Операторные оценки погрешности при усреднении нестационарного уравнения Шрёдингера:
зависимость от времениРабота выполнена при поддержке гранта РНФ №17-11-01069.

Дородный М. А Note: Санкт-Петербургский государственный университет, Россия, 199034, Санкт-Петербург, Университетская˜наб., д.˜7/9; e-mail: mdorodni@yandex.ru.

Аннотация

В $L_{2}(\mathbb{R}^{d};\mathbb{C}^{n})$ рассматривается самосопряжённый матричный эллиптический дифференциальный оператор $\mathcal{A}_{\varepsilon}$ второго порядка с периодическими коэффициентами, зависящими от $\mathbf{x}/\varepsilon$ . Для операторной экспоненты $e^{-i\tau\mathcal{A}_{\varepsilon}}$ , $\tau\in\mathbb{R}$ , при малом $\varepsilon$ получены аппроксимации по ( $H^{s}\to L_{2}$ )-операторной норме при подходящем $s$ . Обсуждается точность полученных оценок в зависимости от $\tau$ . Результаты применяются к вопросу о поведении решения $\mathbf{u}_{\varepsilon}$ задачи Коши для нестационарного уравнения типа Шрёдингера $i\partial_{\tau}\mathbf{u}_{\varepsilon}=\mathcal{A}_{\varepsilon}\mathbf{u}_{\varepsilon}+\mathbf{F}$ .

Ключевые слова: периодические дифференциальные операторы, нестационарные уравнения типа Шрёдингера, усреднение, эффективный оператор, операторные оценки погрешности.

Введение

Работа относится к теории усреднения (гомогенизации) периодических дифференциальных операторов (ДО). Задачам усреднения в пределе малого периода посвящена обширная литература; укажем в первую очередь книги [BeLP, BaPa, ZhKO]. Один из методов изучения задач усреднения в $\mathbb{R}^{d}$ — это спектральный метод, основанный на теории Флоке–Блоха. См., например, [BeLP, глава 4], [ZhKO, глава 2], [Se], [COrVa], [APi].

0.1. Класс операторов

Пусть $\Gamma$ — решётка в $\mathbb{R}^{d}$ , $\Omega$ — элементарная ячейка решётки $\Gamma$ . Для $\Gamma$ -периодических функций в $\mathbb{R}^{d}$ используется обозначение $\varphi^{\varepsilon}(\mathbf{x})\coloneqq\varphi(\varepsilon^{-1}\mathbf{x})$ , $\varepsilon>0$ . В $L_{2}(\mathbb{R}^{d};\mathbb{C}^{n})$ рассматриваются самосопряжённые эллиптические матричные ДО второго порядка следующего вида

\mathcal{A}_{\varepsilon}=(f^{\varepsilon}(\mathbf{x}))^{*}b(\mathbf{D})^{*}g^{\varepsilon}(\mathbf{x})b(\mathbf{D})f^{\varepsilon}(\mathbf{x}).

(0.1)

Здесь $b(\mathbf{D})$ — однородный матричный ДО первого порядка с постоянными коэффициентами. Предполагается, что символ $b(\boldsymbol{\xi})$ — ( $m\times n$ )-матрица ранга $n$ (считаем, что $m\geqslant n$ ). Далее, $g(\mathbf{x})$ — $\Gamma$ -периодическая ограниченная и положительно определённая ( $m\times m$ )-матрица-функция, $f(\mathbf{x})$ — $\Gamma$ -периодическая ограниченная вместе со своей обратной ( $n\times n$ )-матрица-функция.

Целесообразно первоначально изучать более узкий класс операторов вида

\widehat{\mathcal{A}}_{\varepsilon}=b(\mathbf{D})^{*}g^{\varepsilon}(\mathbf{x})b(\mathbf{D}),

(0.2)

отвечающий случаю $f=\mathbf{1}_{n}$ . Многие операторы математической физики допускают запись в виде (0.1) или (0.2), см., например, [BSu4, гл. 4]. Простейший пример — оператор акустики $\widehat{\mathcal{A}}_{\varepsilon}=\mathbf{D}^{*}g^{\varepsilon}(\mathbf{x})\mathbf{D}=-\operatorname{div}g^{\varepsilon}(\mathbf{x})\nabla$ .

0.2. Обзор

В 2001 году М. Ш. Бирманом и Т. А. Суслиной (см. [BSu1]) был предложен и развит теоретико-операторный подход к задачам усреднения в $\mathbb{R}^{d}$ (вариант спектрального метода), основанный на масштабном преобразовании, теории Флоке–Блоха и аналитической теории возмущений. С помощью этого подхода были получены так называемые операторные оценки погрешности в задачах усреднения.

В случае усреднения эллиптических и параболических задач этот подход достаточно подробно разработан: укажем, в частности, работы [BSu2, BSu3, BSu4, Su1, Su2, VSu1, VSu2].

Другой подход к получению операторных оценок погрешности (“метод сдвига”) для эллиптических и параболических задач был предложен В. В. Жиковым и С. Е. Пастуховой в работах [Zh, ZhPas1, ZhPas2]. См. также обзор [ZhPas3].

Операторные оценки погрешности для нестационарного уравнения типа Шрёдингера и гиперболических уравнений изучены в меньшей степени. Им были посвящены работы [BSu5, Su3, Su4, DSu, M1, M2], а также [D] и [M3], где рассматривался более широкий класс операторов, включающих младшие члены. В операторных терминах речь идёт о поведении при малом $\varepsilon$ оператор-функций $e^{-i\tau\widehat{\mathcal{A}}_{\varepsilon}}$ и $\cos(\tau\widehat{\mathcal{A}}_{\varepsilon}^{1/2})$ , $\widehat{\mathcal{A}}_{\varepsilon}^{-1/2}\sin(\tau\widehat{\mathcal{A}}_{\varepsilon}^{1/2})$ , где $\tau\in\mathbb{R}$ . Остановимся подробнее на результатах для нестационарного уравнения типа Шрёдингера. В [BSu5] была доказана оценка

\|e^{-i\tau\widehat{\mathcal{A}}_{\varepsilon}}-e^{-i\tau\widehat{\mathcal{A}}^{0}}\|_{H^{3}(\mathbb{R}^{d})\to L_{2}(\mathbb{R}^{d})}\leqslant C(1+|\tau|)\varepsilon.

(0.3)

Здесь $\widehat{\mathcal{A}}^{0}=b(\mathbf{D})^{*}g^{0}b(\mathbf{D})$ — эффективный оператор c постоянной эффективной матрицей $g^{0}$ . Затем в работе [Su4] (см. также [Su3]) была подтверждена точность этой оценки относительно типа операторной нормы. С другой стороны, были найдены достаточные условия (которые формулируются в терминах спектральных характеристик оператора на краю спектра), позволяющие усилить результат и получить оценку

\|e^{-i\tau\widehat{\mathcal{A}}_{\varepsilon}}-e^{-i\tau\widehat{\mathcal{A}}^{0}}\|_{H^{2}(\mathbb{R}^{d})\to L_{2}(\mathbb{R}^{d})}\leqslant\mathcal{C}(1+|\tau|)\varepsilon.

(0.4)

0.3. Основные результаты работы

Настоящая работа посвящена оценкам погрешности при аппроксимации операторной экспоненты; особое внимание уделяется зависимости этих оценок от времени. Мы показываем, что множитель $(1+|\tau|)$ в оценке (0.3) нельзя улучшить (заменить на $(1+|\tau|^{\alpha})$ с $\alpha<1$ ) в общей ситуации. С другой стороны, мы доказываем, что оценку (0.4) (справедливую при дополнительных предположениях) можно улучшить:

\|e^{-i\tau\widehat{\mathcal{A}}_{\varepsilon}}-e^{-i\tau\widehat{\mathcal{A}}^{0}}\|_{H^{2}(\mathbb{R}^{d})\to L_{2}(\mathbb{R}^{d})}\leqslant\check{\mathcal{C}}(1+|\tau|^{1/2})\varepsilon.

Этот результат позволяет получать сходимость решений с квалифицированной оценкой погрешности при больших временах, а именно, при $\tau=O(\varepsilon^{-\alpha})$ с $\alpha<2$ . Аналоги этих результатов получены и для более общего оператора (0.1). При этом оказывается, что удобно изучать оператор $f^{\varepsilon}e^{-i\tau\mathcal{A}_{\varepsilon}}(f^{\varepsilon})^{-1}$ (операторную экспоненту, окаймлённую быстро осциллирующими множителями).

Результаты, полученные в операторных терминах, применяются затем к вопросу о поведении решения $\mathbf{u}_{\varepsilon}(\mathbf{x},\tau)$ , $\mathbf{x}\in\mathbb{R}^{d}$ , $\tau\in\mathbb{R}$ , следующей задачи

\left\{\begin{aligned} &i\frac{\partial\mathbf{u}_{\varepsilon}(\mathbf{x},\tau)}{\partial\tau}=(\widehat{\mathcal{A}}_{\varepsilon}\mathbf{u}_{\varepsilon})(\mathbf{x},\tau)+\mathbf{F}(\mathbf{x},\tau),\\ &\mathbf{u}_{\varepsilon}(\mathbf{x},0)=\boldsymbol{\phi}(\mathbf{x}),\end{aligned}\right.

(0.5)

а также более общей задачи с оператором $\mathcal{A}_{\varepsilon}$ .

0.4. Метод

Результаты получены с помощью теоретико-операторного подхода. Масштабное преобразование сводит изучение разности экспонент под знаком нормы (0.3) к изучению разности $e^{-i\tau\varepsilon^{-2}\widehat{\mathcal{A}}}-e^{-i\tau\varepsilon^{-2}\widehat{\mathcal{A}}^{0}}$ , где $\widehat{\mathcal{A}}=b(\mathbf{D})^{*}g(\mathbf{x})b(\mathbf{D})$ . Затем с помощью унитарного преобразования Гельфанда оператор $\widehat{\mathcal{A}}$ раскладывается в прямой интеграл по зависящим от квазиимпульса $\mathbf{k}$ операторам $\widehat{\mathcal{A}}(\mathbf{k})$ , действующим в пространстве $L_{2}(\Omega;\mathbb{C}^{n})$ . Следуя [BSu2], мы выделяем одномерный параметр $t=|\mathbf{k}|$ и рассматриваем семейство $\widehat{\mathcal{A}}(\mathbf{k})$ как квадратичный пучок по отношению к параметру $t$ . При этом часть построений удаётся провести в рамках абстрактной теории операторов. В абстрактной схеме изучается действующее в некотором гильбертовом пространстве $\mathfrak{H}$ операторное семейство $A(t)$ , допускающее факторизацию вида $A(t)=X(t)^{*}X(t)$ , где $X(t)=X_{0}+tX_{1}$ .

0.5. Структура статьи

Работа состоит из трёх глав. В гл. I (§§1–3) содержится необходимый абстрактный теоретико-операторный материал. В гл. II (§§4–9) изучаются периодические ДО, действующие в $L_{2}(\mathbb{R}^{d};\mathbb{C}^{n})$ . Гл. III (§§10–11) посвящена задачам усреднения для нестационарного уравнения типа Шрёдингера. В §10 получены основные результаты работы в операторных терминах. Затем в §11 эти результаты применяются к усреднению для задачи Коши (0.5), а также более общей задачи с оператором $\mathcal{A}_{\varepsilon}$ .

0.6. Обозначения

Пусть $\mathfrak{H}$ и $\mathfrak{H}_{*}$ — комплексные сепарабельные гильбертовы пространства. Символы $(\cdot,\cdot)_{\mathfrak{H}}$ и $\|\cdot\|_{\mathfrak{H}}$ означают скалярное произведение и норму в $\mathfrak{H}$ . Символ $\|\cdot\|_{\mathfrak{H}\to\mathfrak{H}_{*}}$ означает норму ограниченного оператора из $\mathfrak{H}$ в $\mathfrak{H}_{*}$ . Иногда мы опускаем индексы, если это не ведёт к смешениям. Через $I=I_{\mathfrak{H}}$ обозначается тождественный оператор в $\mathfrak{H}$ . Если $A\colon\mathfrak{H}\to\mathfrak{H}_{*}$ — линейный оператор, то через $\Dom A$ и $\Ker A$ обозначаются область определения и ядро $A$ , соответственно. Если $\mathfrak{N}$ — подпространство в $\mathfrak{H}$ , то $\mathfrak{N}^{\perp}\coloneqq\mathfrak{H}\ominus\mathfrak{N}$ . Если $P$ — ортогональный проектор пространства $\mathfrak{H}$ на $\mathfrak{N}$ , то $P^{\perp}$ — ортогональный проектор $\mathfrak{H}$ на $\mathfrak{N}^{\perp}$ .

Символы $\left<\cdot,\cdot\right>$ и $|\cdot|$ означают стандартные скалярное произведение и норму в $\mathbb{C}^{n}$ ; $\boldsymbol{1}_{n}$ — единичная ( $n\times n$ )-матрица. Для $(m\times n)$ -матрицы $a$ символ $a^{*}$ означает эрмитово сопряжённую матрицу. Далее, $\mathbf{x}=(x_{1},\ldots,x_{d})\in\mathbb{R}^{d}$ , $iD_{j}=\frac{\partial}{\partial x_{j}}$ , $j=1,\ldots,d$ , $\mathbf{D}=-i\nabla=(D_{1},\ldots,D_{d})$ .

Классы $L_{p}$ функций cо значениями в $\mathbb{C}^{n}$ , заданных в области $\mathcal{O}\subset\mathbb{R}^{d}$ , обозначаются через $L_{p}(\mathcal{O};\mathbb{C}^{n})$ , $1\leqslant p\leqslant\infty$ . Классы Соболева $\mathbb{C}^{n}$ -значных функций в области $\mathcal{O}\subset\mathbb{R}^{d}$ порядка $s$ с индексом суммирования $p$ обозначаются $W^{s}_{p}(\mathcal{O};\mathbb{C}^{n})$ . При $p=2$ используем обозначения $H^{s}(\mathcal{O};\mathbb{C}^{n})$ , $s\in\mathbb{R}$ . При $n=1$ пишем просто $L_{p}(\mathcal{O})$ , $W^{s}_{p}(\mathcal{O})$ , $H^{s}(\mathcal{O})$ и т.д., но иногда мы применяем такие обозначения и для пространств векторнозначных и матричнозначных функций.

Через $C$ , $c$ , $\mathcal{C}$ , $\mathfrak{C}$ (возможно, с индексами и значками) обозначаются различные оценочные постоянные.

0.7. Благодарности

Автор выражает благодарность Т. А. Суслиной за полезные обсуждения и ценные советы.

Глава I. Абстрактная теоретико-операторная схема

§1. Квадратичные операторные семейства

1.1. Операторы $X(t)$ и $A(t)$

Пусть $\mathfrak{H}$ и $\mathfrak{H}_{*}$ — комплексные сепарабельные гильбертовы пространства. Предположим, что $X_{0}\colon\mathfrak{H}\to\mathfrak{H}_{*}$ — плотно определённый и замкнутый оператор, а $X_{1}\colon\mathfrak{H}\to\mathfrak{H}_{*}$ — ограниченный оператор. Введём замкнутый на $\Dom X_{0}$ оператор $X(t)\coloneqq X_{0}+tX_{1}$ , $t\in\mathbb{R}$ . Рассмотрим семейство самосопряжённых операторов $A(t)\coloneqq X(t)^{*}X(t)$ в $\mathfrak{H}$ . Оператор $A(t)$ порождается замкнутой квадратичной формой $\|X(t)u\|^{2}_{\mathfrak{H}_{*}}$ , $u\in\Dom X_{0}$ . Введём обозначения $A_{0}\coloneqq A(0)$ , $\mathfrak{N}\coloneqq\Ker A_{0}=\Ker X_{0}$ , $\mathfrak{N}_{*}\coloneqq\Ker X^{*}_{0}$ . Предполагается выполненным следующее условие.

Условие 1.1.

Точка $\lambda_{0}=0$ — изолированная точка спектра оператора $A_{0}$ и $0<n\coloneqq\dim\mathfrak{N}<\infty$ , $n\leqslant n_{*}\coloneqq\dim\mathfrak{N}_{*}\leqslant\infty$ .

Обозначим через $d^{0}$ расстояние от точки $\lambda_{0}=0$ до остального спектра оператора $A_{0}$ . Пусть $P$ и $P_{*}$ — ортопроекторы в $\mathfrak{H}$ на $\mathfrak{N}$ и в $\mathfrak{H}_{*}$ на $\mathfrak{N}_{*}$ , соответственно. Обозначим через $F(t;[a,b])$ спектральный проектор оператора $A(t)$ для промежутка $[a,b]$ и положим $\mathfrak{F}(t;[a,b])\coloneqq F(t;[a,b])\mathfrak{H}$ . Фиксируем число $\delta>0$ такое, что $8\delta<d^{0}$ . Будем писать $F(t)$ вместо $F(t;[0,\delta])$ и $\mathfrak{F}(t)$ вместо $\mathfrak{F}(t;[0,\delta])$ . Выберем число $t^{0}>0$ так, чтобы

t^{0}\leqslant\delta^{1/2}\|X_{1}\|^{-1}.

(1.1)

Как показано в [BSu2, гл. 1, предложение 1.2], $F(t;[0,\delta])=F(t;[0,3\delta])$ и $\rank F(t;[0,\delta])=n$ при $|t|\leqslant t^{0}$ .

1.2. Операторы $Z$ , $R$ и $S$

Следуя [BSu2, гл. 1, §1] и [BSu3, §1], введём операторы, которые возникают при рассмотрениях в духе теории возмущений.

Пусть $\omega\in\mathfrak{N}$ и пусть $\psi=\psi(\omega)\in\Dom X_{0}\cap\mathfrak{N}^{\perp}$ — (слабое) решение уравнения

X^{*}_{0}(X_{0}\psi+X_{1}\omega)=0.

Введём оператор $Z\colon\mathfrak{H}\to\mathfrak{H}$ по формуле $Zu=\psi(Pu)$ , $u\in\mathfrak{H}$ . Далее, определим оператор $R\coloneqq X_{0}Z+X_{1}\colon\mathfrak{N}\to\mathfrak{N}_{*}$ . Оператор $R$ также может быть определён формулой $R=P_{*}X_{1}|_{\mathfrak{N}}$ . Следуя [BSu2, гл. 1, п. 1.3], назовём оператор $S\coloneqq R^{*}R\colon\mathfrak{N}\to\mathfrak{N}$ спектральным ростком семейства $A(t)$ при $t=0$ . Для ростка справедливо также представление $S=PX^{*}_{1}P_{*}X_{1}|_{\mathfrak{N}}$ . Спектральный росток называется невырожденным, если $\Ker S=\{0\}$ .

1.3. Операторы $Z_{2}$ и $R_{2}$

Нам потребуется ввести операторы $Z_{2}$ и $R_{2}$ , определённые в [VSu1, гл. 1, §1].

Пусть $\omega\in\mathfrak{N}$ и пусть $\phi=\phi(\omega)\in\Dom X_{0}\cap\mathfrak{N}^{\perp}$ — (слабое) решение уравнения

X^{*}_{0}(X_{0}\phi+X_{1}Z\omega)=-P^{\perp}X_{1}^{*}R\omega.

Правая часть этого уравнения принадлежит $\mathfrak{N}^{\perp}=\Ran X_{0}^{*}$ , поэтому выполнено условие разрешимости. Определим оператор $Z_{2}\colon\mathfrak{H}\to\mathfrak{H}$ по формуле $Z_{2}u=\phi(Pu)$ , $u\in\mathfrak{H}$ . Наконец, введём оператор $R_{2}\coloneqq X_{0}Z_{2}+X_{1}Z\colon\mathfrak{N}\to\mathfrak{H}_{*}$ .

1.4. Аналитические ветви собственных значений и собственных векторов оператора $A(t)$

Согласно общей аналитической теории возмущений (см. [K]), при $|t|\leqslant t^{0}$ существуют вещественно аналитические функции $\lambda_{l}(t)$ (ветви собственных значений) и вещественно аналитические $\mathfrak{H}$ -значные функции $\varphi_{l}(t)$ (ветви собственных векторов), такие что $A(t)\varphi_{l}(t)=\lambda_{l}(t)\varphi_{l}(t)$ , $l=1,\ldots,n$ , причём набор $\varphi_{l}(t)$ , $l=1,\ldots,n$ , образует ортонормированный базис в $\mathfrak{F}(t)$ . Более того, для достаточно малого $t_{*}$ (где $0<t_{*}\leqslant t^{0}$ ) при $|t|\leqslant t_{*}$ имеют место сходящиеся степенные разложения

	$\displaystyle\lambda_{l}(t)$	$\displaystyle=\gamma_{l}t^{2}+\mu_{l}t^{3}+\nu_{l}t^{4}+\ldots,$		$\displaystyle\gamma_{l}\geqslant 0,\;\mu_{l},\nu_{l}\in\mathbb{R},\qquad l=1,\ldots,n,$		(1.2)
	$\displaystyle\varphi_{l}(t)$	$\displaystyle=\omega_{l}+t\psi_{l}^{(1)}+t\psi_{l}^{(2)}+\ldots,$		$\displaystyle l=1,\ldots,n.$		(1.3)

При этом элементы $\omega_{l}=\varphi_{l}(0),\,l=1,\ldots,n,$ образуют ортонормированный базис в подпространстве $\mathfrak{N}$ . В [BSu2, гл. 1, §1] и [BSu3, §1] было установлено, что $\widetilde{\omega}_{l}=\psi_{l}^{(1)}-Z\omega_{l}\in\mathfrak{N}$ ,

	$\displaystyle S\omega_{l}=\gamma_{l}\omega_{l}$	$\displaystyle,\qquad$		$\displaystyle l=1,\ldots,n,$		(1.4)
	$\displaystyle(\widetilde{\omega}_{j},\omega_{k})+(\omega_{j},\widetilde{\omega}_{k})=0$	$\displaystyle,\qquad$		$\displaystyle j,k=1,\ldots,n.$		(1.5)

Таким образом, числа $\gamma_{l}$ и элементы $\omega_{l}$ , определённые в (1.2) и (1.3), являются собственными для ростка $S$ . Справедливы представления $P=\sum_{l=1}^{n}(\cdot,\omega_{l})\omega_{l}$ , $SP=\sum_{l=1}^{n}\gamma_{l}(\cdot,\omega_{l})\omega_{l}$ .

1.5. Пороговые аппроксимации

Следующие утверждения были получены в [BSu2, гл. 1, теоремы 4.1 и 4.3] и [BSu3, теорема 4.1]. Договоримся ниже через $\beta_{j}$ обозначать абсолютные константы (значения которых допускают явный контроль), причём считаем $\beta_{j}\geqslant 1$ .

Теорема 1.2 ([BSu2]).

В условиях п. 1.1 при $|t|\leqslant t^{0}$ справедливы оценки

	$\displaystyle\\|F(t)-P\\|$	$\displaystyle\leqslant C_{1}\|t\|,$	$\displaystyle C_{1}$	$\displaystyle=\beta_{1}\delta^{-1/2}\\|X_{1}\\|,$		(1.6)
	$\displaystyle\\|A(t)F(t)-t^{2}SP\\|$	$\displaystyle\leqslant C_{2}\|t\|^{3},$	$\displaystyle C_{2}$	$\displaystyle=\beta_{2}\delta^{-1/2}\\|X_{1}\\|^{3}.$

Теорема 1.3 ([BSu3]).

В условиях п. 1.1 при $|t|\leqslant t^{0}$ справедливо представление

A(t)F(t)=t^{2}SP+t^{3}K+\Xi(t),\qquad\|\Xi(t)\|\leqslant C_{3}t^{4},\qquad C_{3}=\beta_{3}\delta^{-1}\|X_{1}\|^{4}.

Здесь оператор $K$ допускает представление $K=K_{0}+N=K_{0}+N_{0}+N_{*}$ , где $K_{0}$ переводит $\mathfrak{N}$ в $\mathfrak{N}^{\perp}$ и $\mathfrak{N}^{\perp}$ в $\mathfrak{N}$ , а $N=N_{0}+N_{*}$ переводит $\mathfrak{N}$ в себя и $\mathfrak{N}^{\perp}$ в $\{0\}$ . В терминах коэффициентов степенных разложений операторы $K_{0}$ , $N_{0}$ , $N_{*}$ имеют вид $K_{0}=\sum_{l=1}^{n}\gamma_{l}\left((\cdot,Z\omega_{l})\omega_{l}+(\cdot,\omega_{l})Z\omega_{l}\right)$ ,

N_{0}=\sum_{l=1}^{n}\mu_{l}(\cdot,\omega_{l})\omega_{l},\qquad N_{*}=\sum_{l=1}^{n}\gamma_{l}\left((\cdot,\widetilde{\omega}_{l})\omega_{l}+(\cdot,\omega_{l})\widetilde{\omega}_{l}\right).

(1.7)

В инвариантных терминах справедливы представления $K_{0}=ZSP+SPZ^{*}$ , $N=Z^{*}X_{1}^{*}RP+(RP)^{*}X_{1}Z$ .

Замечание 1.4.

1 ${}^{\circ}.$ Если

Z=0

, то

K_{0}=0

N=0

K=0

. 2 ${}^{\circ}.$ В базисе

\{\omega_{l}\}_{l=1}^{n}

операторы

N

N_{0}

N_{*}

(суженные на подпространство

\mathfrak{N}

) задаются матрицами размера

n\times n

. При этом оператор

N_{0}

диагонален

(N_{0}\omega_{j},\omega_{k})=\mu_{j}\delta_{jk}

j,k=1,\ldots,n

. Матричные элементы оператора

N_{*}

имеют вид

(N_{*}\omega_{j},\omega_{k})=\gamma_{k}(\omega_{j},\widetilde{\omega}_{k})+\gamma_{j}(\widetilde{\omega}_{j},\omega_{k})=(\gamma_{j}-\gamma_{k})(\widetilde{\omega}_{j},\omega_{k})

j,k=1,\ldots,n

. Видно, что диагональные элементы для

N_{*}

обращаются в ноль. Более того,

(N_{*}\omega_{j},\omega_{k})=0

если

\gamma_{j}=\gamma_{k}

. 3 ${}^{\circ}.$ Если

n=1

, то

N_{*}=0

N=N_{0}

1.6. Условие невырожденности

Ниже мы предполагаем выполненным следующее дополнительное условие.

Условие 1.5.

Существует константа $c_{*}>0$ такая, что $A(t)\geqslant c_{*}t^{2}I$ при $|t|\leqslant t^{0}$ .

Из условия 1.5 следует, что $\lambda_{l}(t)\geqslant c_{*}t^{2}$ , $l=1,\ldots,n$ , при $|t|\leqslant t^{0}$ . В силу (1.2) это влечёт $\gamma_{l}\geqslant c_{*}>0$ , $l=1,\ldots,n$ , т. е. невырожденность спектрального ростка:

S\geqslant c_{*}I_{\mathfrak{N}}.

(1.8)

1.7. Разбиение собственных значений оператора $A(t)$ на кластеры

Материал этого пункта заимствован из [Su4, раздел 2]. Он содержателен при $n\geqslant 2$ .

Предположим, что выполнено условие 1.5. Сейчас нам будет удобно изменить обозначения, отслеживая кратности собственных значений оператора $S$ . Пусть $p$ — число различных собственных значений ростка $S$ . Будем считать, что они занумерованы в порядке возрастания и обозначим их через $\gamma^{\circ}_{j}$ , $j=1,\ldots,p$ . Пусть $k_{1},\ldots,k_{p}$ — их кратности (разумеется, $k_{1}+\ldots+k_{p}=n$ ). Введём обозначения для собственных подпространств: $\mathfrak{N}_{j}=\Ker(S-\gamma^{\circ}_{j}I_{\mathfrak{N}})$ , $j=1,\ldots,p$ . Тогда $\mathfrak{N}=\sum_{j=1}^{p}\oplus\mathfrak{N}_{j}$ . Пусть $P_{j}$ — ортопроектор пространства $\mathfrak{H}$ на $\mathfrak{N}_{j}$ . Тогда $P=\sum_{j=1}^{p}P_{j}$ , $P_{j}P_{l}=0$ при $j\neq l$ .

Мы разбиваем первые $n$ собственных значений оператора $A(t)$ на $p$ кластеров при $|t|\leqslant t^{0}$ ; $j$ -ый кластер состоит из собственных значений $\lambda_{l}(t)$ , $l=i,\ldots,i+k_{j}-1$ , где $i=i(j)=k_{1}+\ldots+k_{j-1}+1$ .

Для каждой пары индексов $(j,l)$ , $1\leqslant j,l\leqslant p$ , $j\neq l$ , введём обозначение

c^{\circ}_{jl}\coloneqq\min\{c_{*},n^{-1}|\gamma^{\circ}_{l}-\gamma^{\circ}_{j}|\}.

Ясно, что найдётся номер $i_{0}=i_{0}(j,l)$ , где $j\leqslant i_{0}\leqslant l-1$ при $j<l$ и $l\leqslant i_{0}\leqslant j-1$ при $l<j$ , такой, что $\gamma^{\circ}_{i_{0}+1}-\gamma^{\circ}_{i_{0}}\geqslant c^{\circ}_{jl}$ . Это означает, что на промежутке между $\gamma^{\circ}_{j}$ и $\gamma^{\circ}_{l}$ в спектре оператора $S$ имеется лакуна длины не меньше $c^{\circ}_{jl}$ . Возможно, выбор $i_{0}$ неоднозначен, в этом случае договоримся брать наименьшее возможное $i_{0}$ (для определённости). Далее, выберем число $t^{00}_{jl}\leqslant t^{0}$ так, чтобы

t^{00}_{jl}\leqslant(4C_{2})^{-1}c^{\circ}_{jl}=(4\beta_{2})^{-1}\delta^{1/2}\|X_{1}\|^{-3}c^{\circ}_{jl}.

Пусть $\Delta^{(1)}_{jl}\coloneqq[\gamma^{\circ}_{1}-c^{\circ}_{jl}/4,\gamma^{\circ}_{i_{0}}+c^{\circ}_{jl}/4]$ и $\Delta^{(2)}_{jl}\coloneqq[\gamma^{\circ}_{i_{0}+1}-c^{\circ}_{jl}/4,\gamma^{\circ}_{p}+c^{\circ}_{jl}/4]$ . Отрезки $\Delta^{(1)}_{jl}$ и $\Delta^{(2)}_{jl}$ не пересекаются и отделены друг от друга на расстояние, не меньшее $c^{\circ}_{jl}/2$ . Как показано в [Su4, раздел 2], при $|t|\leqslant t^{00}_{jl}$ у оператора $A(t)$ в промежутке $t^{2}\Delta^{(1)}_{jl}$ ровно $k_{1}+\ldots+k_{i_{0}}$ собственных значений (с учётом кратностей) и ровно $k_{i_{0}+1}+\ldots+k_{p}$ собственных значений в промежутке $t^{2}\Delta^{(2)}_{jl}$ .

Замечание 1.6.

Операторы $N_{0}$ и $N_{*}$ допускают инвариантное представление:

N_{0}=\sum_{j=1}^{p}P_{j}NP_{j},\qquad N_{*}=\sum_{\begin{subarray}{c}1\leqslant l,j\leqslant p\\ j\neq l\end{subarray}}P_{l}NP_{j}.

(1.9)

1.8. Коэффициенты $\nu_{l}$ , $l=1,\ldots,n$

Нам потребуется указать связь коэффициентов $\nu_{l}$ , $l=1,\ldots,n$ , с некоторой задачей на собственные числа.

В [VSu1, (1.34), (1.37)] было установлено, что

	$\displaystyle\psi_{l}^{(2)}-Z\widetilde{\omega}_{l}-Z_{2}\omega_{l}\eqqcolon\widetilde{\omega}^{(2)}_{l}\in\mathfrak{N}$	,		$\displaystyle l=1,\ldots,n,$
	$\displaystyle(\widetilde{\omega}^{(2)}_{l},\omega_{k})+(Z\omega_{l},Z\omega_{k})+(\widetilde{\omega}_{l},\widetilde{\omega}_{k})+(\omega_{l},\widetilde{\omega}^{(2)}_{k})=0$	,		$\displaystyle l,k=1,\ldots,n.$		(1.10)

Далее, из [VSu1, (2.47), формула после (2.46)] получаем

(N_{1}\omega_{l},\omega_{k})-\mu_{l}(\widetilde{\omega}_{l},\omega_{k})-\mu_{k}(\omega_{l},\widetilde{\omega}_{k})-\gamma_{l}(\widetilde{\omega}^{(2)}_{l},\omega_{k})-\gamma_{k}(\omega_{l},\widetilde{\omega}^{(2)}_{k})-(S\widetilde{\omega}_{l},\widetilde{\omega}_{k})=\nu_{l}\delta_{lk},\\ l,k=1,\ldots,n,

(1.11)

где $N_{1}=N_{1}^{0}-Z^{*}ZSP-SPZ^{*}Z$ , $N_{1}^{0}=Z_{2}^{*}X_{1}^{*}RP+(RP)^{*}X_{1}Z_{2}+R_{2}^{*}R_{2}P$ .

Пусть $\gamma_{q}^{\circ}$ — собственное число задачи (1.4) кратности $k_{q}$ (т. е. $\gamma_{i}=\ldots=\gamma_{i+k_{q}-1}$ , $i=i(q)=k_{1}+\ldots+k_{q-1}+1$ ). Рассмотрим задачу на собственные значения (см. замечание 1.4)

P_{q}N\omega_{l}=\mu_{l}\omega_{l},\qquad l=i,\ldots,i+k_{q}-1.

(1.12)

Будем считать, что $\mu_{l}$ , $l=i,\ldots,i+k_{q}-1$ , занумерованы в порядке неубывания. Обозначим количество различных собственных значений через $p^{\prime}(q)$ и обозначим их кратности через $k_{1,q},\ldots,k_{p^{\prime}(q),q}$ (разумеется, $k_{1,q}+\ldots+k_{p^{\prime}(q),q}=k_{q}$ ). Переобозначим различные собственные значения через $\mu^{\circ}_{j,q}$ , $j=1,\ldots,p^{\prime}(q)$ и введём следующие обозначения для собственных подпространств: $\mathfrak{N}_{j,q}=\Ker(P_{q}N|_{\mathfrak{N}_{q}}-\mu^{\circ}_{j,q}I_{\mathfrak{N}_{q}})$ , $j=1,\ldots,p^{\prime}(q)$ . Тогда $\mathfrak{N}_{q}=\sum_{j=1}^{p^{\prime}(q)}\oplus\mathfrak{N}_{j,q}$ . Пусть $P_{j,q}$ — ортопроектор пространства $\mathfrak{H}$ на $\mathfrak{N}_{j,q}$ . Тогда $P_{q}=\sum_{j=1}^{p^{\prime}(q)}P_{j,q}$ и $P_{j,q}P_{r,q}=0$ при $j\neq r$ .

Пусть $\mu^{\circ}_{q^{\prime},q}$ — $k_{q^{\prime},q}$ -кратное собственное значение задачи (1.12): $\mu_{i^{\prime}}=\ldots=\mu_{i^{\prime}+k_{q^{\prime},q}-1}$ , где $i^{\prime}=i^{\prime}(q^{\prime},q)=i(q)+k_{1,q}+\ldots+k_{q^{\prime}-1,q}$ . Используя соотношения (1.5), (1.10) и учитывая, что $\gamma_{l}=\gamma_{k}=\gamma^{\circ}_{q}$ , $\mu_{l}=\mu_{k}=\mu^{\circ}_{q^{\prime},q}$ , $l,k=i^{\prime},\ldots,i^{\prime}+k_{q^{\prime},q}-1$ , из (1.11) получаем

(N_{1}\omega_{l},\omega_{k})+\gamma_{l}(Z\omega_{l},Z\omega_{k})+\gamma_{l}(\widetilde{\omega}_{l},\widetilde{\omega}_{k})-(S\widetilde{\omega}_{l},\widetilde{\omega}_{k})=\nu_{l}\delta_{lk},\qquad l,k=i^{\prime},\ldots,i^{\prime}+k_{q^{\prime},q}-1.

(1.13)

Далее, в силу замечания 1.4 имеем

\gamma_{l}(\widetilde{\omega}_{l},\widetilde{\omega}_{k})-(S\widetilde{\omega}_{l},\widetilde{\omega}_{k})=\sum_{l^{\prime}=1}^{n}(\gamma_{l}-\gamma_{l^{\prime}})(\widetilde{\omega}_{l},\omega_{l^{\prime}})(\omega_{l^{\prime}},\widetilde{\omega}_{k})=\\ =\sum_{\begin{subarray}{c}l^{\prime}\in\{1,\ldots,n\}\\ l^{\prime}\neq i,\ldots,i+k_{q}-1\end{subarray}}\frac{(N\omega_{l},\omega_{l^{\prime}})(\omega_{l^{\prime}},N\omega_{k})}{\gamma^{\circ}_{q}-\gamma_{l^{\prime}}}=\sum_{\begin{subarray}{c}j\in\{1,\ldots,p\}\\ j\neq q\end{subarray}}\frac{(P_{j}N\omega_{l},N\omega_{k})}{\gamma^{\circ}_{q}-\gamma^{\circ}_{j}}\eqqcolon\mathfrak{n}_{0}^{(q^{\prime},q)}[\omega_{l},\omega_{k}],\\ l,k=i^{\prime},\ldots,i^{\prime}+k_{q^{\prime},q}-1.

Уравнения (1.13) можно трактовать как задачу на собственные числа для оператора $\mathcal{N}^{(q^{\prime},q)}$ :

\mathcal{N}^{(q^{\prime},q)}\omega_{l}=\nu_{l}\omega_{l},\qquad l=i^{\prime},\ldots,i^{\prime}+k_{q^{\prime},q}-1,

(1.14)

где

\mathcal{N}^{(q^{\prime},q)}\coloneqq P_{q^{\prime},q}\left.\left(N_{1}^{0}-\frac{1}{2}Z^{*}ZSP-\frac{1}{2}SPZ^{*}Z\right)\right|_{\mathfrak{N}_{q^{\prime},q}}+\mathcal{N}^{(q^{\prime},q)}_{0},

а $\mathcal{N}^{(q^{\prime},q)}_{0}$ — оператор в $\mathfrak{N}_{q^{\prime},q}$ , порождённый формой $\mathfrak{n}_{0}^{(q^{\prime},q)}[\cdot,\cdot]$ .

Отметим, что в случае, когда $N_{0}=0$ (что равносильно $\mu_{l}=0$ для всех $l=1,\ldots,n$ ) выполнено $\mathfrak{N}_{1,q}=\mathfrak{N}_{q}$ , $q=1,\ldots,p$ . Тогда вместо $\mathcal{N}^{(1,q)}$ мы будем писать $\mathcal{N}^{(q)}$ .

§2. Аппроксимация оператора $e^{-i\tau\varepsilon^{-2}A(t)}P$

2.1. Аппроксимация оператора $e^{-i\tau\varepsilon^{-2}A(t)}P$

Пусть $\varepsilon>0$ . Исследуем поведение оператора $e^{-i\tau\varepsilon^{-2}A(t)}$ при малом $\varepsilon$ . Домножим этот оператор на “сглаживающий множитель” $\varepsilon^{s}(t^{2}+\varepsilon^{2})^{-s/2}P$ , где $s>0$ . (Термин объясняется тем, что в приложениях к ДО такое домножение переходит в сглаживание.) Наша цель — получить аппроксимацию сглаженного оператора с оценкой погрешности порядка $O(\varepsilon)$ при минимально возможном $s$ .

Следующие утверждения были доказаны в [BSu5, теорема 2.1] и [Su4, следствия 3.3, 3.5].

Теорема 2.1 ([BSu5]).

При $\tau\in\mathbb{R}$ и $|t|\leqslant t^{0}$ справедлива оценка

\|e^{-i\tau A(t)}P-e^{-i\tau t^{2}SP}P\|\leqslant 2C_{1}|t|+C_{2}|\tau||t|^{3}.

(2.1)

Теорема 2.2 ([Su4]).

Пусть $N=0$ . Тогда при $\tau\in\mathbb{R}$ и $|t|\leqslant t^{0}$ справедлива оценка

\|e^{-i\tau A(t)}P-e^{-i\tau t^{2}SP}P\|\leqslant 2C_{1}|t|+C_{4}|\tau|t^{4}.

(2.2)

Константа $C_{4}$ полиномиально зависит от величин $\delta^{-1/2}$ , $\|X_{1}\|$ .

Теорема 2.3 ([Su4]).

Пусть $N_{0}=0$ . Тогда при $\tau\in\mathbb{R}$ и $|t|\leqslant t^{00}$ справедлива оценка

\|e^{-i\tau A(t)}P-e^{-i\tau t^{2}SP}P\|\leqslant C_{5}|t|+C_{6}|\tau|t^{4}.

Здесь $t^{00}$ подчинено условию

t^{00}\leqslant(4\beta_{2})^{-1}\delta^{1/2}\|X_{1}\|^{-3}c^{\circ},

(2.3)

где

c^{\circ}\coloneqq\min_{(j,l)\in\mathcal{Z}}c^{\circ}_{jl},\qquad\mathcal{Z}\coloneqq\{(j,l)\colon 1\leqslant j,l\leqslant p,j\neq l,P_{j}NP_{l}\neq 0\}.

(2.4)

Константы $C_{5}$ , $C_{6}$ полиномиально зависят от $\delta^{-1/2}$ , $\|X_{1}\|$ , $n$ , $(c^{\circ})^{-1}$ .

Применим сформулированные теоремы. Начнём с теоремы 2.1. Пусть $|t|\leqslant t^{0}$ . В силу (2.1) (с заменой $\tau$ на $\varepsilon^{-2}\tau$ )

\bigl\|e^{-i\tau\varepsilon^{-2}A(t)}P-e^{-i\tau\varepsilon^{-2}t^{2}SP}P\bigr\|\varepsilon^{3}(t^{2}+\varepsilon^{2})^{-3/2}\leqslant\\ \leqslant(2C_{1}|t|+C_{2}\varepsilon^{-2}|\tau||t|^{3})\varepsilon^{3}(t^{2}+\varepsilon^{2})^{-3/2}\leqslant(C_{1}+C_{2}|\tau|)\varepsilon.

Здесь пришлось взять $s=3$ . Мы приходим к следующему результату, полученному в [BSu5, теорема 2.6].

Теорема 2.4 ([BSu5]).

При $\tau\in\mathbb{R}$ и $|t|\leqslant t^{0}$ справедлива оценка

\bigl\|e^{-i\tau\varepsilon^{-2}A(t)}P-e^{-i\tau\varepsilon^{-2}t^{2}SP}P\bigr\|\varepsilon^{3}(t^{2}+\varepsilon^{2})^{-3/2}\leqslant(C_{1}+C_{2}|\tau|)\varepsilon.

Постоянные $C_{1}$ , $C_{2}$ контролируются через многочлены от величин $\delta^{-1/2}$ , $\|X_{1}\|$ .

Теорема 2.2 позволяет усилить результат теоремы 2.4 в случае, когда $N=0$ .

Теорема 2.5.

Пусть $N=0$ . Тогда при $\tau\in\mathbb{R}$ и $|t|\leqslant t^{0}$ справедлива оценка

\bigl\|e^{-i\tau\varepsilon^{-2}A(t)}P-e^{-i\tau\varepsilon^{-2}t^{2}SP}P\bigr\|\varepsilon^{2}(t^{2}+\varepsilon^{2})^{-1}\leqslant(C_{1}+C^{\prime}_{4}|\tau|^{1/2})\varepsilon.

(2.5)

Постоянные $C_{1}$ , $C^{\prime}_{4}$ контролируются через многочлены от величин $\delta^{-1/2}$ , $\|X_{1}\|$ .

Доказательство.

Заметим, что при $|t|\geqslant\varepsilon^{1/2}/|\tau|^{1/4}$ выполнено

\frac{\varepsilon^{2}}{t^{2}+\varepsilon^{2}}\leqslant\frac{\varepsilon^{2}}{\left(\tfrac{\varepsilon^{1/2}}{|\tau|^{1/4}}\right)^{2}+\varepsilon^{2}}=\frac{\varepsilon|\tau|^{1/2}}{1+\varepsilon|\tau|^{1/2}}\leqslant\varepsilon|\tau|^{1/2},

поэтому левая часть в (2.5) не превосходит $2|\tau|^{1/2}\varepsilon$ . Таким образом, достаточно считать, что $|t|<\varepsilon^{1/2}/|\tau|^{1/4}$ . Воспользуемся неравеством (2.2) с заменой $\tau$ на $\varepsilon^{-2}\tau$ . Тогда при $|t|<\varepsilon^{1/2}/|\tau|^{1/4}$ получаем оценку

\bigl\|e^{-i\tau\varepsilon^{-2}A(t)}P-e^{-i\tau\varepsilon^{-2}t^{2}SP}P\bigr\|\varepsilon^{2}(t^{2}+\varepsilon^{2})^{-1}\leqslant\left(2C_{1}|t|+C_{4}\varepsilon^{-2}|\tau|t^{4}\right)\varepsilon^{2}(t^{2}+\varepsilon^{2})^{-1}\leqslant\\ \leqslant C_{1}\varepsilon+C_{4}|\tau|t^{2}\leqslant C_{1}\varepsilon+C_{4}|\tau|^{1/2}\varepsilon.

В результате получаем оценку (2.5) с постоянной $C^{\prime}_{4}=\max\{2,C_{4}\}$ . ∎

Аналогично, применение теоремы 2.3 позволяет получить следующий результат.

Теорема 2.6.

Пусть $N_{0}=0$ . Тогда при $\tau\in\mathbb{R}$ и $|t|\leqslant t^{00}$ справедлива оценка

\bigl\|e^{-i\tau\varepsilon^{-2}A(t)}P-e^{-i\tau\varepsilon^{-2}t^{2}SP}P\bigr\|\varepsilon^{2}(t^{2}+\varepsilon^{2})^{-1}\leqslant(C_{5}+C^{\prime}_{6}|\tau|^{1/2})\varepsilon.

Здесь $t^{00}$ подчинено условию (2.3), константы $C_{5}$ , $C^{\prime}_{6}$ контролируются через многочлены от величин $\delta^{-1/2}$ , $\|X_{1}\|$ , $n$ , $(c^{\circ})^{-1}$ .

Замечание 2.7.

Теоремы 2.5 и 2.6 усиливают результаты теорем 4.2 и 4.3 из [Su4] в отношении зависимости оценок от $\tau$ .

2.2. Точность результатов относительно сглаживающего множителя

Покажем, что полученные результаты точны относительно сглаживающего множителя. Следующая теорема, доказанная в [Su4, теорема 4.4], подтверждает точность теоремы 2.4.

Теорема 2.8 ([Su4]).

Пусть $N_{0}\neq 0$ . Пусть $\tau\neq 0$ и $0\leqslant s<3$ . Тогда не существует такой константы $C(\tau)>0$ , чтобы оценка

\bigl\|e^{-i\tau\varepsilon^{-2}A(t)}P-e^{-i\tau\varepsilon^{-2}t^{2}SP}P\bigr\|\varepsilon^{s}(t^{2}+\varepsilon^{2})^{-s/2}\leqslant C(\tau)\varepsilon

выполнялась для всех достаточно малых $|t|$ и $\varepsilon$ .

Далее, подтвердим точность теорем 2.5, 2.6.

Теорема 2.9.

Пусть $N_{0}=0$ и $\mathcal{N}^{(q)}\neq 0$ для некоторого $q\in\{1,\ldots,p\}$ . Пусть $\tau\neq 0$ и $0\leqslant s<2$ . Тогда не существует такой константы $C(\tau)>0$ , чтобы оценка

\bigl\|e^{-i\tau\varepsilon^{-2}A(t)}P-e^{-i\tau\varepsilon^{-2}t^{2}SP}P\bigr\|\varepsilon^{s}(t^{2}+\varepsilon^{2})^{-s/2}\leqslant C(\tau)\varepsilon

(2.6)

выполнялась для всех достаточно малых $|t|$ и $\varepsilon$ .

Доказательство.

Начнём с предварительных замечаний. Поскольку $F(t)^{\perp}P=(P-F(t))P$ , то из (1.6) вытекает оценка

\|e^{-i\tau\varepsilon^{-2}A(t)}F(t)^{\perp}P\|\varepsilon(t^{2}+\varepsilon^{2})^{-1/2}\leqslant C_{1}|t|\varepsilon(t^{2}+\varepsilon^{2})^{-1/2}\leqslant C_{1}\varepsilon,\qquad|t|\leqslant t^{0}.

(2.7)

Далее, при $|t|\leqslant t^{0}$ имеем:

e^{-i\tau\varepsilon^{-2}A(t)}F(t)=\sum_{l=1}^{n}e^{-i\tau\varepsilon^{-2}\lambda_{l}(t)}(\cdot,\varphi_{l}(t))\varphi_{l}(t).

(2.8)

Затем, из сходимости рядов (1.3) следует, что

\|\varphi_{l}(t)-\omega_{l}\|\leqslant c_{1}|t|,\qquad|t|\leqslant t_{*},\quad l=1,\ldots,n.

(2.9)

Фиксируем $0\neq\tau\in\mathbb{R}$ . Будем рассуждать от противного. Предположим, что для некоторого $1\leqslant s<2$ существует константа $C(\tau)>0$ такая, что выполнено (2.6) при всех достаточно малых $|t|$ и $\varepsilon$ . В силу (2.7)–(2.9) это предположение равносильно существованию положительной константы $\widetilde{C}(\tau)$ такой, что выполнено

\left\|\sum_{l=1}^{n}\left(e^{-i\tau\varepsilon^{-2}\lambda_{l}(t)}-e^{-i\tau\varepsilon^{-2}t^{2}\gamma_{l}}\right)(\cdot,\omega_{l})\omega_{l}\right\|\varepsilon^{s}(t^{2}+\varepsilon^{2})^{-s/2}\leqslant\widetilde{C}(\tau)\varepsilon

(2.10)

при всех достаточно малых $|t|$ и $\varepsilon$ .

Условие $N_{0}=0$ и $\mathcal{N}^{(q)}\neq 0$ для некоторого $q\in\{1,\ldots,p\}$ означает, что в разложениях (1.2) $\mu_{l}=0$ при всех $l=1,\ldots,n$ , и что хотя бы для одного $j$ выполнено $\nu_{j}\neq 0$ . Применим оператор под знаком нормы в (2.10) к элементу $\omega_{j}$ . Тогда

\left|e^{-i\tau\varepsilon^{-2}\lambda_{j}(t)}-e^{-i\tau\varepsilon^{-2}t^{2}\gamma_{j}}\right|\varepsilon^{s}(t^{2}+\varepsilon^{2})^{-s/2}\leqslant\widetilde{C}(\tau)\varepsilon

(2.11)

при всех достаточно малых $|t|$ и $\varepsilon$ . Левую часть (2.11) c учётом (1.2) можно записать в виде $2\left|\sin\left(\frac{1}{2}\tau\varepsilon^{-2}(\nu_{j}t^{4}+O(t^{5}))\right)\right|\varepsilon^{s}(t^{2}+\varepsilon^{2})^{-s/2}$ . Будем считать, что $t_{*}$ достаточно мало, так что $\frac{1}{2}|\nu_{j}||t|^{4}\leqslant|\nu_{j}t^{4}+O(t^{5})|\leqslant\frac{3}{2}|\nu_{j}||t|^{4}$ , $|t|\leqslant t_{*}$ . Далее, для фиксированного $\tau\neq 0$ , предполагая, что $\varepsilon$ достаточно мало (а именно, $\varepsilon\leqslant\pi^{-1/2}|\nu_{j}\tau|^{1/2}t_{*}^{2}$ ), положим $t=t(\varepsilon)=\pi^{1/4}|\nu_{j}\tau|^{-1/4}\varepsilon^{1/2}=c\varepsilon^{1/2}$ . Для таких $t$ справедливо $2\left|\sin\left(\frac{1}{2}\tau\varepsilon^{-2}(\nu_{j}t^{4}+O(t^{5}))\right)\right|\geqslant\sqrt{2}$ , поэтому из (2.11) следует, что $\sqrt{2}\varepsilon^{s}(c^{2}\varepsilon+\varepsilon^{2})^{-s/2}\leqslant\widetilde{C}(\tau)\varepsilon$ . Это означает, что функция $\varepsilon^{s/2-1}(c^{2}+\varepsilon)^{-s/2}$ равномерно ограничена при малых $\varepsilon$ . Но это неверно, если $s<2$ . Полученное противоречие завершает доказательство. ∎

2.3. Точность результатов относительно времени

Теперь мы докажем следующее утверждение, подтверждающее точность теоремы 2.4 относительно времени.

Теорема 2.10.

Пусть $N_{0}\neq 0$ . Тогда не существует положительной функции $C(\tau)$ такой, что $\lim_{\tau\to\infty}C(\tau)/|\tau|=0$ и выполнена оценка

\bigl\|e^{-i\tau\varepsilon^{-2}A(t)}P-e^{-i\tau\varepsilon^{-2}t^{2}SP}P\bigr\|\varepsilon^{3}(t^{2}+\varepsilon^{2})^{-3/2}\leqslant C(\tau)\varepsilon

(2.12)

при всех $\tau\in\mathbb{R}$ и всех достаточно малых $|t|$ и $\varepsilon>0$ .

Доказательство.

Будем рассуждать от противного. Предположим, что существует положительная функция $C(\tau)$ такая, что $\lim_{\tau\to\infty}C(\tau)/|\tau|=0$ и выполнено (2.12) при всех достаточно малых $|t|$ и $\varepsilon$ . В силу (2.7)–(2.9) это предположение равносильно существованию положительной функции $\widetilde{C}(\tau)$ такой, что $\lim_{\tau\to\infty}\widetilde{C}(\tau)/|\tau|=0$ и выполнено

\left\|\sum_{l=1}^{n}\left(e^{-i\tau\varepsilon^{-2}\lambda_{l}(t)}-e^{-i\tau\varepsilon^{-2}t^{2}\gamma_{l}}\right)(\cdot,\omega_{l})\omega_{l}\right\|\varepsilon^{3}(t^{2}+\varepsilon^{2})^{-3/2}\leqslant\widetilde{C}(\tau)\varepsilon

(2.13)

при всех достаточно малых $|t|$ и $\varepsilon$ .

Условие $N_{0}\neq 0$ означает, что хотя бы для одного $j$ выполнено $\mu_{j}\neq 0$ . Применим оператор под знаком нормы в (2.13) к элементу $\omega_{j}$ . Тогда

\left|e^{-i\tau\varepsilon^{-2}\lambda_{j}(t)}-e^{-i\tau\varepsilon^{-2}t^{2}\gamma_{j}}\right|\varepsilon^{3}(t^{2}+\varepsilon^{2})^{-3/2}\leqslant\widetilde{C}(\tau)\varepsilon

(2.14)

при всех достаточно малых $|t|$ и $\varepsilon$ . Модуль в левой части (2.14) c учётом (1.2) может быть записан следующим образом:

\left|e^{-i\tau\varepsilon^{-2}\lambda_{j}(t)}-e^{-i\tau\varepsilon^{-2}t^{2}\gamma_{j}}\right|=2\left|\sin\left(\frac{1}{2}\tau\varepsilon^{-2}(\lambda_{j}(t)-t^{2}\gamma_{j})\right)\right|=2\left|\sin\left(\frac{1}{2}\tau\varepsilon^{-2}(\mu_{j}t^{3}+O(t^{4}))\right)\right|.

Поэтому

2\left|\sin\left(\frac{1}{2}\tau\varepsilon^{-2}(\mu_{j}t^{3}+O(t^{4}))\right)\right|\varepsilon^{3}(t^{2}+\varepsilon^{2})^{-3/2}\leqslant\widetilde{C}(\tau)\varepsilon

(2.15)

при всех достаточно малых $|t|$ и $\varepsilon$ . Мы хотим оценить снизу максимум левой части (2.15) (как функции от $t$ ). Введём функцию

h(y)=\left\{\begin{aligned} &\frac{2}{\pi}y,&&\text{при}\,y\in[0,\pi/2],\\ &\frac{2}{\pi}(\pi-y),&&\text{при}\,y\in(\pi/2,\pi],\end{aligned}\right.

(и продолжим её $\pi$ -периодическим образом). Очевидно, $|\sin y|\geqslant h(y)$ . Будем считать, что $t_{*}$ достаточно мало, так что

\frac{1}{2}|\mu_{j}||t|^{3}\leqslant|\mu_{j}t^{3}+O(t^{4})|\leqslant\frac{3}{2}|\mu_{j}||t|^{3},\qquad|t|\leqslant t_{*}.

(2.16)

Далее, пусть $\varepsilon$ достаточно мало, а именно, $\varepsilon\leqslant(2\pi)^{-1/2}|\mu_{j}\tau|^{1/2}t_{*}^{3/2}$ . Тогда множество $T=\left\{t\colon\frac{1}{2}|\tau|\varepsilon^{-2}|t^{3}\mu_{j}+O(t^{4})|\leqslant\frac{\pi}{2}\right\}$ содержится в интервале $|t|\leqslant t_{*}$ . Левая часть (2.15) при $t\in T$ допускает оценку снизу

2\left|\sin\left(\frac{1}{2}\tau\varepsilon^{-2}(\mu_{j}t^{3}+O(t^{4}))\right)\right|\varepsilon^{3}(t^{2}+\varepsilon^{2})^{-3/2}\geqslant\\ \geqslant 2h\left(\frac{1}{2}\tau\varepsilon^{-2}(\mu_{j}t^{3}+O(t^{4}))\right)\varepsilon^{3}(t^{2}+\varepsilon^{2})^{-3/2}\geqslant\varepsilon^{3}(t^{2}+\varepsilon^{2})^{-3/2}\cdot\frac{1}{\pi}|\tau|\varepsilon^{-2}|\mu_{j}||t|^{3}.

Положим $t_{\diamond}=(2\pi/3)^{1/3}|\mu_{j}\tau|^{-1/3}\varepsilon^{2/3}$ . Тогда $\frac{3}{4}\tau\varepsilon^{-2}|\mu_{j}|t_{\diamond}^{3}\leqslant\frac{\pi}{2}$ , а поэтому $t_{\diamond}\in T$ в силу (2.16). Максимум левой части (2.15) оценивается снизу через

\varepsilon^{3}(t^{2}+\varepsilon^{2})^{-3/2}\cdot\frac{1}{\pi}|\tau|\varepsilon^{-2}|\mu_{j}|t_{\diamond}^{3}=\frac{2}{3}\cdot\frac{\varepsilon|\tau|}{\bigl((2\pi/3)^{2/3}|\mu_{j}|^{-2/3}+\varepsilon^{2/3}|\tau|^{2/3}\bigr)^{3/2}}\geqslant\frac{\sqrt{2}}{3}\cdot\frac{\varepsilon|\tau|}{2\pi/(3|\mu_{j}|)+\varepsilon|\tau|}.

Это означает, что

\frac{\sqrt{2}}{3}\left(\frac{2\pi}{3|\mu_{j}|}+\varepsilon|\tau|\right)^{-1}\leqslant\frac{\widetilde{C}(\tau)}{|\tau|}

(2.17)

при всех достаточно малых $\varepsilon>0$ . Но, поскольку $\lim_{\tau\to\infty}\widetilde{C}(\tau)/|\tau|=0$ , оценка (2.17) не может выполняться при больших $|\tau|$ и $\varepsilon=O(|\tau|^{-1})$ . Полученное противоречие завершает доказательство. ∎

Аналогично доказывается следующее утверждение, подтверждающее точность теорем 2.5, 2.6.

Теорема 2.11.

Пусть $N_{0}=0$ и $\mathcal{N}^{(q)}\neq 0$ для некоторого $q\in\{1,\ldots,p\}$ . Тогда не существует положительной функции $C(\tau)$ такой, что $\lim_{\tau\to\infty}C(\tau)/|\tau|^{1/2}=0$ и выполнена оценка

\bigl\|e^{-i\tau\varepsilon^{-2}A(t)}P-e^{-i\tau\varepsilon^{-2}t^{2}SP}P\bigr\|\varepsilon^{2}(t^{2}+\varepsilon^{2})^{-1}\leqslant C(\tau)\varepsilon

при всех $\tau\in\mathbb{R}$ и всех достаточно малых $|t|$ и $\varepsilon>0$ .

§3. Аппроксимация окаймлённой операторной экспоненты

3.1. Операторное семейство вида $A(t)=M^{*}\widehat{A}(t)M$

Наряду с пространством $\mathfrak{H}$ рассмотрим ещё одно сепарабельное гильбертово пространство $\widehat{\mathfrak{H}}$ . Пусть $\widehat{X}(t)=\widehat{X}_{0}+t\widehat{X}_{1}\colon\widehat{\mathfrak{H}}\to\mathfrak{H}_{*}$ — семейство операторов того же вида, что и $X(t)$ , причём для $\widehat{X}(t)$ выполнены предположения п. 1.1. Пусть $M\colon\mathfrak{H}\to\widehat{\mathfrak{H}}$ — изоморфизм. Предположим, что $M\Dom X_{0}=\Dom\widehat{X}_{0}$ , $X(t)=\widehat{X}(t)M$ , а тогда и $X_{0}=\widehat{X}_{0}M$ , $X_{1}=\widehat{X}_{1}M$ . В $\widehat{\mathfrak{H}}$ введём семейство самосопряжённых операторов $\widehat{A}(t)=\widehat{X}(t)^{*}\widehat{X}(t)$ . Тогда, очевидно,

A(t)=M^{*}\widehat{A}(t)M.

(3.1)

Все объекты, отвечающие семейству $\widehat{A}(t)$ , далее помечаются значком “ $\widehat{\phantom{m}}$ ”. Отметим, что $\widehat{\mathfrak{N}}=M\mathfrak{N}$ и $\widehat{\mathfrak{N}}_{*}=\mathfrak{N}_{*}$ . В пространстве $\widehat{\mathfrak{H}}$ рассмотрим положительно определённый оператор $Q\coloneqq(MM^{*})^{-1}\colon\widehat{\mathfrak{H}}\to\widehat{\mathfrak{H}}$ . Пусть $Q_{\widehat{\mathfrak{N}}}$ — блок оператора $Q$ в подпространстве $\widehat{\mathfrak{N}}$ , т. е. $Q_{\widehat{\mathfrak{N}}}=\widehat{P}Q|_{\widehat{\mathfrak{N}}}\colon\widehat{\mathfrak{N}}\to\widehat{\mathfrak{N}}$ . Очевидно, $Q_{\widehat{\mathfrak{N}}}$ — изоморфизм в $\widehat{\mathfrak{N}}$ .

Как показано в [Su2, предложение 1.2], ортопроектор $P$ в $\mathfrak{H}$ на $\mathfrak{N}$ и ортопроектор $\widehat{P}$ в $\widehat{\mathfrak{H}}$ на $\widehat{\mathfrak{N}}$ связаны соотношением

P=M^{-1}(Q_{\widehat{\mathfrak{N}}})^{-1}\widehat{P}(M^{*})^{-1}.

(3.2)

Пусть $\widehat{S}\colon\widehat{\mathfrak{N}}\to\widehat{\mathfrak{N}}$ — спектральный росток семейства $\widehat{A}(t)$ при $t=0$ , а $S$ — росток семейства $A(t)$ . В [BSu2, гл. 1, п. 1.5] установлено следующее тождество:

S=PM^{*}\widehat{S}M|_{\mathfrak{N}}.

(3.3)

3.2. Операторы $\widehat{Z}_{Q}$ и $\widehat{N}_{Q}$

Для операторного семейства $\widehat{A}(t)$ введём оператор $\widehat{Z}_{Q}$ , действующий в $\widehat{\mathfrak{H}}$ и сопоставляющий элементу $\widehat{u}\in\widehat{\mathfrak{H}}$ решение $\widehat{\psi}_{Q}$ задачи $\widehat{X}^{*}_{0}(\widehat{X}_{0}\widehat{\psi}_{Q}+\widehat{X}_{1}\widehat{\omega})=0$ , $Q\widehat{\psi}_{Q}\perp\widehat{\mathfrak{N}}$ , где $\widehat{\omega}=\widehat{P}\widehat{u}$ . Как показано в [BSu3, §6], оператор $Z$ для семейства $A(t)$ и введённый оператор $\widehat{Z}_{Q}$ связаны соотношением

\widehat{Z}_{Q}=MZM^{-1}\widehat{P}.

(3.4)

Введём оператор $\widehat{N}_{Q}\coloneqq\widehat{Z}_{Q}^{*}\widehat{X}_{1}^{*}\widehat{R}\widehat{P}+(\widehat{R}\widehat{P})^{*}\widehat{X}_{1}\widehat{Z}_{Q}$ . Согласно [BSu3, §6], оператор $N$ для семейства $A(t)$ и введённый оператор $\widehat{N}_{Q}$ связаны соотношением

\widehat{N}_{Q}=\widehat{P}(M^{*})^{-1}NM^{-1}\widehat{P}.

(3.5)

Поскольку $N=N_{0}+N_{*}$ , то $\widehat{N}_{Q}=\widehat{N}_{0,Q}+\widehat{N}_{*,Q}$ , где

\widehat{N}_{0,Q}=\widehat{P}(M^{*})^{-1}N_{0}M^{-1}\widehat{P},\qquad\widehat{N}_{*,Q}=\widehat{P}(M^{*})^{-1}N_{*}M^{-1}\widehat{P}.

(3.6)

Справедлива следующая лемма, доказанная в [Su4, лемма 5.1].

Лемма 3.1 ([Su4]).

Условие $N=0$ равносильно равенству $\widehat{N}_{Q}=0$ . Условие $N_{0}=0$ равносильно равенству $\widehat{N}_{0,Q}=0$ .

3.3. Операторы $\widehat{Z}_{2,Q}$ , $\widehat{R}_{2,Q}$ и $\widehat{N}_{1,Q}^{0}$

Пусть $\widehat{u}\in\widehat{\mathfrak{H}}$ и пусть $\widehat{\phi}_{Q}=\widehat{\phi}_{Q}(\widehat{u})\in\Dom\widehat{X}_{0}$ — (слабое) решение уравнения

\widehat{X}^{*}_{0}(\widehat{X}_{0}\widehat{\phi}_{Q}+\widehat{X}_{1}\widehat{Z}_{Q}\widehat{\omega})=-\widehat{X}_{1}^{*}\widehat{R}\widehat{\omega}+Q(Q_{\widehat{\mathfrak{N}}})^{-1}\widehat{P}\widehat{X}_{1}^{*}\widehat{R}\widehat{\omega},\qquad Q\widehat{\phi}_{Q}\perp\widehat{\mathfrak{N}},

где $\widehat{\omega}=\widehat{P}\widehat{u}$ . Ясно, что правая часть этого уравнения принадлежит $\widehat{\mathfrak{N}}^{\perp}=\Ran\widehat{X}_{0}^{*}$ , поэтому условие разрешимости выполнено. Определим оператор $\widehat{Z}_{2,Q}\colon\widehat{\mathfrak{H}}\to\widehat{\mathfrak{H}}$ по формуле $\widehat{Z}_{2,Q}\widehat{u}=\widehat{\phi}_{Q}(\widehat{u})$ .

Теперь, введём оператор $\widehat{R}_{2,Q}\colon\widehat{\mathfrak{N}}\to\mathfrak{H}_{*}$ по формуле $\widehat{R}_{2,Q}=\widehat{X}_{0}\widehat{Z}_{2,Q}+\widehat{X}_{1}\widehat{Z}_{Q}$ . Наконец, определим оператор $\widehat{N}_{1,Q}^{0}$ :

\widehat{N}_{1,Q}^{0}=\widehat{Z}_{2,Q}^{*}\widehat{X}_{1}^{*}\widehat{R}\widehat{P}+(\widehat{R}\widehat{P})^{*}\widehat{X}_{1}\widehat{Z}_{2,Q}+\widehat{R}_{2,Q}^{*}\widehat{R}_{2,Q}\widehat{P}.

В [VSu1, §6, п. 6.3] были установлены следующие соотношения:

	$\displaystyle\widehat{Z}_{2,Q}=MZ_{2}M^{-1}\widehat{P},$
	$\displaystyle R_{2}=\widehat{R}_{2,Q}M\|_{\mathfrak{N}},\quad\widehat{R}_{2,Q}=R_{2}M^{-1}\|_{\widehat{\mathfrak{N}}},$
	$\displaystyle\widehat{N}_{1,Q}^{0}=\widehat{P}(M^{*})^{-1}N_{1}^{0}M^{-1}\widehat{P}.$		(3.7)

3.4. Связь операторов и коэффициентов степенных разложений

Укажем связь коэффициентов степенных разложений (1.2), (1.3) и операторов $\widehat{S}$ и $Q_{\widehat{\mathfrak{N}}}$ . (См. [BSu3, п. 1.6, 1.7].) Положим $\zeta_{l}\coloneqq M\omega_{l}\in\widehat{\mathfrak{N}}$ , $l=1,\ldots,n$ . Тогда из (1.4) и (3.2), (3.3) видно, что

\widehat{S}\zeta_{l}=\gamma_{l}Q_{\widehat{\mathfrak{N}}}\zeta_{l},\qquad l=1,\ldots,n.

(3.8)

Набор $\zeta_{1},\ldots,\zeta_{n}$ образует базис в $\widehat{\mathfrak{N}}$ , ортонормированный с весом $Q_{\widehat{\mathfrak{N}}}$ : $(Q_{\widehat{\mathfrak{N}}}\zeta_{l},\zeta_{j})=\delta_{lj}$ , $l,j=1,\ldots,n$ .

Операторы $\widehat{N}_{0,Q}$ и $\widehat{N}_{*,Q}$ можно описать в терминах коэффициентов степенных разложений (1.2) и (1.3); ср. (1.7). Положим $\widetilde{\zeta}_{l}\coloneqq M\widetilde{\omega}_{l}\in\widehat{\mathfrak{N}}$ , $l=1,\ldots,n$ . Тогда

\widehat{N}_{0,Q}=\sum_{k=1}^{n}\mu_{k}(\cdot,Q_{\widehat{\mathfrak{N}}}\zeta_{k})Q_{\widehat{\mathfrak{N}}}\zeta_{k},\qquad\widehat{N}_{*,Q}=\sum_{k=1}^{n}\gamma_{k}\left((\cdot,Q_{\widehat{\mathfrak{N}}}\widetilde{\zeta}_{k})Q_{\widehat{\mathfrak{N}}}\zeta_{k}+(\cdot,Q_{\widehat{\mathfrak{N}}}\zeta_{k})Q_{\widehat{\mathfrak{N}}}\widetilde{\zeta}_{k}\right).

(3.9)

Перейдём теперь к обозначениям, принятым в п. 1.7. Напомним, что различные собственные значения ростка $S$ обозначаются через $\gamma^{\circ}_{q}$ , $q=1,\ldots,p$ , а соответствующие собственные подпространства через $\mathfrak{N}_{q}$ . Набор векторов $\omega_{l}$ , $l=i,\ldots,i+k_{q}-1$ , где $i=i(q)=k_{1}+\ldots+k_{q-1}+1$ , образует ортонормированный базис в $\mathfrak{N}_{q}$ . Тогда те же числа $\gamma^{\circ}_{q}$ , $q=1,\ldots,p$ — это различные собственные значения задачи (3.8), а $M\mathfrak{N}_{q}$ — соответствующие собственные подпространства. Векторы $\zeta_{l}=M\omega_{l}$ , $l=i,\ldots,i+k_{q}-1$ , образуют базис в $M\mathfrak{N}_{q}$ , ортонормированный с весом $Q_{\widehat{\mathfrak{N}}}$ . Через $\mathcal{P}_{q}$ обозначим “косой” проектор на $M\mathfrak{N}_{q}$ , ортогональный относительно скалярного произведения $(Q_{\widehat{\mathfrak{N}}}\cdot,\cdot)$ , т. е. $\mathcal{P}_{q}=\sum_{l=i}^{i+k_{q}-1}(\cdot,Q_{\widehat{\mathfrak{N}}}\zeta_{l})\zeta_{l}$ . Легко видеть, что $\mathcal{P}_{q}=MP_{q}M^{-1}\widehat{P}$ . Используя (1.9), (3.5) и (3.6), нетрудно проверить равенства

\widehat{N}_{0,Q}=\sum_{j=1}^{p}\mathcal{P}_{j}^{*}\widehat{N}_{Q}\mathcal{P}_{j},\qquad\widehat{N}_{*,Q}=\sum_{\begin{subarray}{c}1\leqslant l,j\leqslant p\\ j\neq l\end{subarray}}\mathcal{P}_{l}^{*}\widehat{N}_{Q}\mathcal{P}_{j}.

(3.10)

Далее, можно указать связь между собственными числами и собственными векторами задачи (1.12) и оператором $\widehat{N}_{Q}$ . Пусть $\gamma^{\circ}_{q}$ — $k_{q}$ -кратное собственное значение задачи (3.8). Тогда из (3.5) и очевидного равенства $MP_{q}=\widehat{P}_{M\mathfrak{N}_{q}}MP_{q}$ , где $\widehat{P}_{M\mathfrak{N}_{q}}$ — ортопроектор на подпространство $M\mathfrak{N}_{q}$ , видно, что

\widehat{P}_{M\mathfrak{N}_{q}}\widehat{N}_{Q}\zeta_{l}=\mu_{l}Q_{M\mathfrak{N}_{q}}\zeta_{l},\qquad l=i(q),\ldots,i(q)+k_{q}-1,

(3.11)

где $Q_{M\mathfrak{N}_{q}}=\widehat{P}_{M\mathfrak{N}_{q}}Q_{\widehat{\mathfrak{N}}}|_{M\mathfrak{N}_{q}}$ . Напомним, что различные собственные значения задачи (1.12) обозначаются через $\mu^{\circ}_{q^{\prime},q}$ , $q^{\prime}=1,\ldots,p^{\prime}(q)$ , а соответствующие собственные подпространства через $\mathfrak{N}_{q^{\prime},q}$ . Тогда те же числа $\mu^{\circ}_{q^{\prime},q}$ , $q^{\prime}=1,\ldots,p^{\prime}(q)$ — это различные собственные значения задачи (3.11), а $M\mathfrak{N}_{q^{\prime},q}$ — соответствующие собственные подпространства.

Наконец, свяжем собственные числа и собственные векторы задачи (1.14) и оператор

\widehat{\mathcal{N}}_{Q}^{(q^{\prime},q)}=\widehat{P}_{M\mathfrak{N}_{q^{\prime},q}}\left.\left(\widehat{N}_{1,Q}^{0}-\frac{1}{2}\widehat{Z}_{Q}^{*}Q\widehat{Z}_{Q}(MM^{*})\widehat{S}\widehat{P}-\frac{1}{2}\widehat{S}(MM^{*})\widehat{Z}_{Q}^{*}Q\widehat{Z}_{Q}\right)\right|_{M\mathfrak{N}_{q^{\prime},q}}+\widehat{\mathcal{N}}^{(q^{\prime},q)}_{0,Q},

где $\widehat{\mathcal{N}}^{(q^{\prime},q)}_{0,Q}$ — оператор в $M\mathfrak{N}_{q^{\prime},q}$ , порождённый формой

\widehat{\mathfrak{n}}_{0,Q}^{(q^{\prime},q)}[\cdot,\cdot]=\sum_{\begin{subarray}{c}j\in\{1,\ldots,p\}\\ j\neq q\end{subarray}}\frac{(\widehat{P}_{M\mathfrak{N}_{j}}(MM^{*})\widehat{P}_{M\mathfrak{N}_{j}}\widehat{N}_{Q}\cdot,\widehat{N}_{Q}\cdot)}{\gamma^{\circ}_{q}-\gamma^{\circ}_{j}},

а $\widehat{P}_{M\mathfrak{N}_{q^{\prime},q}}$ — ортопроектор на подпространство $M\mathfrak{N}_{q^{\prime},q}$ . Из (3.3), (3.4), (3.7) и равенств $MP_{j}=\widehat{P}_{M\mathfrak{N}_{j}}MP_{j}$ , $\widehat{P}_{M\mathfrak{N}_{j}}M(I-P_{j})=0$ , $j=1,\ldots,p$ , $MP_{q^{\prime},q}=\widehat{P}_{M\mathfrak{N}_{q^{\prime},q}}MP_{q^{\prime},q}$ , где $\widehat{P}_{M\mathfrak{N}_{q^{\prime},q}}$ — ортопроектор на подпространство $M\mathfrak{N}_{q^{\prime},q}$ , видно, что

\widehat{\mathcal{N}}_{Q}^{(q^{\prime},q)}\zeta_{l}=\nu_{l}Q_{M\mathfrak{N}_{q^{\prime},q}}\zeta_{l},\qquad l=i^{\prime},\ldots,i^{\prime}+k_{q^{\prime},q}-1.

(3.12)

Здесь $i^{\prime}=i^{\prime}(q^{\prime},q)=i(q)+k_{1,q}+\ldots+k_{q^{\prime}-1,q}$ и $Q_{M\mathfrak{N}_{q^{\prime},q}}=\widehat{P}_{M\mathfrak{N}_{q^{\prime},q}}Q_{\widehat{\mathfrak{N}}}|_{M\mathfrak{N}_{q^{\prime},q}}$ .

3.5. Аппроксимация окаймлённой операторной экспоненты

В этом пункте мы находим аппроксимацию для операторной экспоненты $e^{-i\tau\varepsilon^{-2}A(t)}$ семейства вида (3.1) в терминах ростка $\widehat{S}$ оператора $\widehat{A}(t)$ и изоморфизма $M$ . При этом оказывается удобным окаймить операторную экспоненту подходящими множителями.

Положим $M_{0}\coloneqq(Q_{\widehat{\mathfrak{N}}})^{-1/2}$ . В [Su4, лемма 5.3] были доказаны следующие оценки

	$\displaystyle\\|Me^{-i\tau A(t)}M^{-1}\widehat{P}-M_{0}e^{-i\tau t^{2}M_{0}\widehat{S}M_{0}}M_{0}^{-1}\widehat{P}\\|\leqslant\\|M\\|^{2}\\|M^{-1}\\|^{2}\\|e^{-i\tau A(t)}P-e^{-i\tau t^{2}SP}P\\|,$		(3.13)
	$\displaystyle\\|e^{-i\tau A(t)}P-e^{-i\tau t^{2}SP}P\\|\leqslant\\|M\\|^{2}\\|M^{-1}\\|^{2}\\|Me^{-i\tau A(t)}M^{-1}\widehat{P}-M_{0}e^{-i\tau t^{2}M_{0}\widehat{S}M_{0}}M_{0}^{-1}\widehat{P}\\|.$		(3.14)

Из теорем 2.4, 2.5, 2.6, леммы 3.1 и неравенства (3.13) непосредственно вытекают следующие результаты.

Теорема 3.2 ([BSu5]).

В предположениях п. 3.1 при $\tau\in\mathbb{R}$ , $\varepsilon>0$ и $|t|\leqslant t^{0}$ выполнена оценка

\|Me^{-i\tau\varepsilon^{-2}A(t)}M^{-1}\widehat{P}-M_{0}e^{-i\tau\varepsilon^{-2}t^{2}M_{0}\widehat{S}M_{0}}M_{0}^{-1}\widehat{P}\|\varepsilon^{3}(t^{2}+\varepsilon^{2})^{-3/2}\leqslant\|M\|^{2}\|M^{-1}\|^{2}(C_{1}+C_{2}|\tau|)\varepsilon.

Теорема 3.3.

Пусть выполнены предположения п. 3.1 и пусть $\widehat{N}_{Q}=0$ . Тогда при $\tau\in\mathbb{R}$ , $\varepsilon>0$ и $|t|\leqslant t^{0}$ выполнена оценка

\|Me^{-i\tau\varepsilon^{-2}A(t)}M^{-1}\widehat{P}-M_{0}e^{-i\tau\varepsilon^{-2}t^{2}M_{0}\widehat{S}M_{0}}M_{0}^{-1}\widehat{P}\|\varepsilon^{2}(t^{2}+\varepsilon^{2})^{-1}\leqslant\|M\|^{2}\|M^{-1}\|^{2}(C_{1}+C^{\prime}_{4}|\tau|^{1/2})\varepsilon.

Теорема 3.4.

Пусть выполнены предположения пп. 3.1 и условие 1.5. Пусть $\widehat{N}_{0,Q}=0$ . Тогда при $\tau\in\mathbb{R}$ и $|t|\leqslant t^{00}$ выполнена оценка

\|Me^{-i\tau\varepsilon^{-2}A(t)}M^{-1}\widehat{P}-M_{0}e^{-i\tau\varepsilon^{-2}t^{2}M_{0}\widehat{S}M_{0}}M_{0}^{-1}\widehat{P}\|\varepsilon^{2}(t^{2}+\varepsilon^{2})^{-1}\leqslant\|M\|^{2}\|M^{-1}\|^{2}(C_{5}+C^{\prime}_{6}|\tau|^{1/2})\varepsilon.

Теорема 3.2 была доказана в [BSu5, теорема 3.2].

Замечание 3.5.

Теоремы 3.3 и 3.4 усиливают результаты теорем 5.8 и 5.9 из [Su4] в отношении зависимости оценок от $\tau$ .

3.6. Подтверждение точности

Из теорем 2.8, 2.9, 2.10, 2.11 и неравенства (3.14) непосредственно вытекают следующие утверждения.

Теорема 3.6 ([Su4]).

Пусть $\widehat{N}_{0,Q}\neq 0$ . Пусть $\tau\neq 0$ и $0\leqslant s<3$ . Тогда не существует такой константы $C(\tau)>0$ , чтобы оценка

\bigl\|Me^{-i\tau\varepsilon^{-2}A(t)}M^{-1}\widehat{P}-M_{0}e^{-i\tau\varepsilon^{-2}t^{2}M_{0}\widehat{S}M_{0}}M_{0}^{-1}\widehat{P}\bigr\|\varepsilon^{s}(t^{2}+\varepsilon^{2})^{-s/2}\leqslant C(\tau)\varepsilon

выполнялась для всех достаточно малых $|t|$ и $\varepsilon$ .

Теорема 3.7.

Пусть $\widehat{N}_{0,Q}=0$ и $\widehat{\mathcal{N}}_{Q}^{(q)}\neq 0$ для некоторого $q\in\{1,\ldots,p\}$ . Пусть $\tau\neq 0$ и $0\leqslant s<2$ . Тогда не существует такой константы $C(\tau)>0$ , чтобы оценка

\bigl\|Me^{-i\tau\varepsilon^{-2}A(t)}M^{-1}\widehat{P}-M_{0}e^{-i\tau\varepsilon^{-2}t^{2}M_{0}\widehat{S}M_{0}}M_{0}^{-1}\widehat{P}\bigr\|\varepsilon^{s}(t^{2}+\varepsilon^{2})^{-s/2}\leqslant C(\tau)\varepsilon

выполнялась для всех достаточно малых $|t|$ и $\varepsilon$ .

Теорема 3.8.

Пусть $\widehat{N}_{0,Q}\neq 0$ . Тогда не существует положительной функции $C(\tau)$ такой, что $\lim_{\tau\to\infty}C(\tau)/|\tau|=0$ и выполнена оценка

\bigl\|Me^{-i\tau\varepsilon^{-2}A(t)}M^{-1}\widehat{P}-M_{0}e^{-i\tau\varepsilon^{-2}t^{2}M_{0}\widehat{S}M_{0}}M_{0}^{-1}\widehat{P}\bigr\|\varepsilon^{3}(t^{2}+\varepsilon^{2})^{-3/2}\leqslant C(\tau)\varepsilon

(3.15)

при всех $\tau\in\mathbb{R}$ и всех достаточно малых $|t|$ и $\varepsilon>0$ .

Теорема 3.9.

Пусть $\widehat{N}_{0,Q}=0$ и $\widehat{\mathcal{N}}_{Q}^{(q)}\neq 0$ для некоторого $q\in\{1,\ldots,p\}$ . Тогда не существует положительной функции $C(\tau)$ такой, что $\lim_{\tau\to\infty}C(\tau)/|\tau|^{1/2}=0$ и выполнена оценка

\bigl\|Me^{-i\tau\varepsilon^{-2}A(t)}M^{-1}\widehat{P}-M_{0}e^{-i\tau\varepsilon^{-2}t^{2}M_{0}\widehat{S}M_{0}}M_{0}^{-1}\widehat{P}\bigr\|\varepsilon^{2}(t^{2}+\varepsilon^{2})^{-1}\leqslant C(\tau)\varepsilon

при всех $\tau\in\mathbb{R}$ и всех достаточно малых $|t|$ и $\varepsilon>0$ .

Теорема 3.6 была доказана в [Su4, теорема 5.10].

Глава II. Усреднение периодических
дифференциальных операторов в $L_{2}(\mathbb{R}^{d};\mathbb{C}^{n})$

§4. Периодические дифференциальные операторы в $L_{2}(\mathbb{R}^{d};\mathbb{C}^{n})$

4.1. Предварительные сведения: решётки и преобразование Гельфанда

Пусть $\Gamma$ — решётка в $\mathbb{R}^{d}$ , порождённая базисом $\mathbf{a}_{1},\ldots,\mathbf{a}_{d}$ , т. е. $\Gamma=\left\{\mathbf{a}\in\mathbb{R}^{d}\colon\mathbf{a}=\sum_{j=1}^{d}n_{j}\mathbf{a}_{j},\;n_{j}\in\mathbb{Z}\right\}$ , и пусть $\Omega$ — элементарная ячейка решётки $\Gamma$ : $\Omega\coloneqq\left\{\mathbf{x}\in\mathbb{R}^{d}\colon\mathbf{x}=\sum_{j=1}^{d}\xi_{j}\mathbf{a}_{j},\;0<\xi_{j}<1\right\}$ . Базис $\mathbf{b}_{1},\ldots,\mathbf{b}_{d}$ , двойственный по отношению к $\mathbf{a}_{1},\ldots,\mathbf{a}_{d}$ , определяется из соотношений $\left<\mathbf{b}_{l},\mathbf{a}_{j}\right>=2\pi\delta_{lj}$ . Этот базис порождает решётку $\widetilde{\Gamma}$ , двойственную к решётке $\Gamma$ . Обозначим через $\widetilde{\Omega}$ центральную зону Бриллюэна решётки $\widetilde{\Gamma}$ :

\widetilde{\Omega}=\left\{\mathbf{k}\in\mathbb{R}^{d}\colon|\mathbf{k}|<|\mathbf{k}-\mathbf{b}|,\;0\neq\mathbf{b}\in\widetilde{\Gamma}\right\}.

(4.1)

Будем пользоваться обозначениями $|\Omega|=\meas\Omega$ , $|\widetilde{\Omega}|=\meas\widetilde{\Omega}$ и отметим, что $|\Omega||\widetilde{\Omega}|=(2\pi)^{d}$ . Пусть $r_{0}$ — радиус шара, вписанного в $\clos\widetilde{\Omega}$ . Отметим, что

2r_{0}=\min|\mathbf{b}|,\quad 0\neq\mathbf{b}\in\widetilde{\Gamma}.

С решёткой $\Gamma$ связано разложение в ряд Фурье $\{\hat{\mathbf{u}}_{\mathbf{b}}\}\mapsto\mathbf{u}$ : $\mathbf{u}(\mathbf{x})=|\Omega|^{-1/2}\sum_{\mathbf{b}\in\widetilde{\Gamma}}\hat{\mathbf{u}}_{\mathbf{b}}e^{i\left<\mathbf{b},\mathbf{x}\right>}$ , которое унитарно отображает $l_{2}(\widetilde{\Gamma};\mathbb{C}^{n})$ на $L_{2}(\Omega;\mathbb{C}^{n})$ . Через $\widetilde{H}^{\sigma}(\Omega;\mathbb{C}^{n})$ обозначается подпространство тех функций из $H^{\sigma}(\Omega;\mathbb{C}^{n})$ , $\Gamma$ -периодическое продолжение которых на $\mathbb{R}^{d}$ принадлежит $H^{\sigma}_{\mathrm{loc}}(\mathbb{R}^{d};\mathbb{C}^{n})$ . Имеет место равенство

\int_{\Omega}|(\mathbf{D}+\mathbf{k})\mathbf{u}|^{2}\,d\mathbf{x}=\sum_{\mathbf{b}\in\widetilde{\Gamma}}|\mathbf{b}+\mathbf{k}|^{2}|\hat{\mathbf{u}}_{\mathbf{b}}|^{2},\qquad\mathbf{u}\in\widetilde{H}^{1}(\Omega;\mathbb{C}^{n}),\;\mathbf{k}\in\mathbb{R}^{d},

(4.2)

причём сходимость ряда в правой части (4.2) равносильна включению $\mathbf{u}\in\widetilde{H}^{1}(\Omega;\mathbb{C}^{n})$ . Из (4.1) и (4.2) следует оценка

\int_{\Omega}|(\mathbf{D}+\mathbf{k})\mathbf{u}|^{2}\,d\mathbf{x}\geqslant\sum_{\mathbf{b}\in\widetilde{\Gamma}}|\mathbf{k}|^{2}|\hat{\mathbf{u}}_{\mathbf{b}}|^{2}=|\mathbf{k}|^{2}\int_{\Omega}|\mathbf{u}|^{2}\,d\mathbf{x},\qquad\mathbf{u}\in\widetilde{H}^{1}(\Omega;\mathbb{C}^{n}),\;\mathbf{k}\in\widetilde{\Omega}.

(4.3)

Преобразование Гельфанда $\mathscr{U}$ первоначально определяется на функциях из класса Шварца $\mathbf{v}\in\mathcal{S}(\mathbb{R}^{d};\mathbb{C}^{n})$ формулой:

\tilde{\mathbf{v}}(\mathbf{k},\mathbf{x})=(\mathscr{U}\-\mathbf{v})(\mathbf{k},\mathbf{x})=|\widetilde{\Omega}|^{-1/2}\sum_{\mathbf{a}\in\Gamma}e^{-i\left<\mathbf{k},\mathbf{x}+\mathbf{a}\right>}\mathbf{v}(\mathbf{x}+\mathbf{a}),\qquad\mathbf{x}\in\Omega,\;\mathbf{k}\in\widetilde{\Omega},

и продолжается по непрерывности до унитарного отображения:

\mathscr{U}\colon L_{2}(\mathbb{R}^{d};\mathbb{C}^{n})\to\int_{\widetilde{\Omega}}\oplus L_{2}(\Omega;\mathbb{C}^{n})\,d\mathbf{k}\eqqcolon\mathcal{K}.

4.2. Факторизованные операторы $\mathcal{A}$ второго порядка

Пусть $b(\mathbf{D})=\sum_{l=1}^{d}b_{l}D_{l}$ , где $b_{l}$ — постоянные ( $m\times n$ )-матрицы (вообще говоря, с комплексными элементами). Предполагается, что $m\geqslant n$ . Рассмотрим символ $b(\boldsymbol{\xi})=\sum_{l=1}^{d}b_{l}\xi_{l}$ , $\boldsymbol{\xi}\in\mathbb{R}^{d}$ . Предположим, что $\rank b(\boldsymbol{\xi})=n$ , $0\neq\boldsymbol{\xi}\in\mathbb{R}^{d}$ . Это равносильно тому, что для некоторых $\alpha_{0},\alpha_{1}$ выполнены неравенства

\alpha_{0}\mathbf{1}_{n}\leqslant b(\boldsymbol{\theta})^{*}b(\boldsymbol{\theta})\leqslant\alpha_{1}\mathbf{1}_{n},\quad\boldsymbol{\theta}\in\mathbb{S}^{d-1},\quad 0<\alpha_{0}\leqslant\alpha_{1}<\infty.

(4.4)

Пусть $f(\mathbf{x})$ — $\Gamma$ -периодическая ( $n\times n$ )-матричнозначная функция и $h(\mathbf{x})$ — $\Gamma$ -периодическая ( $m\times m$ )-матричнозначная функция, такие что

f,f^{-1}\in L_{\infty}(\mathbb{R}^{d});\quad h,h^{-1}\in L_{\infty}(\mathbb{R}^{d}).

(4.5)

Рассмотрим замкнутый оператор $\mathcal{X}\colon L_{2}(\mathbb{R}^{d};\mathbb{C}^{n})\to L_{2}(\mathbb{R}^{d};\mathbb{C}^{m})$ , заданный выражением $\mathcal{X}=hb(\mathbf{D})f$ на области определения $\Dom\mathcal{X}=\left\{\mathbf{u}\in L_{2}(\mathbb{R}^{d};\mathbb{C}^{n})\colon f\mathbf{u}\in H^{1}(\mathbb{R}^{d};\mathbb{C}^{n})\right\}$ . Самосопряжённый оператор $\mathcal{A}=\mathcal{X}^{*}\mathcal{X}$ в $L_{2}(\mathbb{R}^{d};\mathbb{C}^{n})$ порождается замкнутой квадратичной формой $\mathfrak{a}[\mathbf{u},\mathbf{u}]=\|\mathcal{X}\mathbf{u}\|^{2}_{L_{2}(\mathbb{R}^{d})}$ , $\mathbf{u}\in\Dom\mathcal{X}$ . Формально,

\mathcal{A}=f(\mathbf{x})^{*}b(\mathbf{D})^{*}g(\mathbf{x})b(\mathbf{D})f(\mathbf{x}),

(4.6)

где $g(\mathbf{x})=h(\mathbf{x})^{*}h(\mathbf{x})$ . Используя преобразование Фурье и (4.4), (4.5), легко проверить оценки

\alpha_{0}\|g^{-1}\|_{L_{\infty}}^{-1}\|\mathbf{D}(f\mathbf{u})\|_{L_{2}(\mathbb{R}^{d})}^{2}\leqslant\mathfrak{a}[\mathbf{u},\mathbf{u}]\leqslant\alpha_{1}\|g\|_{L_{\infty}}\|\mathbf{D}(f\mathbf{u})\|_{L_{2}(\mathbb{R}^{d})}^{2},\qquad\mathbf{u}\in\Dom\mathcal{X}.

4.3. Операторы $\mathcal{A}(\mathbf{k})$

Положим

\mathfrak{H}=L_{2}(\Omega;\mathbb{C}^{n}),\qquad\mathfrak{H}_{*}=L_{2}(\Omega;\mathbb{C}^{m})

(4.7)

и рассмотрим замкнутый оператор $\mathcal{X}(\mathbf{k})\colon\mathfrak{H}\to\mathfrak{H}_{*}$ , зависящий от параметра $\mathbf{k}\in\mathbb{R}^{d}$ и заданный выражением $\mathcal{X}(\mathbf{k})=hb(\mathbf{D}+\mathbf{k})f$ на области

\Dom\mathcal{X}(\mathbf{k})=\bigl\{\mathbf{u}\in\mathfrak{H}\colon f\mathbf{u}\in\widetilde{H}^{1}(\Omega;\mathbb{C}^{n})\bigr\}\eqqcolon\mathfrak{d}.

Самосопряжённый оператор $\mathcal{A}(\mathbf{k})=\mathcal{X}(\mathbf{k})^{*}\mathcal{X}(\mathbf{k})\colon\mathfrak{H}\to\mathfrak{H}$ порождается квадратичной формой $\mathfrak{a}(\mathbf{k})[\mathbf{u},\mathbf{u}]=\|\mathcal{X}(\mathbf{k})\mathbf{u}\|_{\mathfrak{H}_{*}}^{2}$ , $\mathbf{u}\in\mathfrak{d}$ . Используя разложение функции $\mathbf{u}$ в ряд Фурье и условия (4.4), (4.5), легко проверить, что

\alpha_{0}\|g^{-1}\|_{L_{\infty}}^{-1}\|(\mathbf{D}+\mathbf{k})f\mathbf{u}\|_{\widetilde{\mathfrak{H}}}^{2}\leqslant\mathfrak{a}(\mathbf{k})[\mathbf{u},\mathbf{u}]\leqslant\alpha_{1}\|g\|_{L_{\infty}}\|(\mathbf{D}+\mathbf{k})f\mathbf{u}\|_{\widetilde{\mathfrak{H}}}^{2},\quad\mathbf{u}\in\mathfrak{d}.

(4.8)

Из (4.3) и нижней оценки (4.8) вытекает, что

\mathcal{A}(\mathbf{k})\geqslant c_{*}|\mathbf{k}|^{2}I,\qquad\mathbf{k}\in\widetilde{\Omega},\;c_{*}=\alpha_{0}\|f^{-1}\|_{L_{\infty}}^{-2}\|g^{-1}\|_{L_{\infty}}^{-1}.

(4.9)

Положим $\mathfrak{N}\coloneqq\Ker\mathcal{A}(0)=\Ker\mathcal{X}(0)$ . Соотношения (4.8) при $\mathbf{k}=0$ показывают, что

\mathfrak{N}=\left\{\mathbf{u}\in L_{2}(\Omega;\mathbb{C}^{n})\colon f\mathbf{u}=\mathbf{c}\in\mathbb{C}^{n}\right\},\qquad\dim\mathfrak{N}=n.

(4.10)

4.4. Зонные функции

Обозначим через $E_{j}(\mathbf{k})$ , $j\in\mathbb{N}$ , последовательные (с учётом кратностей) собственные значения оператора $\mathcal{A}(\mathbf{k})$ (зонные функции):

E_{1}(\mathbf{k})\leqslant E_{2}(\mathbf{k})\leqslant\ldots\leqslant E_{j}(\mathbf{k})\leqslant\ldots,\qquad\mathbf{k}\in\mathbb{R}^{d}.

Зонные функции $E_{j}(\mathbf{k})$ непрерывны и $\widetilde{\Gamma}$ -периодичны. Как показано в [BSu2, гл. 2, п. 2.2] (на основании простых вариационных соображений), зонные функции удовлетворяют следующим оценкам:

$\displaystyle E_{j}(\mathbf{k})$	$\displaystyle\geqslant c_{*}\|\mathbf{k}\|^{2},\qquad$	$\displaystyle\mathbf{k}\in\clos\widetilde{\Omega},\qquad j=1,\ldots,n,$
$\displaystyle E_{n+1}(\mathbf{k})$	$\displaystyle\geqslant c_{*}r_{0}^{2},\qquad$	$\displaystyle\mathbf{k}\in\clos\widetilde{\Omega},$
$\displaystyle E_{n+1}(0)$	$\displaystyle\geqslant 4c_{*}r_{0}^{2}.$

4.5. Прямой интеграл для оператора $\mathcal{A}$

Под действием преобразования Гельфанда $\mathscr{U}$ оператор $\mathcal{A}$ раскладывается в прямой интеграл по операторам $\mathcal{A}(\mathbf{k})$ :

\mathscr{U}\mathcal{A}\mathscr{U}^{-1}=\int_{\widetilde{\Omega}}\oplus\mathcal{A}(\mathbf{k})\,d\mathbf{k}.

(4.11)

Подразумевается следующее. Пусть $\mathbf{v}\in\Dom\mathcal{X}$ , тогда $\tilde{\mathbf{v}}(\mathbf{k},\cdot)\in\mathfrak{d}$ при п.в. $\mathbf{k}\in\widetilde{\Omega}$ и

\mathfrak{a}[\mathbf{v},\mathbf{v}]=\int_{\widetilde{\Omega}}\mathfrak{a}(\mathbf{k})[\tilde{\mathbf{v}}(\mathbf{k},\cdot),\tilde{\mathbf{v}}(\mathbf{k},\cdot)]\,d\mathbf{k}.

(4.12)

Обратно, если для $\tilde{\mathbf{v}}\in\mathcal{K}$ справедливо $\tilde{\mathbf{v}}(\mathbf{k},\cdot)\in\mathfrak{d}$ при п.в. $\mathbf{k}\in\widetilde{\Omega}$ и интеграл в (4.12) конечен, то $\mathbf{v}\in\Dom\mathcal{X}$ и выполнено (4.12).

4.6. Включение операторов $\mathcal{A}(\mathbf{k})$ в абстрактную схему

Если $d>1$ , то операторы $\mathcal{A}(\mathbf{k})$ зависят от многомерного параметра $\mathbf{k}$ . Следуя [BSu2, гл. 2], введём одномерный параметр $t=|\mathbf{k}|$ . Будем использовать схему главы I. При этом все построения будут зависеть от дополнительного параметра $\boldsymbol{\theta}=\mathbf{k}/|\mathbf{k}|\in\mathbb{S}^{d-1}$ и мы должны следить за равномерностью оценок по $\boldsymbol{\theta}$ . Пространства $\mathfrak{H}$ и $\mathfrak{H}_{*}$ определены в (4.7). Положим $X(t)=X(t;\boldsymbol{\theta})\coloneqq\mathcal{X}(t\boldsymbol{\theta})$ . При этом выполнено $X(t;\boldsymbol{\theta})=X_{0}+tX_{1}(\boldsymbol{\theta})$ , где $X_{0}=h(\mathbf{x})b(\mathbf{D})f(\mathbf{x})$ , $\Dom X_{0}=\mathfrak{d}$ , а $X_{1}(\boldsymbol{\theta})$ — ограниченный оператор умножения на матрицу $h(\mathbf{x})b(\boldsymbol{\theta})f(\mathbf{x})$ . Далее, положим $A(t)=A(t;\boldsymbol{\theta})\coloneqq\mathcal{A}(t\boldsymbol{\theta})$ . Ядро $\mathfrak{N}=\Ker X_{0}$ описано в (4.10). Как было показано в [BSu2, гл. 2, §3], расстояние $d^{0}$ от точки $\lambda_{0}=0$ до остального спектра оператора $\mathcal{A}(0)$ подчинено оценке $d^{0}\geqslant 4c_{*}r_{0}^{2}$ . Условие $n\leqslant n_{*}=\dim\Ker X^{*}_{0}$ также выполнено. Более того, либо $n_{*}=n$ (если $m=n$ ), либо $n_{*}=\infty$ (если $m>n$ ).

Следуя пункту 1.1, мы должны фиксировать $\delta\in(0,d^{0}/8)$ . Так как $d^{0}\geqslant 4c_{*}r_{0}^{2}$ , положим

\delta=\frac{1}{4}c_{*}r^{2}_{0}=\frac{1}{4}\alpha_{0}\|f^{-1}\|_{L_{\infty}}^{-2}\|g^{-1}\|_{L_{\infty}}^{-1}r^{2}_{0}.

(4.13)

Отметим, что в силу (4.4) и (4.5) справедлива оценка

\|X_{1}(\boldsymbol{\theta})\|\leqslant\alpha^{1/2}_{1}\|h\|_{L_{\infty}}\|f\|_{L_{\infty}},\qquad\boldsymbol{\theta}\in\mathbb{S}^{d-1}.

(4.14)

Для $t^{0}$ (см. (1.1)) примем следующее значение:

t^{0}=\delta^{1/2}\alpha_{1}^{-1/2}\|h\|_{L_{\infty}}^{-1}\|f\|_{L_{\infty}}^{-1}=\frac{r_{0}}{2}\alpha_{0}^{1/2}\alpha_{1}^{-1/2}\left(\|h\|_{L_{\infty}}\|h^{-1}\|_{L_{\infty}}\|f\|_{L_{\infty}}\|f^{-1}\|_{L_{\infty}}\right)^{-1}.

(4.15)

Отметим, что $t^{0}\leqslant r_{0}/2$ . Следовательно, шар $|\mathbf{k}|\leqslant t^{0}$ целиком лежит внутри $\widetilde{\Omega}$ . Важно, что величины $c_{*}$ , $\delta$ , $t^{0}$ (см. (4.9), (4.13), (4.15)) не зависят от $\boldsymbol{\theta}$ . Условие 1.5 выполнено в силу (4.9). Росток $S(\boldsymbol{\theta})$ оператора $A(t,\boldsymbol{\theta})$ невырожден равномерно по $\boldsymbol{\theta}$ : выполнено $S(\boldsymbol{\theta})\geqslant c_{*}I_{\mathfrak{N}}$ (ср. (1.8)).

§5. Эффективные характеристики оператора $\widehat{\mathcal{A}}=b(\mathbf{D})^{*}g(\mathbf{x})b(\mathbf{D})$

5.1. Оператор $A(t,\boldsymbol{\theta})$ в случае $f=\mathbf{1}_{n}$

Особую роль играет оператор $A(t,\boldsymbol{\theta})$ при $f=\mathbf{1}_{n}$ . Условимся в этом случае отмечать все объекты шляпкой “ $\,\widehat{\phantom{\_}}\,$ ”. Тогда для оператора

\widehat{\mathcal{A}}=b(\mathbf{D})^{*}g(\mathbf{x})b(\mathbf{D})

(5.1)

семейство $\widehat{\mathcal{A}}(\mathbf{k})$ обозначается $\widehat{A}(t,\boldsymbol{\theta})$ . Ядро (4.10) принимает вид

\widehat{\mathfrak{N}}=\left\{\mathbf{u}\in L_{2}(\Omega;\mathbb{C}^{n})\colon\mathbf{u}=\mathbf{c}\in\mathbb{C}^{n}\right\},

(5.2)

т. е. $\widehat{\mathfrak{N}}$ состоит из постоянных вектор-функций. Ортопроектор $\widehat{P}$ пространства $L_{2}(\Omega;\mathbb{C}^{n})$ на подпространство (5.2) есть оператор усреднения по ячейке:

\widehat{P}\mathbf{u}=|\Omega|^{-1}\int_{\Omega}\mathbf{u}(\mathbf{x})\,d\mathbf{x}.

(5.3)

Согласно [BSu2, гл. 3, §1], спектральный росток $\widehat{S}(\boldsymbol{\theta})\colon\widehat{\mathfrak{N}}\to\widehat{\mathfrak{N}}$ семейства $\widehat{A}(t,\boldsymbol{\theta})$ представим в виде $\widehat{S}(\boldsymbol{\theta})=b(\boldsymbol{\theta})^{*}g^{0}b(\boldsymbol{\theta})$ , $\boldsymbol{\theta}\in\mathbb{S}^{d-1}$ , где $g^{0}$ — так называемая эффективная матрица. Постоянная ( $m\times m$ )-матрица $g^{0}$ определяется следующим образом. Пусть $\Lambda\in\widetilde{H}^{1}(\Omega)$ — периодическая ( $n\times m$ )-матричнозначная функция, удовлетворяющая уравнению

b(\mathbf{D})^{*}g(\mathbf{x})(b(\mathbf{D})\Lambda(\mathbf{x})+\mathbf{1}_{m})=0,\qquad\int_{\Omega}\Lambda(\mathbf{x})\,d\mathbf{x}=0.

(5.4)

Эффективная матрица $g^{0}$ может быть определена в терминах матрицы $\Lambda(\mathbf{x})$ :

		$\displaystyle g^{0}=\|\Omega\|^{-1}\int_{\Omega}\widetilde{g}(\mathbf{x})\,d\mathbf{x},$		(5.5)
		$\displaystyle\widetilde{g}(\mathbf{x})\coloneqq g(\mathbf{x})(b(\mathbf{D})\Lambda(\mathbf{x})+\mathbf{1}_{m}).$		(5.6)

Выясняется, что матрица $g^{0}$ положительно определена. Рассмотрим символ

\widehat{S}(\mathbf{k})\coloneqq t^{2}\widehat{S}(\boldsymbol{\theta})=b(\mathbf{k})^{*}g^{0}b(\mathbf{k}),\qquad\mathbf{k}\in\mathbb{R}^{d}.

(5.7)

Выражение (5.7) является символом ДО

\widehat{\mathcal{A}}^{0}=b(\mathbf{D})^{*}g^{0}b(\mathbf{D}),

(5.8)

действующего в $L_{2}(\mathbb{R}^{d};\mathbb{C}^{n})$ и называемого эффективным оператором для оператора $\widehat{\mathcal{A}}$ .

Пусть $\widehat{\mathcal{A}}^{0}(\mathbf{k})$ — операторное семейство в $L_{2}(\Omega;\mathbb{C}^{n})$ , отвечающее оператору (5.8). Тогда $\widehat{\mathcal{A}}^{0}(\mathbf{k})=b(\mathbf{D}+\mathbf{k})^{*}g^{0}b(\mathbf{D}+\mathbf{k})$ при периодических граничных условиях. Отсюда с учётом (5.3) и (5.7) вытекает тождество

\widehat{S}(\mathbf{k})\widehat{P}=\widehat{\mathcal{A}}^{0}(\mathbf{k})\widehat{P}.

(5.9)

5.2. Свойства эффективной матрицы

Следующие свойства $g^{0}$ были проверены в [BSu2, гл. 3, теорема 1.5].

Предложение 5.1 ([BSu2]).

Для эффективной матрицы справедливы оценки

\underline{g}\leqslant g^{0}\leqslant\overline{g},

(5.10)

где $\overline{g}\coloneqq|\Omega|^{-1}\int_{\Omega}g(\mathbf{x})\,d\mathbf{x}$ и $\underline{g}\coloneqq\left(|\Omega|^{-1}\int_{\Omega}g(\mathbf{x})^{-1}\,d\mathbf{x}\right)^{-1}$ . В случае $m=n$ всегда выполнено $g^{0}=\underline{g}$ .

Оценки (5.10) известны в теории усреднения для конкретных ДО как вилка Фойгта–Рейсса. Выделим теперь условия, при которых реализуется верхняя или нижняя грань в (5.10). Следующие утверждения были проверены в [BSu2, гл. 3, предложения 1.6, 1.7].

Предложение 5.2 ([BSu2]).

Равенство $g^{0}=\overline{g}$ равносильно соотношениям

b(\mathbf{D})^{*}\mathbf{g}_{k}(\mathbf{x})=0,\quad k=1,\ldots,m,

(5.11)

где $\mathbf{g}_{k}(\mathbf{x}),\;k=1,\ldots,m$ — столбцы матрицы $g(\mathbf{x})$ .

Предложение 5.3 ([BSu2]).

Равенство $g^{0}=\underline{g}$ равносильно представлениям

\mathbf{l}_{k}(\mathbf{x})=\mathbf{l}^{0}_{k}+b(\mathbf{D})\mathbf{w}_{k}(\mathbf{x}),\quad\mathbf{l}^{0}_{k}\in\mathbb{C}^{m},\quad\mathbf{w}_{k}\in\widetilde{H}^{1}(\Omega;\mathbb{C}^{n}),\quad k=1,\ldots,m,

(5.12)

где $\mathbf{l}_{k}(\mathbf{x}),\;k=1,\ldots,m$ — столбцы матрицы $g(\mathbf{x})^{-1}$ .

5.3. Аналитические ветви собственных значений и собственных элементов

Аналитические (по $t$ ) ветви собственных значений $\widehat{\lambda}_{l}(t,\boldsymbol{\theta})$ и ветви собственных элементов $\widehat{\varphi}_{l}(t,\boldsymbol{\theta})$ оператора $\widehat{\mathcal{A}}(t,\boldsymbol{\theta})$ допускают степенные разложения вида (1.2), (1.3) с коэффициентами, зависящими от $\boldsymbol{\theta}$ (интервал сходимости $t=|\mathbf{k}|\leqslant t_{*}(\boldsymbol{\theta})$ мы не контролируем):

	$\displaystyle\widehat{\lambda}_{l}(t,\boldsymbol{\theta})$	$\displaystyle=\widehat{\gamma}_{l}(\boldsymbol{\theta})t^{2}+\widehat{\mu}_{l}(\boldsymbol{\theta})t^{3}+\widehat{\nu}_{l}(\boldsymbol{\theta})t^{4}+\ldots,$	$\displaystyle l$	$\displaystyle=1,\ldots,n,$		(5.13)
	$\displaystyle\widehat{\varphi}_{l}(t,\boldsymbol{\theta})$	$\displaystyle=\widehat{\omega}_{l}(\boldsymbol{\theta})+t\widehat{\psi}^{(1)}_{l}(\boldsymbol{\theta})+\ldots,$	$\displaystyle l$	$\displaystyle=1,\ldots,n.$		(5.14)

Согласно (1.4) числа $\widehat{\gamma}_{l}(\boldsymbol{\theta})$ и элементы $\widehat{\omega}_{l}(\boldsymbol{\theta})$ являются собственными значениями и собственными элементами ростка: $b(\boldsymbol{\theta})^{*}g^{0}b(\boldsymbol{\theta})\widehat{\omega}_{l}(\boldsymbol{\theta})=\widehat{\gamma}_{l}(\boldsymbol{\theta})\widehat{\omega}_{l}(\boldsymbol{\theta})$ , $l=1,\ldots,n$ .

5.4. Оператор $\widehat{N}(\boldsymbol{\theta})$

Нам понадобится описать оператор $N$ (в абстрактных терминах определённый в теореме 1.3). Как проверено в [BSu4, §4], для семейства $\widehat{A}(t,\boldsymbol{\theta})$ этот оператор принимает вид

	$\displaystyle\widehat{N}(\boldsymbol{\theta})$	$\displaystyle=b(\boldsymbol{\theta})^{*}L(\boldsymbol{\theta})b(\boldsymbol{\theta})\widehat{P},$		(5.15)
	$\displaystyle L(\boldsymbol{\theta})$	$\displaystyle\coloneqq\|\Omega\|^{-1}\int_{\Omega}(\Lambda(\mathbf{x})^{}b(\boldsymbol{\theta})^{}\widetilde{g}(\mathbf{x})+\widetilde{g}(\mathbf{x})^{*}b(\boldsymbol{\theta})\Lambda(\mathbf{x}))\,d\mathbf{x}.$

Здесь $\Lambda(\mathbf{x})$ — $\Gamma$ -периодическое решение задачи (5.4), а $\widetilde{g}(\mathbf{x})$ — матрица-функция (5.6).

В [BSu3, §4] указаны некоторые достаточные условия, при которых $\widehat{N}(\boldsymbol{\theta})=0$ .

Предложение 5.4 ([BSu3]).

Пусть выполнено хотя бы одно из следующих предположений:

1 ${}^{\circ}.$

$\widehat{\mathcal{A}}=\mathbf{D}^{*}g(\mathbf{x})\mathbf{D}$ , где $g(\mathbf{x})$ — симметричная матрица с вещественными элементами.
2 ${}^{\circ}.$

Выполнены соотношения (5.11), т. е. $g^{0}=\overline{g}$ .
3 ${}^{\circ}.$

Выполнены соотношения (5.12), т. е. $g^{0}=\underline{g}$ . (В частности, это автоматически выполнено, если $m=n$ .)

Тогда $\widehat{N}(\boldsymbol{\theta})=0$ при всех $\boldsymbol{\theta}\in\mathbb{S}^{d-1}$ .

Напомним (см. замечание 1.4), что $\widehat{N}(\boldsymbol{\theta})=\widehat{N}_{0}(\boldsymbol{\theta})+\widehat{N}_{*}(\boldsymbol{\theta})$ , где оператор $\widehat{N}_{0}(\boldsymbol{\theta})$ диагонален в базисе $\{\widehat{\omega}_{l}(\boldsymbol{\theta})\}_{l=1}^{n}$ , а оператор $\widehat{N}_{*}(\boldsymbol{\theta})$ имеет нулевые диагональные элементы. При этом

(\widehat{N}(\boldsymbol{\theta})\widehat{\omega}_{l}(\boldsymbol{\theta}),\widehat{\omega}_{l}(\boldsymbol{\theta}))_{L_{2}(\Omega)}=(\widehat{N}_{0}(\boldsymbol{\theta})\widehat{\omega}_{l}(\boldsymbol{\theta}),\widehat{\omega}_{l}(\boldsymbol{\theta}))_{L_{2}(\Omega)}=\widehat{\mu}_{l}(\boldsymbol{\theta}),\qquad l=1,\ldots,n.

В [BSu4, п. 4.3] было доказано следующее предложение.

Предложение 5.5 ([BSu4]).

Пусть $b(\boldsymbol{\theta})$ и $g(\mathbf{x})$ — матрицы с вещественными элементами. Пусть в разложениях (5.14) “зародыши” $\widehat{\omega}_{l}(\boldsymbol{\theta})$ , $l=1,\ldots,n$ , можно выбрать вещественными. Тогда в (5.13) выполнено $\widehat{\mu}_{l}(\boldsymbol{\theta})=0$ , $l=1,\ldots,n$ , то есть, $\widehat{N}_{0}(\boldsymbol{\theta})=0$ .

В рассматриваемом “вещественном” случае росток $\widehat{S}(\boldsymbol{\theta})$ представляет собой симметричную вещественную матрицу. Ясно, что в случае простого собственного значения $\widehat{\gamma}_{j}(\boldsymbol{\theta})$ ростка зародыш $\widehat{\omega}_{j}(\boldsymbol{\theta})$ определяется однозначно с точностью до фазового множителя, и его всегда можно выбрать вещественным. Мы получаем следующее следствие.

Следствие 5.6.

Пусть $b(\boldsymbol{\theta})$ и $g(\mathbf{x})$ — матрицы с вещественными элементами и пусть спектр ростка $\widehat{S}(\boldsymbol{\theta})$ простой. Тогда $\widehat{N}_{0}(\boldsymbol{\theta})=0$ .

Однако, как показывают примеры [Su4, пример 8.7], [DSu, п. 14.3], в “вещественном” случае не всегда возможно выбрать векторы $\widehat{\omega}_{l}(\boldsymbol{\theta})$ вещественными. Может случиться, что $\widehat{N}_{0}(\boldsymbol{\theta})\neq 0$ в некоторых точках $\boldsymbol{\theta}$ .

5.5. Операторы $\widehat{Z}_{2}(\boldsymbol{\theta})$ , $\widehat{R}_{2}(\boldsymbol{\theta})$ , $\widehat{N}_{1}^{0}(\boldsymbol{\theta})$

Опишем операторы $Z_{2}$ , $R_{2}$ , $N_{1}^{0}$ (в абстрактных терминах определённые в пп. 1.3 и 1.8) для семейства $\widehat{A}(t,\boldsymbol{\theta})$ . Пусть $\Lambda^{(2)}_{l}(\mathbf{x})$ — $\Gamma$ -периодическое решение задачи

b(\mathbf{D})^{*}g(\mathbf{x})(b(\mathbf{D})\Lambda^{(2)}_{l}(\mathbf{x})+b_{l}\Lambda(\mathbf{x}))=b_{l}^{*}(g^{0}-\widetilde{g}(\mathbf{x})),\qquad\int_{\Omega}\Lambda^{(2)}_{l}(\mathbf{x})\,d\mathbf{x}=0.

Положим $\Lambda^{(2)}(\mathbf{x};\boldsymbol{\theta})\coloneqq\sum_{l=1}^{d}\Lambda^{(2)}_{l}(\mathbf{x})\theta_{l}$ . Как проверено в [VSu2, п. 6.3]

\displaystyle\widehat{Z}_{2}(\boldsymbol{\theta})=\Lambda^{(2)}(\mathbf{x};\boldsymbol{\theta})b(\boldsymbol{\theta})\widehat{P},\qquad\widehat{R}_{2}(\boldsymbol{\theta})=h(\mathbf{x})(b(\mathbf{D})\Lambda^{(2)}(\mathbf{x};\boldsymbol{\theta})+b(\boldsymbol{\theta})\Lambda(\mathbf{x}))b(\boldsymbol{\theta}).

Наконец, в [VSu2, п. 6.4] было получено представление

		$\displaystyle\widehat{N}_{1}^{0}(\boldsymbol{\theta})=b(\boldsymbol{\theta})^{*}L_{2}(\boldsymbol{\theta})b(\boldsymbol{\theta})\widehat{P},$
		$\displaystyle\begin{multlined}L_{2}(\boldsymbol{\theta})\coloneqq\|\Omega\|^{-1}\int_{\Omega}\left(\Lambda^{(2)}(\mathbf{x};\boldsymbol{\theta})^{}b(\boldsymbol{\theta})^{}\widetilde{g}(\mathbf{x})+\widetilde{g}(\mathbf{x})^{}b(\boldsymbol{\theta})\Lambda^{(2)}(\mathbf{x};\boldsymbol{\theta})\right)\,d\mathbf{x}+\\ +\|\Omega\|^{-1}\int_{\Omega}\left(b(\mathbf{D})\Lambda^{(2)}(\mathbf{x};\boldsymbol{\theta})+b(\boldsymbol{\theta})\Lambda(\mathbf{x})\right)^{}g(\mathbf{x})\left(b(\mathbf{D})\Lambda^{(2)}(\mathbf{x};\boldsymbol{\theta})+b(\boldsymbol{\theta})\Lambda(\mathbf{x})\right)\,d\mathbf{x}.\end{multlined}$

5.6. Кратности собственных значений ростка

В данном пункте считаем, что $n\geqslant 2$ . Перейдём к обозначениям, принятым в п. 1.7, следя за кратностями собственных значений спектрального ростка $\widehat{S}(\boldsymbol{\theta})$ . Вообще говоря, количество $p(\boldsymbol{\theta})$ различных собственных значений $\widehat{\gamma}^{\circ}_{1}(\boldsymbol{\theta}),\ldots,\widehat{\gamma}^{\circ}_{p(\boldsymbol{\theta})}(\boldsymbol{\theta})$ спектрального ростка $\widehat{S}(\boldsymbol{\theta})$ и их кратности $k_{1}(\boldsymbol{\theta}),\ldots,k_{p(\boldsymbol{\theta})}(\boldsymbol{\theta})$ зависят от параметра $\boldsymbol{\theta}\in\mathbb{S}^{d-1}$ . При каждом фиксированном $\boldsymbol{\theta}$ через $\widehat{P}_{j}(\boldsymbol{\theta})$ обозначим ортопроектор в $L_{2}(\Omega;\mathbb{C}^{n})$ на собственное подпространство ростка $\widehat{S}(\boldsymbol{\theta})$ , отвечающее собственному значению $\widehat{\gamma}_{j}^{\circ}(\boldsymbol{\theta})$ . В силу (1.9) справедливы инвариантные (не зависящие от выбора базиса) представления для операторов $\widehat{N}_{0}(\boldsymbol{\theta})$ и $\widehat{N}_{*}(\boldsymbol{\theta})$ :

\widehat{N}_{0}(\boldsymbol{\theta})=\sum_{j=1}^{p(\boldsymbol{\theta})}\widehat{P}_{j}(\boldsymbol{\theta})\widehat{N}(\boldsymbol{\theta})\widehat{P}_{j}(\boldsymbol{\theta}),\qquad\widehat{N}_{*}(\boldsymbol{\theta})=\sum_{\begin{subarray}{c}1\leqslant l,j\leqslant p(\boldsymbol{\theta})\\ j\neq l\end{subarray}}\widehat{P}_{j}(\boldsymbol{\theta})\widehat{N}(\boldsymbol{\theta})\widehat{P}_{l}(\boldsymbol{\theta}).

(5.16)

5.7. Коэффициенты $\widehat{\nu}_{l}(\boldsymbol{\theta})$ , $l=1,\ldots,n$

Количество $p^{\prime}(q,\boldsymbol{\theta})$ различных собственных значений $\widehat{\mu}^{\circ}_{1,q}(\boldsymbol{\theta}),\ldots,\widehat{\mu}^{\circ}_{p^{\prime}(q,\boldsymbol{\theta}),q}(\boldsymbol{\theta})$ оператора $\widehat{P}_{q}(\boldsymbol{\theta})\widehat{N}(\boldsymbol{\theta})|_{\widehat{\mathfrak{N}}_{q}(\boldsymbol{\theta})}$ и их кратности $k_{1,q}(\boldsymbol{\theta}),\ldots,k_{p^{\prime}(\boldsymbol{\theta}),q}(\boldsymbol{\theta})$ также зависят от параметра $\boldsymbol{\theta}\in\mathbb{S}^{d-1}$ . При каждом фиксированном $\boldsymbol{\theta}$ через $\widehat{P}_{q^{\prime},q}(\boldsymbol{\theta})$ обозначим ортопроектор в $L_{2}(\Omega;\mathbb{C}^{n})$ на собственное подпространство $\widehat{\mathfrak{N}}_{q^{\prime},q}(\boldsymbol{\theta})$ , отвечающее собственному значению $\widehat{\mu}^{\circ}_{q^{\prime},q}(\boldsymbol{\theta})$ .

Коэффициенты $\widehat{\nu}_{l}(\boldsymbol{\theta})$ , $l=i^{\prime}(q^{\prime},q,\boldsymbol{\theta}),\ldots,i^{\prime}(q^{\prime},q,\boldsymbol{\theta})+k_{q^{\prime},q}(\boldsymbol{\theta})-1$ , где $i^{\prime}(q^{\prime},q,\boldsymbol{\theta})=i(q,\boldsymbol{\theta})+k_{1,q}(\boldsymbol{\theta})+\ldots+k_{q^{\prime}-1,q}(\boldsymbol{\theta})$ , $i(q,\boldsymbol{\theta})=k_{1}(\boldsymbol{\theta})+\ldots+k_{q-1}(\boldsymbol{\theta})+1$ , являются собственными числами следующей задачи

\widehat{\mathcal{N}}^{(q^{\prime},q)}(\boldsymbol{\theta})\widehat{\omega}_{l}(\boldsymbol{\theta})=\widehat{\nu}_{l}(\boldsymbol{\theta})\widehat{\omega}_{l}(\boldsymbol{\theta}),\qquad l=i^{\prime}(q^{\prime},q,\boldsymbol{\theta}),\ldots,i^{\prime}(q^{\prime},q,\boldsymbol{\theta})+k_{q^{\prime},q}(\boldsymbol{\theta})-1,

где

\widehat{\mathcal{N}}^{(q^{\prime},q)}(\boldsymbol{\theta})\coloneqq\widehat{P}_{q^{\prime},q}(\boldsymbol{\theta})\left.\left(\widehat{N}_{1}^{0}(\boldsymbol{\theta})-\frac{1}{2}\widehat{Z}(\boldsymbol{\theta})^{*}\widehat{Z}(\boldsymbol{\theta})\widehat{S}(\boldsymbol{\theta})\widehat{P}-\frac{1}{2}\widehat{S}(\boldsymbol{\theta})\widehat{P}\widehat{Z}(\boldsymbol{\theta})^{*}\widehat{Z}(\boldsymbol{\theta})\right)\right|_{\widehat{\mathfrak{N}}_{q^{\prime},q}}+\\ +\sum_{\begin{subarray}{c}j\in\{1,\ldots,p(\boldsymbol{\theta})\}\\ j\neq q\end{subarray}}\bigl(\gamma^{\circ}_{q}(\boldsymbol{\theta})-\gamma^{\circ}_{j}(\boldsymbol{\theta})\bigr)^{-1}\widehat{P}_{q^{\prime},q}(\boldsymbol{\theta})\widehat{N}(\boldsymbol{\theta})\widehat{P}_{j}(\boldsymbol{\theta})\widehat{N}(\boldsymbol{\theta})|_{\widehat{\mathfrak{N}}_{q^{\prime},q}(\boldsymbol{\theta})}.

Отметим, что в случае, когда $\widehat{N}_{0}(\boldsymbol{\theta})=0$ , имеет место $\widehat{\mathfrak{N}}_{1,q}(\boldsymbol{\theta})=\widehat{\mathfrak{N}}_{q}(\boldsymbol{\theta})$ , $q=1,\ldots,p(\boldsymbol{\theta})$ . Тогда вместо $\widehat{\mathcal{N}}^{(1,q)}(\boldsymbol{\theta})$ мы будем писать $\widehat{\mathcal{N}}^{(q)}(\boldsymbol{\theta})$ .

5.8. Пример

Рассмотрим скалярный эллиптический оператор

\widehat{\mathcal{A}}=-\operatorname{div}g(\mathbf{x})\nabla=\mathbf{D}^{*}g(\mathbf{x})\mathbf{D},

действующий в $L_{2}(\mathbb{R}^{d})$ , $d\geqslant 1$ , который является частным случаем оператора (5.1). Сейчас $n=1$ , $m=d$ , $b(\mathbf{D})=\mathbf{D}$ .

Эффективная матрица $g^{0}$ определяется стандартным образом. Пусть $\psi_{j}\in\widetilde{H}^{1}(\Omega)$ — (слабое) $\Gamma$ -периодическое решение задачи

\operatorname{div}g(\mathbf{x})(\nabla\psi_{j}(\mathbf{x})+\mathbf{e}_{j})=0,\qquad\int_{\Omega}\psi_{j}(\mathbf{x})\,d\mathbf{x}=0.

(5.17)

Здесь $\mathbf{e}_{1},\ldots,\mathbf{e}_{d}$ — стандартные орты в $\mathbb{R}^{d}$ . Матрица $\widetilde{g}(\mathbf{x})$ — это ( $d\times d$ )-матрица со столбцами $\widetilde{\mathbf{g}}_{j}(\mathbf{x})\coloneqq g(\mathbf{x})(\nabla\psi_{j}(\mathbf{x})+\mathbf{e}_{j})$ , $j=1,\dots,d$ . Тогда $g^{0}=|\Omega|^{-1}\int_{\Omega}\widetilde{g}(\mathbf{x})\,d\mathbf{x}$ .

Если $g(\mathbf{x})$ — эрмитова матрица с вещественными элементами, то согласно предложению 5.4(1∘) выполнено $\widehat{N}(\boldsymbol{\theta})=0$ при всех $\boldsymbol{\theta}\in\mathbb{S}^{d-1}$ . Если же $g(\mathbf{x})$ — эрмитова матрица с комплексными элементами, то в общей ситуации оператор $\widehat{N}(\boldsymbol{\theta})$ отличен от нуля. Сейчас $n=1$ , а потому оператор $\widehat{N}(\boldsymbol{\theta})=\widehat{N}_{0}(\boldsymbol{\theta})$ есть оператор умножения на $\widehat{\mu}(\boldsymbol{\theta})$ , где $\widehat{\mu}(\boldsymbol{\theta})$ — коэффициент в разложении для первого собственного значения

\widehat{\lambda}(t,\boldsymbol{\theta})=\widehat{\gamma}(\boldsymbol{\theta})t^{2}+\widehat{\mu}(\boldsymbol{\theta})t^{3}+\widehat{\nu}(\boldsymbol{\theta})t^{4}+\ldots

оператора $\widehat{\mathcal{A}}(\mathbf{k})$ . Вычисление (см. [BSu4, п. 10.3]) показывает, что

		$\displaystyle\widehat{N}(\boldsymbol{\theta})=\widehat{\mu}(\boldsymbol{\theta})=-i\sum_{j,l,r=1}^{d}(a_{jlr}-a_{ljr}^{*})\theta_{j}\theta_{l}\theta_{r},$
		$\displaystyle a_{jlr}=\|\Omega\|^{-1}\int_{\Omega}\psi_{j}(\mathbf{x})^{*}\left\langle g(\mathbf{x})(\nabla\psi_{l}(\mathbf{x})+\mathbf{e}_{l}),\mathbf{e}_{r}\right\rangle\,d\mathbf{x},\qquad j,l,r=1,\ldots,d.$

Следующий пример заимствован из [BSu4, п. 10.4].

Пример 5.7 ([BSu4]).

Пусть $d=2$ , $\Gamma=(2\pi\mathbb{Z})^{2}$ и матрица $g(\mathbf{x})$ задана соотношением

g(\mathbf{x})=\begin{pmatrix}1&i\beta^{\prime}(x_{1})\\ -i\beta^{\prime}(x_{1})&1\end{pmatrix},

где $\beta(x_{1})$ — гладкая вещественная $(2\pi)$ -периодическая функция такая, что $1-(\beta^{\prime}(x_{1}))^{2}>0$ и $\int_{0}^{2\pi}\beta(x_{1})\,dx_{1}=0$ . В этом случае $\widehat{N}(\boldsymbol{\theta})=-\alpha\pi^{-1}\theta_{2}^{3}$ , где $\alpha=\int_{0}^{2\pi}\beta(x_{1})(\beta^{\prime}(x_{1}))^{2}dx_{1}$ . Легко указать конкретный пример, когда $\alpha\neq 0$ : достаточно положить $\beta(x_{1})=c(\sin x_{1}+\cos 2x_{1})$ при $0<c<1/3$ ; тогда $\alpha=-(3\pi/2)c^{3}\neq 0$ . В данном примере $\widehat{N}(\boldsymbol{\theta})=\widehat{\mu}(\boldsymbol{\theta})\neq 0$ при всех $\boldsymbol{\theta}\in\mathbb{S}^{1}$ за исключением точек $(\pm 1,0)$ .

Далее, пусть $\phi_{jl}(\mathbf{x})$ — $\Gamma$ -периодическое решение задачи

-\operatorname{div}g(\mathbf{x})(\nabla\phi_{jl}(\mathbf{x})-\psi_{j}(\mathbf{x})\mathbf{e}_{l})=g^{0}_{lj}-\widetilde{g}_{lj}(\mathbf{x}),\qquad\int_{\Omega}\phi_{jl}(\mathbf{x})\,d\mathbf{x}=0.

(5.18)

Оператор $\widehat{\mathcal{N}}^{(1,1)}(\boldsymbol{\theta})$ есть оператор умножения на $\widehat{\nu}(\boldsymbol{\theta})$ . Вычисление (см. [VSu2, п. 14.5]) показывает, что

		$\displaystyle\widehat{\mathcal{N}}^{(1,1)}(\boldsymbol{\theta})=\widehat{\nu}(\boldsymbol{\theta})=\sum_{p,q,l,r=1}^{d}(\alpha_{pqlr}-(\overline{\psi_{p}^{*}\psi_{q}})g^{0}_{lr})\theta_{p}\theta_{q}\theta_{l}\theta_{r},$		(5.19)
		$\displaystyle\begin{multlined}\alpha_{pqlr}=\|\Omega\|^{-1}\int_{\Omega}(\widetilde{g}_{lp}(\mathbf{x})\phi_{qr}(\mathbf{x})+\widetilde{g}_{rq}(\mathbf{x})\phi_{pl}(\mathbf{x}))\,d\mathbf{x}+\\ +\|\Omega\|^{-1}\int_{\Omega}\left\langle g(\mathbf{x})(\nabla\phi_{qr}(\mathbf{x})-\psi_{q}(\mathbf{x})\mathbf{e}_{r}),\nabla\phi_{pl}(\mathbf{x})-\psi_{p}(\mathbf{x})\mathbf{e}_{l}\right\rangle\,d\mathbf{x},\\ p,q,l,r=1,\ldots,d.\end{multlined}$

Лемма 5.8.

Пусть $d=1$ . Если $g\neq\const$ , то $\widehat{\nu}(-1)=\widehat{\nu}(1)\neq 0$ .

Доказательство.

Задача (5.17) сейчас имеет вид $\frac{d}{dx}g(x)(\frac{d}{dx}\psi_{1}(x)+1)=0$ , $\overline{\psi_{1}}=0$ . Тогда $\frac{d}{dx}\psi_{1}(x)=\underline{g}(g(x))^{-1}-1$ . Поскольку $g(x)\neq\const$ , то $\underline{g}(g(x))^{-1}-1\not\equiv 0$ и поэтому $\psi_{1}\not\equiv 0$ . Далее, $\widetilde{g}(x)=\underline{g}=g^{0}$ и уравнение (5.18) имеет вид $\frac{d}{dx}g(x)(\frac{d}{dx}\phi_{11}(x)-\psi_{1}(x))=0$ , $\overline{\phi_{11}}=0$ . Тогда $\frac{d}{dx}\phi_{11}(x)-\psi_{1}(x)=0$ . Нетрудно убедиться в том, что $\alpha_{1111}$ в (5.19) сейчас равно нулю: $\alpha_{1111}=0$ . Так как $\overline{\psi_{1}^{2}}g^{0}\neq 0$ , то $\widehat{\nu}(-1)=\widehat{\nu}(1)\neq 0$ . ∎

§6. Аппроксимация сглаженного оператора $e^{-i\tau\varepsilon^{-2}\widehat{\mathcal{A}}(\mathbf{k})}$

6.1. Общий случай

Рассмотрим оператор $\mathcal{H}_{0}=-\Delta$ в $L_{2}(\mathbb{R}^{d};\mathbb{C}^{n})$ . При разложении в прямой интеграл оператору $\mathcal{H}_{0}$ отвечает семейство операторов $\mathcal{H}_{0}(\mathbf{k})$ , действующих в $L_{2}(\Omega;\mathbb{C}^{n})$ . Оператор $\mathcal{H}_{0}(\mathbf{k})$ задаётся дифференциальным выражением $|\mathbf{D}+\mathbf{k}|^{2}$ при периодических граничных условиях. Введём обозначение

\mathcal{R}(\mathbf{k},\varepsilon)\coloneqq\varepsilon^{2}(\mathcal{H}_{0}(\mathbf{k})+\varepsilon^{2}I)^{-1}.

(6.1)

Очевидно,

\mathcal{R}(\mathbf{k},\varepsilon)^{s/2}\widehat{P}=\varepsilon^{s}(t^{2}+\varepsilon^{2})^{-s/2}\widehat{P},\qquad s>0.

(6.2)

Отметим, что при $|\mathbf{k}|>\widehat{t}^{\,0}$ выполнено неравенство

\|\mathcal{R}(\mathbf{k},\varepsilon)^{s/2}\widehat{P}\|_{L_{2}(\Omega)\to L_{2}(\Omega)}\leqslant(\widehat{t}^{\,0})^{-s}\varepsilon^{s},\qquad\varepsilon>0,\;\mathbf{k}\in\widetilde{\Omega},\;|\mathbf{k}|>\widehat{t}^{\,0}.

(6.3)

Далее, используя разложение в ряд Фурье, получаем

\|\mathcal{R}(\mathbf{k},\varepsilon)^{s/2}(I-\widehat{P})\|_{L_{2}(\Omega)\to L_{2}(\Omega)}=\sup_{0\neq\mathbf{b}\in\widetilde{\Gamma}}\varepsilon^{s}(|\mathbf{b}+\mathbf{k}|^{2}+\varepsilon^{2})^{-s/2}\leqslant r_{0}^{-s}\varepsilon^{s},\qquad\varepsilon>0,\;\mathbf{k}\in\widetilde{\Omega}.

(6.4)

Обозначим

\widehat{J}(\mathbf{k},\varepsilon;\tau)\coloneqq e^{-i\tau\varepsilon^{-2}\widehat{\mathcal{A}}(\mathbf{k})}-e^{-i\tau\varepsilon^{-2}\widehat{\mathcal{A}}^{0}(\mathbf{k})}.

(6.5)

Мы применим к оператору $\widehat{A}(t;\boldsymbol{\theta})=\widehat{\mathcal{A}}(\mathbf{k})$ теоремы из §2. При этом мы можем отследить зависимость постоянных в оценках от исходных данных. Отметим, что $\widehat{c}_{*}$ , $\widehat{\delta}$ и $\widehat{t}^{0}$ не зависят от $\boldsymbol{\theta}$ (см. (4.9), (4.13), (4.15) при $f=\mathbf{1}_{n}$ ). Согласно (4.14) (при $f=\mathbf{1}_{n}$ ) норму $\|\widehat{X}_{1}(\boldsymbol{\theta})\|$ можно заменить на $\alpha_{1}^{1/2}\|g\|_{L_{\infty}}^{1/2}$ . Поэтому постоянные в теоремах 2.4 и 2.5 (применённых к оператору $\widehat{\mathcal{A}}(\mathbf{k})$ ) не будут зависеть от $\boldsymbol{\theta}$ . Они будут зависеть только от следующих величин: $\alpha_{0}$ , $\alpha_{1}$ , $\|g\|_{L_{\infty}}$ , $\|g^{-1}\|_{L_{\infty}}$ и $r_{0}$ .

Применяя теорему 2.4 с учётом (5.9), (6.2)–(6.4), приходим к следующему утверждению, ранее доказанному в [BSu5, теорема 7.1].

Теорема 6.1 ([BSu5]).

При $\tau\in\mathbb{R}$ , $\varepsilon>0$ и $\mathbf{k}\in\widetilde{\Omega}$ выполнена оценка

\|\widehat{J}(\mathbf{k},\varepsilon;\tau)\mathcal{R}(\mathbf{k},\varepsilon)^{3/2}\|_{L_{2}(\Omega)\to L_{2}(\Omega)}\leqslant\widehat{\mathcal{C}}_{1}(1+|\tau|)\varepsilon,

где константа $\widehat{\mathcal{C}}_{1}$ зависит только от $\alpha_{0}$ , $\alpha_{1}$ , $\|g\|_{L_{\infty}}$ , $\|g^{-1}\|_{L_{\infty}}$ и $r_{0}$ .

6.2. Случай, когда $\widehat{N}(\boldsymbol{\theta})=0$

Применим теперь теорему 2.5, предполагая, что $\widehat{N}(\boldsymbol{\theta})=0$ при всех $\boldsymbol{\theta}\in\mathbb{S}^{d-1}$ . С учётом (5.9), (6.2)–(6.4) это влечёт следующий результат.

Теорема 6.2.

Пусть оператор $\widehat{N}(\boldsymbol{\theta})$ определён в (5.15). Пусть $\widehat{N}(\boldsymbol{\theta})\penalty\ =\penalty\ 0$ при всех $\boldsymbol{\theta}\in\mathbb{S}^{d-1}$ . Тогда при $\tau\in\mathbb{R}$ , $\varepsilon>0$ и $\mathbf{k}\in\widetilde{\Omega}$ выполнена оценка

\|\widehat{J}(\mathbf{k},\varepsilon;\tau)\mathcal{R}(\mathbf{k},\varepsilon)\|_{L_{2}(\Omega)\to L_{2}(\Omega)}\leqslant\widehat{\mathcal{C}}_{2}(1+|\tau|^{1/2})\varepsilon,

где константа $\widehat{\mathcal{C}}_{2}$ зависит только от $\alpha_{0}$ , $\alpha_{1}$ , $\|g\|_{L_{\infty}}$ , $\|g^{-1}\|_{L_{\infty}}$ и $r_{0}$ .

6.3. Случай, когда $\widehat{N}_{0}(\boldsymbol{\theta})=0$

Теперь мы отказываемся от предположения теоремы 6.2, но взамен предположим, что $\widehat{N}_{0}(\boldsymbol{\theta})=0$ при всех $\boldsymbol{\theta}$ . Нам хотелось бы применить теорему 2.6. Однако, возникает дополнительное осложнение: кратность спектра ростка $\widehat{S}(\boldsymbol{\theta})$ может меняться в некоторых точках $\boldsymbol{\theta}$ . При приближении к таким точкам расстояние между какой-то парой различных собственных значений стремится к нулю и мы не можем выбрать величины $\widehat{c}^{\circ}_{jl}$ , $\widehat{t}^{\,00}_{jl}$ не зависящими от $\boldsymbol{\theta}$ . Поэтому мы вынуждены накладывать дополнительные условия. Заботиться надо только о тех собственных значениях, для которых соответствующее слагаемое во второй формуле (5.16) отлично от нуля. При формулировке дополнительного условия удобнее пользоваться исходной нумерацией собственных значений $\widehat{\gamma}_{1}(\boldsymbol{\theta}),\ldots,\widehat{\gamma}_{n}(\boldsymbol{\theta})$ ростка $\widehat{S}(\boldsymbol{\theta})$ (каждое собственное значение повторяется столько раз, какова его кратность), условившись нумеровать их в порядке неубывания: $\widehat{\gamma}_{1}(\boldsymbol{\theta})\leqslant\widehat{\gamma}_{2}(\boldsymbol{\theta})\leqslant\ldots\leqslant\widehat{\gamma}_{n}(\boldsymbol{\theta})$ . Через $\widehat{P}^{(k)}(\boldsymbol{\theta})$ обозначим ортопроектор пространства $L_{2}(\Omega;\mathbb{C}^{n})$ на собственное подпространство оператора $\widehat{S}(\boldsymbol{\theta})$ , отвечающее собственному значению $\widehat{\gamma}_{k}(\boldsymbol{\theta})$ . Ясно, что при каждом $\boldsymbol{\theta}$ оператор $\widehat{P}^{(k)}(\boldsymbol{\theta})$ совпадает с одним из проекторов $\widehat{P}_{j}(\boldsymbol{\theta})$ , введённых в п. 5.6 (но номер $j$ может зависеть от $\boldsymbol{\theta}$ ).

Условие 6.3.

1 ${}^{\circ}.$

\widehat{N}_{0}(\boldsymbol{\theta})=0

при всех

\boldsymbol{\theta}\in\mathbb{S}^{d-1}

. 2 ${}^{\circ}.$ Для каждой пары индексов

(k,r)

1\leqslant k,r\leqslant n

k\neq r

, такой, что

\widehat{\gamma}_{k}(\boldsymbol{\theta}_{0})=\widehat{\gamma}_{r}(\boldsymbol{\theta}_{0})

при некотором

\boldsymbol{\theta}_{0}\in\mathbb{S}^{d-1}

, выполнено

\widehat{P}^{(k)}(\boldsymbol{\theta})\widehat{N}(\boldsymbol{\theta})\widehat{P}^{(r)}(\boldsymbol{\theta})=0

при всех

\boldsymbol{\theta}\in\mathbb{S}^{d-1}

Условие 2∘ может быть переформулировано: мы требуем, чтобы для ненулевых (тождественно) “блоков” $\widehat{P}^{(k)}(\boldsymbol{\theta})\widehat{N}(\boldsymbol{\theta})\widehat{P}^{(r)}(\boldsymbol{\theta})$ оператора $\widehat{N}(\boldsymbol{\theta})$ соответствующие ветви собственных значений $\widehat{\gamma}_{k}(\boldsymbol{\theta})$ и $\widehat{\gamma}_{r}(\boldsymbol{\theta})$ не пересекались.

Разумеется, выполнение условия 6.3 гарантируется следующим более сильным условием.

Условие 6.4.

1 ${}^{\circ}.$

\widehat{N}_{0}(\boldsymbol{\theta})=0

при всех

\boldsymbol{\theta}\in\mathbb{S}^{d-1}

. 2 ${}^{\circ}.$ Количество

p

различных собственных значений спектрального ростка

\widehat{S}(\boldsymbol{\theta})

не зависит от

\boldsymbol{\theta}\in\mathbb{S}^{d-1}

При условии 6.4 обозначим различные собственные значения ростка, занумерованные в порядке возрастания, через $\widehat{\gamma}^{\circ}_{1}(\boldsymbol{\theta}),\ldots,\widehat{\gamma}^{\circ}_{p}(\boldsymbol{\theta})$ . Тогда их кратности $k_{1},\ldots,k_{p}$ не зависят от $\boldsymbol{\theta}\in\mathbb{S}^{d-1}$ .

Замечание 6.5.

1 ${}^{\circ}.$ Предположение пункта 2∘ условия 6.4 заведомо выполнено, если спектр ростка

\widehat{S}(\boldsymbol{\theta})

простой при всех

\boldsymbol{\theta}\in\mathbb{S}^{d-1}

. 2 ${}^{\circ}.$ Из следствия 5.6 вытекает, что условие 6.4 выполнено, если

b(\boldsymbol{\theta})

g(\mathbf{x})

— матрицы с вещественными элементами и спектр ростка

\widehat{S}(\boldsymbol{\theta})

простой при всех

\boldsymbol{\theta}\in\mathbb{S}^{d-1}

Итак, предполагаем выполненным условие 6.3. Нас интересуют только пары индексов из множества

\widehat{\mathcal{K}}\coloneqq\{(k,r)\colon 1\leqslant k,r\leqslant n,\;k\neq r,\;\widehat{P}^{(k)}(\boldsymbol{\theta})\widehat{N}(\boldsymbol{\theta})\widehat{P}^{(r)}(\boldsymbol{\theta})\not\equiv 0\}.

Введём обозначение $\widehat{c}^{\circ}_{kr}(\boldsymbol{\theta})\coloneqq\min\{\widehat{c}_{*},n^{-1}|\widehat{\gamma}_{k}(\boldsymbol{\theta})-\widehat{\gamma}_{r}(\boldsymbol{\theta})|\}$ , $(k,r)\in\widehat{\mathcal{K}}$ . Поскольку оператор $\widehat{S}(\boldsymbol{\theta})$ непрерывно зависит от $\boldsymbol{\theta}\in\mathbb{S}^{d-1}$ , то из теории возмущений дискретного спектра следует, что $\widehat{\gamma}_{j}(\boldsymbol{\theta})$ — непрерывные функции на сфере $\mathbb{S}^{d-1}$ . В силу условия 6.3(2∘) при $(k,r)\in\widehat{\mathcal{K}}$ выполнено $|\widehat{\gamma}_{k}(\boldsymbol{\theta})-\widehat{\gamma}_{r}(\boldsymbol{\theta})|>0$ при всех $\boldsymbol{\theta}\in\mathbb{S}^{d-1}$ , а тогда $\widehat{c}^{\circ}_{kr}\coloneqq\min_{\boldsymbol{\theta}\in\mathbb{S}^{d-1}}\widehat{c}^{\circ}_{kr}(\boldsymbol{\theta})>0$ при $(k,r)\in\widehat{\mathcal{K}}$ . Положим

\widehat{c}^{\circ}\coloneqq\min_{(k,r)\in\widehat{\mathcal{K}}}\widehat{c}^{\circ}_{kr}.

(6.6)

Ясно, что число (6.6) — это реализация величины (2.4), выбранная не зависящей от $\boldsymbol{\theta}$ . Число $\widehat{t}^{\,00}$ , подчинённое (2.3), при условии 6.3 также можно выбрать не зависящим от $\boldsymbol{\theta}\in\mathbb{S}^{d-1}$ . С учётом (4.13) и (4.14) (при $f=\mathbf{1}_{n}$ ) положим

\widehat{t}^{\,00}=(8\beta_{2})^{-1}r_{0}\alpha_{1}^{-3/2}\alpha_{0}^{1/2}\|g\|_{L_{\infty}}^{-3/2}\|g^{-1}\|_{L_{\infty}}^{-1/2}\widehat{c}^{\circ},

где $\widehat{c}^{\circ}$ определено в (6.6). (Условие $\widehat{t}^{\,00}\leqslant\widehat{t}^{\,0}$ выполнено автоматически, поскольку $\widehat{c}^{\circ}\leqslant\|\widehat{S}(\boldsymbol{\theta})\|\leqslant\alpha_{1}\|g\|_{L_{\infty}}$ .)

Замечание 6.6.

В отличие от числа $\widehat{t}^{\,0}$ (см. (4.15) при $f=\mathbf{1}_{n}$ ), которое контролируется только через $r_{0}$ , $\alpha_{0}$ , $\alpha_{1}$ , $\|g\|_{L_{\infty}}$ и $\|g^{-1}\|_{L_{\infty}}$ , величина $\widehat{t}^{\,00}$ зависит от спектральной характеристики ростка — минимального расстояния между его различными собственными значениями $\widehat{\gamma}_{k}(\boldsymbol{\theta})$ и $\widehat{\gamma}_{r}(\boldsymbol{\theta})$ (где $(k,r)$ пробегает $\widehat{\mathcal{K}}$ ).

Применяя теорему 2.6, получаем следующий результат.

Теорема 6.7.

Пусть выполнено условие 6.3 (или более сильное условие 6.4). Тогда при $\tau\in\mathbb{R}$ , $\varepsilon>0$ и $\mathbf{k}\in\widetilde{\Omega}$ выполнена оценка

\|\widehat{J}(\mathbf{k},\varepsilon;\tau)\mathcal{R}(\mathbf{k},\varepsilon)\|_{L_{2}(\Omega)\to L_{2}(\Omega)}\leqslant\widehat{\mathcal{C}}_{3}(1+|\tau|^{1/2})\varepsilon,

где константа $\widehat{\mathcal{C}}_{3}$ зависит от $\alpha_{0}$ , $\alpha_{1}$ , $\|g\|_{L_{\infty}}$ , $\|g^{-1}\|_{L_{\infty}}$ , $r_{0}$ , а также от $n$ и $\widehat{c}^{\circ}$ .

6.4. Подтверждение точности относительно сглаживания

Применение теорем 2.8, 2.9 позволяет подтвердить точность теорем 6.1, 6.2, 6.7 в отношении сглаживания.

Теорема 6.8 ([Su4]).

Пусть $\widehat{N}_{0}(\boldsymbol{\theta}_{0})\neq 0$ при некотором $\boldsymbol{\theta}_{0}\in\mathbb{S}^{d-1}$ . Пусть $\tau\neq 0$ и $0\leqslant s<3$ . Тогда не существует такой константы $\mathcal{C}(\tau)>0$ , чтобы оценка

\bigl\|\bigl(e^{-i\tau\varepsilon^{-2}\widehat{\mathcal{A}}(\mathbf{k})}-e^{-i\tau\varepsilon^{-2}\widehat{\mathcal{A}}^{0}(\mathbf{k})}\bigr)\mathcal{R}(\mathbf{k},\varepsilon)^{s/2}\bigr\|_{L_{2}(\Omega)\to L_{2}(\Omega)}\leqslant\mathcal{C}(\tau)\varepsilon

выполнялась при почти всех $\mathbf{k}=t\boldsymbol{\theta}\in\widetilde{\Omega}$ и достаточно малых $\varepsilon>0$ .

Теорема 6.9.

Пусть $\widehat{N}_{0}(\boldsymbol{\theta})=0$ при всех $\boldsymbol{\theta}\in\mathbb{S}^{d-1}$ и пусть $\widehat{\mathcal{N}}^{(q)}(\boldsymbol{\theta}_{0})\neq 0$ при некоторых $q\in\{1,\ldots,p(\boldsymbol{\theta}_{0})\}$ и $\boldsymbol{\theta}_{0}\in\mathbb{S}^{d-1}$ . Пусть $\tau\neq 0$ и $0\leqslant s<2$ . Тогда не существует такой константы $\mathcal{C}(\tau)>0$ , чтобы оценка

\bigl\|\bigl(e^{-i\tau\varepsilon^{-2}\widehat{\mathcal{A}}(\mathbf{k})}-e^{-i\tau\varepsilon^{-2}\widehat{\mathcal{A}}^{0}(\mathbf{k})}\bigr)\mathcal{R}(\mathbf{k},\varepsilon)^{s/2}\bigr\|_{L_{2}(\Omega)\to L_{2}(\Omega)}\leqslant\mathcal{C}(\tau)\varepsilon

выполнялась при почти всех $\mathbf{k}=t\boldsymbol{\theta}\in\widetilde{\Omega}$ и достаточно малых $\varepsilon>0$ .

Теорема 6.8 была доказана в [Su4, теорема 9.8].

6.5. Подтверждение точности относительно времени

Применение теоремы 2.10 позволяет подтвердить точность теоремы 6.1 в отношении зависимости оценки от времени.

Теорема 6.10.

Пусть $\widehat{N}_{0}(\boldsymbol{\theta}_{0})\neq 0$ при некотором $\boldsymbol{\theta}_{0}\in\mathbb{S}^{d-1}$ . Тогда не существует положительной функции $\mathcal{C}(\tau)$ такой, что $\lim_{\tau\to\infty}\mathcal{C}(\tau)/|\tau|=0$ и выполнена оценка

\bigl\|\bigl(e^{-i\tau\varepsilon^{-2}\widehat{\mathcal{A}}(\mathbf{k})}-e^{-i\tau\varepsilon^{-2}\widehat{\mathcal{A}}^{0}(\mathbf{k})}\bigr)\mathcal{R}(\mathbf{k},\varepsilon)^{3/2}\bigr\|_{L_{2}(\Omega)\to L_{2}(\Omega)}\leqslant\mathcal{C}(\tau)\varepsilon

(6.7)

при всех $\tau\in\mathbb{R}$ , почти всех $\mathbf{k}=t\boldsymbol{\theta}\in\widetilde{\Omega}$ и достаточно малых $\varepsilon>0$ .

Доказательство.

проведём от противного. Предположим, что найдётся функция $\mathcal{C}(\tau)>0$ такая, что $\lim_{\tau\to\infty}\mathcal{C}(\tau)/|\tau|=0$ и выполнена оценка (6.7) при почти всех $\mathbf{k}\in\widetilde{\Omega}$ и достаточно малом $\varepsilon>0$ . Учитывая (6.2), (6.4), а также оценку

\bigl\|\widehat{F}(\mathbf{k})-\widehat{P}\bigr\|_{L_{2}(\Omega)\to L_{2}(\Omega)}\leqslant\widehat{C}_{1}|\mathbf{k}|,\qquad|\mathbf{k}|\leqslant\widehat{t}^{\,0},

(6.8)

(см. (1.6)), убеждаемся, что найдётся функция $\widetilde{\mathcal{C}}(\tau)>0$ такая, что $\lim_{\tau\to\infty}\widetilde{\mathcal{C}}(\tau)/|\tau|=0$ и выполнена оценка

\bigl\|e^{-i\tau\varepsilon^{-2}\widehat{\mathcal{A}}(\mathbf{k})}\widehat{F}(\mathbf{k})-e^{-i\tau\varepsilon^{-2}\widehat{\mathcal{A}}^{0}(\mathbf{k})}\widehat{P}\bigr\|_{L_{2}(\Omega)\to L_{2}(\Omega)}\varepsilon^{3}(|\mathbf{k}|^{2}+\varepsilon^{2})^{-3/2}\leqslant\widetilde{\mathcal{C}}(\tau)\varepsilon

(6.9)

при почти всех $\mathbf{k}\in\widetilde{\Omega}$ в шаре $|\mathbf{k}|\leqslant\widehat{t}^{\,0}$ и достаточно малых $\varepsilon>0$ . Оператор, стоящий под знаком нормы в (6.9), непрерывен по $\mathbf{k}$ в шаре $|\mathbf{k}|\leqslant\widehat{t}^{\,0}$ при фиксированных $\tau$ и $\varepsilon$ (см. [Su4, лемма 9.9]). Следовательно, оценка (6.9) справедлива при всех значениях $\mathbf{k}$ из данного шара. В частности, она верна в точке $\mathbf{k}=t\boldsymbol{\theta}_{0}$ , если $t\leqslant\widehat{t}^{\,0}$ . Применяя снова неравенство (6.8), получаем, что справедливо неравенство

\bigl\|\bigl(e^{-i\tau\varepsilon^{-2}\widehat{\mathcal{A}}(t\boldsymbol{\theta}_{0})}-e^{-i\tau\varepsilon^{-2}\widehat{\mathcal{A}}^{0}(t\boldsymbol{\theta}_{0})}\bigr)\widehat{P}\bigr\|_{L_{2}(\Omega)\to L_{2}(\Omega)}\varepsilon^{3}(t^{2}+\varepsilon^{2})^{-3/2}\leqslant\check{\mathcal{C}}(\tau)\varepsilon

(6.10)

c функцией $\check{\mathcal{C}}(\tau)>0$ такой, что $\lim_{\tau\to\infty}\check{\mathcal{C}}(\tau)/|\tau|=0$ , при всех $t\leqslant\widehat{t}^{\,0}$ и достаточно малых $\varepsilon>0$ .

Оценка (6.10) в абстрактных терминах соответствует оценке (2.12). Поскольку по условию выполнено $\widehat{N}_{0}(\boldsymbol{\theta}_{0})\neq 0$ , то применение теоремы 2.10 приводит нас к противоречию. ∎

Аналогично, применение теоремы 2.11 позволяет подтвердить точность теорем 6.2, 6.7.

Теорема 6.11.

Пусть $\widehat{N}_{0}(\boldsymbol{\theta})=0$ при всех $\boldsymbol{\theta}\in\mathbb{S}^{d-1}$ и пусть $\widehat{\mathcal{N}}^{(q)}(\boldsymbol{\theta}_{0})\neq 0$ при некоторых $q\in\{1,\ldots,p(\boldsymbol{\theta}_{0})\}$ и $\boldsymbol{\theta}_{0}\in\mathbb{S}^{d-1}$ . Тогда не существует положительной функции $\mathcal{C}(\tau)$ такой, что $\lim_{\tau\to\infty}\mathcal{C}(\tau)/|\tau|^{1/2}=0$ и выполнена оценка

\bigl\|\bigl(e^{-i\tau\varepsilon^{-2}\widehat{\mathcal{A}}(\mathbf{k})}-e^{-i\tau\varepsilon^{-2}\widehat{\mathcal{A}}^{0}(\mathbf{k})}\bigr)\mathcal{R}(\mathbf{k},\varepsilon)\bigr\|_{L_{2}(\Omega)\to L_{2}(\Omega)}\leqslant\mathcal{C}(\tau)\varepsilon

при всех $\tau\in\mathbb{R}$ , почти всех $\mathbf{k}=t\boldsymbol{\theta}\in\widetilde{\Omega}$ и достаточно малых $\varepsilon>0$ .

§7. Оператор $\mathcal{A}(\mathbf{k})$ . Применение схемы §3

7.1. Оператор $\mathcal{A}(\mathbf{k})$

Оператор $\mathcal{A}(\mathbf{k})=f^{*}\widehat{\mathcal{A}}(\mathbf{k})f$ изучается на основании схемы §3. Сейчас $\mathfrak{H}=\widehat{\mathfrak{H}}=L_{2}(\Omega;\mathbb{C}^{n})$ , $\mathfrak{H}_{*}=L_{2}(\Omega;\mathbb{C}^{m})$ , роль оператора $A(t)$ играет $A(t,\boldsymbol{\theta})=\mathcal{A}(\mathbf{k})$ , роль оператора $\widehat{A}(t)$ играет $\widehat{A}(t,\boldsymbol{\theta})=\widehat{\mathcal{A}}(\mathbf{k})$ . В качестве изоморфизма $M$ выступает оператор умножения на матричнозначную функцию $f(\mathbf{x})$ . Оператор $Q$ является оператором умножения на матрицу-функцию $Q(\mathbf{x})=(f(\mathbf{x})f(\mathbf{x})^{*})^{-1}$ . Блок оператора $Q$ в подпространстве $\widehat{\mathfrak{N}}$ (см. (5.2)) — это оператор умножения на постоянную матрицу $\overline{Q}=(\underline{ff^{*}})^{-1}=|\Omega|^{-1}\int_{\Omega}(f(\mathbf{x})f(\mathbf{x})^{*})^{-1}d\mathbf{x}$ . Далее, $M_{0}$ есть оператор умножения на постоянную матрицу

f_{0}=(\overline{Q})^{-1/2}=(\underline{ff^{*}})^{1/2}.

(7.1)

Отметим элементарные неравенства $|f_{0}|\leqslant\|f\|_{L_{\infty}}$ , $|f_{0}^{-1}|\leqslant\|f^{-1}\|_{L_{\infty}}$ .

В $L_{2}(\mathbb{R}^{d};\mathbb{C}^{n})$ определим оператор

\mathcal{A}^{0}\coloneqq f_{0}\widehat{\mathcal{A}}^{0}f_{0}=f_{0}b(\mathbf{D})^{*}g^{0}b(\mathbf{D})f_{0}.

(7.2)

Пусть $\mathcal{A}^{0}(\mathbf{k})$ — соответствующее операторное семейство в $L_{2}(\Omega;\mathbb{C}^{n})$ . Тогда $\mathcal{A}^{0}(\mathbf{k})=f_{0}\widehat{\mathcal{A}}^{0}(\mathbf{k})f_{0}$ . С учётом (5.2) и (5.9) справедливо тождество

f_{0}\widehat{S}(\mathbf{k})f_{0}\widehat{P}=\mathcal{A}^{0}(\mathbf{k})\widehat{P}.

(7.3)

7.2. Аналитические ветви собственных значений и собственных элементов

Согласно (3.3), спектральный росток $S(\boldsymbol{\theta})$ оператора $A(t,\boldsymbol{\theta})$ , действующий в подпространстве $\mathfrak{N}$ (см. (4.10)), представляется в виде $S(\boldsymbol{\theta})=Pf^{*}b(\boldsymbol{\theta})^{*}g^{0}b(\boldsymbol{\theta})f|_{\mathfrak{N}}$ , где $P$ — ортопроектор пространства $L_{2}(\Omega;\mathbb{C}^{n})$ на $\mathfrak{N}$ .

Аналитические (по $t$ ) ветви собственных значений $\lambda_{l}(t,\boldsymbol{\theta})$ и собственных элементов $\varphi_{l}(t,\boldsymbol{\theta})$ оператора $A(t,\boldsymbol{\theta})$ допускают степенные разложения вида (1.2), (1.3) с коэффициентами, зависящими от $\boldsymbol{\theta}$ :

	$\displaystyle\lambda_{l}(t,\boldsymbol{\theta})$	$\displaystyle=\gamma_{l}(\boldsymbol{\theta})t^{2}+\mu_{l}(\boldsymbol{\theta})t^{3}+\nu_{l}(\boldsymbol{\theta})t^{4}+\ldots,$	$\displaystyle l$	$\displaystyle=1,\ldots,n,$		(7.4)
	$\displaystyle\varphi_{l}(t,\boldsymbol{\theta})$	$\displaystyle=\omega_{l}(\boldsymbol{\theta})+t\psi^{(1)}_{l}(\boldsymbol{\theta})+\ldots,$	$\displaystyle l$	$\displaystyle=1,\ldots,n.$		(7.5)

При этом $\omega_{1}(\boldsymbol{\theta}),\ldots,\omega_{n}(\boldsymbol{\theta})$ образуют ортонормированный базис в подпространстве $\mathfrak{N}$ , а векторы $\zeta_{l}(\boldsymbol{\theta})=f\omega_{l}(\boldsymbol{\theta})$ , $l=1,\ldots,n$ , образуют базис в $\widehat{\mathfrak{N}}$ (см. (5.2)), ортонормированный с весом $\overline{Q}$ . Числа $\gamma_{l}(\boldsymbol{\theta})$ и элементы $\omega_{l}(\boldsymbol{\theta})$ являются собственными для спектрального ростка $S(\boldsymbol{\theta})$ . Согласно (3.8),

b(\boldsymbol{\theta})^{*}g^{0}b(\boldsymbol{\theta})\zeta_{l}(\boldsymbol{\theta})=\gamma_{l}(\boldsymbol{\theta})\overline{Q}\zeta_{l}(\boldsymbol{\theta}),\qquad l=1,\ldots,n.

(7.6)

7.3. Оператор $\widehat{N}_{Q}(\boldsymbol{\theta})$

Нам понадобится описать оператор $\widehat{N}_{Q}$ (см. п. 3.2). Для этого введём $\Gamma$ -периодическое решение $\Lambda_{Q}(\mathbf{x})$ задачи

b(\mathbf{D})^{*}g(\mathbf{x})(b(\mathbf{D})\Lambda_{Q}(\mathbf{x})+\mathbf{1}_{m})=0,\qquad\int_{\Omega}Q(\mathbf{x})\Lambda_{Q}(\mathbf{x})\,d\mathbf{x}=0.

Ясно, что $\Lambda_{Q}(\mathbf{x})=\Lambda(\mathbf{x})-(\overline{Q})^{-1}(\overline{Q\Lambda})$ . Как проверено в [BSu4, §5], оператор $\widehat{N}_{Q}(\boldsymbol{\theta})$ сейчас принимает вид

	$\displaystyle\widehat{N}_{Q}(\boldsymbol{\theta})$	$\displaystyle=b(\boldsymbol{\theta})^{*}L_{Q}(\boldsymbol{\theta})b(\boldsymbol{\theta})\widehat{P},$		(7.7)
	$\displaystyle L_{Q}(\boldsymbol{\theta})$	$\displaystyle\coloneqq\|\Omega\|^{-1}\int_{\Omega}(\Lambda_{Q}(\mathbf{x})^{}b(\boldsymbol{\theta})^{}\widetilde{g}(\mathbf{x})+\widetilde{g}(\mathbf{x})^{*}b(\boldsymbol{\theta})\Lambda_{Q}(\mathbf{x}))\,d\mathbf{x}.$

В [BSu4, §5] указаны некоторые достаточные условия, при которых оператор (7.7) обращается в ноль.

Предложение 7.1 ([BSu4]).

Пусть выполнено хотя бы одно из следующих предположений:

1 ${}^{\circ}.$

$\mathcal{A}=f(\mathbf{x})^{*}\mathbf{D}^{*}g(\mathbf{x})\mathbf{D}f(\mathbf{x})$ , где $g(\mathbf{x})$ — симметричная матрица с вещественными элементами.
2 ${}^{\circ}.$

Выполнены соотношения (5.11), т. е. $g^{0}=\overline{g}$ .

Тогда $\widehat{N}_{Q}(\boldsymbol{\theta})=0$ при всех $\boldsymbol{\theta}\in\mathbb{S}^{d-1}$ .

Напомним (см. п. 3.2), что $\widehat{N}_{Q}(\boldsymbol{\theta})=\widehat{N}_{0,Q}(\boldsymbol{\theta})+\widehat{N}_{*,Q}(\boldsymbol{\theta})$ . Согласно (3.9),

\widehat{N}_{0,Q}(\boldsymbol{\theta})=\sum_{l=1}^{n}\mu_{l}(\boldsymbol{\theta})(\cdot,\overline{Q}\zeta_{l}(\boldsymbol{\theta}))_{L_{2}(\Omega)}\overline{Q}\zeta_{l}(\boldsymbol{\theta}).

При этом

(\widehat{N}_{Q}(\boldsymbol{\theta})\zeta_{l}(\boldsymbol{\theta}),\zeta_{l}(\boldsymbol{\theta}))_{L_{2}(\Omega)}=(\widehat{N}_{0,Q}(\boldsymbol{\theta})\zeta_{l}(\boldsymbol{\theta}),\zeta_{l}(\boldsymbol{\theta}))_{L_{2}(\Omega)}=\mu_{l}(\boldsymbol{\theta}),\qquad l=1,\ldots,n.

В [BSu4, предложение 5.2] было доказано следующее утверждение.

Предложение 7.2 ([BSu4]).

Пусть $b(\boldsymbol{\theta})$ , $g(\mathbf{x})$ и $Q(\mathbf{x})$ — матрицы с вещественными элементами. Пусть в разложениях (7.5) “зародыши” $\omega_{l}(\boldsymbol{\theta})$ , $l=1,\ldots,n$ , можно выбрать так, чтобы векторы $\zeta_{l}(\boldsymbol{\theta})=f\omega_{l}(\boldsymbol{\theta})$ оказались вещественными. Тогда в (7.4) выполнено $\mu_{l}(\boldsymbol{\theta})=0$ , $l=1,\ldots,n$ , то есть, $\widehat{N}_{0,Q}(\boldsymbol{\theta})=0$ при всех $\boldsymbol{\theta}\in\mathbb{S}^{d-1}$ .

В рассматриваемом “вещественном” случае $\widehat{S}(\boldsymbol{\theta})$ и $\overline{Q}$ являются симметричными вещественными матрицами. Ясно, что в случае простого собственного значения $\gamma_{j}(\boldsymbol{\theta})$ обобщённой задачи (7.6) собственный вектор $\zeta_{j}(\boldsymbol{\theta})=f\omega_{j}(\boldsymbol{\theta})$ определяется однозначно с точностью до фазового множителя, и его всегда можно выбрать вещественным. Мы получаем следующее следствие.

Следствие 7.3.

Пусть $b(\boldsymbol{\theta})$ , $g(\mathbf{x})$ и $Q(\mathbf{x})$ — матрицы с вещественными элементами. Пусть обобщённая спектральная задача (7.6) имеет простой спектр. Тогда $\widehat{N}_{0,Q}(\boldsymbol{\theta})=0$ при всех $\boldsymbol{\theta}\in\mathbb{S}^{d-1}$ .

7.4. Операторы $\widehat{Z}_{2,Q}(\boldsymbol{\theta})$ , $\widehat{R}_{2,Q}(\boldsymbol{\theta})$ , $\widehat{N}_{1,Q}^{0}(\boldsymbol{\theta})$

Опишем операторы $\widehat{Z}_{2,Q}$ , $\widehat{R}_{2,Q}$ , $\widehat{N}_{1,Q}^{0}$ в абстрактных терминах определённые в п. 3.3. Пусть $\Lambda^{(2)}_{Q,l}(\mathbf{x})$ — $\Gamma$ -периодическое решение задачи

b(\mathbf{D})^{*}g(\mathbf{x})(b(\mathbf{D})\Lambda^{(2)}_{Q,l}(\mathbf{x})+b_{l}\Lambda_{Q}(\mathbf{x}))=-b_{l}^{*}\widetilde{g}(\mathbf{x})+Q(\mathbf{x})(\overline{Q})^{-1}b_{l}^{*}g^{0},\qquad\int_{\Omega}Q(\mathbf{x})\Lambda^{(2)}_{Q,l}(\mathbf{x})\,d\mathbf{x}=0.

Положим $\Lambda^{(2)}_{Q}(\mathbf{x};\boldsymbol{\theta})\coloneqq\sum_{l=1}^{d}\Lambda^{(2)}_{Q,l}(\mathbf{x})\theta_{l}$ . Как проверено в [VSu2, п. 8.4]

\displaystyle\widehat{Z}_{2,Q}(\boldsymbol{\theta})=\Lambda^{(2)}(\mathbf{x};\boldsymbol{\theta})b(\boldsymbol{\theta})\widehat{P},\qquad\widehat{R}_{2,Q}(\boldsymbol{\theta})=h(\mathbf{x})(b(\mathbf{D})\Lambda^{(2)}_{Q}(\mathbf{x};\boldsymbol{\theta})+b(\boldsymbol{\theta})\Lambda_{Q}(\mathbf{x}))b(\boldsymbol{\theta}).

Наконец, в [VSu2, п. 8.5] было получено представление

		$\displaystyle\widehat{N}_{1,Q}^{0}(\boldsymbol{\theta})=b(\boldsymbol{\theta})^{*}L_{2,Q}(\boldsymbol{\theta})b(\boldsymbol{\theta})\widehat{P},$
		$\displaystyle\begin{multlined}L_{2,Q}(\boldsymbol{\theta})\coloneqq\|\Omega\|^{-1}\int_{\Omega}\bigl(\Lambda^{(2)}_{Q}(\mathbf{x};\boldsymbol{\theta})^{}b(\boldsymbol{\theta})^{}\widetilde{g}(\mathbf{x})+\widetilde{g}(\mathbf{x})^{}b(\boldsymbol{\theta})\Lambda^{(2)}_{Q}(\mathbf{x};\boldsymbol{\theta})\bigr)\,d\mathbf{x}+\\ +\|\Omega\|^{-1}\int_{\Omega}\bigl(b(\mathbf{D})\Lambda^{(2)}_{Q}(\mathbf{x};\boldsymbol{\theta})+b(\boldsymbol{\theta})\Lambda_{Q}(\mathbf{x})\bigr)^{}g(\mathbf{x})\bigl(b(\mathbf{D})\Lambda^{(2)}_{Q}(\mathbf{x};\boldsymbol{\theta})+b(\boldsymbol{\theta})\Lambda_{Q}(\mathbf{x})\bigr)\,d\mathbf{x}.\end{multlined}$

7.5. Кратности собственных значений ростка

В данном пункте считаем, что $n\geqslant 2$ . Перейдём к обозначениям, принятым в п. 1.7. Вообще говоря, количество $p(\boldsymbol{\theta})$ различных собственных значений $\gamma^{\circ}_{1}(\boldsymbol{\theta}),\ldots,\gamma^{\circ}_{p(\boldsymbol{\theta})}(\boldsymbol{\theta})$ спектрального ростка $S(\boldsymbol{\theta})$ (или задачи (7.6)) и их кратности $k_{1}(\boldsymbol{\theta}),\ldots,k_{p(\boldsymbol{\theta})}(\boldsymbol{\theta})$ зависят от параметра $\boldsymbol{\theta}\in\mathbb{S}^{d-1}$ . При каждом фиксированном $\boldsymbol{\theta}$ через $\mathfrak{N}_{j}(\boldsymbol{\theta})$ обозначим собственное подпространство ростка $S(\boldsymbol{\theta})$ , отвечающее собственному значению $\gamma^{\circ}_{j}(\boldsymbol{\theta})$ . Тогда $f\mathfrak{N}_{j}(\boldsymbol{\theta})$ — собственное подпространство задачи (7.6), отвечающее тому же значению $\gamma^{\circ}_{j}(\boldsymbol{\theta})$ . Введём обозначение $\mathcal{P}_{j}(\boldsymbol{\theta})$ для “косого” проектора пространства $L_{2}(\Omega;\mathbb{C}^{n})$ на подпространство $f\mathfrak{N}_{j}(\boldsymbol{\theta})$ ; $\mathcal{P}_{j}(\boldsymbol{\theta})$ ортогонален относительно скалярного произведения с весом $\overline{Q}$ . Согласно (3.10),

\widehat{N}_{0,Q}(\boldsymbol{\theta})=\sum_{j=1}^{p(\boldsymbol{\theta})}\mathcal{P}_{j}(\boldsymbol{\theta})^{*}\widehat{N}_{Q}(\boldsymbol{\theta})\mathcal{P}_{j}(\boldsymbol{\theta}),\qquad\widehat{N}_{*,Q}(\boldsymbol{\theta})=\sum_{\begin{subarray}{c}1\leqslant l,j\leqslant p(\boldsymbol{\theta})\\ j\neq l\end{subarray}}\mathcal{P}_{j}(\boldsymbol{\theta})^{*}\widehat{N}_{Q}(\boldsymbol{\theta})\mathcal{P}_{l}(\boldsymbol{\theta}).

7.6. Коэффициенты $\nu_{l}(\boldsymbol{\theta})$ , $l=1,\ldots,n$

Согласно (1.12), числа $\mu_{l}(\boldsymbol{\theta})$ и элементы $\omega_{l}(\boldsymbol{\theta})$ , $l=i(q,\boldsymbol{\theta}),\ldots,i(q,\boldsymbol{\theta})+k_{q}(\boldsymbol{\theta})-1$ , где $i(q,\boldsymbol{\theta})=k_{1}(\boldsymbol{\theta})+\ldots+k_{q-1}(\boldsymbol{\theta})+1$ , являются собственными для оператора $P_{q}(\boldsymbol{\theta})N(\boldsymbol{\theta})|_{\mathfrak{N}_{q}(\boldsymbol{\theta})}$ . Тогда, в силу (3.11),

\widehat{P}_{f\mathfrak{N}_{q}(\boldsymbol{\theta})}(\boldsymbol{\theta})\widehat{N}_{Q}(\boldsymbol{\theta})\zeta_{l}(\boldsymbol{\theta})=\mu_{l}(\boldsymbol{\theta})\widehat{P}_{f\mathfrak{N}_{q}(\boldsymbol{\theta})}\overline{Q}\zeta_{l}(\boldsymbol{\theta}),\qquad l=i(q,\boldsymbol{\theta}),\ldots,i(q,\boldsymbol{\theta})+k_{q}(\boldsymbol{\theta})-1,

(7.8)

где $\widehat{P}_{f\mathfrak{N}_{q}(\boldsymbol{\theta})}(\boldsymbol{\theta})$ — ортопроектор на $f\mathfrak{N}_{q}(\boldsymbol{\theta})$ .

Количество $p^{\prime}(q,\boldsymbol{\theta})$ различных собственных чисел $\mu^{\circ}_{1,q}(\boldsymbol{\theta}),\ldots,\mu^{\circ}_{p^{\prime}(q,\boldsymbol{\theta}),q}(\boldsymbol{\theta})$ оператора $P_{q}(\boldsymbol{\theta})N(\boldsymbol{\theta})|_{\mathfrak{N}_{q}(\boldsymbol{\theta})}$ и их кратности $k_{1,q}(\boldsymbol{\theta}),\ldots,k_{p^{\prime}(\boldsymbol{\theta}),q}(\boldsymbol{\theta})$ зависят от параметра $\boldsymbol{\theta}\in\mathbb{S}^{d-1}$ . При каждом фиксированном $\boldsymbol{\theta}$ через $\mathfrak{N}_{q^{\prime},q}(\boldsymbol{\theta})$ обозначим собственное подпространство, отвечающее собственному значению $\mu^{\circ}_{q^{\prime},q}(\boldsymbol{\theta})$ . Тогда $f\mathfrak{N}_{q^{\prime},q}(\boldsymbol{\theta})$ — собственное подпространство задачи (7.8), отвечающее тому же значению $\mu^{\circ}_{q^{\prime},q}(\boldsymbol{\theta})$ .

Наконец, согласно (3.12), числа $\nu_{l}(\boldsymbol{\theta})$ и элементы $\zeta_{l}(\boldsymbol{\theta})$ , $l=i^{\prime}(q^{\prime},q,\boldsymbol{\theta}),\ldots,i^{\prime}(q^{\prime},q,\boldsymbol{\theta})+k_{q^{\prime},q}(\boldsymbol{\theta})-1$ , где $i^{\prime}(q^{\prime},q,\boldsymbol{\theta})=i(q,\boldsymbol{\theta})+k_{1,q}(\boldsymbol{\theta})+\ldots+k_{q^{\prime}-1,q}(\boldsymbol{\theta})$ , являются собственными значениями и собственными элементами следующей обобщённой спектральной задачи:

\widehat{\mathcal{N}}_{Q}^{(q^{\prime},q)}(\boldsymbol{\theta})\zeta_{l}(\boldsymbol{\theta})=\nu_{l}(\boldsymbol{\theta})\widehat{P}_{f\mathfrak{N}_{q^{\prime},q}(\boldsymbol{\theta})}\overline{Q}\zeta_{l}(\boldsymbol{\theta}),\qquad l=i^{\prime}(q^{\prime},q,\boldsymbol{\theta}),\ldots,i^{\prime}(q^{\prime},q,\boldsymbol{\theta})+k_{q}(\boldsymbol{\theta})-1,

где

\widehat{\mathcal{N}}_{Q}^{(q^{\prime},q)}(\boldsymbol{\theta})\coloneqq\\ \widehat{P}_{f\mathfrak{N}_{q^{\prime},q}(\boldsymbol{\theta})}(\boldsymbol{\theta})\left.\left(\widehat{N}_{1,Q}^{0}(\boldsymbol{\theta})-\frac{1}{2}\widehat{Z}_{Q}^{*}(\boldsymbol{\theta})Q\widehat{Z}_{Q}(\boldsymbol{\theta})(ff^{*})\widehat{S}(\boldsymbol{\theta})\widehat{P}-\frac{1}{2}\widehat{S}(\boldsymbol{\theta})(ff^{*})\widehat{Z}_{Q}(\boldsymbol{\theta})^{*}Q\widehat{Z}_{Q}(\boldsymbol{\theta})\right)\right|_{f\mathfrak{N}_{q^{\prime},q}(\boldsymbol{\theta})}+\\ +\sum_{\begin{subarray}{c}j\in\{1,\ldots,p(\boldsymbol{\theta})\}\\ j\neq q\end{subarray}}\bigl(\gamma^{\circ}_{q}(\boldsymbol{\theta})-\gamma^{\circ}_{j}(\boldsymbol{\theta})\bigr)^{-1}\widehat{P}_{f\mathfrak{N}_{q^{\prime},q}(\boldsymbol{\theta})}\widehat{N}_{Q}(\boldsymbol{\theta})\widehat{P}_{f\mathfrak{N}_{j}(\boldsymbol{\theta})}(\boldsymbol{\theta})(ff^{*})\widehat{P}_{f\mathfrak{N}_{j}(\boldsymbol{\theta})}(\boldsymbol{\theta})\widehat{N}_{Q}(\boldsymbol{\theta})|_{f\mathfrak{N}_{q^{\prime},q}(\boldsymbol{\theta})}.

Отметим, что в случае, когда $\widehat{N}_{0,Q}(\boldsymbol{\theta})=0$ имеет место $f\mathfrak{N}_{1,q}(\boldsymbol{\theta})=f\mathfrak{N}_{q}(\boldsymbol{\theta})$ , $q=1,\ldots,p(\boldsymbol{\theta})$ . Тогда вместо $\widehat{\mathcal{N}}_{Q}^{(1,q)}(\boldsymbol{\theta})$ мы будем писать $\widehat{\mathcal{N}}_{Q}^{(q)}(\boldsymbol{\theta})$ .

§8. Аппроксимация окаймлённого оператора $e^{-i\tau\varepsilon^{-2}\mathcal{A}(\mathbf{k})}$

8.1. Общий случай

Обозначим

J(\mathbf{k},\varepsilon;\tau)\coloneqq fe^{-i\tau\varepsilon^{-2}\mathcal{A}(\mathbf{k})}f^{-1}-f_{0}e^{-i\tau\varepsilon^{-2}\mathcal{A}^{0}(\mathbf{k})}f_{0}^{-1}.

(8.1)

Мы применим к оператору $A(t;\boldsymbol{\theta})=\mathcal{A}(\mathbf{k})$ теоремы из п. 3.5. При этом мы можем отследить зависимость постоянных в оценках от исходных данных. Отметим что $c_{*}$ , $\delta$ и $t^{0}$ не зависят от $\boldsymbol{\theta}$ (см. (4.9), (4.13), (4.15)). Согласно (4.14) норму $\|X_{1}(\boldsymbol{\theta})\|$ можно заменить на $\alpha_{1}^{1/2}\|g\|_{L_{\infty}}^{1/2}\|f\|_{L_{\infty}}$ . Поэтому постоянные в теоремах 3.2 и 3.3 (применённых к оператору $\mathcal{A}(\mathbf{k})$ ) не будут зависеть от $\boldsymbol{\theta}$ . Они будут зависеть только от следующих величин: $\alpha_{0}$ , $\alpha_{1}$ , $\|g\|_{L_{\infty}}$ , $\|g^{-1}\|_{L_{\infty}}$ , $\|f\|_{L_{\infty}}$ , $\|f^{-1}\|_{L_{\infty}}$ и $r_{0}$ .

Применяя теорему 3.2 с учётом (6.2)–(6.4), (7.3) получаем следующий результат, ранее доказанный в [BSu5, теорема 8.1]

Теорема 8.1 ([BSu5]).

При $\tau\in\mathbb{R}$ , $\varepsilon>0$ и $\mathbf{k}\in\widetilde{\Omega}$ выполнена оценка

\|J(\mathbf{k},\varepsilon;\tau)\mathcal{R}(\mathbf{k},\varepsilon)^{3/2}\|_{L_{2}(\Omega)\to L_{2}(\Omega)}\leqslant\mathcal{C}_{1}(1+|\tau|)\varepsilon,

где константа $\mathcal{C}_{1}$ зависит только от $\alpha_{0}$ , $\alpha_{1}$ , $\|g\|_{L_{\infty}}$ , $\|g^{-1}\|_{L_{\infty}}$ , $\|f\|_{L_{\infty}}$ , $\|f^{-1}\|_{L_{\infty}}$ и $r_{0}$ .

8.2. Случай, когда $\widehat{N}_{Q}(\boldsymbol{\theta})=0$

Применим теорему 3.3, предполагая, что $\widehat{N}_{Q}(\boldsymbol{\theta})=0$ при всех $\boldsymbol{\theta}\in\mathbb{S}^{d-1}$ . С учётом (6.2)–(6.4), (7.3) это влечёт следующий результат.

Теорема 8.2.

Пусть оператор $\widehat{N}_{Q}(\boldsymbol{\theta})$ определён в (7.7). Пусть $\widehat{N}_{Q}(\boldsymbol{\theta})=0$ при всех $\boldsymbol{\theta}\in\mathbb{S}^{d-1}$ . Тогда при $\tau\in\mathbb{R}$ , $\varepsilon>0$ и $\mathbf{k}\in\widetilde{\Omega}$ выполнена оценка

\|J(\mathbf{k},\varepsilon;\tau)\mathcal{R}(\mathbf{k},\varepsilon)\|_{L_{2}(\Omega)\to L_{2}(\Omega)}\leqslant\mathcal{C}_{2}(1+|\tau|^{1/2})\varepsilon,

где константа $\mathcal{C}_{2}$ зависит только от $\alpha_{0}$ , $\alpha_{1}$ , $\|g\|_{L_{\infty}}$ , $\|g^{-1}\|_{L_{\infty}}$ , $\|f\|_{L_{\infty}}$ , $\|f^{-1}\|_{L_{\infty}}$ и $r_{0}$ .

8.3. Случай, когда $\widehat{N}_{0,Q}(\boldsymbol{\theta})=0$

Теперь мы отказываемся от предположения теоремы 8.2, но взамен предположим, что $\widehat{N}_{0,Q}(\boldsymbol{\theta})=0$ при всех $\boldsymbol{\theta}$ . Как и в п. 6.3, для того, чтобы применить теорему 3.4, приходится накладывать дополнительные условия. Используем исходную нумерацию собственных значений $\gamma_{1}(\boldsymbol{\theta})\leqslant\ldots\leqslant\gamma_{n}(\boldsymbol{\theta})$ ростка $S(\boldsymbol{\theta})$ . Они также являются собственными значениями обобщённой спектральной задачи (7.6). При каждом $\boldsymbol{\theta}$ через $\mathcal{P}^{(k)}(\boldsymbol{\theta})$ обозначим “косой” (ортогональный с весом $\overline{Q}$ ) проектор пространства $L_{2}(\Omega;\mathbb{C}^{n})$ на собственное подпространство задачи (7.6), отвечающее собственному значению $\gamma_{k}(\boldsymbol{\theta})$ . Ясно, что при каждом $\boldsymbol{\theta}$ оператор $\mathcal{P}^{(k)}(\boldsymbol{\theta})$ совпадает с одним из проекторов $\mathcal{P}_{j}(\boldsymbol{\theta})$ , введённых в п. 7.5 (но номер $j$ может зависеть от $\boldsymbol{\theta}$ ).

Условие 8.3.

1 ${}^{\circ}.$

\widehat{N}_{0,Q}(\boldsymbol{\theta})=0

при всех

\boldsymbol{\theta}\in\mathbb{S}^{d-1}

. 2 ${}^{\circ}.$ Для каждой пары индексов

(k,r)

1\leqslant k,r\leqslant n

k\neq r

, такой, что

\gamma_{k}(\boldsymbol{\theta}_{0})=\gamma_{r}(\boldsymbol{\theta}_{0})

при некотором

\boldsymbol{\theta}_{0}\in\mathbb{S}^{d-1}

, выполнено

(\mathcal{P}^{(k)}(\boldsymbol{\theta}))^{*}\widehat{N}_{Q}(\boldsymbol{\theta})\mathcal{P}^{(r)}(\boldsymbol{\theta})=0

при всех

\boldsymbol{\theta}\in\mathbb{S}^{d-1}

Условие 2∘ может быть переформулировано: мы требуем, чтобы для ненулевых (тождественно) “блоков” $(\mathcal{P}^{(k)}(\boldsymbol{\theta}))^{*}\widehat{N}_{Q}(\boldsymbol{\theta})\mathcal{P}^{(r)}(\boldsymbol{\theta})$ оператора $\widehat{N}_{Q}(\boldsymbol{\theta})$ соответствующие ветви собственных значений $\gamma_{k}(\boldsymbol{\theta})$ и $\gamma_{r}(\boldsymbol{\theta})$ не пересекались.

Разумеется, выполнение условия 8.3 гарантируется следующим более сильным условием.

Условие 8.4.

1 ${}^{\circ}.$

\widehat{N}_{0,Q}(\boldsymbol{\theta})=0

при всех

\boldsymbol{\theta}\in\mathbb{S}^{d-1}

. 2 ${}^{\circ}.$ Предположим, что количество

p

различных собственных значений обобщённой спектральной задачи (7.6) не зависит от

\boldsymbol{\theta}\in\mathbb{S}^{d-1}

При условии 8.4 обозначим различные собственные значения ростка, занумерованные в порядке возрастания, через $\gamma^{\circ}_{1}(\boldsymbol{\theta}),\ldots,\gamma^{\circ}_{p}(\boldsymbol{\theta})$ . Тогда из их кратности $k_{1},\ldots,k_{p}$ не зависят от $\boldsymbol{\theta}\in\mathbb{S}^{d-1}$ .

Замечание 8.5.

1 ${}^{\circ}.$ Предположение пункта 2∘ условия 8.4 заведомо выполнено, если спектр задачи (7.6) простой при всех

\boldsymbol{\theta}\in\mathbb{S}^{d-1}

. 2 ${}^{\circ}.$ Из следствия 7.3 вытекает, что условие 8.4 выполнено, если

b(\boldsymbol{\theta})

g(\mathbf{x})

Q(\mathbf{x})

— матрицы с вещественными элементами и спектр задачи (7.6) простой при всех

\boldsymbol{\theta}\in\mathbb{S}^{d-1}

Итак, предположим выполненным условие 8.3 и введём обозначение

\mathcal{K}\coloneqq\{(k,r)\colon 1\leqslant k,r\leqslant n,\;k\neq r,\;(\mathcal{P}^{(k)}(\boldsymbol{\theta}))^{*}\widehat{N}_{Q}(\boldsymbol{\theta})\mathcal{P}^{(r)}(\boldsymbol{\theta})\not\equiv 0\}.

Обозначим $c^{\circ}_{kr}(\boldsymbol{\theta})\coloneqq\min\{c_{*},n^{-1}|\gamma_{k}(\boldsymbol{\theta})-\gamma_{r}(\boldsymbol{\theta})|\}$ , $(k,r)\in\mathcal{K}$ .

Поскольку оператор $S(\boldsymbol{\theta})$ непрерывно зависит от $\boldsymbol{\theta}\in\mathbb{S}^{d-1}$ , то из теории возмущений дискретного спектра следует, что $\gamma_{j}(\boldsymbol{\theta})$ — непрерывные функции на $\mathbb{S}^{d-1}$ . В силу условия 8.3(2∘) при $(k,r)\in\mathcal{K}$ выполнено $|\gamma_{k}(\boldsymbol{\theta})-\gamma_{r}(\boldsymbol{\theta})|>0$ при всех $\boldsymbol{\theta}\in\mathbb{S}^{d-1}$ , а тогда $c^{\circ}_{kr}\coloneqq\min_{\boldsymbol{\theta}\in\mathbb{S}^{d-1}}c^{\circ}_{kr}(\boldsymbol{\theta})>0$ , $(k,r)\in\mathcal{K}$ . Положим

c^{\circ}\coloneqq\min_{(k,r)\in\mathcal{K}}c^{\circ}_{kr}.

(8.2)

Ясно, что число (8.2) — это реализация величины (2.4), выбранная не зависящей от $\boldsymbol{\theta}$ . Число, подчинённое (2.3), при условии 8.3 также можно выбрать не зависящим от $\boldsymbol{\theta}\in\mathbb{S}^{d-1}$ . С учётом (4.13) и (4.14) положим

t^{00}=(8\beta_{2})^{-1}r_{0}\alpha_{1}^{-3/2}\alpha_{0}^{1/2}\|g\|_{L_{\infty}}^{-3/2}\|g^{-1}\|_{L_{\infty}}^{-1/2}\|f\|_{L_{\infty}}^{-3}\|f^{-1}\|_{L_{\infty}}^{-1}c^{\circ}.

(Условие $t^{00}\leqslant t^{0}$ выполнено автоматически, поскольку $c^{\circ}\leqslant\|S(\boldsymbol{\theta})\|\leqslant\alpha_{1}\|g\|_{L_{\infty}}\|f\|_{L_{\infty}}^{2}$ .)

Предполагая выполненным условие 8.3, применим теорему 3.4.

Теорема 8.6.

Пусть выполнено условие 8.3 (или более сильное условие 8.4). Тогда при $\tau\in\mathbb{R}$ , $\varepsilon>0$ и $\mathbf{k}\in\widetilde{\Omega}$ справедлива оценка

\|J(\mathbf{k},\varepsilon;\tau)\mathcal{R}(\mathbf{k},\varepsilon)\|_{L_{2}(\Omega)\to L_{2}(\Omega)}\leqslant\mathcal{C}_{3}(1+|\tau|^{1/2})\varepsilon,

где константа $\mathcal{C}_{3}$ зависит от $\alpha_{0}$ , $\alpha_{1}$ , $\|g\|_{L_{\infty}}$ , $\|g^{-1}\|_{L_{\infty}}$ , $\|f\|_{L_{\infty}}$ , $\|f^{-1}\|_{L_{\infty}}$ , $r_{0}$ , а также от $n$ и $c^{\circ}$ .

8.4. Подтверждение точности относительно сглаживания

Применение теорем 3.6, 3.7 позволяет подтвердить точность теорем 8.1, 8.2, 8.6 в отношении сглаживания.

Теорема 8.7 ([Su4]).

Пусть $\widehat{N}_{0,Q}(\boldsymbol{\theta}_{0})\neq 0$ при некотором $\boldsymbol{\theta}_{0}\in\mathbb{S}^{d-1}$ . Пусть $\tau\neq 0$ и $0\leqslant s<3$ . Тогда не существует такой константы $\mathcal{C}(\tau)>0$ , чтобы оценка

\bigl\|\bigl(fe^{-i\tau\varepsilon^{-2}\mathcal{A}(\mathbf{k})}f^{-1}-f_{0}e^{-i\tau\varepsilon^{-2}\mathcal{A}^{0}(\mathbf{k})}f_{0}^{-1}\bigr)\mathcal{R}(\mathbf{k},\varepsilon)^{s/2}\bigr\|_{L_{2}(\Omega)\to L_{2}(\Omega)}\leqslant\mathcal{C}(\tau)\varepsilon

выполнялась при почти всех $\mathbf{k}=t\boldsymbol{\theta}\in\widetilde{\Omega}$ и достаточно малых $\varepsilon>0$ .

Теорема 8.8.

Пусть $\widehat{N}_{0,Q}(\boldsymbol{\theta})=0$ при всех $\boldsymbol{\theta}\in\mathbb{S}^{d-1}$ и пусть $\widehat{\mathcal{N}}_{Q}^{(q)}(\boldsymbol{\theta}_{0})\neq 0$ при некоторых $q\in\{1,\ldots,p(\boldsymbol{\theta}_{0})\}$ и $\boldsymbol{\theta}_{0}\in\mathbb{S}^{d-1}$ . Пусть $\tau\neq 0$ и $0\leqslant s<2$ . Тогда не существует такой константы $\mathcal{C}(\tau)>0$ , чтобы оценка

\bigl\|\bigl(fe^{-i\tau\varepsilon^{-2}\mathcal{A}(\mathbf{k})}f^{-1}-f_{0}e^{-i\tau\varepsilon^{-2}\mathcal{A}^{0}(\mathbf{k})}f_{0}^{-1}\bigr)\mathcal{R}(\mathbf{k},\varepsilon)^{s/2}\bigr\|_{L_{2}(\Omega)\to L_{2}(\Omega)}\leqslant\mathcal{C}(\tau)\varepsilon

выполнялась при почти всех $\mathbf{k}=t\boldsymbol{\theta}\in\widetilde{\Omega}$ и достаточно малых $\varepsilon>0$ .

Теорема 8.7 была доказана в [Su4, теорема 11.7].

8.5. Подтверждение точности относительно времени

Применение теоремы 3.8 позволяет подтвердить точность теоремы 8.1 в отношении зависимости оценки от времени.

Теорема 8.9.

Пусть $\widehat{N}_{0,Q}(\boldsymbol{\theta}_{0})\neq 0$ при некотором $\boldsymbol{\theta}_{0}\in\mathbb{S}^{d-1}$ . Тогда не существует положительной функции $\mathcal{C}(\tau)$ такой, что $\lim_{\tau\to\infty}\mathcal{C}(\tau)/|\tau|=0$ и выполнена оценка

\bigl\|\bigl(fe^{-i\tau\varepsilon^{-2}\mathcal{A}(\mathbf{k})}f^{-1}-f_{0}e^{-i\tau\varepsilon^{-2}\mathcal{A}^{0}(\mathbf{k})}f_{0}^{-1}\bigr)\mathcal{R}(\mathbf{k},\varepsilon)^{3/2}\bigr\|_{L_{2}(\Omega)\to L_{2}(\Omega)}\leqslant\mathcal{C}(\tau)\varepsilon

(8.3)

при всех $\tau\in\mathbb{R}$ , почти всех $\mathbf{k}=t\boldsymbol{\theta}\in\widetilde{\Omega}$ и достаточно малых $\varepsilon>0$ .

Доказательство.

проведём от противного. Предположим, что найдётся функция $\mathcal{C}(\tau)>0$ такая, что $\lim_{\tau\to\infty}\mathcal{C}(\tau)/|\tau|=0$ и выполнена оценка (8.3) при почти всех $\mathbf{k}\in\widetilde{\Omega}$ и достаточно малом $\varepsilon>0$ . Тогда, с учётом (6.2), (6.4), отсюда следует, что найдётся функция $\widetilde{\mathcal{C}}(\tau)>0$ такая, что $\lim_{\tau\to\infty}\widetilde{\mathcal{C}}(\tau)/|\tau|=0$ и выполнена оценка

\bigl\|\bigl(fe^{-i\tau\varepsilon^{-2}\mathcal{A}(\mathbf{k})}f^{-1}-f_{0}e^{-i\tau\varepsilon^{-2}\mathcal{A}^{0}(\mathbf{k})}f_{0}^{-1}\bigr)\widehat{P}\bigr\|_{L_{2}(\Omega)\to L_{2}(\Omega)}\varepsilon^{3}(|\mathbf{k}|^{2}+\varepsilon^{2})^{-3/2}\leqslant\widetilde{\mathcal{C}}(\tau)\varepsilon

(8.4)

В силу (3.2) справедливо тождество $f^{-1}\widehat{P}=Pf^{*}\overline{Q}$ , где $P$ — ортогональный проектор пространства $L_{2}(\Omega;\mathbb{C}^{n})$ на подпространство $\mathfrak{N}$ (см. (4.10)). Тогда оператор под знаком нормы в (8.4) можно записать в виде $fe^{-i\tau\varepsilon^{-2}\mathcal{A}(\mathbf{k})}Pf^{*}\overline{Q}-f_{0}e^{-i\tau\varepsilon^{-2}\mathcal{A}^{0}(\mathbf{k})}f_{0}^{-1}\widehat{P}$ .

Затем, воспользуемся оценкой

\bigl\|F(\mathbf{k})-P\bigr\|_{L_{2}(\Omega)\to L_{2}(\Omega)}\leqslant C_{1}|\mathbf{k}|,\qquad|\mathbf{k}|\leqslant t^{0},

(8.5)

(см. (1.6)). Отсюда следует, что найдётся функция $\check{\mathcal{C}}(\tau)>0$ такая, что $\lim_{\tau\to\infty}\check{\mathcal{C}}(\tau)/|\tau|=0$ и выполнена оценка

\bigl\|fe^{-i\tau\varepsilon^{-2}\mathcal{A}(\mathbf{k})}F(\mathbf{k})f^{*}\overline{Q}-f_{0}e^{-i\tau\varepsilon^{-2}\mathcal{A}^{0}(\mathbf{k})}f_{0}^{-1}\widehat{P}\bigr\|_{L_{2}(\Omega)\to L_{2}(\Omega)}\varepsilon^{3}(|\mathbf{k}|^{2}+\varepsilon^{2})^{-3/2}\leqslant\check{\mathcal{C}}(\tau)\varepsilon

(8.6)

при почти всех $\mathbf{k}\in\widetilde{\Omega}$ в шаре $|\mathbf{k}|\leqslant t^{0}$ и достаточно малых $\varepsilon>0$ . Оператор, стоящий под знаком нормы в (8.6) непрерывен по $\mathbf{k}$ в шаре $|\mathbf{k}|\leqslant t^{0}$ при фиксированных $\tau$ и $\varepsilon$ (см. [Su4, лемма 11.8]). Следовательно, оценка (8.6) справедлива при всех значениях $\mathbf{k}$ из данного шара. В частности, она верна в точке $\mathbf{k}=t\boldsymbol{\theta}_{0}$ , если $t\leqslant t^{0}$ . Применяя снова неравенство (8.5) и равенство $Pf^{*}\overline{Q}=f^{-1}\widehat{P}$ , получаем, что справедливо неравенство

\bigl\|\bigl(fe^{-i\tau\varepsilon^{-2}\mathcal{A}(t\boldsymbol{\theta}_{0})}f^{-1}-f_{0}e^{-i\tau\varepsilon^{-2}\mathcal{A}^{0}(t\boldsymbol{\theta}_{0})}f_{0}^{-1}\bigr)\widehat{P}\bigr\|_{L_{2}(\Omega)\to L_{2}(\Omega)}\varepsilon^{3}(t^{2}+\varepsilon^{2})^{-3/2}\leqslant\check{\mathcal{C}}^{\prime}(\tau)\varepsilon

(8.7)

c функцией $\check{\mathcal{C}}^{\prime}(\tau)>0$ такой, что $\lim_{\tau\to\infty}\check{\mathcal{C}}^{\prime}(\tau)/|\tau|=0$ , при всех $t\leqslant t^{0}$ и достаточно малых $\varepsilon>0$ .

Оценка (8.7) в абстрактных терминах соответствует оценке (3.15). Поскольку по условию выполнено $\widehat{N}_{0,Q}(\boldsymbol{\theta}_{0})\neq 0$ , то применение теоремы 3.8 приводит нас к противоречию. ∎

Аналогично, применение теоремы 3.9 позволяет подтвердить точность теорем 8.2, 8.6.

Теорема 8.10.

Пусть $\widehat{N}_{0,Q}(\boldsymbol{\theta})=0$ при всех $\boldsymbol{\theta}\in\mathbb{S}^{d-1}$ и пусть $\widehat{\mathcal{N}}_{Q}^{\,(q)}(\boldsymbol{\theta}_{0})\neq 0$ при некотором $q\in\{1,\ldots,p(\boldsymbol{\theta}_{0})\}$ и $\boldsymbol{\theta}_{0}\in\mathbb{S}^{d-1}$ . Тогда не существует положительной функции $\mathcal{C}(\tau)$ такой, что $\lim_{\tau\to\infty}\mathcal{C}(\tau)/|\tau|^{1/2}=0$ и выполнена оценка

\bigl\|\bigl(fe^{-i\tau\varepsilon^{-2}\mathcal{A}(\mathbf{k})}f^{-1}-f_{0}e^{-i\tau\varepsilon^{-2}\mathcal{A}^{0}(\mathbf{k})}f_{0}^{-1}\bigr)\mathcal{R}(\mathbf{k},\varepsilon)\bigr\|_{L_{2}(\Omega)\to L_{2}(\Omega)}\leqslant\mathcal{C}(\tau)\varepsilon

при всех $\tau\in\mathbb{R}$ , почти всех $\mathbf{k}=t\boldsymbol{\theta}\in\widetilde{\Omega}$ и достаточно малых $\varepsilon>0$ .

§9. Аппроксимация операторной экспоненты $e^{-i\tau\varepsilon^{-2}{\mathcal{A}}}$

9.1. Аппроксимация оператора $e^{-i\tau\varepsilon^{-2}\widehat{\mathcal{A}}}$

В $L_{2}(\mathbb{R}^{d};\mathbb{C}^{n})$ рассмотрим оператор (5.1). Пусть $\widehat{\mathcal{A}}^{0}$ — эффективный оператор (5.8). Обозначим $\widehat{J}(\varepsilon;\tau)\coloneqq e^{-i\tau\varepsilon^{-2}\widehat{\mathcal{A}}}-e^{-i\tau\varepsilon^{-2}\widehat{\mathcal{A}}^{0}}$ . Напомним обозначение $\mathcal{H}_{0}=-\Delta$ и положим

\mathcal{R}(\varepsilon)\coloneqq\varepsilon^{2}(\mathcal{H}_{0}+\varepsilon^{2}I)^{-1}.

(9.1)

Оператор $\mathcal{R}(\varepsilon)$ раскладывается в прямой интеграл по операторам (6.1):

\mathcal{R}(\varepsilon)=\mathscr{U}^{-1}\left(\int_{\widetilde{\Omega}}\oplus\mathcal{R}(\mathbf{k},\varepsilon)\,d\mathbf{k}\right)\mathscr{U}.

Напомним также обозначение (6.5). Из разложений вида (4.11) для $\widehat{\mathcal{A}}$ и $\widehat{\mathcal{A}}^{0}$ следует равенство

\|\widehat{J}(\varepsilon;\tau)\mathcal{R}(\varepsilon)^{s/2}\|_{L_{2}(\mathbb{R}^{d})\to L_{2}(\mathbb{R}^{d})}=\underset{\mathbf{k}\in\widetilde{\Omega}}{\esssup}\|\widehat{J}(\mathbf{k},\varepsilon;\tau)\mathcal{R}(\mathbf{k},\varepsilon)^{s/2}\|_{L_{2}(\Omega)\to L_{2}(\Omega)}.

(9.2)

Поэтому из теорем 6.1, 6.2, 6.7 прямо вытекают следующие утверждения.

Теорема 9.1 ([BSu5]).

Для $\tau\in\mathbb{R}$ и $\varepsilon>0$ справедлива оценка

\bigl\|\widehat{J}(\varepsilon;\tau)\mathcal{R}(\varepsilon)^{3/2}\bigr\|_{L_{2}(\mathbb{R}^{d})\to L_{2}(\mathbb{R}^{d})}\leqslant\widehat{\mathcal{C}}_{1}(1+|\tau|)\varepsilon.

Константа $\widehat{\mathcal{C}}_{1}$ зависит только от $\alpha_{0}$ , $\alpha_{1}$ , $\|g\|_{L_{\infty}}$ , $\|g^{-1}\|_{L_{\infty}}$ и $r_{0}$ .

Теорема 9.2.

Пусть оператор $\widehat{N}(\boldsymbol{\theta})$ определён в (5.15). Пусть $\widehat{N}(\boldsymbol{\theta})=0$ при всех $\boldsymbol{\theta}\in\mathbb{S}^{d-1}$ . Тогда для $\tau\in\mathbb{R}$ и $\varepsilon>0$ справедлива оценка

\bigl\|\widehat{J}(\varepsilon;\tau)\mathcal{R}(\varepsilon)\bigr\|_{L_{2}(\mathbb{R}^{d})\to L_{2}(\mathbb{R}^{d})}\leqslant\widehat{\mathcal{C}}_{2}(1+|\tau|^{1/2})\varepsilon.

Константа $\widehat{\mathcal{C}}_{2}$ зависит только от $\alpha_{0}$ , $\alpha_{1}$ , $\|g\|_{L_{\infty}}$ , $\|g^{-1}\|_{L_{\infty}}$ и $r_{0}$ .

Теорема 9.3.

Пусть выполнено условие 6.3 (или более сильное условие 6.4). Тогда для $\tau\in\mathbb{R}$ и $\varepsilon>0$ справедлива оценка

\bigl\|\widehat{J}(\varepsilon;\tau)\mathcal{R}(\varepsilon)\bigr\|_{L_{2}(\mathbb{R}^{d})\to L_{2}(\mathbb{R}^{d})}\leqslant\widehat{\mathcal{C}}_{3}(1+|\tau|^{1/2})\varepsilon.

Константа $\widehat{\mathcal{C}}_{3}$ зависит от $\alpha_{0}$ , $\alpha_{1}$ , $\|g\|_{L_{\infty}}$ , $\|g^{-1}\|_{L_{\infty}}$ , $r_{0}$ , а также от $n$ и $\widehat{c}^{\circ}$ .

Теорема 9.1 была доказана в [BSu5, теорема 9.1]. Теоремы 9.2 и 9.3 усиливают результаты теорем 12.2 и 12.3 из [Su4] в отношении зависимости оценок от $\tau$ .

Применение теорем 6.8, 6.9 позволяет подтвердить точность теорем 9.1, 9.2, 9.3 в отношении сглаживания.

Теорема 9.4 ([Su4]).

\bigl\|\widehat{J}(\varepsilon;\tau)\mathcal{R}(\varepsilon)^{s/2}\bigr\|_{L_{2}(\mathbb{R}^{d})\to L_{2}(\mathbb{R}^{d})}\leqslant\mathcal{C}(\tau)\varepsilon

выполнялась при всех достаточно малых $\varepsilon>0$ .

Теорема 9.5.

\bigl\|\widehat{J}(\varepsilon;\tau)\mathcal{R}(\varepsilon)^{s/2}\bigr\|_{L_{2}(\mathbb{R}^{d})\to L_{2}(\mathbb{R}^{d})}\leqslant\mathcal{C}(\tau)\varepsilon

выполнялась при всех достаточно малых $\varepsilon>0$ .

Теорема 9.4 была доказана в [Su4, теорема 12.4].

Далее, применение теорем 6.10, 6.11 позволяет подтвердить точность теорем 9.1, 9.2, 9.3 в отношении зависимости оценки от времени.

Теорема 9.6.

\bigl\|\widehat{J}(\varepsilon;\tau)\mathcal{R}(\varepsilon)^{3/2}\bigr\|_{L_{2}(\mathbb{R}^{d})\to L_{2}(\mathbb{R}^{d})}\leqslant\mathcal{C}(\tau)\varepsilon

при всех $\tau\in\mathbb{R}$ и всех достаточно малых $\varepsilon>0$ .

Теорема 9.7.

Пусть $\widehat{N}_{0}(\boldsymbol{\theta})=0$ при всех $\boldsymbol{\theta}\in\mathbb{S}^{d-1}$ и пусть $\widehat{\mathcal{N}}^{(q)}(\boldsymbol{\theta}_{0})\neq 0$ при некотором $q\in\{1,\ldots,p(\boldsymbol{\theta}_{0})\}$ и $\boldsymbol{\theta}_{0}\in\mathbb{S}^{d-1}$ . Тогда не существует положительной функции $\mathcal{C}(\tau)$ такой, что $\lim_{\tau\to\infty}\mathcal{C}(\tau)/|\tau|^{1/2}=0$ и выполнена оценка

\bigl\|\widehat{J}(\varepsilon;\tau)\mathcal{R}(\varepsilon)\bigr\|_{L_{2}(\mathbb{R}^{d})\to L_{2}(\mathbb{R}^{d})}\leqslant\mathcal{C}(\tau)\varepsilon

при всех $\tau\in\mathbb{R}$ и всех достаточно малых $\varepsilon>0$ .

9.2. Аппроксимация окаймлённого оператора $e^{-i\tau\varepsilon^{-2}\mathcal{A}}$

В $L_{2}(\mathbb{R}^{d};\mathbb{C}^{n})$ рассмотрим оператор (4.6). Пусть $f_{0}$ — матрица (7.1), а $\mathcal{A}^{0}$ — оператор (7.2). Обозначим

J(\varepsilon;\tau)\coloneqq fe^{-i\tau\varepsilon^{-2}\mathcal{A}}f^{-1}-f_{0}e^{-i\tau\varepsilon^{-2}\mathcal{A}^{0}}f_{0}^{-1}.

Аналогично (9.2) имеем

\|J(\varepsilon;\tau)\mathcal{R}(\varepsilon)^{s/2}\|_{L_{2}(\mathbb{R}^{d})\to L_{2}(\mathbb{R}^{d})}=\underset{\mathbf{k}\in\widetilde{\Omega}}{\esssup}\|J(\mathbf{k},\varepsilon;\tau)\mathcal{R}(\mathbf{k},\varepsilon)^{s/2}\|_{L_{2}(\Omega)\to L_{2}(\Omega)}.

Здесь $J(\mathbf{k},\varepsilon;\tau)$ определено в (8.1). Таким образом, из теорем 8.1, 8.2, 8.6 получаем следующие результаты.

Теорема 9.8 ([BSu5]).

Для $\tau\in\mathbb{R}$ и $\varepsilon>0$ справедлива оценка

\bigl\|J(\varepsilon;\tau)\mathcal{R}(\varepsilon)^{3/2}\bigr\|_{L_{2}(\mathbb{R}^{d})\to L_{2}(\mathbb{R}^{d})}\leqslant\mathcal{C}_{1}(1+|\tau|)\varepsilon.

Константа $\mathcal{C}_{1}$ зависит только от $\alpha_{0}$ , $\alpha_{1}$ , $\|g\|_{L_{\infty}}$ , $\|g^{-1}\|_{L_{\infty}}$ , $\|f\|_{L_{\infty}}$ , $\|f^{-1}\|_{L_{\infty}}$ и $r_{0}$ .

Теорема 9.9.

Пусть оператор $\widehat{N}_{Q}(\boldsymbol{\theta})$ , определённый в (7.7), равен нулю: $\widehat{N}_{Q}(\boldsymbol{\theta})=0$ при всех $\boldsymbol{\theta}\in\mathbb{S}^{d-1}$ . Тогда при $\tau\in\mathbb{R}$ и $\varepsilon>0$ справедлива оценка

\bigl\|J(\varepsilon;\tau)\mathcal{R}(\varepsilon)\bigr\|_{L_{2}(\mathbb{R}^{d})\to L_{2}(\mathbb{R}^{d})}\leqslant\mathcal{C}_{2}(1+|\tau|^{1/2})\varepsilon.

Константа $\mathcal{C}_{2}$ зависит только от $\alpha_{0}$ , $\alpha_{1}$ , $\|g\|_{L_{\infty}}$ , $\|g^{-1}\|_{L_{\infty}}$ , $\|f\|_{L_{\infty}}$ , $\|f^{-1}\|_{L_{\infty}}$ и $r_{0}$ .

Теорема 9.10.

Пусть выполнено условие 8.3 (или более сильное условие 8.4). Тогда при $\tau\in\mathbb{R}$ и $\varepsilon>0$ справедлива оценка

\bigl\|J(\varepsilon;\tau)\mathcal{R}(\varepsilon)\bigr\|_{L_{2}(\mathbb{R}^{d})\to L_{2}(\mathbb{R}^{d})}\leqslant\mathcal{C}_{3}(1+|\tau|^{1/2})\varepsilon.

Константа $\mathcal{C}_{3}$ зависит от $\alpha_{0}$ , $\alpha_{1}$ , $\|g\|_{L_{\infty}}$ , $\|g^{-1}\|_{L_{\infty}}$ , $\|f\|_{L_{\infty}}$ , $\|f^{-1}\|_{L_{\infty}}$ , $r_{0}$ , а также от $n$ и $c^{\circ}$ .

Теорема 9.8 была доказана в [BSu5, теорема 10.1]. Теоремы 9.9 и 9.10 усиливают результаты теорем 12.6 и 12.7 из [Su4] в отношении зависимости оценок от $\tau$ .

Применение теорем 8.7, 8.8 позволяет подтвердить точность теорем 9.8, 9.9, 9.10 в отношении сглаживания.

Теорема 9.11 ([Su4]).

\bigl\|J(\varepsilon;\tau)\mathcal{R}(\varepsilon)^{s/2}\bigr\|_{L_{2}(\mathbb{R}^{d})\to L_{2}(\mathbb{R}^{d})}\leqslant\mathcal{C}(\tau)\varepsilon

выполнялась при всех достаточно малых $\varepsilon>0$ .

Теорема 9.12.

\bigl\|J(\varepsilon;\tau)\mathcal{R}(\varepsilon)^{s/2}\bigr\|_{L_{2}(\mathbb{R}^{d})\to L_{2}(\mathbb{R}^{d})}\leqslant\mathcal{C}(\tau)\varepsilon

выполнялась при всех достаточно малых $\varepsilon>0$ .

Теорема 9.11 была доказана в [Su4, теорема 12.8].

Далее, применение теорем 8.9, 8.10 позволяет подтвердить точность теорем 9.8, 9.9, 9.10 в отношении зависимости оценки от времени.

Теорема 9.13.

\bigl\|J(\varepsilon;\tau)\mathcal{R}(\varepsilon)^{3/2}\bigr\|_{L_{2}(\mathbb{R}^{d})\to L_{2}(\mathbb{R}^{d})}\leqslant\mathcal{C}(\tau)\varepsilon

при всех $\tau\in\mathbb{R}$ и всех достаточно малых $\varepsilon>0$ .

Теорема 9.14.

Пусть $\widehat{N}_{0,Q}(\boldsymbol{\theta})=0$ при всех $\boldsymbol{\theta}\in\mathbb{S}^{d-1}$ и пусть $\widehat{\mathcal{N}}_{Q}^{(q)}(\boldsymbol{\theta}_{0})\neq 0$ при некотором $q\in\{1,\ldots,p(\boldsymbol{\theta}_{0})\}$ и $\boldsymbol{\theta}_{0}\in\mathbb{S}^{d-1}$ . Тогда не существует положительной функции $\mathcal{C}(\tau)$ такой, что $\lim_{\tau\to\infty}\mathcal{C}(\tau)/|\tau|^{1/2}=0$ и выполнена оценка

\bigl\|J(\varepsilon;\tau)\mathcal{R}(\varepsilon)\bigr\|_{L_{2}(\mathbb{R}^{d})\to L_{2}(\mathbb{R}^{d})}\leqslant\mathcal{C}(\tau)\varepsilon

при всех $\tau\in\mathbb{R}$ и всех достаточно малых $\varepsilon>0$ .

Глава III. Задачи усреднения для нестационарных уравнений
типа Шрёдингера

§10. Усреднение оператора $e^{-i\tau\mathcal{A}_{\varepsilon}}$

10.1. Операторы $\widehat{\mathcal{A}}_{\varepsilon}$ , $\mathcal{A}_{\varepsilon}$ . Масштабное преобразование

Если $\psi(\mathbf{x})$ — измеримая $\Gamma$ -периодическая функция в $\mathbb{R}^{d}$ , условимся использовать обозначение $\psi^{\varepsilon}(\mathbf{x})\coloneqq\psi(\varepsilon^{-1}\mathbf{x}),\;\varepsilon>0$ . Наши основные объекты — операторы $\widehat{\mathcal{A}}_{\varepsilon}$ , $\mathcal{A}_{\varepsilon}$ , действующие в $L_{2}(\mathbb{R}^{d};\mathbb{C}^{n})$ , формально заданные выражениями

	$\displaystyle\widehat{\mathcal{A}}_{\varepsilon}$	$\displaystyle\coloneqq b(\mathbf{D})^{*}g^{\varepsilon}(\mathbf{x})b(\mathbf{D}),$		(10.1)
	$\displaystyle\mathcal{A}_{\varepsilon}$	$\displaystyle\coloneqq(f^{\varepsilon}(\mathbf{x}))^{}b(\mathbf{D})^{}g^{\varepsilon}(\mathbf{x})b(\mathbf{D})f^{\varepsilon}(\mathbf{x}).$		(10.2)

Строгие определения даются через соответствующие квадратичные формы (ср. п. 4.2).

Пусть $T_{\varepsilon}$ — унитарный в $L_{2}(\mathbb{R}^{d};\mathbb{C}^{n})$ оператор масштабного преобразования: $(T_{\varepsilon}\mathbf{u})(\mathbf{x})=\varepsilon^{d/2}\mathbf{u}(\varepsilon\mathbf{x})$ , $\varepsilon>0$ . Тогда справедливо тождество $\mathcal{A}_{\varepsilon}=\varepsilon^{-2}T_{\varepsilon}^{*}\mathcal{A}T_{\varepsilon}$ . Следовательно,

e^{-i\tau\mathcal{A}_{\varepsilon}}=T_{\varepsilon}^{*}e^{-i\tau\varepsilon^{-2}\mathcal{A}}T_{\varepsilon}.

(10.3)

Аналогичные соотношения выполнены и для оператора $\widehat{\mathcal{A}}_{\varepsilon}$ . Применяя масштабное преобразование к резольвенте оператора $\mathcal{H}_{0}=-\Delta$ и используя обозначение (9.1), получаем

(\mathcal{H}_{0}+I)^{-1}=\varepsilon^{2}T_{\varepsilon}^{*}(\mathcal{H}_{0}+\varepsilon^{2}I)^{-1}T_{\varepsilon}=T_{\varepsilon}^{*}\mathcal{R}(\varepsilon)T_{\varepsilon}.

(10.4)

Наконец, если $\psi(\mathbf{x})$ — $\Gamma$ -периодическая функция, то $[\psi^{\varepsilon}]=T_{\varepsilon}^{*}[\psi]T_{\varepsilon}$ .

10.2. Усреднение оператора $e^{-i\tau\widehat{\mathcal{A}}_{\varepsilon}}$

Начнём с более простого оператора (10.1). Пусть $\widehat{\mathcal{A}}^{0}$ — эффективный оператор (5.8). Применяя соотношения вида (10.3) (для операторов $\widehat{\mathcal{A}}_{\varepsilon}$ и $\widehat{\mathcal{A}}^{0}$ ), а также (10.4), получаем тождество

(e^{-i\tau\widehat{\mathcal{A}}_{\varepsilon}}-e^{-i\tau\widehat{\mathcal{A}}^{0}})(\mathcal{H}_{0}+I)^{-s/2}=T_{\varepsilon}^{*}\widehat{J}(\varepsilon;\tau)\mathcal{R}(\varepsilon)^{s/2}T_{\varepsilon},\qquad\varepsilon>0.

(10.5)

Используя теорему 9.1 и (10.5), можно получить следующий результат, ранее доказанный в [BSu5, теорема 12.2]

Теорема 10.1 ([BSu5]).

Пусть $\widehat{\mathcal{A}}_{\varepsilon}$ — оператор (10.1) и $\widehat{\mathcal{A}}^{0}$ — эффективный оператор (5.8). Тогда при $0\leqslant s\leqslant 3$ и $\tau\in\mathbb{R}$ , $\varepsilon>0$ справедлива оценка

\|e^{-i\tau\widehat{\mathcal{A}}_{\varepsilon}}-e^{-i\tau\widehat{\mathcal{A}}^{0}}\|_{H^{s}(\mathbb{R}^{d})\to L_{2}(\mathbb{R}^{d})}\leqslant\widehat{\mathfrak{C}}_{1}(s)(1+|\tau|)^{s/3}\varepsilon^{s/3},

где $\widehat{\mathfrak{C}}_{1}(s)=2^{1-s/3}\widehat{\mathcal{C}}_{1}^{s/3}$ . Константа $\widehat{\mathcal{C}}_{1}$ зависит только от $\alpha_{0}$ , $\alpha_{1}$ , $\|g\|_{L_{\infty}}$ , $\|g^{-1}\|_{L_{\infty}}$ и $r_{0}$ .

Этот результат может быть усилен при дополнительных предположениях. Из теоремы 9.2 выводится следующий результат.

Теорема 10.2.

Пусть выполнены условия теоремы 10.1. Пусть оператор $\widehat{N}(\boldsymbol{\theta})$ определён в (5.15). Предположим, что $\widehat{N}(\boldsymbol{\theta})=0$ при всех $\boldsymbol{\theta}\in\mathbb{S}^{d-1}$ . Тогда при $0\leqslant s\leqslant 2$ и $\tau\in\mathbb{R}$ , $\varepsilon>0$ справедлива оценка

\|e^{-i\tau\widehat{\mathcal{A}}_{\varepsilon}}-e^{-i\tau\widehat{\mathcal{A}}^{0}}\|_{H^{s}(\mathbb{R}^{d})\to L_{2}(\mathbb{R}^{d})}\leqslant\widehat{\mathfrak{C}}_{2}(s)(1+|\tau|^{1/2})^{s/2}\varepsilon^{s/2},

(10.6)

где $\widehat{\mathfrak{C}}_{2}(s)=2^{1-s/2}\widehat{\mathcal{C}}_{2}^{s/2}$ . Константа $\widehat{\mathcal{C}}_{2}$ зависит только от $\alpha_{0}$ , $\alpha_{1}$ , $\|g\|_{L_{\infty}}$ , $\|g^{-1}\|_{L_{\infty}}$ и $r_{0}$ .

Доказательство.

Ввиду унитарности оператора $T_{\varepsilon}$ и (10.5) из теоремы 9.2 следует оценка

\|(e^{-i\tau\widehat{\mathcal{A}}_{\varepsilon}}-e^{-i\tau\widehat{\mathcal{A}}^{0}})(\mathcal{H}_{0}+I)^{-1}\|_{L_{2}(\mathbb{R}^{d})\to L_{2}(\mathbb{R}^{d})}\leqslant\widehat{\mathcal{C}}_{2}(1+|\tau|^{1/2})\varepsilon.

(10.7)

Очевидно,

\|e^{-i\tau\widehat{\mathcal{A}}_{\varepsilon}}-e^{-i\tau\widehat{\mathcal{A}}^{0}}\|_{L_{2}(\mathbb{R}^{d})\to L_{2}(\mathbb{R}^{d})}\leqslant 2.

(10.8)

Интерполируя между (10.8) и (10.7), при $0\leqslant s\leqslant 2$ получаем

\|(e^{-i\tau\widehat{\mathcal{A}}_{\varepsilon}}-e^{-i\tau\widehat{\mathcal{A}}^{0}})(\mathcal{H}_{0}+I)^{-s/2}\|_{L_{2}(\mathbb{R}^{d})\to L_{2}(\mathbb{R}^{d})}\leqslant 2^{1-s/2}\widehat{\mathcal{C}}_{2}^{s/2}(1+|\tau|^{1/2})^{s/2}\varepsilon^{s/2}.

(10.9)

Оператор $(\mathcal{H}_{0}+I)^{s/2}$ осуществляет изометрический изоморфизм пространства Соболева $H^{s}(\mathbb{R}^{d};\mathbb{C}^{n})$ на $L_{2}(\mathbb{R}^{d};\mathbb{C}^{n})$ . Поэтому оценка (10.9) эквивалентна (10.6). ∎

Аналогично, применяя теорему 9.3, получаем следующую теорему.

Теорема 10.3.

Пусть выполнены условия теоремы 10.1. Кроме того, пусть выполнено условие 6.3 (или более сильное условие 6.4). Тогда при $0\leqslant s\leqslant 2$ и $\tau\in\mathbb{R}$ , $\varepsilon>0$ справедлива оценка

\|e^{-i\tau\widehat{\mathcal{A}}_{\varepsilon}}-e^{-i\tau\widehat{\mathcal{A}}^{0}}\|_{H^{s}(\mathbb{R}^{d})\to L_{2}(\mathbb{R}^{d})}\leqslant\widehat{\mathfrak{C}}_{3}(s)(1+|\tau|^{1/2})^{s/2}\varepsilon^{s/2},

где $\widehat{\mathfrak{C}}_{3}(s)=2^{1-s/2}\widehat{\mathcal{C}}_{3}^{s/2}$ . Константа $\widehat{\mathcal{C}}_{3}$ зависит от $\alpha_{0}$ , $\alpha_{1}$ , $\|g\|_{L_{\infty}}$ , $\|g^{-1}\|_{L_{\infty}}$ , $r_{0}$ , а также от $n$ и $\widehat{c}^{\circ}$ .

Теоремы 10.2 и 10.3 усиливают результаты теорем 13.2 и 13.4 из [Su4] в отношении зависимости оценок от $\tau$ .

Применение теорем 9.4, 9.5 позволяет подтвердить точность теорем 10.1, 10.2, 10.3 в отношении типа операторной нормы.

Теорема 10.4 ([Su4]).

\|e^{-i\tau\widehat{\mathcal{A}}_{\varepsilon}}-e^{-i\tau\widehat{\mathcal{A}}^{0}}\|_{H^{s}(\mathbb{R}^{d})\to L_{2}(\mathbb{R}^{d})}\leqslant\mathcal{C}(\tau)\varepsilon

выполнялась при всех достаточно малых $\varepsilon>0$ .

Теорема 10.5.

\|e^{-i\tau\widehat{\mathcal{A}}_{\varepsilon}}-e^{-i\tau\widehat{\mathcal{A}}^{0}}\|_{H^{s}(\mathbb{R}^{d})\to L_{2}(\mathbb{R}^{d})}\leqslant\mathcal{C}(\tau)\varepsilon

выполнялась при всех достаточно малых $\varepsilon>0$ .

Теорема 10.4 была доказана в [Su4, теорема 13.6].

Наконец, применение теорем 9.6, 9.7 позволяет подтвердить точность теорем 10.1, 10.2, 10.3 в отношении зависимости оценки от времени.

Теорема 10.6.

\|e^{-i\tau\widehat{\mathcal{A}}_{\varepsilon}}-e^{-i\tau\widehat{\mathcal{A}}^{0}}\|_{H^{3}(\mathbb{R}^{d})\to L_{2}(\mathbb{R}^{d})}\leqslant\mathcal{C}(\tau)\varepsilon

при всех $\tau\in\mathbb{R}$ и всех достаточно малых $\varepsilon>0$ .

Теорема 10.7.

Пусть $\widehat{N}_{0}(\boldsymbol{\theta})=0$ при всех $\boldsymbol{\theta}\in\mathbb{S}^{d-1}$ и пусть $\widehat{\mathcal{N}}^{(q)}(\boldsymbol{\theta}_{0})\neq 0$ при некотором $q\in\{1,\ldots,p(\boldsymbol{\theta}_{0})\}$ и $\boldsymbol{\theta}_{0}\in\mathbb{S}^{d-1}$ . Тогда не существует положительной функции $\mathcal{C}(\tau)$ такой, что $\lim_{\tau\to\infty}\mathcal{C}(\tau)/|\tau|^{1/2}=0$ и выполнена оценка

\|e^{-i\tau\widehat{\mathcal{A}}_{\varepsilon}}-e^{-i\tau\widehat{\mathcal{A}}^{0}}\|_{H^{2}(\mathbb{R}^{d})\to L_{2}(\mathbb{R}^{d})}\leqslant\mathcal{C}(\tau)\varepsilon

при всех $\tau\in\mathbb{R}$ и всех достаточно малых $\varepsilon>0$ .

10.3. Усреднение окаймлённого оператора $e^{-i\tau\mathcal{A}_{\varepsilon}}$

Рассмотрим теперь более общий оператор $\mathcal{A}_{\varepsilon}$ (см. (10.2)). Пусть оператор $\mathcal{A}^{0}$ определён в (7.2). Применяя соотношения вида (10.3) (для операторов $\mathcal{A}_{\varepsilon}$ и $\mathcal{A}^{0}$ ), а также (10.4), получаем тождество

\bigl(f^{\varepsilon}e^{-i\tau\mathcal{A}_{\varepsilon}}(f^{\varepsilon})^{-1}-f_{0}e^{-i\tau\mathcal{A}^{0}}f_{0}^{-1}\bigr)(\mathcal{H}_{0}+I)^{-s/2}=T_{\varepsilon}^{*}J(\varepsilon;\tau)\mathcal{R}(\varepsilon)^{s/2}T_{\varepsilon},\qquad\varepsilon>0.

(10.10)

Из теоремы 9.8 и тождества (10.10) можно получить следующий результат, ранее доказанный в [BSu5, теорема 12.4].

Теорема 10.8 ([BSu5]).

Пусть $\mathcal{A}_{\varepsilon}$ и $\mathcal{A}^{0}$ — операторы, определённые выражениями (10.2) и (7.2). Тогда при $0\leqslant s\leqslant 3$ и $\tau\in\mathbb{R}$ , $\varepsilon>0$ справедлива оценка

\|f^{\varepsilon}e^{-i\tau\mathcal{A}_{\varepsilon}}(f^{\varepsilon})^{-1}-f_{0}e^{-i\tau\mathcal{A}^{0}}f_{0}^{-1}\|_{H^{s}(\mathbb{R}^{d})\to L_{2}(\mathbb{R}^{d})}\leqslant\mathfrak{C}_{1}(s)(1+|\tau|)^{s/3}\varepsilon^{s/3},

где $\mathfrak{C}_{1}(s)=(2\|f\|_{L_{\infty}}\|f^{-1}\|_{L_{\infty}})^{1-s/3}\mathcal{C}_{1}^{s/3}$ . Константа $\mathcal{C}_{1}$ зависит только от $\alpha_{0}$ , $\alpha_{1}$ , $\|g\|_{L_{\infty}}$ , $\|g^{-1}\|_{L_{\infty}}$ , $\|f\|_{L_{\infty}}$ , $\|f^{-1}\|_{L_{\infty}}$ и $r_{0}$ .

Этот результат может быть усилен при дополнительных предположениях. Применяя теорему 9.9 c учётом (10.10) и очевидной оценки

\|f^{\varepsilon}e^{-i\tau\mathcal{A}_{\varepsilon}}(f^{\varepsilon})^{-1}-f_{0}e^{-i\tau\mathcal{A}^{0}}f_{0}^{-1}\|_{L_{2}(\mathbb{R}^{d})\to L_{2}(\mathbb{R}^{d})}\leqslant 2\|f\|_{L_{\infty}}\|f^{-1}\|_{L_{\infty}},

получаем следующий результат.

Теорема 10.9.

Пусть выполнены условия теоремы 10.8. Пусть оператор $\widehat{N}_{Q}(\boldsymbol{\theta})$ , определённый в (7.7), равен нулю: $\widehat{N}_{Q}(\boldsymbol{\theta})=0$ при всех $\boldsymbol{\theta}\in\mathbb{S}^{d-1}$ . Тогда при $0\leqslant s\leqslant 2$ и $\tau\in\mathbb{R}$ , $\varepsilon>0$ справедлива оценка

\|f^{\varepsilon}e^{-i\tau\mathcal{A}_{\varepsilon}}(f^{\varepsilon})^{-1}-f_{0}e^{-i\tau\mathcal{A}^{0}}f_{0}^{-1}\|_{H^{s}(\mathbb{R}^{d})\to L_{2}(\mathbb{R}^{d})}\leqslant\mathfrak{C}_{2}(s)(1+|\tau|^{1/2})^{s/2}\varepsilon^{s/2},

где $\mathfrak{C}_{2}(s)=(2\|f\|_{L_{\infty}}\|f^{-1}\|_{L_{\infty}})^{1-s/2}\mathcal{C}_{2}^{s/2}$ . Константа $\mathcal{C}_{2}$ зависит только от $\alpha_{0}$ , $\alpha_{1}$ , $\|g\|_{L_{\infty}}$ , $\|g^{-1}\|_{L_{\infty}}$ , $\|f\|_{L_{\infty}}$ , $\|f^{-1}\|_{L_{\infty}}$ и $r_{0}$ .

Аналогично, применяя теорему 9.10, получаем следующее утверждение.

Теорема 10.10.

Пусть выполнены условия теоремы 10.8. Кроме того, пусть выполнено условие 8.3 (или более сильное условие 8.4). Тогда при $0\leqslant s\leqslant 2$ и $\tau\in\mathbb{R}$ , $\varepsilon>0$ справедлива оценка

\|f^{\varepsilon}e^{-i\tau\mathcal{A}_{\varepsilon}}(f^{\varepsilon})^{-1}-f_{0}e^{-i\tau\mathcal{A}^{0}}f_{0}^{-1}\|_{H^{s}(\mathbb{R}^{d})\to L_{2}(\mathbb{R}^{d})}\leqslant\mathfrak{C}_{3}(s)(1+|\tau|^{1/2})^{s/2}\varepsilon^{s/2},

где $\mathfrak{C}_{3}(s)=(2\|f\|_{L_{\infty}}\|f^{-1}\|_{L_{\infty}})^{1-s/2}\mathcal{C}_{3}^{s/2}$ . Константа $\mathcal{C}_{3}$ зависит от $\alpha_{0}$ , $\alpha_{1}$ , $\|g\|_{L_{\infty}}$ , $\|g^{-1}\|_{L_{\infty}}$ , $\|f\|_{L_{\infty}}$ , $\|f^{-1}\|_{L_{\infty}}$ , $r_{0}$ , а также от $n$ и $c^{\circ}$ .

Теоремы 10.9 и 10.10 усиливают результаты теорем 13.8 и 13.10 из [Su4] в отношении зависимости оценок от $\tau$ .

Применение теорем 9.11, 9.12 позволяет подтвердить точность теорем 10.8, 10.9, 10.10 в отношении типа операторной нормы.

Теорема 10.11 ([Su4]).

\|f^{\varepsilon}e^{-i\tau\mathcal{A}_{\varepsilon}}(f^{\varepsilon})^{-1}-f_{0}e^{-i\tau\mathcal{A}^{0}}f_{0}^{-1}\|_{H^{s}(\mathbb{R}^{d})\to L_{2}(\mathbb{R}^{d})}\leqslant\mathcal{C}(\tau)\varepsilon

выполнялась при всех достаточно малых $\varepsilon>0$ .

Теорема 10.12.

\|f^{\varepsilon}e^{-i\tau\mathcal{A}_{\varepsilon}}(f^{\varepsilon})^{-1}-f_{0}e^{-i\tau\mathcal{A}^{0}}f_{0}^{-1}\|_{H^{s}(\mathbb{R}^{d})\to L_{2}(\mathbb{R}^{d})}\leqslant\mathcal{C}(\tau)\varepsilon

выполнялась при всех достаточно малых $\varepsilon>0$ .

Теорема 10.11 была доказана в [Su4, теорема 13.12].

Применение теоремы 9.13 позволяет подтвердить точность теоремы 10.8 в отношении зависимости оценки от времени.

Теорема 10.13.

\|f^{\varepsilon}e^{-i\tau\mathcal{A}_{\varepsilon}}(f^{\varepsilon})^{-1}-f_{0}e^{-i\tau\mathcal{A}^{0}}f_{0}^{-1}\|_{H^{3}(\mathbb{R}^{d})\to L_{2}(\mathbb{R}^{d})}\leqslant\mathcal{C}(\tau)\varepsilon

при всех $\tau\in\mathbb{R}$ и всех достаточно малых $\varepsilon>0$ .

Аналогично, применение теоремы 9.14 позволяет подтвердить точность теорем 10.9, 10.10.

Теорема 10.14.

Пусть $\widehat{N}_{0,Q}(\boldsymbol{\theta})=0$ при всех $\boldsymbol{\theta}\in\mathbb{S}^{d-1}$ и пусть $\widehat{\mathcal{N}}_{Q}^{(q)}(\boldsymbol{\theta}_{0})\neq 0$ при некотором $q\in\{1,\ldots,p(\boldsymbol{\theta}_{0})\}$ и $\boldsymbol{\theta}_{0}\in\mathbb{S}^{d-1}$ . Тогда не существует положительной функции $\mathcal{C}(\tau)$ такой, что $\lim_{\tau\to\infty}\mathcal{C}(\tau)/|\tau|^{1/2}=0$ и выполнена оценка

\|f^{\varepsilon}e^{-i\tau\mathcal{A}_{\varepsilon}}(f^{\varepsilon})^{-1}-f_{0}e^{-i\tau\mathcal{A}^{0}}f_{0}^{-1}\|_{H^{2}(\mathbb{R}^{d})\to L_{2}(\mathbb{R}^{d})}\leqslant\mathcal{C}(\tau)\varepsilon

при всех $\tau\in\mathbb{R}$ и всех достаточно малых $\varepsilon>0$ .

§11. Усреднение задачи Коши для уравнения типа Шрёдингера

11.1. Задача Коши для уравнения с оператором $\widehat{\mathcal{A}}_{\varepsilon}$

Пусть $\mathbf{u}_{\varepsilon}(\mathbf{x},\tau)$ — решение следующей задачи Коши:

\left\{\begin{aligned} &i\frac{\partial\mathbf{u}_{\varepsilon}(\mathbf{x},\tau)}{\partial\tau}=b(\mathbf{D})^{*}g^{\varepsilon}(\mathbf{x})b(\mathbf{D})\mathbf{u}_{\varepsilon}(\mathbf{x},\tau)+\mathbf{F}(\mathbf{x},\tau),\qquad\mathbf{x}\in\mathbb{R}^{d},\;\tau\in\mathbb{R},\\ &\mathbf{u}_{\varepsilon}(\mathbf{x},0)=\boldsymbol{\phi}(\mathbf{x}),\end{aligned}\right.

(11.1)

где $\boldsymbol{\phi}\in L_{2}(\mathbb{R}^{d};\mathbb{C}^{n})$ , $\mathbf{F}\in L_{1,\mathrm{loc}}(\mathbb{R};L_{2}(\mathbb{R}^{d};\mathbb{C}^{n}))$ . Справедливо представление

\mathbf{u}_{\varepsilon}(\cdot,\tau)=e^{-i\tau\widehat{\mathcal{A}}_{\varepsilon}}\boldsymbol{\phi}-i\int_{0}^{\tau}e^{-i(\tau-\tilde{\tau})\widehat{\mathcal{A}}_{\varepsilon}}\mathbf{F}(\cdot,\tilde{\tau})\,d\tilde{\tau}.

Пусть $\mathbf{u}_{0}(\mathbf{x},\tau)$ — решение “усреднённой” задачи:

\left\{\begin{aligned} &i\frac{\partial\mathbf{u}_{0}(\mathbf{x},\tau)}{\partial\tau}=b(\mathbf{D})^{*}g^{0}b(\mathbf{D})\mathbf{u}_{0}(\mathbf{x},\tau)+\mathbf{F}(\mathbf{x},\tau),\qquad\mathbf{x}\in\mathbb{R}^{d},\;\tau\in\mathbb{R},\\ &\mathbf{u}_{0}(\mathbf{x},0)=\boldsymbol{\phi}(\mathbf{x}),\qquad\mathbf{x}\in\mathbb{R}^{d}.\end{aligned}\right.

(11.2)

Тогда

\mathbf{u}_{0}(\cdot,\tau)=e^{-i\tau\widehat{\mathcal{A}}^{0}}\boldsymbol{\phi}-i\int_{0}^{\tau}e^{-i(\tau-\tilde{\tau})\widehat{\mathcal{A}}^{0}}\mathbf{F}(\cdot,\tilde{\tau})\,d\tilde{\tau}.

Из теоремы 10.1 непосредственно вытекает следующий результат (доказанный ранее в [BSu5, теорема 14.2]).

Теорема 11.1 ([BSu5]).

Пусть $\mathbf{u}_{\varepsilon}$ — решение задачи (11.1) и $\mathbf{u}_{0}$ — решение задачи (11.2).

1 ${}^{\circ}.$

Если $\boldsymbol{\phi}\in H^{s}(\mathbb{R}^{d};\mathbb{C}^{n})$ , $\mathbf{F}\in L_{1,\mathrm{loc}}(\mathbb{R};H^{s}(\mathbb{R}^{d};\mathbb{C}^{n}))$ , где $0\leqslant s\leqslant 3$ , то при $\tau\in\mathbb{R}$ и $\varepsilon>0$ выполнена оценка

\|\mathbf{u}_{\varepsilon}(\cdot,\tau)-\mathbf{u}_{0}(\cdot,\tau)\|_{L_{2}(\mathbb{R}^{d})}\leqslant\varepsilon^{s/3}(1+|\tau|)^{s/3}\widehat{\mathfrak{C}}_{1}(s)\left(\|\boldsymbol{\phi}\|_{H^{s}(\mathbb{R}^{d})}+\|\mathbf{F}\|_{L_{1}((0,\tau);H^{s}(\mathbb{R}^{d}))}\right).

При дополнительном предположении $\mathbf{F}\in L_{p}(\mathbb{R}_{\pm};H^{s}(\mathbb{R}^{d},\mathbb{C}^{n}))$ , где $p\in[1,\infty]$ , и при $\tau=\pm\varepsilon^{-\alpha}$ , $0<\varepsilon\leqslant 1$ , $0<\alpha<s(s+3/p^{\prime})^{-1}$ справедлива оценка

\|\mathbf{u}_{\varepsilon}(\cdot,\pm\varepsilon^{-\alpha})-\mathbf{u}_{0}(\cdot,\pm\varepsilon^{-\alpha})\|_{L_{2}(\mathbb{R}^{d})}\leqslant\\ \leqslant\varepsilon^{s(1-\alpha)/3}\cdot 2^{s/3}\widehat{\mathfrak{C}}_{1}(s)\left(\|\boldsymbol{\phi}\|_{H^{s}(\mathbb{R}^{d})}+\varepsilon^{-\alpha/p^{\prime}}\|\mathbf{F}\|_{L_{p}(\mathbb{R}_{\pm};H^{s}(\mathbb{R}^{d}))}\right).

Величина $\widehat{\mathfrak{C}}_{1}(s)$ определена в теореме 10.1. Здесь $p^{-1}+(p^{\prime})^{-1}=1$ .

2 ${}^{\circ}.$

Если $\boldsymbol{\phi}\in L_{2}(\mathbb{R}^{d};\mathbb{C}^{n})$ и $\mathbf{F}\in L_{1,\mathrm{loc}}(\mathbb{R};L_{2}(\mathbb{R}^{d};\mathbb{C}^{n}))$ , то

\lim\limits_{\varepsilon\to 0}\|\mathbf{u}_{\varepsilon}(\cdot,\tau)-\mathbf{u}_{0}(\cdot,\tau)\|_{L_{2}(\mathbb{R}^{d})}=0,\qquad\tau\in\mathbb{R}.

При дополнительном предположении $\mathbf{F}\in L_{1}(\mathbb{R}_{\pm};L_{2}(\mathbb{R}^{d},\mathbb{C}^{n}))$ справедливо

\lim\limits_{\varepsilon\to 0}\|\mathbf{u}_{\varepsilon}(\cdot,\pm\varepsilon^{-\alpha})-\mathbf{u}_{0}(\cdot,\pm\varepsilon^{-\alpha})\|_{L_{2}(\mathbb{R}^{d})}=0,\qquad 0<\alpha<1.

Результат теоремы 11.1 можно усилить при дополнительных предположениях. Применяя теорему 10.2, получаем следующее утверждение.

Теорема 11.2.

Пусть выполнены условия теоремы 11.1. Пусть оператор $\widehat{N}(\boldsymbol{\theta})$ определён в (5.15). Предположим, что $\widehat{N}(\boldsymbol{\theta})=0$ при всех $\boldsymbol{\theta}\in\mathbb{S}^{d-1}$ .

1 ${}^{\circ}.$

Если $\boldsymbol{\phi}\in H^{s}(\mathbb{R}^{d};\mathbb{C}^{n})$ , $\mathbf{F}\in L_{1,\mathrm{loc}}(\mathbb{R};H^{s}(\mathbb{R}^{d};\mathbb{C}^{n}))$ , где $0\leqslant s\leqslant 2$ , то при $\tau\in\mathbb{R}$ и $\varepsilon>0$ выполнена оценка

\|\mathbf{u}_{\varepsilon}(\cdot,\tau)-\mathbf{u}_{0}(\cdot,\tau)\|_{L_{2}(\mathbb{R}^{d})}\leqslant\varepsilon^{s/2}(1+|\tau|^{1/2})^{s/2}\widehat{\mathfrak{C}}_{2}(s)\left(\|\boldsymbol{\phi}\|_{H^{s}(\mathbb{R}^{d})}+\|\mathbf{F}\|_{L_{1}((0,s);H^{s}(\mathbb{R}^{d}))}\right).

При дополнительном предположении $\mathbf{F}\in L_{p}(\mathbb{R}_{\pm};H^{s}(\mathbb{R}^{d},\mathbb{C}^{n}))$ , где $p\in[1,\infty]$ , и при $\tau=\pm\varepsilon^{-\alpha}$ , $0<\varepsilon\leqslant 1$ , $0<\alpha<2s(s+4/p^{\prime})^{-1}$ справедлива оценка

\|\mathbf{u}_{\varepsilon}(\cdot,\pm\varepsilon^{-\alpha})-\mathbf{u}_{0}(\cdot,\pm\varepsilon^{-\alpha})\|_{L_{2}(\mathbb{R}^{d})}\leqslant\\ \leqslant\varepsilon^{s(1-\alpha/2)/2}\cdot 2^{s/2}\widehat{\mathfrak{C}}_{2}(s)\left(\|\boldsymbol{\phi}\|_{H^{s}(\mathbb{R}^{d})}+\varepsilon^{-\alpha/p^{\prime}}\|\mathbf{F}\|_{L_{p}(\mathbb{R}_{\pm};H^{s}(\mathbb{R}^{d}))}\right).

Величина $\widehat{\mathfrak{C}}_{2}(s)$ определена в теореме 10.2. Здесь $p^{-1}+(p^{\prime})^{-1}=1$ .

2 ${}^{\circ}.$

Если $\boldsymbol{\phi}\in L_{2}(\mathbb{R}^{d};\mathbb{C}^{n})$ и $\mathbf{F}\in L_{1}(\mathbb{R}_{\pm};L_{2}(\mathbb{R}^{d},\mathbb{C}^{n}))$ , то

\lim\limits_{\varepsilon\to 0}\|\mathbf{u}_{\varepsilon}(\cdot,\pm\varepsilon^{-\alpha})-\mathbf{u}_{0}(\cdot,\pm\varepsilon^{-\alpha})\|_{L_{2}(\mathbb{R}^{d})}=0,\qquad 0<\alpha<2.

Аналогично, применяя теорему 10.3, получаем следующее утверждение.

Теорема 11.3.

Пусть выполнены условия теоремы 11.1. Предположим, что выполнено условие 6.3 (или более сильное условие 6.4).

1 ${}^{\circ}.$

Если $\boldsymbol{\phi}\in H^{s}(\mathbb{R}^{d};\mathbb{C}^{n})$ , $\mathbf{F}\in L_{1,\mathrm{loc}}(\mathbb{R};H^{s}(\mathbb{R}^{d};\mathbb{C}^{n}))$ , где $0\leqslant s\leqslant 2$ , то при $\tau\in\mathbb{R}$ и $\varepsilon>0$ выполнена оценка

\|\mathbf{u}_{\varepsilon}(\cdot,\tau)-\mathbf{u}_{0}(\cdot,\tau)\|_{L_{2}(\mathbb{R}^{d})}\leqslant\varepsilon^{s/2}(1+|\tau|^{1/2})^{s/2}\widehat{\mathfrak{C}}_{3}(s)\left(\|\boldsymbol{\phi}\|_{H^{s}(\mathbb{R}^{d})}+\|\mathbf{F}\|_{L_{1}((0,\tau);H^{s}(\mathbb{R}^{d}))}\right).

При дополнительном предположении $\mathbf{F}\in L_{p}(\mathbb{R}_{\pm};H^{s}(\mathbb{R}^{d},\mathbb{C}^{n}))$ , где $p\in[1,\infty]$ , и при $\tau=\pm\varepsilon^{-\alpha}$ , $0<\varepsilon\leqslant 1$ , $0<\alpha<2s(s+4/p^{\prime})^{-1}$ справедлива оценка

\|\mathbf{u}_{\varepsilon}(\cdot,\pm\varepsilon^{-\alpha})-\mathbf{u}_{0}(\cdot,\pm\varepsilon^{-\alpha})\|_{L_{2}(\mathbb{R}^{d})}\leqslant\\ \leqslant\varepsilon^{s(1-\alpha/2)/2}\cdot 2^{s/2}\widehat{\mathfrak{C}}_{3}(s)\left(\|\boldsymbol{\phi}\|_{H^{s}(\mathbb{R}^{d})}+\varepsilon^{-\alpha/p^{\prime}}\|\mathbf{F}\|_{L_{p}(\mathbb{R}_{\pm};H^{s}(\mathbb{R}^{d}))}\right).

Величина $\widehat{\mathfrak{C}}_{3}(s)$ определена в теореме 10.3. Здесь $p^{-1}+(p^{\prime})^{-1}=1$ .

2 ${}^{\circ}.$

Если $\boldsymbol{\phi}\in L_{2}(\mathbb{R}^{d};\mathbb{C}^{n})$ и $\mathbf{F}\in L_{1}(\mathbb{R}_{\pm};L_{2}(\mathbb{R}^{d},\mathbb{C}^{n}))$ , то

\lim\limits_{\varepsilon\to 0}\|\mathbf{u}_{\varepsilon}(\cdot,\pm\varepsilon^{-\alpha})-\mathbf{u}_{0}(\cdot,\pm\varepsilon^{-\alpha})\|_{L_{2}(\mathbb{R}^{d})}=0,\qquad 0<\alpha<2.

11.2. Задача Коши для уравнения с оператором $\mathcal{A}_{\varepsilon}$

Рассмотрим более общую задачу Коши для уравнения с оператором $\mathcal{A}_{\varepsilon}$ :

\left\{\begin{aligned} &i\frac{\partial\mathbf{u}_{\varepsilon}(\mathbf{x},\tau)}{\partial\tau}=(f^{\varepsilon}(\mathbf{x}))^{*}b(\mathbf{D})^{*}g^{\varepsilon}(\mathbf{x})b(\mathbf{D})f^{\varepsilon}(\mathbf{x})\mathbf{u}_{\varepsilon}(\mathbf{x},\tau)+(f^{\varepsilon}(\mathbf{x}))^{-1}\mathbf{F}(\mathbf{x},\tau),\qquad\mathbf{x}\in\mathbb{R}^{d},\;\tau\in\mathbb{R},\\ &f^{\varepsilon}(\mathbf{x})\mathbf{u}_{\varepsilon}(\mathbf{x},0)=\boldsymbol{\phi}(\mathbf{x}),\qquad\mathbf{x}\in\mathbb{R}^{d},\end{aligned}\right.

\mathbf{u}_{\varepsilon}(\cdot,\tau)=e^{-i\tau\mathcal{A}_{\varepsilon}}(f^{\varepsilon})^{-1}\boldsymbol{\phi}-i\int_{0}^{\tau}e^{-i(\tau-\tilde{\tau})\mathcal{A}_{\varepsilon}}(f^{\varepsilon})^{-1}\mathbf{F}(\cdot,\tilde{\tau})\,d\tilde{\tau}.

Пусть $\mathbf{u}_{0}(\mathbf{x},s)$ — решение “усреднённой” задачи:

\left\{\begin{aligned} &i\frac{\partial\mathbf{u}_{\varepsilon}(\mathbf{x},\tau)}{\partial\tau}=f_{0}b(\mathbf{D})^{*}g^{0}b(\mathbf{D})f_{0}\mathbf{u}_{\varepsilon}(\mathbf{x},\tau)+f_{0}^{-1}\mathbf{F}(\mathbf{x},\tau),\qquad\mathbf{x}\in\mathbb{R}^{d},\;\tau\in\mathbb{R},\\ &f_{0}\mathbf{u}_{\varepsilon}(\mathbf{x},0)=\boldsymbol{\phi}(\mathbf{x}),\qquad\mathbf{x}\in\mathbb{R}^{d}.\end{aligned}\right.

Тогда

\mathbf{u}_{0}(\cdot,\tau)=e^{-i\tau\mathcal{A}^{0}}f_{0}^{-1}\boldsymbol{\phi}-i\int_{0}^{\tau}e^{-i(\tau-\tilde{\tau})\mathcal{A}^{0}}f_{0}^{-1}\mathbf{F}(\cdot,\tilde{\tau})\,d\tilde{\tau}.

Из теоремы 10.8 непосредственно вытекает следующий результат (доказанный ранее в [BSu5, теорема 14.5]).

Теорема 11.4 ([BSu5]).

Пусть $\mathbf{u}_{\varepsilon}$ — решение задачи (11.1) и $\mathbf{u}_{0}$ — решение задачи (11.2).

1 ${}^{\circ}.$

\|f^{\varepsilon}\mathbf{u}_{\varepsilon}(\cdot,\tau)-f_{0}\mathbf{u}_{0}(\cdot,\tau)\|_{L_{2}(\mathbb{R}^{d})}\leqslant\varepsilon^{s/3}(1+|\tau|)^{s/3}\mathfrak{C}_{1}(s)\left(\|\boldsymbol{\phi}\|_{H^{s}(\mathbb{R}^{d})}+\|\mathbf{F}\|_{L_{1}((0,\tau);H^{s}(\mathbb{R}^{d}))}\right).

\|f^{\varepsilon}\mathbf{u}_{\varepsilon}(\cdot,\pm\varepsilon^{-\alpha})-f_{0}\mathbf{u}_{0}(\cdot,\pm\varepsilon^{-\alpha})\|_{L_{2}(\mathbb{R}^{d})}\leqslant\\ \leqslant\varepsilon^{s(1-\alpha)/3}\cdot 2^{s/3}\mathfrak{C}_{1}(s)\left(\|\boldsymbol{\phi}\|_{H^{s}(\mathbb{R}^{d})}+\varepsilon^{-\alpha/p^{\prime}}\|\mathbf{F}\|_{L_{p}(\mathbb{R}_{\pm};H^{s}(\mathbb{R}^{d}))}\right).

Величина $\mathfrak{C}_{1}(s)$ определена в теореме 10.8. Здесь $p^{-1}+(p^{\prime})^{-1}=1$ .

2 ${}^{\circ}.$

Если $\boldsymbol{\phi}\in L_{2}(\mathbb{R}^{d};\mathbb{C}^{n})$ и $\mathbf{F}\in L_{1,\mathrm{loc}}(\mathbb{R};L_{2}(\mathbb{R}^{d};\mathbb{C}^{n}))$ , то

\lim\limits_{\varepsilon\to 0}\|f^{\varepsilon}\mathbf{u}_{\varepsilon}(\cdot,\tau)-f_{0}\mathbf{u}_{0}(\cdot,\tau)\|_{L_{2}(\mathbb{R}^{d})}=0,\qquad\tau\in\mathbb{R}.

При дополнительном предположении $\mathbf{F}\in L_{1}(\mathbb{R}_{\pm};L_{2}(\mathbb{R}^{d},\mathbb{C}^{n}))$ справедливо

\lim\limits_{\varepsilon\to 0}\|f^{\varepsilon}\mathbf{u}_{\varepsilon}(\cdot,\pm\varepsilon^{-\alpha})-f_{0}\mathbf{u}_{0}(\cdot,\pm\varepsilon^{-\alpha})\|_{L_{2}(\mathbb{R}^{d})}=0,\qquad 0<\alpha<1.

Результаты теоремы 11.4 можно усилить при дополнительных предположениях. Применяя теорему 10.9, получаем следующее утверждение.

Теорема 11.5.

Пусть выполнены условия теоремы 11.4. Пусть оператор $\widehat{N}_{Q}(\boldsymbol{\theta})$ определён в (7.7). Предположим, что $\widehat{N}_{Q}(\boldsymbol{\theta})=0$ при всех $\boldsymbol{\theta}\in\mathbb{S}^{d-1}$ .

1 ${}^{\circ}.$

Если $\boldsymbol{\phi}\in H^{s}(\mathbb{R}^{d};\mathbb{C}^{n})$ , $\mathbf{F}\in L_{1,\mathrm{loc}}(\mathbb{R};H^{s}(\mathbb{R}^{d};\mathbb{C}^{n}))$ , где $0\leqslant s\leqslant 2$ , то при $\tau\in\mathbb{R}$ и $\varepsilon>0$ выполнена оценка

\|f^{\varepsilon}\mathbf{u}_{\varepsilon}(\cdot,\tau)-f_{0}\mathbf{u}_{0}(\cdot,\tau)\|_{L_{2}(\mathbb{R}^{d})}\leqslant\varepsilon^{s/2}(1+|\tau|^{1/2})^{s/2}\mathfrak{C}_{2}(s)\left(\|\boldsymbol{\phi}\|_{H^{s}(\mathbb{R}^{d})}+\|\mathbf{F}\|_{L_{1}((0,s);H^{s}(\mathbb{R}^{d}))}\right).

При дополнительном предположении $\mathbf{F}\in L_{p}(\mathbb{R}_{\pm};H^{s}(\mathbb{R}^{d},\mathbb{C}^{n}))$ , где $p\in[1,\infty]$ , и при $\tau=\pm\varepsilon^{-\alpha}$ , $0<\varepsilon\leqslant 1$ , $0<\alpha<2s(s+4/p^{\prime})^{-1}$ справедлива оценка

\|f^{\varepsilon}\mathbf{u}_{\varepsilon}(\cdot,\pm\varepsilon^{-\alpha})-f_{0}\mathbf{u}_{0}(\cdot,\pm\varepsilon^{-\alpha})\|_{L_{2}(\mathbb{R}^{d})}\leqslant\\ \leqslant\varepsilon^{s(1-\alpha/2)/2}\cdot 2^{s/2}\mathfrak{C}_{2}(s)\left(\|\boldsymbol{\phi}\|_{H^{s}(\mathbb{R}^{d})}+\varepsilon^{-\alpha/p^{\prime}}\|\mathbf{F}\|_{L_{p}(\mathbb{R}_{\pm};H^{s}(\mathbb{R}^{d}))}\right).

Величина $\mathfrak{C}_{2}(s)$ определена в теореме 10.9. Здесь $p^{-1}+(p^{\prime})^{-1}=1$ .

2 ${}^{\circ}.$

Если $\boldsymbol{\phi}\in L_{2}(\mathbb{R}^{d};\mathbb{C}^{n})$ и $\mathbf{F}\in L_{1}(\mathbb{R}_{\pm};L_{2}(\mathbb{R}^{d},\mathbb{C}^{n}))$ , то

\lim\limits_{\varepsilon\to 0}\|f^{\varepsilon}\mathbf{u}_{\varepsilon}(\cdot,\pm\varepsilon^{-\alpha})-f_{0}\mathbf{u}_{0}(\cdot,\pm\varepsilon^{-\alpha})\|_{L_{2}(\mathbb{R}^{d})}=0,\qquad 0<\alpha<2.

Аналогично, применяя теорему 10.10, получаем следующее утверждение.

Теорема 11.6.

Пусть выполнены условия теоремы 11.4. Предположим, что выполнено условие 8.3 (или более сильное условие 8.4).

1 ${}^{\circ}.$

Если $\boldsymbol{\phi}\in H^{s}(\mathbb{R}^{d};\mathbb{C}^{n})$ , $\mathbf{F}\in L_{1,\mathrm{loc}}(\mathbb{R};H^{s}(\mathbb{R}^{d};\mathbb{C}^{n}))$ , где $0\leqslant s\leqslant 2$ , то при $\tau\in\mathbb{R}$ и $\varepsilon>0$ выполнена оценка

\|f^{\varepsilon}\mathbf{u}_{\varepsilon}(\cdot,\tau)-f_{0}\mathbf{u}_{0}(\cdot,\tau)\|_{L_{2}(\mathbb{R}^{d})}\leqslant\varepsilon^{s/2}(1+|\tau|^{1/2})^{s/2}\mathfrak{C}_{3}(s)\left(\|\boldsymbol{\phi}\|_{H^{s}(\mathbb{R}^{d})}+\|\mathbf{F}\|_{L_{1}((0,\tau);H^{s}(\mathbb{R}^{d}))}\right).

При дополнительном предположении $\mathbf{F}\in L_{p}(\mathbb{R}_{\pm};H^{s}(\mathbb{R}^{d},\mathbb{C}^{n}))$ , где $p\in[1,\infty]$ , и при $\tau=\pm\varepsilon^{-\alpha}$ , $0<\varepsilon\leqslant 1$ , $0<\alpha<2s(s+4/p^{\prime})^{-1}$ справедлива оценка

\|f^{\varepsilon}\mathbf{u}_{\varepsilon}(\cdot,\pm\varepsilon^{-\alpha})-f_{0}\mathbf{u}_{0}(\cdot,\pm\varepsilon^{-\alpha})\|_{L_{2}(\mathbb{R}^{d})}\leqslant\\ \leqslant\varepsilon^{s(1-\alpha/2)/2}\cdot 2^{s/2}\mathfrak{C}_{3}(s)\left(\|\boldsymbol{\phi}\|_{H^{s}(\mathbb{R}^{d})}+\varepsilon^{-\alpha/p^{\prime}}\|\mathbf{F}\|_{L_{p}(\mathbb{R}_{\pm};H^{s}(\mathbb{R}^{d}))}\right).

Величина $\mathfrak{C}_{3}(s)$ определена в теореме 10.10. Здесь $p^{-1}+(p^{\prime})^{-1}=1$ .

2 ${}^{\circ}.$

Если $\boldsymbol{\phi}\in L_{2}(\mathbb{R}^{d};\mathbb{C}^{n})$ и $\mathbf{F}\in L_{1}(\mathbb{R}_{\pm};L_{2}(\mathbb{R}^{d},\mathbb{C}^{n}))$ , то

\lim\limits_{\varepsilon\to 0}\|f^{\varepsilon}\mathbf{u}_{\varepsilon}(\cdot,\pm\varepsilon^{-\alpha})-f_{0}\mathbf{u}_{0}(\cdot,\pm\varepsilon^{-\alpha})\|_{L_{2}(\mathbb{R}^{d})}=0,\qquad 0<\alpha<2.

Полученные общие результаты можно применить к конкретным уравнениям математической физики (см. [Su4, разделы 15, 16]). Так, для уравнения Шрёдингера с вещественной матрицей $g(\mathbf{x})$ (см. [Su4, п. 15.1]) справедлива теорема 11.2. Для магнитного уравнения Шрёдингера с малым потенциалом (см. [Su4, п. 15.4]) и для двумерного волнового уравнения Паули (см. [Su4, п. 16.3]) выполнена теорема 11.4. Эти результаты являются точными как в отношении гладкости начальных данных, так и в отношении зависимости оценок от времени.

Список литературы

[APi] Allaire G., Piatnitski A., Homogenization of the Schrödinger equation and effective mass theorems, Comm. Math. Phys. 258 (2005), 1–22.
[BaPa] Бахвалов Н. С., Панасенко Г. П., Осреднение процессов в периодических средах, Наука, М., 1984.
[BeLP] Bensoussan A., Lions J.-L., Papanicolaou G., Asymptotic analisys for periodic structures, Stud. Math. Appl., vol. 5, North-Holland Publishing Co., Amsterdam-New York, 1978.
[BSu1] Birman M. Sh., Suslina T. A., Threshold effects near the lower edge of the spectrum for periodic differential operators of mathematical physics, in Systems, Approximation, Singular Integral Operators, and Related Topics, A. A. Borichev and N. K. Nikolski, eds., Birkhäuser, Basel, 2001, pp. 71–107.
[BSu2] Бирман M. Ш., Суслина Т. А., Периодические дифференциальные операторы второго порядка. Пороговые свойства и усреднения, Алгебра и анализ, 15:5 (2003), 1–108.
[BSu3] Бирман М. Ш., Суслина Т. А., Пороговые аппроксимации резольвенты факторизованного самосопряжённого семейства с учётом корректора, Алгебра и анализ, 17:5 (2005), 69–90.
[BSu4] Бирман М. Ш., Суслина Т. А., Усреднение периодических эллиптических дифференциальных операторов с учётом корректора, Алгебра и анализ, 17:6 (2005), 1–104.
[BSu5] Бирман М. Ш., Суслина Т. А., Операторные оценки погрешности при усреднении нестационарных периодических уравнений, Алгебра и анализ, 20:6 (2008), 30–107.
[COrVa] Conca C., Orive R., Vanninathan M., Bloch approximation in homogenization and applications, SIAM J. Math. Anal., 33:5 (2002), 1166–1198.
[VSu1] Василевская Е. С., Суслина Т. А., Пороговые аппроксимации факторизованного самосопряжённого операторного семейства с учётом первого и второго корректоров, Алгебра и анализ, 23:2 (2011), 102–146.
[VSu2] Василевская Е. С., Суслина Т. А., Усреднение параболических и эллиптических периодических операторов в $L_{2}(\mathbb{R}^{d})$ при учёте первого и второго корректоров, Алгебра и анализ, 24:2 (2012), 1–103.
[D] Дородный М. А., Усреднение уравнений типа Шрёдингера с периодическими коэффициентами при включении членов младшего порядка, Алгебра и анализ, принято к печати.
[DSu] Dorodnyi M. A., Suslina T. A., Spectral Approach to Homogenization of Hyperbolic Equations With Periodic Coefficients, J. Differ. Equ., 264:12 (2018), 7463–7522.
[Zh] Жиков В. В., О некоторых оценках из теории усреднения, Докл. РАН, 406:5 (2006), 597–601.
[ZhKO] Жиков В. В., Козлов С. М., Олейник О. А., Усреднение дифференциальных операторов, Физматлит, М., 1993.
[ZhPas1] Zhikov V. V., Pastukhova S. E., On operator estimates for some problems in homogenization theory, Russ. J. Math. Phys., 12:4 (2005), 515–524.
[ZhPas2] Zhikov V. V., Pastukhova S. E., Estimates of homogenization for a parabolic equation with periodic coefficients, Russ. J. Math. Phys., 13:2 (2006), 224–237.
[ZhPas3] Жиков В. В., Пастухова С. Е., Об операторных оценках в теории усреднения, УМН, 71:3(429) (2016), 27–122.
[K] Като Т., Теория возмущений линейных операторов, Мир, М., 1972.
[M1] Meshkova Yu. M., On operator error estimates for homogenization of hyperbolic systems with periodic coeffcients, preprint (2017), arXiv:1705.02531 [math.AP].
[M2] Мешкова Ю. М., Об усреднении периодических гиперболических систем, Матем. заметки, принято к печати.
[M3] Meshkova Yu. M., On homogenization of periodic hyperbolic systems in $L_{2}(\mathbb{R}^{d};\mathbb{C}^{n})$ . Variations on the theme of the Trotter-Kato theorem, preprint (2019), arXiv:1904.02781 [math.AP].
[Se] Севостьянова Е. В., Асимптотическое разложение решения эллиптического уравнения второго порядка с периодическими быстро осциллирующими коэффициентами, Матем. сб., 115(157):2(6) (1981), 204–222.
[Su1] Суслина Т. А., Об усреднении периодических параболических систем, Функц. анализ и его прил., 38:4 (2004), 86–90.
[Su2] Suslina Т. A., Homogenization of a periodic parabolic Cauchy problem, Amer. Math. Soc. Transl. (2), vol. 220, Amer. Math. Soc., Providence, RI, 2007, 201–233.
[Su3] Суслина Т. А., Усреднение уравнений типа Шрёдингера, Функц. анализ и его прил., 50:3 (2016), 90–96.
[Su4] Suslina Т. A., Spectral approach to homogenization of nonstationary Schrödinger-type equations, J. Math. Anal. and Appl., 446:2 (2017), 1466–1523.

	$\displaystyle\\|F(t)-P\\|$	$\displaystyle\leqslant C_{1}\|t\|,$	$\displaystyle C_{1}$	$\displaystyle=\beta_{1}\delta^{-1/2}\\|X_{1}\\|,$		(1.6)
	$\displaystyle\\|A(t)F(t)-t^{2}SP\\|$	$\displaystyle\leqslant C_{2}\|t\|^{3},$	$\displaystyle C_{2}$	$\displaystyle=\beta_{2}\delta^{-1/2}\\|X_{1}\\|^{3}.$

Операторные оценки погрешности при усреднении нестационарного уравнения Шрёдингера: зависимость от времениРабота выполнена при поддержке гранта РНФ №17-11-01069.

Аннотация

Введение

0.1. Класс операторов

0.2. Обзор

0.3. Основные результаты работы

0.4. Метод

0.5. Структура статьи

0.6. Обозначения

0.7. Благодарности

Глава I. Абстрактная теоретико-операторная схема

§1. Квадратичные операторные семейства

1.1. Операторы X⁡(t)X(t) и A⁡(t)A(t)

Условие 1.1.

1.2. Операторы ZZ, RR и SS

1.3. Операторы Z2Z_{2} и R2R_{2}

1.4. Аналитические ветви собственных значений и собственных векторов оператора A⁡(t)A(t)

1.5. Пороговые аппроксимации

Теорема 1.2 ([BSu2]).

Теорема 1.3 ([BSu3]).

Замечание 1.4.

1.6. Условие невырожденности

Условие 1.5.

1.7. Разбиение собственных значений оператора A⁡(t)A(t) на кластеры

Замечание 1.6.

1.8. Коэффициенты νl\nu_{l}, l=1,…,nl=1,\ldots,n

§2. Аппроксимация оператора e−i​τ​ε−2​A​(t)​Pe^{-i\tau\varepsilon^{-2}A(t)}P

2.1. Аппроксимация оператора e−i​τ​ε−2​A​(t)​Pe^{-i\tau\varepsilon^{-2}A(t)}P

Теорема 2.1 ([BSu5]).

Теорема 2.2 ([Su4]).

Теорема 2.3 ([Su4]).

Теорема 2.4 ([BSu5]).

Теорема 2.5.

Доказательство.

Теорема 2.6.

Замечание 2.7.

2.2. Точность результатов относительно сглаживающего множителя

Теорема 2.8 ([Su4]).

Теорема 2.9.

Доказательство.

2.3. Точность результатов относительно времени

Теорема 2.10.

Доказательство.

Теорема 2.11.

§3. Аппроксимация окаймлённой операторной экспоненты

3.1. Операторное семейство вида A⁡(t)=M∗​A^​(t)​MA(t)=M^{*}\widehat{A}(t)M

3.2. Операторы Z^Q\widehat{Z}_{Q} и N^Q\widehat{N}_{Q}

Лемма 3.1 ([Su4]).

3.3. Операторы Z^2,Q\widehat{Z}_{2,Q}, R^2,Q\widehat{R}_{2,Q} и N^1,Q0\widehat{N}_{1,Q}^{0}

3.4. Связь операторов и коэффициентов степенных разложений

3.5. Аппроксимация окаймлённой операторной экспоненты

Теорема 3.2 ([BSu5]).

Теорема 3.3.

Теорема 3.4.

Замечание 3.5.

3.6. Подтверждение точности

Теорема 3.6 ([Su4]).

Теорема 3.7.

Теорема 3.8.

Теорема 3.9.

Глава II. Усреднение периодических дифференциальных операторов в L2​(ℝd,ℂn)L_{2}(\mathbb{R}^{d};\mathbb{C}^{n})

§4. Периодические дифференциальные операторы в L2​(ℝd,ℂn)L_{2}(\mathbb{R}^{d};\mathbb{C}^{n})

4.1. Предварительные сведения: решётки и преобразование Гельфанда

4.2. Факторизованные операторы 𝒜\mathcal{A} второго порядка

4.3. Операторы 𝒜⁡(𝐤)\mathcal{A}(\mathbf{k})

4.4. Зонные функции

4.5. Прямой интеграл для оператора 𝒜\mathcal{A}

4.6. Включение операторов 𝒜⁡(𝐤)\mathcal{A}(\mathbf{k}) в абстрактную схему

§5. Эффективные характеристики оператора 𝒜^=b​(D)∗​g​(x)​b​(D)\widehat{\mathcal{A}}=b(\mathbf{D})^{*}g(\mathbf{x})b(\mathbf{D})

5.1. Оператор A⁡(t,θ)A(t,\boldsymbol{\theta}) в случае f=𝟏nf=\mathbf{1}_{n}

5.2. Свойства эффективной матрицы

Предложение 5.1 ([BSu2]).

Предложение 5.2 ([BSu2]).

Предложение 5.3 ([BSu2]).

5.3. Аналитические ветви собственных значений и собственных элементов

5.4. Оператор N^​(θ)\widehat{N}(\boldsymbol{\theta})

Предложение 5.4 ([BSu3]).

Предложение 5.5 ([BSu4]).

Следствие 5.6.

5.5. Операторы Z^2​(θ)\widehat{Z}_{2}(\boldsymbol{\theta}), R^2​(θ)\widehat{R}_{2}(\boldsymbol{\theta}), N^10​(θ)\widehat{N}_{1}^{0}(\boldsymbol{\theta})

Операторные оценки погрешности при усреднении нестационарного уравнения Шрёдингера:
зависимость от времениРабота выполнена при поддержке гранта РНФ №17-11-01069.

1.1. Операторы $X(t)$ и $A(t)$

1.2. Операторы $Z$ , $R$ и $S$

1.3. Операторы $Z_{2}$ и $R_{2}$

1.4. Аналитические ветви собственных значений и собственных векторов оператора $A(t)$

1.7. Разбиение собственных значений оператора $A(t)$ на кластеры

1.8. Коэффициенты $\nu_{l}$ , $l=1,\ldots,n$

§2. Аппроксимация оператора $e^{-i\tau\varepsilon^{-2}A(t)}P$

2.1. Аппроксимация оператора $e^{-i\tau\varepsilon^{-2}A(t)}P$

3.1. Операторное семейство вида $A(t)=M^{*}\widehat{A}(t)M$

3.2. Операторы $\widehat{Z}_{Q}$ и $\widehat{N}_{Q}$

3.3. Операторы $\widehat{Z}_{2,Q}$ , $\widehat{R}_{2,Q}$ и $\widehat{N}_{1,Q}^{0}$

Глава II. Усреднение периодических
дифференциальных операторов в $L_{2}(\mathbb{R}^{d};\mathbb{C}^{n})$

§4. Периодические дифференциальные операторы в $L_{2}(\mathbb{R}^{d};\mathbb{C}^{n})$

4.2. Факторизованные операторы $\mathcal{A}$ второго порядка

4.3. Операторы $\mathcal{A}(\mathbf{k})$

4.5. Прямой интеграл для оператора $\mathcal{A}$

4.6. Включение операторов $\mathcal{A}(\mathbf{k})$ в абстрактную схему

§5. Эффективные характеристики оператора $\widehat{\mathcal{A}}=b(\mathbf{D})^{*}g(\mathbf{x})b(\mathbf{D})$

5.1. Оператор $A(t,\boldsymbol{\theta})$ в случае $f=\mathbf{1}_{n}$

5.4. Оператор $\widehat{N}(\boldsymbol{\theta})$

5.5. Операторы $\widehat{Z}_{2}(\boldsymbol{\theta})$ , $\widehat{R}_{2}(\boldsymbol{\theta})$ , $\widehat{N}_{1}^{0}(\boldsymbol{\theta})$

5.7. Коэффициенты $\widehat{\nu}_{l}(\boldsymbol{\theta})$ , $l=1,\ldots,n$

§6. Аппроксимация сглаженного оператора $e^{-i\tau\varepsilon^{-2}\widehat{\mathcal{A}}(\mathbf{k})}$

6.2. Случай, когда $\widehat{N}(\boldsymbol{\theta})=0$

6.3. Случай, когда $\widehat{N}_{0}(\boldsymbol{\theta})=0$

§7. Оператор $\mathcal{A}(\mathbf{k})$ . Применение схемы §3

7.1. Оператор $\mathcal{A}(\mathbf{k})$

7.3. Оператор $\widehat{N}_{Q}(\boldsymbol{\theta})$

7.4. Операторы $\widehat{Z}_{2,Q}(\boldsymbol{\theta})$ , $\widehat{R}_{2,Q}(\boldsymbol{\theta})$ , $\widehat{N}_{1,Q}^{0}(\boldsymbol{\theta})$

7.6. Коэффициенты $\nu_{l}(\boldsymbol{\theta})$ , $l=1,\ldots,n$

§8. Аппроксимация окаймлённого оператора $e^{-i\tau\varepsilon^{-2}\mathcal{A}(\mathbf{k})}$

8.2. Случай, когда $\widehat{N}_{Q}(\boldsymbol{\theta})=0$

8.3. Случай, когда $\widehat{N}_{0,Q}(\boldsymbol{\theta})=0$

§9. Аппроксимация операторной экспоненты $e^{-i\tau\varepsilon^{-2}{\mathcal{A}}}$

9.1. Аппроксимация оператора $e^{-i\tau\varepsilon^{-2}\widehat{\mathcal{A}}}$

9.2. Аппроксимация окаймлённого оператора $e^{-i\tau\varepsilon^{-2}\mathcal{A}}$

Глава III. Задачи усреднения для нестационарных уравнений
типа Шрёдингера

§10. Усреднение оператора $e^{-i\tau\mathcal{A}_{\varepsilon}}$