался в статье
[18]); Φ0={±(δ−λ−ρ),±(δ−λ−σ),±(δ−λ−τ)}=A1×A1×A1\Phi_{0}=\{\pm(\delta-\lambda-\rho),\pm(\delta-\lambda-\sigma),\pm(\delta-\lambda-\tau)\}=\operatorname{A}_{1}\times\operatorname{A}_{1}\times\operatorname{A}_{1}. В этом случае у нас
остались первые пять типов:
- I.
- II.
x=xλeλx=x^{\lambda}e_{\lambda}; xλ≠0x^{\lambda}\neq 0.
- III.
x=xλeλ+xμeμx=x^{\lambda}e_{\lambda}+x^{\mu}e_{\mu}; xλ,xμ≠0x^{\lambda},x^{\mu}\neq 0.
- IV.
x=xλeλ+xμeμ+xνeνx=x^{\lambda}e_{\lambda}+x^{\mu}e_{\mu}+x^{\nu}e_{\nu}; xλ,xμ,xν≠0x^{\lambda},x^{\mu},x^{\nu}\neq 0.
- V.
x=xλeλ+xμeμ+xνeν+xξeξx=x^{\lambda}e_{\lambda}+x^{\mu}e_{\mu}+x^{\nu}e_{\nu}+x^{\xi}e_{\xi};
xλ,xμ,xν,xξ≠0x^{\lambda},x^{\mu},x^{\nu},x^{\xi}\neq 0.
Как мы доказывали в [18] (и уже упоминали в пункте 5), в случае II
вектор xx получается сингулярным, в случае III — блестящим, в
случае IV — светящимся, а в случае V — темным. Кроме того, в
случае V произведение всех коэффициентов xλxμxνxξx^{\lambda}x^{\mu}x^{\nu}x^{\xi}
является неизменным. Это означает, что элементы xx из разных
типов точно лежат в различных орбитах. Осталось понять, как
обстоят дела внутри каждого типа.
По пункту 13 мы получаем, что при переходе к конкретным корням
тип III распадается на три подтипа.
- I.
- II.
x=xλeλx=x^{\lambda}e_{\lambda}; xλ≠0x^{\lambda}\neq 0.
- III.
- a)
x=xλeλ+xρeρx=x^{\lambda}e_{\lambda}+x^{\rho}e_{\rho}; xλ,xρ≠0x^{\lambda},x^{\rho}\neq 0;
- б)
x=xλeλ+xσeσx=x^{\lambda}e_{\lambda}+x^{\sigma}e_{\sigma}; xλ,xσ≠0x^{\lambda},x^{\sigma}\neq 0;
- в)
x=xλeλ+xτeτx=x^{\lambda}e_{\lambda}+x^{\tau}e_{\tau}; xλ,xτ≠0x^{\lambda},x^{\tau}\neq 0.
- IV.
x=xλeλ+xρeρ+xσeσx=x^{\lambda}e_{\lambda}+x^{\rho}e_{\rho}+x^{\sigma}e_{\sigma}; xλ,xρ,xσ≠0x^{\lambda},x^{\rho},x^{\sigma}\neq 0.
- V.
x=xλeλ+xρeρ+xσeσ+xτeτx=x^{\lambda}e_{\lambda}+x^{\rho}e_{\rho}+x^{\sigma}e_{\sigma}+x^{\tau}e_{\tau}; xλ,xρ,xσ,xτ≠0x^{\lambda},x^{\rho},x^{\sigma},x^{\tau}\neq 0.
Отметим, однако, что пока мы еще не доказали, что элементы из
разных подтипов лежат в разных орбитах. Это будет сделано чуть
позднее.
15. Как несложно видеть, если взять вектор x=xλeλ+xρeρ+xσeσ+xτeτx=x^{\lambda}e_{\lambda}+x^{\rho}e_{\rho}+x^{\sigma}e_{\sigma}+x^{\tau}e_{\tau} (будем считать, что xλ≠0x^{\lambda}\neq 0, а остальные коэффициенты произвольные), то при применении к
нему любого wα(a)w_{\alpha}(a) из леммы 4, α∈Φ0\alpha\in\Phi_{0}, два его
коэффициента умножатся на aa, а два других — на 1a\frac{1}{a}.
Тогда, применяя это действие три раза для трех ортогональных
корней из Φ0\Phi_{0}, из вектора xx можно получить xλabceλ+xρabceρ+xσbaceσ+xτcabeτx^{\lambda}{abc}e_{\lambda}+\frac{x^{\rho}a}{bc}e_{\rho}+\frac{x^{\sigma}b}{ac}e_{\sigma}+\frac{x^{\tau}c}{ab}e_{\tau}. Если положить c=1xλabc=\frac{1}{x^{\lambda}ab},
чтобы коэффициент при eλe_{\lambda} стал равен 11, то xλabceλ+xρabceρ+xσbaceσ+xτcabeτ=eλ+xλxρa2eρ+xλxσb2eσ+xτxλa2b2eτx^{\lambda}{abc}e_{\lambda}+\frac{x^{\rho}a}{bc}e_{\rho}+\frac{x^{\sigma}b}{ac}e_{\sigma}+\frac{x^{\tau}c}{ab}e_{\tau}=e_{\lambda}+x^{\lambda}x^{\rho}a^{2}e_{\rho}+x^{\lambda}x^{\sigma}b^{2}e_{\sigma}+\frac{x^{\tau}}{x^{\lambda}a^{2}b^{2}}e_{\tau}. Таким образом, xλx^{\lambda} можно
сделать равным 11, а два других можно умножать на произвольные
ненулевые квадраты.
16. Рассмотрим классификацию из 14 пункта. С типом I все
понятно. В типе II по пункту 15 всего одна орбита, поэтому с
ним тоже нет никаких проблем. В типе III из матриц z1z_{1}, z2z_{2} и
z3z_{3} две матрицы нулевые, а одна имеет ненулевой коэффициент над
диагональю, то есть подпадает под условие леммы 6, 2): в III а)
это z1z_{1}, в III б) — z2z_{2}, а в III в) — z3z_{3}. Так как
нулевая матрица при сопряжении переходит в нулевую, а ненулевая
нет, то все три подтипа действительно разные. По лемме 6, 2) и виду ziz_{i}, если два вектора из одного подтипа лежат в одной орбите, то произведение коэффициентов у них лежат
в одном классе K∗/(K∗)2K^{*}/(K^{*})^{2}. А из пункта 15 следует обратное: если произведение коэффициентов у них лежат
в одном классе K∗/(K∗)2K^{*}/(K^{*})^{2}, то векторы лежат в одной орбите. Таким образом, эти два утверждения равносильны. Если при выборе представителя каждой
орбиты сделать xλx^{\lambda} равным 11, то оставшийся коэффициент можно
выбирать из K∗/(K∗)2K^{*}/(K^{*})^{2}.
Аналогично, в типе IV матрицы z1z_{1}, z2z_{2} и z3Tz_{3}^{T} имеют
ненулевой коэффициент над диагональю, то есть подпадают под
условие леммы 6, 2) (отметим, что если матрицы сопряжены, то и
транспонированные к ним матрицы также сопряжены). Соответственно,
по лемме 6, 2), виду ziz_{i} и пункту 15, если при выборе представителя
каждой орбиты сделать xλx^{\lambda} равным 11, то два оставшихся
коэффициента можно выбирать из K∗/(K∗)2K^{*}/(K^{*})^{2}.
Осталось рассмотреть случай, когда вектор xx имеет тип V. До сих
пор мы использовали переход к матрицам ziz_{i} и лемму 6 для
доказательства лишь в одну сторону — что если элементы xx и
x~\tilde{x} сопряжены, то соответствующие ziz_{i} также сопряжены, и
выполняется условие на коэффициенты из леммы 6. Для
доказательства в другую сторону нам хватало пункта 15. В данном
случае ситуация иная — лемма 6 и пункт 15 дают различные
оценки. Поэтому вместо рассуждений из пункта 15 мы докажем, что
если соответствующие ziz_{i} сопряжены, то и изначальные элементы
также сопряжены.
В типе V все матрицы ziz_{i} имеют ненулевые коэффициенты как над,
так и под диагональю, то есть подпадают под условие леммы 6,
1). Предположим, что мы сумели матрицы z1z_{1} и z2z_{2} перевести
сопряжением, как в лемме 6, 1), в матрицы
|
z~1=(0±a±b0),z~2=(0±c±d0),\tilde{z}_{1}=\left(\begin{array}[]{cc}0&\pm a\\
\pm b&0\end{array}\right),\tilde{z}_{2}=\left(\begin{array}[]{cc}0&\pm c\\
\pm d&0\end{array}\right), |
|
где знаки ±\pm в каждой позиции совпадает с соответствующим
знаком в матрицах z1z_{1} и z2z_{2} в пункте 11; aa, bb, cc и
dd при этом будут отличны от 00. Докажем, что тогда вектор xx
можно перевести в вектор eλ+aeρ+ceσ+bceτe_{\lambda}+ae_{\rho}+ce_{\sigma}+\frac{b}{c}e_{\tau}.
Когда мы перевели, как в лемме 6, 1), матрицы z1z_{1} и z2z_{2} в
z~1\tilde{z}_{1} и z~2\tilde{z}_{2}, вектор xx перешел в некоторый вектор
x~=x~λeλ+x~ρeρ+x~σeσ+x~τeτ+x~δ−λeδ−λ+x~δ−ρeδ−ρ+x~δ−σeδ−σ+x~δ−τeδ−τ\tilde{x}=\tilde{x}^{\lambda}e_{\lambda}+\tilde{x}^{\rho}e_{\rho}+\tilde{x}^{\sigma}e_{\sigma}+\tilde{x}^{\tau}e_{\tau}+\tilde{x}^{\delta-\lambda}e_{\delta-\lambda}+\tilde{x}^{\delta-\rho}e_{\delta-\rho}+\tilde{x}^{\delta-\sigma}e_{\delta-\sigma}+\tilde{x}^{\delta-\tau}e_{\delta-\tau}. Как и раньше, обозначим через y~\tilde{y}
соответствующий ему по лемме 5 элемент из VV. Напомним, что соответствующий, в свою очередь, этому y~\tilde{y} элемент z~\tilde{z} распадается на те самые z~1\tilde{z}_{1}, z~2\tilde{z}_{2} и z~3\tilde{z}_{3}, поэтому a=±y~λ+ρ−δa=\pm\tilde{y}^{\lambda+\rho-\delta}, b=±y~δ−λ−ρb=\pm\tilde{y}^{\delta-\lambda-\rho}, c=±y~λ+σ−δc=\pm\tilde{y}^{\lambda+\sigma-\delta} и d=±y~δ−λ−σd=\pm\tilde{y}^{\delta-\lambda-\sigma}.
Заметим, что действие корневыми элементами xλ+τ−δ(⋅)x_{\lambda+\tau-\delta}(\cdot) и
xδ−λ−τ(⋅)x_{\delta-\lambda-\tau}(\cdot) не меняют коэффициенты в разложении y~\tilde{y} при элементах
eλ+ρ−δ,eδ−λ−ρ,eλ+σ−δe_{\lambda+\rho-\delta},e_{\delta-\lambda-\rho},e_{\lambda+\sigma-\delta} и eδ−λ−σe_{\delta-\lambda-\sigma} и, соответственно, коэффициенты a,b,ca,b,c и dd, как и все матрицы z~1\tilde{z}_{1} и z~2\tilde{z}_{2} в целом. Можно также отметить, что Φ0\Phi_{0} состоит из трех пар корней, и соответствующие каждой паре корневые элементы меняют только одну z~i\tilde{z}_{i} из трех; в частности, xλ+τ−δ(⋅)x_{\lambda+\tau-\delta}(\cdot) и xδ−λ−τ(⋅)x_{\delta-\lambda-\tau}(\cdot) меняют z~3\tilde{z}_{3}.
Как несложно видеть, 0≠a=±y~λ+ρ−δ=±x~λx~ρ±x~δ−σx~δ−τ0\neq a=\pm\tilde{y}^{\lambda+\rho-\delta}=\pm\tilde{x}^{\lambda}\tilde{x}^{\rho}\pm\tilde{x}^{\delta-\sigma}\tilde{x}^{\delta-\tau}, поэтому x~λ\tilde{x}^{\lambda} или x~δ−τ\tilde{x}^{\delta-\tau} отличен от 00. Действуя, при необходимости, xδ−λ−τ(⋅)x_{\delta-\lambda-\tau}(\cdot), можно считать, что x~δ−τ≠0\tilde{x}^{\delta-\tau}\neq 0. Далее, действуя xλ+τ−δ(⋅)x_{\lambda+\tau-\delta}(\cdot), можно добиться того, чтобы x~λ=1\tilde{x}^{\lambda}=1 и, снова действуя xδ−λ−τ(⋅)x_{\delta-\lambda-\tau}(\cdot), чтобы x~δ−τ=0\tilde{x}^{\delta-\tau}=0. В силу вышеуказанной формулы a=±x~λx~ρ±x~δ−σx~δ−τa=\pm\tilde{x}^{\lambda}\tilde{x}^{\rho}\pm\tilde{x}^{\delta-\sigma}\tilde{x}^{\delta-\tau} и выбора знака при определении aa, получаем,
что x~ρ=a\tilde{x}^{\rho}=a. Тогда, действуя корневым элементом
xλ+τ−δ(⋅)x_{\lambda+\tau-\delta}(\cdot), можно добиться того, что x~δ−σ=0\tilde{x}^{\delta-\sigma}=0. Теперь x~=eλ+aeρ+x~σeσ+x~τeτ+x~δ−λeδ−λ+x~δ−ρeδ−ρ\tilde{x}=e_{\lambda}+ae_{\rho}+\tilde{x}^{\sigma}e_{\sigma}+\tilde{x}^{\tau}e_{\tau}+\tilde{x}^{\delta-\lambda}e_{\delta-\lambda}+\tilde{x}^{\delta-\rho}e_{\delta-\rho}. Аналогично, так как c=±x~λx~σ±x~δ−ρx~δ−τc=\pm\tilde{x}^{\lambda}\tilde{x}^{\sigma}\pm\tilde{x}^{\delta-\rho}\tilde{x}^{\delta-\tau}, мы
получаем, что x~σ=c\tilde{x}^{\sigma}=c. Наконец, действуя корневым
элементом xδ−λ−ρ(⋅)x_{\delta-\lambda-\rho}(\cdot), можно также добиться того, что
x~δ−ρ=0\tilde{x}^{\delta-\rho}=0; выбранные ранее коэффициенты x~λ\tilde{x}^{\lambda}, x~ρ\tilde{x}^{\rho}, x~σ\tilde{x}^{\sigma} (так как x~δ−τ=0\tilde{x}^{\delta-\tau}=0), x~δ−τ\tilde{x}^{\delta-\tau} и x~δ−σ\tilde{x}^{\delta-\sigma} при этом не меняются. Матрица z~1\tilde{z}_{1} изменится, но она
нам уже не нужна.
Таким образом, теперь x~=eλ+aeρ+ceσ+x~τeτ+x~δ−λeδ−λ\tilde{x}=e_{\lambda}+ae_{\rho}+ce_{\sigma}+\tilde{x}^{\tau}e_{\tau}+\tilde{x}^{\delta-\lambda}e_{\delta-\lambda}. Для того чтобы избавиться от последнего слагаемого, сошлемся на вычисления из [18], пункт 7, упрощение IX случая. Они проходят дословно, только в той статье элемент записывался в виде x=xλeλ+xδ−λeδ−λ+xμeμ+xνeν+xξeξx=x^{\lambda}e_{\lambda}+x^{\delta-\lambda}e_{\delta-\lambda}+x^{\mu}e_{\mu}+x^{\nu}e_{\nu}+x^{\xi}e_{\xi}, поэтому нужно сделать замены μ:=ρ\mu:=\rho, ν:=τ\nu:=\tau, ξ:=σ\xi:=\sigma и, соответственно, xλ:=1x^{\lambda}:=1, xδ−λ:=x~δ−λx^{\delta-\lambda}:=\tilde{x}^{\delta-\lambda}, xμ:=ax^{\mu}:=a, xν:=x~τx^{\nu}:=\tilde{x}^{\tau} и xξ:=cx^{\xi}:=c. В [18] требовалось, чтобы все коэффициенты были не равны 00, но, на самом деле, в тех рассуждениях xτx^{\tau} вполне может равняться 00, так как он нигде не оказывается в знаменателе. После выполнения вычислений из [18] получался вектор xλxμeλ+eμ+(xνxμ+xλ(xδ−λ)24xξ)eν+xξxμeξ\frac{x^{\lambda}}{x^{\mu}}e_{\lambda}+e_{\mu}+(x^{\nu}x^{\mu}+\frac{x^{\lambda}(x^{\delta-\lambda})^{2}}{4x^{\xi}})e_{\nu}+x^{\xi}x^{\mu}e_{\xi}; если же на
полученный вектор подействовать элементом wδ−λ−μ(xμ)w_{\delta-\lambda-\mu}(x^{\mu})
(из леммы 4), то получится вектор xλeλ+xμeμ+(xν+xλ(xδ−λ)24xξxμ)eν+xξeξx^{\lambda}e_{\lambda}+x^{\mu}e_{\mu}+(x^{\nu}+\frac{x^{\lambda}(x^{\delta-\lambda})^{2}}{4x^{\xi}x^{\mu}})e_{\nu}+x^{\xi}e_{\xi}. Возвращаясь к нашим изначальным обозначениям, получаем вектор eλ+aeρ+(x~τ+(x~δ−λ)24ac)eτ+ceσe_{\lambda}+ae_{\rho}+(\tilde{x}^{\tau}+\frac{(\tilde{x}^{\delta-\lambda})^{2}}{4ac})e_{\tau}+ce_{\sigma}. Осталось заметить, что
произведение коэффициентов, как мы отмечали в пункте 5,
остается неизменным. Так как, по выбору aa, bb, cc и dd, xλxρxσxτ=ab=cdx^{\lambda}x^{\rho}x^{\sigma}x^{\tau}=ab=cd, то коэффициент при eτe_{\tau} равен bc\frac{b}{c}, что
и требовалось.
Объединяя полученное с леммой 6, 1) и пунктом 11, получаем,
что два элемента x=eλ+xρeρ+xσeσ+xτeτx=e_{\lambda}+x^{\rho}e_{\rho}+x^{\sigma}e_{\sigma}+x^{\tau}e_{\tau} и x~=eλ+x~ρeρ+x~σeσ+x~τeτ\tilde{x}=e_{\lambda}+\tilde{x}^{\rho}e_{\rho}+\tilde{x}^{\sigma}e_{\sigma}+\tilde{x}^{\tau}e_{\tau} лежат в одной орбите тогда и только
тогда, когда k:=xρxσxτ=x~ρx~σx~τk:=x^{\rho}x^{\sigma}x^{\tau}=\tilde{x}^{\rho}\tilde{x}^{\sigma}\tilde{x}^{\tau} и существуют x,y,x′,y′∈Kx,y,x^{\prime},y^{\prime}\in K, такие что
x2−ky2=xρx~ρx^{2}-ky^{2}=x^{\rho}\tilde{x}^{\rho} и x′2−ky′2=xσx~σx^{\prime 2}-ky^{\prime 2}=x^{\sigma}\tilde{x}^{\sigma}.
17. Полученные результаты можно объединить в теорему:
Теорема 2.
Пусть Φ=D4\Phi=\operatorname{D}_{4} и charK≠2\operatorname{char}K\neq 2. Обозначим, для определенности,
λ=
0
10
0
\lambda=\vbox{\vbox{\vfill\hbox{$0$}\vskip-1.0pt\hbox{$\phantom{0}10$\hfil}\vskip-1.0pt\hbox{$0$}\vfill}}, ρ=
0
11
1
\rho=\vbox{\vbox{\vfill\hbox{$0$}\vskip-1.0pt\hbox{$\phantom{0}11$\hfil}\vskip-1.0pt\hbox{$1$}\vfill}}, σ=
1
11
0
\sigma=\vbox{\vbox{\vfill\hbox{$1$}\vskip-1.0pt\hbox{$\phantom{1}11$\hfil}\vskip-1.0pt\hbox{$0$}\vfill}} и τ=
1
10
1
\tau=\vbox{\vbox{\vfill\hbox{$1$}\vskip-1.0pt\hbox{$\phantom{1}10$\hfil}\vskip-1.0pt\hbox{$1$}\vfill}}. Далее, пусть
a∼kb⇔∃x,y∈K:x2−ky2=aba\sim_{k}b\Leftrightarrow\exists x,y\in K:x^{2}-ky^{2}=ab —
отношение эквивалентности на K∗K^{*} и Kk=K∗/∼kK_{k}=K^{*}/\sim_{k} –
множество классов по этому отношению. Тогда векторы из V1V_{1} под
действием G0G_{0} образуют следующие орбиты:
- I.
- II.
Одна орбита из сингулярных векторов. Ее элементы можно
привести к виду x=eλx=e_{\lambda}.
- III.
Три серии орбит из блестящих векторов. Их элементы
можно привести к одному из следующих видов:
- a)
x=eλ+xρeρx=e_{\lambda}+x^{\rho}e_{\rho}; xρ∈K∗/(K∗)2x^{\rho}\in K^{*}/(K^{*})^{2};
- б)
x=eλ+xσeσx=e_{\lambda}+x^{\sigma}e_{\sigma}; xσ∈K∗/(K∗)2x^{\sigma}\in K^{*}/(K^{*})^{2};
- в)
x=eλ+xτeτx=e_{\lambda}+x^{\tau}e_{\tau}; xτ∈K∗/(K∗)2x^{\tau}\in K^{*}/(K^{*})^{2}.
- IV.
Одна серия орбит из светящихся векторов. Их элементы
можно привести к виду x=eλ+xρeρ+xσeσx=e_{\lambda}+x^{\rho}e_{\rho}+x^{\sigma}e_{\sigma};
xρ,xσ∈K∗/(K∗)2x^{\rho},x^{\sigma}\in K^{*}/(K^{*})^{2}.
- V.
Одна серия орбит из темных векторов. Их элементы можно
привести к виду x=eλ+xρeρ+xσeσ+xτeτx=e_{\lambda}+x^{\rho}e_{\rho}+x^{\sigma}e_{\sigma}+x^{\tau}e_{\tau}, где k∈K∗k\in K^{*}, xρ,xσ∈Kkx^{\rho},x^{\sigma}\in K_{k}, xτ=kxρxσx^{\tau}=\frac{k}{x^{\rho}x^{\sigma}}.
18. Пусть Φ=Dl\Phi=\operatorname{D}_{l}, l>4l>4. Этот случай, разумеется, похож на
Φ=D4\Phi=\operatorname{D}_{4}, но есть некоторые отличия. Здесь Φ1\Phi_{1} состоит из
4l−84l-8 векторов вида
∗*
∗⋯∗∗1∗\phantom{*}*\dots**1*
∗*
, Φ0=A1×Al−2\Phi_{0}=\operatorname{A}_{1}\times\operatorname{A}_{l-2}. В обозначениях из пункта 12 λ=
0
0…0010
0
\lambda=\vbox{\vbox{\vfill\hbox{$0$}\vskip-1.0pt\hbox{$\phantom{0}0\dots 0010$\hfil}\vskip-1.0pt\hbox{$0$}\vfill}}, ρ=
1
2…2210
1
\rho=\vbox{\vbox{\vfill\hbox{$1$}\vskip-1.0pt\hbox{$\phantom{1}2\dots 2210$\hfil}\vskip-1.0pt\hbox{$1$}\vfill}},
σ=
0
0…0111
0
\sigma=\vbox{\vbox{\vfill\hbox{$0$}\vskip-1.0pt\hbox{$\phantom{0}0\dots 0111$\hfil}\vskip-1.0pt\hbox{$0$}\vfill}} и τ=
1
2…2111
1
\tau=\vbox{\vbox{\vfill\hbox{$1$}\vskip-1.0pt\hbox{$\phantom{1}2\dots 2111$\hfil}\vskip-1.0pt\hbox{$1$}\vfill}}, A1\operatorname{A}_{1} из разложения Φ0\Phi_{0} совпадает с
{±(δ−λ−ρ)}\{\pm(\delta-\lambda-\rho)\}. У нас снова остались первые пять типов:
- I.
- II.
x=xλeλx=x^{\lambda}e_{\lambda}; xλ≠0x^{\lambda}\neq 0.
- III.
x=xλeλ+xμeμx=x^{\lambda}e_{\lambda}+x^{\mu}e_{\mu}; xλ,xμ≠0x^{\lambda},x^{\mu}\neq 0.
- IV.
x=xλeλ+xμeμ+xνeνx=x^{\lambda}e_{\lambda}+x^{\mu}e_{\mu}+x^{\nu}e_{\nu}; xλ,xμ,xν≠0x^{\lambda},x^{\mu},x^{\nu}\neq 0.
- V.
x=xλeλ+xμeμ+xνeν+xξeξx=x^{\lambda}e_{\lambda}+x^{\mu}e_{\mu}+x^{\nu}e_{\nu}+x^{\xi}e_{\xi};
xλ,xμ,xν,xξ≠0x^{\lambda},x^{\mu},x^{\nu},x^{\xi}\neq 0.
Как уже говорилось, в случае II вектор xx получается сингулярным,
в случае III — блестящим, в случае IV — светящимся, а в случае
V — темным. Кроме того, в случае V произведение всех
коэффициентов xλxμxνxξx^{\lambda}x^{\mu}x^{\nu}x^{\xi} является неизменным. Это
означает, что элементы xx из разных типов точно лежат в различных
орбитах. Осталось понять, как обстоят дела внутри каждого типа.
По пункту 13 мы получаем, что при переходе к конкретным корням
тип III распадается на два подтипа.
- I.
- II.
x=xλeλx=x^{\lambda}e_{\lambda}; xλ≠0x^{\lambda}\neq 0.
- III.
- a)
x=xλeλ+xρeρx=x^{\lambda}e_{\lambda}+x^{\rho}e_{\rho}; xλ,xρ≠0x^{\lambda},x^{\rho}\neq 0;
- б)
x=xλeλ+xσeσx=x^{\lambda}e_{\lambda}+x^{\sigma}e_{\sigma}; xλ,xσ≠0x^{\lambda},x^{\sigma}\neq 0.
- IV.
x=xλeλ+xρeρ+xσeσx=x^{\lambda}e_{\lambda}+x^{\rho}e_{\rho}+x^{\sigma}e_{\sigma}; xλ,xρ,xσ≠0x^{\lambda},x^{\rho},x^{\sigma}\neq 0.
- V.
x=xλeλ+xρeρ+xσeσ+xτeτx=x^{\lambda}e_{\lambda}+x^{\rho}e_{\rho}+x^{\sigma}e_{\sigma}+x^{\tau}e_{\tau}; xλ,xρ,xσ,xτ≠0x^{\lambda},x^{\rho},x^{\sigma},x^{\tau}\neq 0.
19. Пункт 15 выполняется и для случая Φ=Dl\Phi=\operatorname{D}_{l}, l>4l>4, то
есть из элемента x=xλeλ+xρeρ+xσeσ+xτeτx=x^{\lambda}e_{\lambda}+x^{\rho}e_{\rho}+x^{\sigma}e_{\sigma}+x^{\tau}e_{\tau} можно получить xλabceλ+xρabceρ+xσbaceσ+xτcabeτx^{\lambda}{abc}e_{\lambda}+\frac{x^{\rho}a}{bc}e_{\rho}+\frac{x^{\sigma}b}{ac}e_{\sigma}+\frac{x^{\tau}c}{ab}e_{\tau}.
Однако в рассматриваемом случае появляются и другие возможные изменения. А именно, как
несложно видеть, корень α=αl−3\alpha=\alpha_{l-3} ортогонален корням λ\lambda и
ρ\rho, а также образует угол 2π/32\pi/3 с σ\sigma и π/3\pi/3 с τ\tau;
поэтому при применении к xx элемента wα(a)w_{\alpha}(a) из леммы 4
получится xλeλ+xρeρ+xσaeσ+xτaeτx^{\lambda}e_{\lambda}+x^{\rho}e_{\rho}+x^{\sigma}ae_{\sigma}+\frac{x^{\tau}}{a}e_{\tau}. Аналогично, корень β=
1
1…1100
1
\beta=\vbox{\vbox{\vfill\hbox{$1$}\vskip-1.0pt\hbox{$\phantom{1}1\dots 1100$\hfil}\vskip-1.0pt\hbox{$1$}\vfill}} будет ортогонален корням σ\sigma и τ\tau, а также образовывать
угол 2π/32\pi/3 с λ\lambda и π/3\pi/3 с ρ\rho; поэтому при применении к
xx элемента wβ(a)w_{\beta}(a) из леммы 4 получится xλaeλ+xρaeρ+xσeσ+xτeτx^{\lambda}ae_{\lambda}+\frac{x^{\rho}}{a}e_{\rho}+x^{\sigma}e_{\sigma}+x^{\tau}e_{\tau}.
20 (18). Так как Φ0=A1×Al−2\Phi_{0}=\operatorname{A}_{1}\times\operatorname{A}_{l-2}, то, как и для случая
D4\operatorname{D}_{4}, элементу xx можно сопоставить матрицу z1z_{1},
соответствующую подсистеме A1\operatorname{A}_{1}. Как и прежде, если элементы x,x′∈V1x,x^{\prime}\in V_{1} переходят друг в друга, то и соответствующие им
элементы z1,z1′∈V0z_{1},z^{\prime}_{1}\in V_{0} тоже.
Наконец, заметим, что корни λ,ρ,σ\lambda,\rho,\sigma и τ\tau порождают
подсистему типа D4\operatorname{D}_{4}, и для нее верны проделанные выше
рассуждения. То есть если элементы xx и x′x^{\prime} лежали в одной
орбите в случае Φ=D4\Phi=\operatorname{D}_{4}, то в случае Φ=Dl\Phi=\operatorname{D}_{l}, l>4l>4, они
тоже будут лежать в одной орбите. Наоборот, разумеется, это не
верно — различные орбиты из D4\operatorname{D}_{4} могут "склеиться" в Dl\operatorname{D}_{l},
так как действующая группа там будет больше.
21. Рассмотрим классификацию из 18 пункта. С типом I все
понятно. В типе II по пункту 19 всего одна орбита, поэтому с
ним тоже нет никаких проблем. В подтипе III а) матрица z1z_{1} имеет
ненулевой коэффициент над диагональю, то есть подпадает под
условие леммы 6, 2), а в III б) матрица z1z_{1} нулевая, поэтому
элементы из этих подтипов лежат в разных орбитах. В III а), по
лемме 6, 2) и пункту 19, два вектора лежат в одной орбите
тогда и только тогда, когда произведение коэффициентов у них лежат
в одном классе K∗/(K∗)2K^{*}/(K^{*})^{2}. Если при выборе представителя каждой
орбиты сделать xλx^{\lambda} равным 11, то оставшийся коэффициент можно
выбирать из K∗/(K∗)2K^{*}/(K^{*})^{2}. Что касается III б), то по пункту
19, в нем всего одна орбита.
В типе IV матрица z1z_{1} опять имеет ненулевой коэффициент над
диагональю, то есть подпадает под условие леммы 6, 2).
Соответственно, по лемме 6, 2) и пункту 19, если при выборе
представителя каждой орбиты сделать xλx^{\lambda} равным 11, то xρx^{\rho}
можно выбирать из K∗/(K∗)2K^{*}/(K^{*})^{2}. При этом коэффициент xσx^{\sigma}, тоже
по пункту 19, можно сделать любым.
Осталось разобраться с типом V. Пользуясь, как мы говорили в
пункте 20, результатом для D4\operatorname{D}_{4}, мы получаем, что любой темный
вектор можно привести к виду x=eλ+xρeρ+xσeσ+xτeτx=e_{\lambda}+x^{\rho}e_{\rho}+x^{\sigma}e_{\sigma}+x^{\tau}e_{\tau}, где k∈K∗k\in K^{*}, xρ,xσ∈Kkx^{\rho},x^{\sigma}\in K_{k}, xτ=kxρxσx^{\tau}=\frac{k}{x^{\rho}x^{\sigma}}. По пункту 19 можно xσx^{\sigma} сделать
произвольным ненулевым числом, меняя лишь коэффициент xτx^{\tau}; мы положим xσx^{\sigma} равным 11. Таким
образом, темный вектор можно привести к виду x=eλ+xρeρ+eσ+xτeτx=e_{\lambda}+x^{\rho}e_{\rho}+e_{\sigma}+x^{\tau}e_{\tau}, где k∈K∗k\in K^{*}, xρ∈Kkx^{\rho}\in K_{k},
xτ=kxρx^{\tau}=\frac{k}{x^{\rho}}. Докажем, что все такие элементы лежат
в разных орбитах. Прежде всего напомним, что число kk, равное
произведению всех коэффициентов, является инвариантом. Далее,
матрица z1z_{1} подпадает под условие леммы 6, 1), причем
коэффициент над диагональю равен Nλ−δ,δNλ−δ,ρxρN_{\lambda-\delta,\delta}N_{\lambda-\delta,\rho}x^{\rho}, а число kk совпадает с также обозначенным числом из
леммы. Поэтому xρ∈Kkx^{\rho}\in K_{k}, что и требовалось.
22. Полученные результаты можно объединить в теорему:
Теорема 3.
Пусть Φ=Dl\Phi=\operatorname{D}_{l}, l>4l>4, и charK≠2\operatorname{char}K\neq 2. Обозначим, для
определенности, λ=
0
0…0010
0
\lambda=\vbox{\vbox{\vfill\hbox{$0$}\vskip-1.0pt\hbox{$\phantom{0}0\dots 0010$\hfil}\vskip-1.0pt\hbox{$0$}\vfill}}, ρ=
1
2…2210
1
\rho=\vbox{\vbox{\vfill\hbox{$1$}\vskip-1.0pt\hbox{$\phantom{1}2\dots 2210$\hfil}\vskip-1.0pt\hbox{$1$}\vfill}}, σ=
0
0…0111
0
\sigma=\vbox{\vbox{\vfill\hbox{$0$}\vskip-1.0pt\hbox{$\phantom{0}0\dots 0111$\hfil}\vskip-1.0pt\hbox{$0$}\vfill}} и
τ=
1
2…2111
1
\tau=\vbox{\vbox{\vfill\hbox{$1$}\vskip-1.0pt\hbox{$\phantom{1}2\dots 2111$\hfil}\vskip-1.0pt\hbox{$1$}\vfill}}. Далее, пусть a∼kb⇔∃x,y∈K:x2−ky2=aba\sim_{k}b\Leftrightarrow\exists x,y\in K:x^{2}-ky^{2}=ab — отношение
эквивалентности на K∗K^{*} и Kk=K∗/∼kK_{k}=K^{*}/\sim_{k} – множество классов
по этому отношению. Тогда векторы из V1V_{1} под действием G0G_{0}
образуют следующие орбиты:
- I.
- II.
Одна орбита из сингулярных векторов. Ее элементы можно
привести к виду x=eλx=e_{\lambda}.
- III.
Одна серия орбит и одна отдельная орбита из блестящих
векторов. Их элементы можно привести к одному из следующих видов:
- a)
x=eλ+xρeρx=e_{\lambda}+x^{\rho}e_{\rho}; xρ∈K∗/(K∗)2x^{\rho}\in K^{*}/(K^{*})^{2};
- б)
x=eλ+eσx=e_{\lambda}+e_{\sigma}.
- IV.
Одна серия орбит из светящихся векторов. Их элементы
можно привести к виду x=eλ+xρeρ+eσx=e_{\lambda}+x^{\rho}e_{\rho}+e_{\sigma};
xρ∈K∗/(K∗)2x^{\rho}\in K^{*}/(K^{*})^{2}.
- V.
Одна серия орбит из темных векторов. Их элементы можно
привести к виду x=eλ+xρeρ+eσ+xτeτx=e_{\lambda}+x^{\rho}e_{\rho}+e_{\sigma}+x^{\tau}e_{\tau},
где k∈K∗k\in K^{*}, xρ∈Kkx^{\rho}\in K_{k}, xτ=kxρx^{\tau}=\frac{k}{x^{\rho}}.
- 1.
Борель А., Свойства и линейные представления групп
Шевалле, Семинар по алгебраическим группам, Мир, М., 1973, с.
9–59.
- 2.
Бурбаки Н., Группы и алгебры Ли, Главы IV – VI, Мир,
М., 1972.
- 3.
Бурбаки Н., Группы и алгебры Ли, Главы VII – VIII,
Мир, М., 1978.
- 4.
Вавилов Н. А., Как увидеть знаки структурных констант?, Алгебра и анализ 19 (2007), №4, 34–68.
- 5.
Вавилов Н. А., Лузгарев А. Ю., Нормализатор группы Шевалле типа E7\operatorname{E}_{7}, Алгебра и анализ 27 (2015), №6, 57–88.
- 6.
Вавилов Н. А., Лузгарев А. Ю., Певзнер И. М., Группа
Шевалле типа E6\operatorname{E}_{6} в 2727-мерном представлении, Зап. научн.
семин. ПОМИ 338 (2006), 5–68.
- 7.
Вавилов Н. А., Певзнер И. М., Тройки длинных корневых
подгрупп, Зап. научн. семин. ПОМИ 343 (2007), 54–83.
- 8.
Вавилов Н. А., Семенов А. А., Длинные корневые торы в
группах Шевалле, Алгебра и анализ 24 (2012), №3, 22–83.
- 9.
Лузгарев А. Ю., Певзнер И. М., Некоторые факты из жизни
GL(5,ℤ)\operatorname{GL}(5,{\mathbb{Z}}), Зап. научн. семин. ПОМИ 305 (2003), 153–163.
- 10.
О’Мира О., Лекции о линейных группах, Автоморфизмы
классических групп, Мир, М., 1976, с. 57–167.
- 11.
О’Мира О., Лекции о симплектических группах, Мир, М.,
1979.
- 12.
Певзнер И. М., Геометрия корневых элементов в группах
типа E6\operatorname{E}_{6}, Алгебра и анализ 23 (2011), №3, 261–309.
- 13.
Певзнер И. М., Ширина групп типа E6{\operatorname{E}}_{6}
относительно множества корневых элементов, I, Алгебра и
анализ 23 (2011), №5, 155–198.
- 14.
Певзнер И. М., Ширина групп типа E6{\operatorname{E}}_{6}
относительно множества корневых элементов, II, Зап. научн.
семин. ПОМИ 386 (2011), 242–264.
- 15.
Певзнер И. М., Ширина группы GL(6,K)\operatorname{GL}(6,K) относительно
множества квазикорневых элементов, Зап. научн. семин. ПОМИ 423 (2014), 183–204.
- 16.
Певзнер И. М., Ширина экстраспециального унипотентного
радикала относительно множества корневых элементов, Зап. научн.
семин. ПОМИ 435 (2015), 168–177.
- 17.
Певзнер И. М., Существование корневой подгруппы, которую данный элемент переводит в противоположную, Зап. научн. семин. ПОМИ 460 (2017), 190–202.
- 18.
Певзнер И. М., Орбиты векторов некоторых представлений. I, Зап. научн. семин. ПОМИ 484 (2019), 149–164.
- 19.
Спрингер Т. А., Линейные алгебраические группы,
Алгебраическая геометрия – 4, Итоги науки и техн. Сер. Соврем.
проблемы мат. Фундам. направления 55, ВИНИТИ, М., 1989, с.
5–136.
- 20.
Стейнберг Р., Лекции о группах Шевалле, Мир, М., 1975.
- 21.
Хамфри Дж., Линейные алгебраические группы, Наука, М.,
1980.
- 22.
Хамфри Дж., Введение в теорию алгебр Ли и их
представлений, МЦНМО, М., 2003.
- 23.
Aschbacher M., The 27-dimensional module for E6E_{6}. I, Invent. Math 89 (1987), no. 1, 159–195.
- 24.
Aschbacher M., The 27-dimensional module for E6E_{6}. II, J. London Math. Soc 37 (1988), 275–293.
- 25.
Aschbacher M., The 27-dimensional module for E6E_{6}. III, Trans. Amer. Math. Soc. 321 (1990), 45–84.
- 26.
Aschbacher M., The 27-dimensional module for E6E_{6}. IV, J. Algebra 131 (1990), 23–39.
- 27.
Aschbacher M., Some multilinear forms with large isometry groups, Geom. Dedicata 25 (1988), no. 1–3, 417–465.
- 28.
Aschbacher M., The geometry of trilinear forms, Finite Geometries, Buildings and Related
topics, Oxford: Oxford Univ. Press (1990), 75–84.
- 29.
Cooperstein B. N., The fifty-six-dimensional module for E7E_{7}. I. A four form for E7E_{7}, J. Algebra 173 (1995), no. 2, 361–389.
- 30.
Krutelevich S., Jordan algebras, exceptional groups, and Bhargava composition, J. Algebra 314 (2007), no. 2, 924–977.
- 31.
Springer T. A., Linear algebraic groups, Progress in
Mathematics 9, Birkhäuser Boston Inc., Boston, 1998.
- 32.
Tits J., Sur les constantes de structure et le théorème d’existence des algèbres de Lie semi-simples, Inst. Hautes Études Sci. Publ. Math. No. 31 (1966), 21–58.
- 33.
Vavilov N. A., A third look at weight diagrams, Rend. Sem. Mat. Univ. Padova 104 (2000), 201–250.
- 34.
Vavilov N. A., Plotkin E. B., Chevalley groups over commutative rings. I. Elementary calculations, Acta Applicandae Math. 45 (1996), 73–115.