跳到论文正文
W Papers独立论文阅读器 arXiv:1806.09088 论文正文 计算阅读时间 · 0%
引用这篇论文根据当前论文元数据生成,正式投稿前建议核对。

    
  
License: arXiv.org perpetual non-exclusive license
arXiv:1806.09088v1 [math.GN] 24 Jun 2018

УДК: 517.54

ПОЛНАЯ ТОПОЛОГИЧЕСКАЯ КЛАССИФИКАЦИЯ ПРОСТРАНСТВ БЭРОВСКИХ ФУНКЦИЙ НА ОРДИНАЛАХ11 1 Работа выполнена всеми авторами при финансовой поддержке Российского фонда фундаментальных исследований (код проекта 17–51–18051)

Л.В. Гензе, С.П.Гулько, Т.Е. Хмылева

Аннотация. В работе рассматриваются пространства Bp​[1,α]B_{p}[1,\alpha] всех бэровских функций x:[1,α]→ℝx\colon[1,\alpha]\to\mathbb{R}, определённых на отрезках ординалов [1,α][1,\alpha] и наделённых топологией поточечной сходимости. Даётся полная топологическая классификация этих пространств

Ключевые слова: функция 1-го класса Бэра, пространство бэровских функций, топология поточечной сходимости, гомеоморфизм, отрезок ординалов, порядковая топология, вещественная компактность.

§1. Введение

Полная линейная топологическая классификация банаховых пространств C⁡[1,α]C[1,\alpha] всех непрерывных функций на компактных отрезках ординалов была проведена в работах [1, 2, 3, 4]. Линейную топологическую классификацию этих пространств, но уже в топологии поточечной сходимости (т.е. пространств Cp​[1,α]C_{p}[1,\alpha]) см. в [5, 6]. Аналогичная линейная топологическая классификация для пространств бэровских функций Bp​[1,α]B_{p}[1,\alpha] также наделенных топологией поточечной сходимости была проведена в работе [7]. В данной работе дана полная топологическая классификация пространств Bp​[1,α]B_{p}[1,\alpha] (См. теорему 2.2 ниже). Оказалось, что линейная топологическая классификация совпадает с топологической классификацией.

Наша терминология в основном следует [8]. Отрезки ординалов [1,α][1,\alpha] наделяются порядковой топологией ℑ\Im. Если α\alpha — произвольный ординал, а λ\lambda — начальный ординал (т.е. кардинал), не превосходящий α\alpha, то положим

Aλ,α={t∈[1,α]:χ⁡(t)=|λ|},A_{\lambda,\alpha}=\{t\in[1,\alpha]:\chi(t)=|\lambda|\},

где χ⁡(t)\chi(t) — характер точки t∈[1,α]t\in[1,\alpha]. В частности, Aω,αA_{\omega,\alpha} — это множество всех тех точек t∈[1,α]t\in[1,\alpha], для которых χ⁡(t)=ℵ0\chi(t)=\aleph_{0}.

Символом ℑω\Im_{\omega} будем обозначать ℵ0\aleph_{0} – модификацию топологии ℑ\Im, т.е. такую топологию, в которой открытыми объявляются все GδG_{\delta} - множества (т.е. те множества, которые можно представить в виде пересечения счётного семейства элементов ℑ\Im). Отрезок ординалов [1,α][1,\alpha], наделённый топологией ℑω\Im_{\omega}, будем обозначать [1,α]ω[1,\alpha]_{\omega}.

Отметим следующие свойства пространства [1,α]ω[1,\alpha]_{\omega}:

(aωa_{\omega}) Если AA — счётное подмножество в [1,α]ω[1,\alpha]_{\omega}, то AA замкнуто и дискретно.

(bωb_{\omega}) Для любого ординала α\alpha пространство [1,α]ω[1,\alpha]_{\omega} линделёфово и, следовательно, нормально.

Действительно, это очевидно, если α⩽ω1\alpha\leqslant\omega_{1}, где ω1\omega_{1} — первый несчётный ординал. Для α>ω1\alpha>\omega_{1} линделёфовость пространства [1,α]ω[1,\alpha]_{\omega} несложно доказать методом трансфинитной индукции.

Пусть α\alpha — предельный ординал. Наименьший порядковый тип множеств A⊂[1,α]A\subset[1,\alpha], конфинальных в [1,α)[1,\alpha), будем называть конфинальностью ординала α\alpha и обозначать cf⁡(α)\mathrm{cf}(\alpha).

Нетрудно видеть, что |cf⁡(α)|=χ⁡(α)|\mathrm{cf}(\alpha)|=\chi(\alpha) для предельного ординала α\alpha. Начальный ординал α\alpha называется регулярным, если cf⁡(α)=α\mathrm{cf}(\alpha)=\alpha. В противном случае начальный ординал называется сингулярным.

Определение 1.1. Функцию x:[1,α]→ℝx\colon[1,\alpha]\to\mathbb{R} будем называть функцией 1-го класса Бэра, если существует последовательность непрерывных функций xn:[1,α]→ℝx_{n}\colon[1,\alpha]\to\mathbb{R}, поточечно сходящаяся к функции xx. Множество всех функций 1-го класса Бэра будем обозначать B1​[1,α]B^{1}[1,\alpha]. Если γ>1\gamma>1 есть счетный ординал, то обозначим Bγ​[1,α]B^{\gamma}[1,\alpha] совокупность всех функций, представимых в виде поточечного предела последовательности функций fn:[1,α]→ℝf_{n}:[1,\alpha]\to\mathbb{R}, где fn∈Bβn​[1,α]f_{n}\in B^{\beta_{n}}[1,\alpha] и βn<γ\beta_{n}<\gamma — счетные ординалы. Это же множество, снабжённое топологией поточечной сходимости, будем обозначать Bpγ​[1,α]B_{p}^{\gamma}[1,\alpha].

Предложение 1.2. Функция x:[1,α]→ℝx\colon[1,\alpha]\to\mathbb{R} является функцией 1-го класса Бэра тогда и только тогда, когда она непрерывна во всех точках t∈[1,α]∖Aω,αt\in[1,\alpha]\setminus A_{\omega,\alpha}.

Доказательство.

Пусть x∈Bp​[1,α]x\in B_{p}[1,\alpha]. Тогда существует последовательность функций xn∈C⁡[1,α]x_{n}\in C[1,\alpha], сходящаяся к xx в каждой точке. Зафиксируем β∈[1,α]\beta\in[1,\alpha] со свойством cf⁡(β)>ω\mathrm{cf}(\beta)>\omega. Тогда для каждого натурального nn найдётся такой ординал βn<β\beta_{n}<\beta, что xn​(γ)=xn​(β)x_{n}(\gamma)=x_{n}(\beta) при всех γ∈(βn,β]\gamma\in(\beta_{n},\beta] [8, с. 206] (другими словами, каждое отображение xnx_{n} становится постоянным в некоторой окрестности точки β\beta). Пусть β0=sup{βn:n∈ℕ}\beta_{0}=\sup\{\beta_{n}:n\in\mathbb{N}\}. Так как cf⁡(β)>ω\mathrm{cf}(\beta)>\omega, то β0<β\beta_{0}<\beta и при любом γ∈(β0,β]\gamma\in(\beta_{0},\beta] выполнено

x⁡(γ)=limn→∞xn​(γ)=limn→∞xn​(β)=x⁡(β).x(\gamma)=\lim_{n\to\infty}x_{n}(\gamma)=\lim_{n\to\infty}x_{n}(\beta)=x(\beta).

Следовательно, отображение xx непрерывно в точке β\beta.

Обратно, пусть отображение x:[1,α]→ℝx\colon[1,\alpha]\to\mathbb{R} непрерывно во всех точках несчётной конфинальности. Докажем, что найдётся последовательность непрерывных отображений {xn:n∈ℕ}\{x_{n}:n\in\mathbb{N}\}, поточечно сходящихся к xx. Доказательство проведём по трансфинитной индукции. Ясно, что если α\alpha — конечный ординал, то утверждение теоремы верно.

Предположим, что для всех ординалов, меньших α\alpha, утверждение уже доказано.

Случай 1: α\alpha — бесконечный непредельный ординал. По индуктивному предположению существует такая последовательность непрерывных функций {yn:n∈ℕ}\{y_{n}:n\in\mathbb{N}\}, что limn→∞yn​(γ)=x⁡(γ)\displaystyle\lim_{n\to\infty}y_{n}(\gamma)=x(\gamma) для всех γ∈[1,α−1]\gamma\in[1,\alpha-1]. Продолжим функции yny_{n} на отрезок [1,α][1,\alpha], полагая

xn​(γ)={yn​(γ),γ∈[1,α−1];x⁡(α),γ=α.x_{n}(\gamma)=\left\{\begin{array}[]{rl}y_{n}(\gamma),&\gamma\in[1,\alpha-1];\\ x(\alpha),&\gamma=\alpha.\\ \end{array}\right.

Очевидно, что {xn:n∈ℕ}\{x_{n}:n\in\mathbb{N}\} — требуемая последовательность непрерывных функций.

Случай 2: α\alpha — предельный ординал и cf⁡(α)=ω\mathrm{cf}(\alpha)=\omega. Тогда существует возрастающая последовательность ординалов {αn:n∈ℕ}\{\alpha_{n}:n\in\mathbb{N}\}, такая, что limn→∞αn=α\lim_{n\to\infty}\alpha_{n}=\alpha. Рассмотрим следующее разбиение отрезка [1,α][1,\alpha]:

[1,α]=[1,α1]∪(α1,α2]∪…∪(αk−1,αk]∪…∪{α}.[1,\alpha]=[1,\alpha_{1}]\cup(\alpha_{1},\alpha_{2}]\cup\ldots\cup(\alpha_{k-1},\alpha_{k}]\cup\ldots\cup\{\alpha\}.

На отрезке [1,α1][1,\alpha_{1}] и на каждом из полуинтервалов (αk−1,αk](\alpha_{k-1},\alpha_{k}] существует последовательность непрерывных функций {ynk:n∈ℕ}\{y_{n}^{k}:n\in\mathbb{N}\}, поточечно сходящаяся к xx. Положим

xn​(γ)={yn1​(γ),γ∈[1,α1];yn2​(γ),γ∈(α1,α2];⋮ynn​(γ),γ∈(αn−1,αn];x⁡(α),γ∈(αn,α].x_{n}(\gamma)=\left\{\begin{array}[]{rl}y_{n}^{1}(\gamma),&\gamma\in[1,\alpha_{1}];\\ y_{n}^{2}(\gamma),&\gamma\in(\alpha_{1},\alpha_{2}];\\ \vdots\\ y_{n}^{n}(\gamma),&\gamma\in(\alpha_{n-1},\alpha_{n}];\\ x(\alpha),&\gamma\in(\alpha_{n},\alpha].\\ \end{array}\right.

Ясно, что все функции xnx_{n} непрерывны на отрезке [1,α][1,\alpha] и поточечно сходятся на этом отрезке к xx.

Случай 3: α\alpha — предельный ординал и cf⁡(α)>ω\mathrm{cf}(\alpha)>\omega. Тогда существует такой ординал γ0<α\gamma_{0}<\alpha, что x⁡(γ)=x⁡(α)x(\gamma)=x(\alpha) при всех γ∈(γ0,α]\gamma\in(\gamma_{0},\alpha]. По предположению индукции существует последовательность непрерывных функций {yn:n∈ℕ}\{y_{n}:n\in\mathbb{N}\}, заданных на отрезке [1,γ0][1,\gamma_{0}] и поточечно сходящихся к xx. Продолжим эти функции на отрезок [1,α][1,\alpha], полагая

xn​(γ)={yn​(γ),γ∈[1,γ0];x⁡(α),γ∈(γ0,α].x_{n}(\gamma)=\left\{\begin{array}[]{rl}y_{n}(\gamma),&\gamma\in[1,\gamma_{0}];\\ x(\alpha),&\gamma\in(\gamma_{0},\alpha].\\ \end{array}\right.

Понятно, что {xn:n∈ℕ}\{x_{n}:n\in\mathbb{N}\} сходится поточечно к xx на отрезке [1,α][1,\alpha]. ∎

Из доказанного критерия нетрудно вывести, что поточечный предел последовательности функций первого класса также будет функцией первого класса, следовательно, Bpγ​[1,α]=Bp1​[1,α]B_{p}^{\gamma}[1,\alpha]=B_{p}^{1}[1,\alpha] для каждого счетного ординала γ\gamma. Это означает, что на отрезке ординалов [1,α][1,\alpha] пространство всех бэровских функций совпадает с с пространством функций первого класса. В дальнейшем мы будем обозначать это пространство через Bp​[1,α]B_{p}[1,\alpha]. При таком соглашении из предложения 1.2 следует:

Следствие 1.3. Bp​[1,α]=Cp​([1,α]ω)B_{p}[1,\alpha]=C_{p}([1,\alpha]_{\omega}).

Следствие 1.4. Если α<ω1\alpha<\omega_{1}, то любая функция x:[1,α]→ℝx\colon[1,\alpha]\to\mathbb{R} является функцией первого класса Бэра.

Предложение 1.5. Функция x:[1,α]→ℝx\colon[1,\alpha]\to\mathbb{R} является является бэровской тогда и только тогда, когда множество x−1​(U)x^{-1}(U) имеет тип FσF_{\sigma} для любого множества UU, открытого в ℝ\mathbb{R}.

Доказательство.

Пусть x:[1,α]→ℝx\colon[1,\alpha]\to\mathbb{R} и множество x−1​(U)x^{-1}(U) имеет тип FσF_{\sigma} в [1,α][1,\alpha] для любого открытого U⊂ℝU\subset\mathbb{R}. Это эквивалентно тому, что x−1​(H)x^{-1}(H) имеет тип GδG_{\delta} в [1,α][1,\alpha] для любого замкнутого множества H⊂ℝH\subset\mathbb{R}. В силу следствия 1.4 можно считать, что α⩾ω1\alpha\geqslant\omega_{1}. Рассмотрим ординал β⩽α\beta\leqslant\alpha такой, что cf⁡(β)>ω\mathrm{cf}(\beta)>\omega. Тогда x−1​(x​(β))x^{-1}\left(x(\beta)\right) — это GδG_{\delta}-множество, содержащее точку β\beta, следовательно, содержащее некоторый полуинтервал (γ,β](\gamma,\beta]. Таким образом, на множестве (γ,β](\gamma,\beta] отображение xx постоянно, а значит, непрерывно в точке β\beta. По предложению 1.2 заключаем, что xx — отображение первого класса Бэра в смысле определения 1.1.

Обратно, пусть UU — открытое подмножество в ℝ\mathbb{R}. Представим UU в виде U=⋃k=1∞FkU=\bigcup\limits_{k=1}^{\infty}F_{k}, где все FkF_{k} замкнуты в ℝ\mathbb{R} и Fk⊂Int​Fk+1F_{k}\subset\mathrm{Int}\,F_{k+1}, k=1,2,…k=1,2,\ldots. Рассмотрим последовательность непрерывных функций xn:[1,α]→ℝx_{n}\colon[1,\alpha]\to\mathbb{R}, поточечно сходящуюся к xx. Нетрудно убедиться, что

x−1​(U)=⋃k=1∞⋂n=k∞xn−1​(Fk),x^{-1}(U)=\bigcup_{k=1}^{\infty}\bigcap_{n=k}^{\infty}x_{n}^{-1}(F_{k}),

откуда следует, что x−1​(U)x^{-1}(U) есть FσF_{\sigma}-множество в [1,α][1,\alpha]. ∎

Определение 1.6. ([9]) Пусть ZZ — топологическое пространство. Функция x:Z→ℝx\colon Z\to\mathbb{R} называется строго ω\omega-непрерывной, если для любого счётного множества D⊂ZD\subset Z найдётся такая непрерывная функция y:Z→ℝy\colon Z\to\mathbb{R}, что y|D=x|Dy|_{D}=x|_{D}.

Предложение 1.7. Любая функция x:[1,α]ω→ℝx\colon[1,\alpha]_{\omega}\to\mathbb{R} является строго ω\omega-непрерывной.

Доказательство.

Пусть D⊂[1,α]ωD\subset[1,\alpha]_{\omega} — счётное подмножество. По свойству (aωa_{\omega}) функция x|Dx|_{D} непрерывна на замкнутом множестве DD. Кроме того, по свойству (bωb_{\omega}) и по теореме Титце–Урысона существует непрерывное продолжение y:[1,α]ω→ℝy:[1,\alpha]_{\omega}\to\mathbb{R}. ∎

Напомним [8], что топологическое пространство XX называется вещественно полным, если оно гомеоморфно замкнутому подпространству некоторого произведения вещественных прямых. Вещественно полное пространство ν​X\nu X называется вещественной компактификацией пространства XX, если существует гомеоморфное вложение ν:X→ν​X\nu:X\to\nu X, для которого замыкание ν⁡(X)¯{\overline{\nu(X)}} совпадает с ν​X\nu X и для любой непрерывной функции f:X→ℝf:X\to\mathbb{R} найдется непрерывное продолжение f~:ν​X→ℝ\tilde{f}:\nu X\to\mathbb{R} .

Предложение 1.8. Вещественная компактификация ν​Bp​[1,α]\nu B_{p}[1,\alpha] канонически гомеоморфна тихоновскому произведению ℝ[1,α]\mathbb{R}^{[1,\alpha]}.

Доказательство.

Поскольку для любого топологического пространства XX пространство ν​Cp​(X)\nu C_{p}(X) канонически гомеоморфно множеству всех строго ω\omega-непрерывных функций на XX ([10], стр.382), то, учитывая следствие 1.3 и предложение 1.7, получаем ν​Bp​[1,α]=ν​Cp​([1,α]ω)=ℝ[1,α]\nu B_{p}[1,\alpha]=\nu C_{p}\bigl([1,\alpha]_{\omega}\bigr)=\mathbb{R}^{[1,\alpha]}. ∎

§2. Доказательство основной теоремы

В работе [7] доказана следующая теорема.

Теорема 2.1. Пусть α\alpha и β\beta — бесконечные ординалы и α⩽β\alpha\leqslant\beta. Тогда пространства Bp​[1,α]B_{p}[1,\alpha] и Bp​[1,β]B_{p}[1,\beta], наделённые топологиями поточечной сходимости, линейно гомеоморфны тогда и только тогда, когда выполняется одно из следующих взаимоисключающих условий:

  1. 1.

    ω⩽α⩽β<ω1\omega\leqslant\alpha\leqslant\beta<\omega_{1};

  2. 2.

    ω1⩽α⩽β<ω2\omega_{1}\leqslant\alpha\leqslant\beta<\omega_{2};

  3. 3.

    τ⋅n⩽α⩽β<τ⋅(n+1)\tau\cdot n\leqslant\alpha\leqslant\beta<\tau\cdot(n+1), где τ⩾ω2\tau\geqslant\omega_{2} — начальный регулярный ординал и n<ωn<\omega;

  4. 4.

    τ⋅σ⩽α⩽β<τ⋅σ+\tau\cdot\sigma\leqslant\alpha\leqslant\beta<\tau\cdot\sigma^{+}, где τ⩾ω2\tau\geqslant\omega_{2} — начальный регулярный ординал, σ\sigma — такой начальный ординал, что ω⩽σ<τ\omega\leqslant\sigma<\tau и σ+\sigma^{+} — наименьший начальный ординал, больший, чем σ\sigma;

  5. 5.

    τ2⩽α⩽β<τ+\tau^{2}\leqslant\alpha\leqslant\beta<\tau^{+}, где τ⩾ω2\tau\geqslant\omega_{2} — начальный регулярный ординал и τ+\tau^{+} — наименьший начальный ординал, больший, чем τ\tau;

  6. 6.

    τ⩽α⩽β<τ+\tau\leqslant\alpha\leqslant\beta<\tau^{+}, где τ⩾ω2\tau\geqslant\omega_{2} — начальный сингулярный ординал.

В данной работе мы доказываем следующую теорему:

Теорема 2.2. Пусть α\alpha и β\beta — бесконечные ординалы. Пространства Bp​[1,α]B_{p}[1,\alpha] и Bp​[1,β]B_{p}[1,\beta] гомеоморфны тогда и только тогда, когда они линейно гомеоморфны.

Ясно, что если α\alpha и β\beta попадают в один из указанных в теореме 1 промежутков, то Bp​[1,α]B_{p}[1,\alpha] и Bp​[1,β]B_{p}[1,\beta] гомеоморфны. Если же α\alpha и β\beta попадают в разные промежутки и α<τ⩽β\alpha<\tau\leqslant\beta для некоторого начального ординала τ\tau, то пространства Bp​[1,α]B_{p}[1,\alpha] и Bp​[1,β]B_{p}[1,\beta] не гомеоморфны, так как эти пространства имеют различный вес.

Таким образом, чтобы доказать теорему 2.2, нам достаточно доказать, что пространства Bp​[1,τ⋅σ]B_{p}[1,\tau\cdot\sigma] и Bp​[1,τ⋅λ]B_{p}[1,\tau\cdot\lambda] не гомеоморфны, если τ⩾ω2\tau\geqslant\omega_{2} — начальный регулярный ординал, а σ\sigma и λ\lambda — начальные ординалы, удовлетворяющие условию 1⩽σ<λ⩽τ1\leqslant\sigma<\lambda\leqslant\tau.

Лемма 2.3. Пусть α\alpha — произвольный ординал, λ\lambda — начальный регулярный ординал, ω1<λ≤α\omega_{1}<\lambda\leq\alpha, функция x:[1,α]→ℝx\colon[1,\alpha]\to\mathbb{R} непрерывна в точках множества Aω1,αA_{\omega_{1},\alpha} и t0∈Aλ,αt_{0}\in A_{\lambda,\alpha}. Тогда существует такой ординал γ<t0\gamma<t_{0}, что x|(γ,t0)=constx|_{(\gamma,t_{0})}=\mathrm{const}.

Доказательство.

Предположим противное. Так как cf⁡(t0)=λ>ω1\mathrm{cf}(t_{0})=\lambda>\omega_{1}, то для некоторого ε0>0\varepsilon_{0}>0 и для каждого γ<t0\gamma<t_{0} найдутся ординалы tγt_{\gamma} и qγq_{\gamma}, удовлетворяющие неравенству γ<tγ<qγ<t0\gamma<t_{\gamma}<q_{\gamma}<t_{0} и такие, что |x⁡(tγ)−x⁡(qγ)|⩾ε0|x(t_{\gamma})-x(q_{\gamma})|\geqslant\varepsilon_{0}.

По трансфинитной индукции для каждого ξ∈[1,ω1)\xi\in[1,\omega_{1}) можно выбрать точки γξ\gamma_{\xi}, tγξt_{\gamma_{\xi}} и qγξq_{\gamma_{\xi}} так, чтобы γξ<tγξ<qγξ<γξ+1<t0\gamma_{\xi}<t_{\gamma_{\xi}}<q_{\gamma_{\xi}}<\gamma_{\xi+1}<t_{0} и γξ=supη<ξγη\gamma_{\xi}=\sup_{\eta<\xi}\gamma_{\eta} для предельного ординала ξ\xi. Тогда точка γ0=supξ∈[1,ω1)γξ=supξ∈[1,ω1)qγξ=supξ∈[1,ω1)tγξ\gamma_{0}=\sup_{\xi\in[1,\omega_{1})}\gamma_{\xi}=\sup_{\xi\in[1,\omega_{1})}q_{\gamma_{\xi}}=\sup_{\xi\in[1,\omega_{1})}t_{\gamma_{\xi}} будет элементом множества Aω1,αA_{\omega_{1},\alpha}, а функция xx будет разрывна в точке γ0\gamma_{0}, что противоречит условию леммы. ∎

Введём некоторые обозначения. Для функции x∈ℝ[1,α]x\in\mathbb{R}^{[1,\alpha]} и начального ординала λ⩽α\lambda\leqslant\alpha символом Gλ​(x)G_{\lambda}(x) будем обозначать семейство

Gλ​(x)={⋂s∈SVs:Vs​ — стандартная окрестность ​x​ в ​ℝ[1,α]​ и ​|S|=λ}.G_{\lambda}(x)=\left\{\bigcap_{s\in S}V_{s}:V_{s}\text{ --- стандартная окрестность }x\text{ в }\mathbb{R}^{[1,\alpha]}\text{ и }|S|=\lambda\right\}.

Элементы семейства Gλ​(x)G_{\lambda}(x) будем называть λ\lambda-окрестностями функции xx.

Символом D⁡(x)D(x) будем обозначать множество всех точек разрыва функции x∈ℝ[1,α]x\in\mathbb{R}^{[1,\alpha]}.

Для регулярного ординала τ>ω1\tau>\omega_{1} и начального ординала σ\sigma такого, что σ⩽τ\sigma\leqslant\tau положим

Mτ​σ={x∈ℝ[1,τ⋅σ]:x непрерывна в тех точках t∈[1,τ⋅σ], для которых ω1⩽cf(t)<τ}.M_{\tau\sigma}=\left\{x\in\mathbb{R}^{[1,\tau\cdot\sigma]}:x\text{ непрерывна в тех точках }t\in[1,\tau\cdot\sigma],\right.\\ \left.\vphantom{\mathbb{R}^{[1,\tau\cdot\sigma]}}\text{ для которых }\omega_{1}\leqslant\mathrm{cf}(t)<\tau\right\}.

Ясно, что Bp​[1,τ⋅σ]⊂Mτ​σB_{p}[1,\tau\cdot\sigma]\subset M_{\tau\sigma}.

Лемма 2.4. Пусть τ>ω1\tau>\omega_{1} — начальный регулярный ординал, σ⩽τ\sigma\leqslant\tau — начальный ординал и x∈Mτ​σx\in M_{\tau\sigma}. Тогда множество D⁡(x)D(x) не более чем счётно.

Доказательство.

Предположим, что множество D⁡(x)D(x) несчётно и пусть

t0=min⁡{t∈[1,τ⋅σ]:[1,t]∩D⁡(x)​ несчётно}.t_{0}=\min\{t\in[1,\tau\cdot\sigma]:[1,t]\cap D(x)\text{ несчётно}\}.

Ясно, что cf⁡(t0)>ω\mathrm{cf}(t_{0})>\omega. Так как x∈Mτ​σx\in M_{\tau\sigma}, то xx непрерывна в тех точках tt, для которых cf⁡(t)=ω1\mathrm{cf}(t)=\omega_{1}. По лемме 2.3 найдётся ординал γ<t0\gamma<t_{0} такой, что x|(γ,t0)x|_{(\gamma,t_{0})} — постоянная функция (если cf⁡(t0)=ω1\mathrm{cf}(t_{0})=\omega_{1}, то такой ординал γ\gamma существует в силу непрерывности функции xx в точке t0t_{0}).

Но тогда, с учётом равенства

[1,t0]∩D⁡(x)=([1,γ]∩D⁡(x))∪([γ,t0]∩D⁡(x)),[1,t_{0}]\cap D(x)=([1,\gamma]\cap D(x))\cup([\gamma,t_{0}]\cap D(x)),

множество [1,γ]∩D⁡(x)[1,\gamma]\cap D(x) несчётно, что противоречит определению ординала t0t_{0}. ∎

Лемма 2.5. Пусть τ>ω1\tau>\omega_{1} — начальный регулярный ординал, σ\sigma — начальный ординал и σ⩽τ\sigma\leqslant\tau. Тогда верна формула

Mτ​σ={x∈ℝ[1,τ⋅σ]:V∩Bp[1,τ⋅σ]≠∅ для каждого начальногоординала λ<τ и любой λ-окрестности V функции x}.M_{\tau\sigma}=\left\{x\in\mathbb{R}^{[1,\tau\cdot\sigma]}:V\cap B_{p}[1,\tau\cdot\sigma]\neq\varnothing\text{ для каждого начального}\right.\\ \left.\vphantom{\mathbb{R}^{[1,\tau\cdot\sigma]}}\text{ординала }\lambda<\tau\text{ и любой $\lambda$-окрестности $V$ функции }x\right\}.
Доказательство.

Обозначим правую часть равенства Lτ​σL_{\tau\sigma} и докажем, что это множество совпадает с Mτ​σM_{\tau\sigma}. Предположим, что x∉Mτ​σx\notin M_{\tau\sigma}, то есть xx разрывна в некоторой точке t0t_{0}, для которой ω1⩽cf⁡(t0)<τ\omega_{1}\leqslant\mathrm{cf}(t_{0})<\tau. Поскольку |cf⁡(t0)|=χ⁡(t0)|\mathrm{cf}(t_{0})|=\chi(t_{0}), то существует такая база {Uj​(t0)}j∈J\{U_{j}(t_{0})\}_{j\in J} окрестностей точки t0t_{0}, что |J|<τ|J|<\tau. Так как функция xx разрывна в точке t0t_{0}, то существует такое число ε0>0\varepsilon_{0}>0, что для каждого j∈Jj\in J найдётся точка tj∈Uj​(t0)t_{j}\in U_{j}(t_{0}), для которой |x⁡(tj)−x⁡(t0)|⩾ε0|x(t_{j})-x(t_{0})|\geqslant\varepsilon_{0}. Пусть V=∩j∈J,n∈ℕVj,nV=\cap_{j\in J,n\in\mathbb{N}}V_{j,n}, где Vj,n=V⁡(x,tj,t0,1/n)V_{j,n}=V(x,t_{j},t_{0},1/n) — стандартная окрестность функции xx в пространстве ℝ[1,τ⋅σ]\mathbb{R}^{[1,\tau\cdot\sigma]}. Если y∈Vy\in V, то y⁡(tj)=x⁡(tj)y(t_{j})=x(t_{j}) и y⁡(t0)=x⁡(t0)y(t_{0})=x(t_{0}). Следовательно, функция yy разрывна в точке t0t_{0} и тогда y∉Bp​[1,τ⋅σ]y\notin B_{p}[1,\tau\cdot\sigma]. Таким образом, V∩Bp​[1,τ⋅σ]=∅V\cap B_{p}[1,\tau\cdot\sigma]=\varnothing, то есть x∉Lτ​σx\notin L_{\tau\sigma}.

Пусть теперь x∈Mτ​σx\in M_{\tau\sigma}, т.е. функция xx может быть разрывна только в точках множества Aτ,τ⋅σA_{\tau,\tau\cdot\sigma} и в точках, конфинальных ω\omega.

Несложно убедиться в том, что множество Aτ,τ⋅σA_{\tau,\tau\cdot\sigma} имеет вид

Aτ,τ⋅σ={τ⋅(ξ+1):ξ<σ}, если ​σ<τ;A_{\tau,\tau\cdot\sigma}=\{\tau\cdot(\xi+1):\xi<\sigma\},\text{ если }\sigma<\tau;
Aτ,τ⋅σ={τ⋅(ξ+1):ξ<τ}∪{τ⋅τ}, если ​σ=τ.A_{\tau,\tau\cdot\sigma}=\{\tau\cdot(\xi+1):\xi<\tau\}\cup\{\tau\cdot\tau\},\text{ если }\sigma=\tau.

По лемме 2.4 множество D⁡(x)D(x) не более чем счётно и, следовательно, для некоторой последовательности {ξn}n=1∞⊂[1,σ)\{\xi_{n}\}_{n=1}^{\infty}\subset[1,\sigma)

Aτ,τ⋅σ∩D⁡(x)={τ⋅(ξn+1):n∈ℕ}, если ​σ<τ.A_{\tau,\tau\cdot\sigma}\cap D(x)=\{\tau\cdot(\xi_{n}+1):n\in\mathbb{N}\},\text{ если }\sigma<\tau.

Аналогично,

Aτ,τ⋅σ∩D⁡(x)={τ⋅(ξn+1):n∈ℕ}∪{τ⋅τ}, если ​σ=τ.A_{\tau,\tau\cdot\sigma}\cap D(x)=\{\tau\cdot(\xi_{n}+1):n\in\mathbb{N}\}\cup\{\tau\cdot\tau\},\text{ если }\sigma=\tau.

Пусть λ<τ\lambda<\tau и V(x)=⋂{U(x,η,1/n):η∈S,n∈ℕ}V(x)=\bigcap\{U(x,\eta,1/n):\eta\in S,\,n\in\mathbb{N}\} — λ\lambda-окрестность точки xx. Тогда |S|<τ|S|<\tau.

Так как множество SS не конфинально регулярному ординалу τ\tau, то для каждого n∈ℕn\in\mathbb{N} найдётся ординал γn\gamma_{n} такой, что τ​ξn<γn<τ⁡(ξn+1)\tau\xi_{n}<\gamma_{n}<\tau(\xi_{n}+1) и (γn,τ⁡(ξn+1))∩S=∅(\gamma_{n},\tau(\xi_{n}+1))\cap S=\varnothing.

В случае σ=τ\sigma=\tau также найдётся такой ординал γ0<τ2\gamma_{0}<\tau^{2}, что (γ0,τ2)∩S=∅(\gamma_{0},\tau^{2})\cap S=\varnothing и (γ0,τ2)∩{τ⁡(ξn+1)}n=1∞=∅(\gamma_{0},\tau^{2})\cap\{\tau(\xi_{n}+1)\}_{n=1}^{\infty}=\varnothing.

Рассмотрим функцию

x~​(t)={x⁡(τ⁡(ξn+1)), если ​t∈(γn,τ⁡(ξn+1));x⁡(τ2), если ​t∈(γ0,τ2);x⁡(t), в остальных случаях.\tilde{x}(t)=\left\{\begin{array}[]{ll}x(\tau(\xi_{n}+1)),&\text{ если }t\in(\gamma_{n},\tau(\xi_{n}+1));\\ x(\tau^{2}),&\text{ если }t\in(\gamma_{0},\tau^{2});\\ x(t),&\text{ в остальных случаях}.\end{array}\right.

Так как x~|S=x|S\tilde{x}|_{S}=x|_{S}, то x~∈V⁡(x)\tilde{x}\in V(x). С другой стороны, пусть t∈[1,τ⋅σ]t\in[1,\tau\cdot\sigma] и cf⁡(t)⩾ω1\mathrm{cf}(t)\geqslant\omega_{1}. Очевидно, что функция x~\tilde{x} постоянна на каждом из промежутков (γn,τ⁡(ξn+1)](\gamma_{n},\tau(\xi_{n}+1)] и (γ0,τ2](\gamma_{0},\tau^{2}] и, следовательно, непрерывна во всех точках t∈∪n=1∞(γn,τ(ξn+1)]∪(γ0,τ2]t\in\cup_{n=1}^{\infty}(\gamma_{n},\tau(\xi_{n}+1)]\cup(\gamma_{0},\tau^{2}]. Если t∉∪n=1∞(γn,τ(ξn+1)]¯∪(γ0,τ2]t\notin\overline{\cup_{n=1}^{\infty}(\gamma_{n},\tau(\xi_{n}+1)]}\cup(\gamma_{0},\tau^{2}], то функция x~\tilde{x} совпадает с функцией xx в некоторой окрестности точки tt и, значит, непрерывна в tt. Если же t∈∪n=1∞(γn,τ(ξn+1)]¯\∪n=1∞(γn,τ(ξn+1)]t\in\overline{\cup_{n=1}^{\infty}(\gamma_{n},\tau(\xi_{n}+1)]}\backslash{\cup_{n=1}^{\infty}(\gamma_{n},\tau(\xi_{n}+1)]}, то cf⁡(t)=ω\mathrm{cf}(t)=\omega. Таким образом x~∈Bp​[1,τ⋅σ]\tilde{x}\in B_{p}[1,\tau\cdot\sigma], то есть V⁡(x)∩Bp​[1,τ⋅σ]≠∅V(x)\cap B_{p}[1,\tau\cdot\sigma]\neq\varnothing и, следовательно, x∈Lτ​σx\in L_{\tau\sigma}. ∎

Доказательство следующей леммы можно найти в ([8], стр.327).

Лемма 2.6. Пусть XX и YY — топологические пространства и φ:X→Y\varphi\colon X\to Y — гомеоморфизм. Тогда существует гомеоморфизм φ~:ν​X→ν​Y\tilde{\varphi}\colon\nu X\to\nu Y такой, что φ~​(x)=φ​(x)\tilde{\varphi}(x)=\varphi(x) для каждого x∈Xx\in X. □\Box

Предложение 2.7. Пусть τ>ω1\tau>\omega_{1} — регулярный ординал, σ,η\sigma,\eta — такие начальные ординалы, что ω≤η<σ⩽τ\omega\leq\eta<\sigma\leqslant\tau. Тогда пространства Bp​[1,τ⋅σ]B_{p}[1,\tau\cdot\sigma] и Bp​[1,τ⋅η]B_{p}[1,\tau\cdot\eta] не гомеоморфны.

Доказательство.

Предположим, что существует гомеоморфизм

φ:Bp​[1,τ⋅σ]→Bp​[1,τ⋅η].\varphi\colon B_{p}[1,\tau\cdot\sigma]\to B_{p}[1,\tau\cdot\eta].

Не нарушая общности, можно считать, что φ⁡(0)=0\varphi(0)=0. По лемме 2.6 существует гомеоморфизм

φ~:ν⁡(Bp​[1,τ⋅σ])→ν⁡(Bp​[1,τ⋅η])\tilde{\varphi}\colon\nu(B_{p}[1,\tau\cdot\sigma])\to\nu(B_{p}[1,\tau\cdot\eta])

такой, что φ~|Bp​[1,τ⋅σ]=φ\tilde{\varphi}|_{B_{p}[1,\tau\cdot\sigma]}=\varphi. Учитывая предложение 1.8, мы можем считать, что φ~\tilde{\varphi} — это гомеоморфизм ℝ[1,τ⋅σ]\mathbb{R}^{[1,\tau\cdot\sigma]} на ℝ[1,τ⋅η]\mathbb{R}^{[1,\tau\cdot\eta]}, являющийся продолжением гомеоморфизма φ\varphi. Рассмотрим подпространства Mτ​σ⊂ℝ[1,τ⋅σ]M_{\tau\sigma}\subset\mathbb{R}^{[1,\tau\cdot\sigma]} и Mτ​η⊂ℝ[1,τ⋅η]M_{\tau\eta}\subset\mathbb{R}^{[1,\tau\cdot\eta]}. Из леммы 2.5 следует, что φ~​(Mτ​σ)=Mτ​η\tilde{\varphi}(M_{\tau\sigma})=M_{\tau\eta}.

Для каждой точки t∈Aτ,τ​σt\in A_{\tau,\tau\sigma} пусть χt\chi_{t} — характеристическая функция одноточечного множества {t}\{t\}. Очевидно, что {χt}t∈Aτ,τ​σ⊂Mτ​σ∖Bp​[1,τ⋅σ]\{\chi_{t}\}_{t\in A_{\tau,\tau\sigma}}\subset M_{\tau\sigma}\setminus B_{p}[1,\tau\cdot\sigma] и для любой последовательности попарно различных точек tn∈Aτ,τ​σt_{n}\in A_{\tau,\tau\sigma} последовательность {χtn}\{\chi_{t_{n}}\} поточечно сходится к нулевой функции пространства ℝ[1,τ⋅σ]\mathbb{R}^{[1,\tau\cdot\sigma]}. Рассмотрим множество функций {φ~​(χt)}t∈Aτ,τ​σ⊂Mτ​η∖Bp​[1,τ⋅η]\{\tilde{\varphi}(\chi_{t})\}_{t\in A_{\tau,\tau\sigma}}\subset M_{\tau\eta}\setminus B_{p}[1,\tau\cdot\eta]. Каждая из функций φ~​(χt)\tilde{\varphi}(\chi_{t}) разрывна в некоторой точке множества Aτ,τ​η⊂[1,τ⋅η]A_{\tau,\tau\eta}\subset[1,\tau\cdot\eta], то есть в некоторой точке вида τ⋅(δ+1)\tau\cdot(\delta+1), где δ<η\delta<\eta. Пусть

Bδ={φ~​(χt)∣φ~​(χt)​ разрывна в точке ​τ​(δ+1)}.B_{\delta}=\{\tilde{\varphi}(\chi_{t})\mid\tilde{\varphi}(\chi_{t})\text{ разрывна в точке }\tau(\delta+1)\}.

Так как |Aτ,τ​η|<|σ||A_{\tau,\tau\eta}|<|\sigma| и ⋃δ<ηBδ=φ~​({χt}t∈Aτ,τ​σ)\bigcup_{\delta<\eta}B_{\delta}=\tilde{\varphi}(\{\chi_{t}\}_{t\in A_{\tau,\tau\sigma}}), то существует такая точка τ⁡(δ0+1)\tau(\delta_{0}+1), δ0<η\delta_{0}<\eta, что |Bδ0|=|σ|>|η|>|δ0||B_{\delta_{0}}|=|\sigma|>|\eta|>|\delta_{0}|. Поскольку φ~​(χtn)→0\tilde{\varphi}(\chi_{t_{n}})\to 0 для любой последовательности попарно различных точек tn∈Aτ,τ​σt_{n}\in A_{\tau,\tau\sigma}, то множество {φ~​(χt)∈Bδ0:φ~​(χt)​(τ⁡(δ0+1))≠0}\{\tilde{\varphi}(\chi_{t})\in B_{\delta_{0}}:\tilde{\varphi}(\chi_{t})(\tau(\delta_{0}+1))\neq 0\} не более, чем счётно и, следовательно, множество Bδ00={φ~​(χt)∈Bδ0:φ~​(χt)​(τ⁡(δ0+1))=0}B_{\delta_{0}}^{0}=\{\tilde{\varphi}(\chi_{t})\in B_{\delta_{0}}:\tilde{\varphi}(\chi_{t})(\tau(\delta_{0}+1))=0\} несчётно. По лемме 2.3 для каждой функции φ~​(χt)∈Bδ00\tilde{\varphi}(\chi_{t})\in B_{\delta_{0}}^{0} существует такой ординал γt\gamma_{t}, что φ~​(χt)|(γt,τ⁡(δ0+1))=const=Ct\tilde{\varphi}(\chi_{t})|_{(\gamma_{t},\tau(\delta_{0}+1))}=\mathrm{const}=C_{t}, причём Ct≠0C_{t}\neq 0, так как все функции из множества Bδ00B_{\delta_{0}}^{0} разрывны в точке τ⁡(δ0+1)\tau(\delta_{0}+1). Нетрудно видеть, что существует несчётное число функций из Bδ00B_{\delta_{0}}^{0}, для которых |Ct|⩾ε0|C_{t}|\geqslant\varepsilon_{0} для некоторого ε0>0\varepsilon_{0}>0. Рассмотрим последовательность таких попарно различных функций φ~​(χtn)\tilde{\varphi}(\chi_{t_{n}}), для которых |φ~​(χtn)|≡Ctn⩾ε0|\tilde{\varphi}(\chi_{t_{n}})|\equiv C_{t_{n}}\geqslant\varepsilon_{0} на множестве (γtn,τ⁡(δ0+1))(\gamma_{t_{n}},\tau(\delta_{0}+1)). Так как cf⁡(τ⁡(δ0+1))>ω\mathrm{cf}(\tau(\delta_{0}+1))>\omega, то γ0=supn<ωγtn<τ⁡(δ0+1)\gamma_{0}=\sup_{n<\omega}\gamma_{t_{n}}<\tau(\delta_{0}+1) и, следовательно, |φ~​(χtn)​(t)|⩾ε0|\tilde{\varphi}(\chi_{t_{n}})(t)|\geqslant\varepsilon_{0} для каждого t∈(γ0,τ⁡(δ0+1))t\in(\gamma_{0},\tau(\delta_{0}+1)). Это противоречит тому, что последовательность функций {φ~​(χtn)}n<ω\{\tilde{\varphi}(\chi_{t_{n}})\}_{n<\omega} поточечно сходится к нулю. ∎

Предложение 2.8. Пусть τ\tau — начальный регулярный ординал, τ≥ω2\tau\geq\omega_{2} и m,nm,n — различные натуральные числа. Тогда пространства Bp​[1,τ⋅m]B_{p}[1,\tau\cdot m] и Bp​[1,τ⋅n]B_{p}[1,\tau\cdot n] не гомеоморфны.

Для доказательства этой теоремы нам потребуются некоторые обозначения и вспомогательные утверждения.

Пространство Bp​[1,τ⋅n]B_{p}[1,\tau\cdot n] будем отождествлять с пространством Bp​([1,τ]×[n])B_{p}([1,\tau]\times[n]), где [n]={1,2,…,n}[n]=\{1,2,\ldots,n\}. Если τ\tau — несчётный регулярный ординал, то для любой функции x∈Bp​[1,τ]x\in B_{p}[1,\tau] найдется такой ординал γ<τ\gamma<\tau, что x|[γ,τ]x|_{[\gamma,\tau]} — постоянная функция. Отсюда следует, что пространство Bp​[1,τ]B_{p}[1,\tau] линейно гомеоморфно подпространству в Bp[1,τ)B_{p}[1,\tau), состоящему из всех функций, обращающихся в ноль, начиная с некоторого α<τ\alpha<\tau. Требуемое линейное гомеоморфное вложение φ:Bp[1,τ]→Bp[1,τ)\varphi\colon B_{p}[1,\tau]\to B_{p}[1,\tau) можно задать формулой

φ​(x)​(1)\displaystyle\varphi(x)(1) =x⁡(τ);\displaystyle=x(\tau);
φ​(x)​(n)\displaystyle\varphi(x)(n) =x⁡(n−1)−x⁡(τ), если ​2⩽n<ω;\displaystyle=x(n-1)-x(\tau),\text{ если }2\leqslant n<\omega;
φ​(x)​(α)\displaystyle\varphi(x)(\alpha) =x⁡(α)−x⁡(τ), если ​ω⩽α<τ.\displaystyle=x(\alpha)-x(\tau),\text{ если }\omega\leqslant\alpha<\tau.

Обозначим это подпространство Bp0[1,τ)B_{p}^{0}[1,\tau). Очевидно, что и для любого n∈ℕn\in\mathbb{N} пространство Bp​([1,τ]×[n])B_{p}([1,\tau]\times[n]) линейно гомеоморфно пространству

Bp0​([1,τ)×[n])={x∈Bp​([1,τ)×[n]):x|[γ,τ)×[n]≡0​ для некоторого ​γ<τ}.B_{p}^{0}([1,\tau)\times[n])=\{x\in B_{p}([1,\tau)\times[n]):x|_{[\gamma,\tau)\times[n]}\equiv 0\text{ для некоторого }\gamma<\tau\}.

Для α<τ\alpha<\tau положим

Bpα​([1,τ)×[n])=={x∈Bp0​([1,τ)×[n]):x⁡(t,i)=0​ для всех ​t∈[α,τ)​ и всех ​i∈[n]}.B_{p}^{\alpha}([1,\tau)\times[n])=\\ =\{x\in B_{p}^{0}([1,\tau)\times[n]):x(t,i)=0\text{ для всех }t\in[\alpha,\tau)\text{ и всех }i\in[n]\}.

Если α\alpha — непредельный ординал или cf⁡(α)=ω\mathrm{cf}(\alpha)=\omega, то пространство Bpα​([1,τ)×[n])B_{p}^{\alpha}([1,\tau)\times[n]) можно отождествить с пространством Bp​([1,α)×[n])B_{p}([1,\alpha)\times[n]).

Доказательство предложение 2.8 проведем методом от противного. Предположим, что существует гомеоморфизм TT между пространствами Bp​[1,τ⋅m]B_{p}[1,\tau\cdot m] и Bp​[1,τ⋅n]B_{p}[1,\tau\cdot n]. Без ограничения общности можно считать, что T​0=0T0=0.

Лемма 2.9. Пусть τ\tau — начальный регулярный ординал, τ≥ω2\tau\geq\omega_{2} и m,nm,n — натуральные числа. Если T:Bp0​([1,τ]×[m])→Bp0​([1,τ]×[n])T\colon B^{0}_{p}([1,\tau]\times[m])\to B^{0}_{p}([1,\tau]\times[n]) — гомеоморфизм, то для любого γ∈(ω,τ)\gamma\in(\omega,\tau) найдётся αγ∈(γ,τ)\alpha_{\gamma}\in(\gamma,\tau) такой, что

T⁡(Bp​([1,αγ)×[m]))=Bp​([1,αγ)×[n]).T\left(B_{p}([1,\alpha_{\gamma})\times[m])\right)=B_{p}([1,\alpha_{\gamma})\times[n]).
Доказательство.

Рассмотрим произвольный ординал α1∈(γ,τ)\alpha_{1}\in(\gamma,\tau). Тогда верно неравенство d⁡(Bp​[1,α1])⩽|[1,α1]|d(B_{p}[1,\alpha_{1}])\leqslant|[1,\alpha_{1}]|, т.е. в Bp​[1,α1]B_{p}[1,\alpha_{1}] существует всюду плотное подмножество AA мощности не больше, чем |[1,α1]||[1,\alpha_{1}]|.

Поскольку τ\tau — несчётный регулярный ординал, то для любой функции x∈Ax\in A существует ординал β⁡(x)<τ\beta(x)<\tau такой, что T​x|[β⁡(x),τ)×{i}≡0Tx|_{[\beta(x),\tau)\times\{i\}}\equiv 0 для всех i=1,2,…,ni=1,2,\ldots,n. Тогда β1=sup{β⁡(x):x∈A}<τ\beta_{1}=\sup\{\beta(x):x\in A\}<\tau и T​x|[β1,τ)×{i}≡0Tx|_{[\beta_{1},\tau)\times\{i\}}\equiv 0 для всех x∈Bp​([1,α1]×[m])x\in B_{p}([1,\alpha_{1}]\times[m]) и для всех i=1,2,…,ni=1,2,\ldots,n. Можно считать, что β1>α1\beta_{1}>\alpha_{1}. Аналогично, для ординала β1<τ\beta_{1}<\tau найдётся ординал α2\alpha_{2} такой, что β1<α2<τ\beta_{1}<\alpha_{2}<\tau и T−1​(Bp​([1,β1]×[n]))⊂Bp​([1,α2]×[m])T^{-1}(B_{p}([1,\beta_{1}]\times[n]))\subset B_{p}([1,\alpha_{2}]\times[m]). Продолжая этот процесс, получим возрастающую последовательность ординалов

γ<α1<β1<α2<…<αk<βk<αk+1<…<τ\gamma<\alpha_{1}<\beta_{1}<\alpha_{2}<\ldots<\alpha_{k}<\beta_{k}<\alpha_{k+1}<\ldots<\tau

такую, что

T⁡(Bp​([1,αk]×[m]))⊂Bp​([1,βk]×[n])T(B_{p}([1,\alpha_{k}]\times[m]))\subset B_{p}([1,\beta_{k}]\times[n]) (∗\ast)

и

T−1​(Bp​([1,βk]×[n]))⊂Bp​([1,αk+1]×[m]).T^{-1}(B_{p}([1,\beta_{k}]\times[n]))\subset B_{p}([1,\alpha_{k+1}]\times[m]). (∗⁣∗\ast\ast)

Тогда для ординала αγ=supk<ωαk=supk<ωβk\alpha_{\gamma}=\sup_{k<\omega}\alpha_{k}=\sup_{k<\omega}\beta_{k} будет выполнено равенство

T⁡(Bpαγ​([1,τ)×[m]))=Bpαγ​([1,τ)×[n]).T(B_{p}^{\alpha_{\gamma}}([1,\tau)\times[m]))=B_{p}^{\alpha_{\gamma}}([1,\tau)\times[n]).

Действительно, если x∈Bpαγ​([1,τ)×[m])x\in B_{p}^{\alpha_{\gamma}}([1,\tau)\times[m]), то функции xk=x|[1,αk]×[m]x_{k}=x|_{[1,\alpha_{k}]\times[m]} являются элементами пространства Bp​([1,αk]×[m])B_{p}([1,\alpha_{k}]\times[m]) и сходятся поточечно к xx. Учитывая включение (∗)(\ast), получаем, что T​xk∈Bp​([1,βk]×[n])⊂Bpαγ​([1,τ)×[n])Tx_{k}\in B_{p}([1,\beta_{k}]\times[n])\subset B_{p}^{\alpha_{\gamma}}([1,\tau)\times[n]) и, следовательно, T​x=limk→∞T​xk∈Bpαk​([1,τ)×[n])Tx=\lim_{k\to\infty}Tx_{k}\in B_{p}^{\alpha_{k}}([1,\tau)\times[n]). Обратное включение доказыватся аналогично, с использованием (∗∗)(\ast\ast). ∎

Так как в лемме 2.9 ординал γ<τ\gamma<\tau был выбран произвольно, то получаем следующее

Следствие 2.10. Если OPENT:Bp0​([1,τ)×[m]))→Bp0​([1,τ)×[n])T\colon B_{p}^{0}([1,\tau)\times[m]))\to B_{p}^{0}([1,\tau)\times[n]) — гомеоморфизм, то множество L={α∈[1,τ):T⁡(Bpα​([1,τ)×[m]))=Bpα​([1,τ)×[n])}L=\{\alpha\in[1,\tau):T(B_{p}^{\alpha}([1,\tau)\times[m]))=B_{p}^{\alpha}([1,\tau)\times[n])\} замкнуто и конфинально в промежутке [1,τ)[1,\tau). □\Box

Лемма 2.11. Пусть τ\tau — начальный регулярный ординал, τ≥ω2\tau\geq\omega_{2} и m,nm,n — натуральные числа. Если T:Bp0​([1,τ)×[m])→Bp0​([1,τ)×[n])T\colon B_{p}^{0}([1,\tau)\times[m])\to B_{p}^{0}([1,\tau)\times[n]) — гомеоморфизм, то для любого γ<τ\gamma<\tau найдётся αγ∈(γ,τ)\alpha_{\gamma}\in(\gamma,\tau) такой, что для функций x,y∈Bp0​([1,τ]×[m])x,y\in B_{p}^{0}([1,\tau]\times[m]) условия

x|[1,αγ)×{i}=y|[1,αγ)×{i}​ для всех ​i=1,2,…,mx|_{[1,\alpha_{\gamma})\times\{i\}}=y|_{[1,\alpha_{\gamma})\times\{i\}}\text{ для всех }i=1,2,\ldots,m

и

T​x|[1,αγ)×{j}=T​y|[1,αγ)×{j}​ для всех ​j=1,2,…,nTx|_{[1,\alpha_{\gamma})\times\{j\}}=Ty|_{[1,\alpha_{\gamma})\times\{j\}}\text{ для всех }j=1,2,\ldots,n

равносильны.

Доказательство.

Рассмотрим произвольный ординал α1<τ\alpha_{1}<\tau. Зафиксируем t∈[1,α1]t\in[1,\alpha_{1}] и натуральное число k∈[n]k\in[n]. Рассмотрим непрерывную функцию f:Bp0​([1,τ)×[m])→ℝf\colon B_{p}^{0}([1,\tau)\times[m])\to\mathbb{R}, определённую формулой f​(x)=(T​x)​(t,k)f(x)=(Tx)(t,k).

Хорошо известно ([11]), что любая непрерывная функция, определенная на всюду плотном подпространстве в произведении вещественных прямых, зависит от счетного числа координат, т.е. существует счетное множество A(t,k)⊂[1,τ)A_{(t,k)}\subset[1,\tau) такое, что для функций x,y∈Bp0​([1,τ)×[m])x,y\in B_{p}^{0}([1,\tau)\times[m]) из условия x|A(t,k)×[m]=y|A(t,k)×[m]x|_{A_{(t,k)}\times[m]}=y|_{A_{(t,k)}\times[m]} следует, что f⁡(x)=f⁡(y)f(x)=f(y). Отсюда вытекает, что найдется такой ординал β1∈(α1,τ)\beta_{1}\in(\alpha_{1},\tau), для которого из того, что x|[1,β1]×[m]=y|[1,β1]×[m]x|_{[1,\beta_{1}]\times[m]}=y|_{[1,\beta_{1}]\times[m]} следует равенство T​x|[1,α1]×[n]=T​y|[1,α1]×[n]Tx|_{[1,\alpha_{1}]\times[n]}=Ty|_{[1,\alpha_{1}]\times[n]}.

Аналогично, для ординала β1\beta_{1} найдётся ординал α2∈(β1,τ)\alpha_{2}\in(\beta_{1},\tau) такой, что из условия T​x|[1,α2]×[n]=T​y|[1,α2]×[n]Tx|_{[1,\alpha_{2}]\times[n]}=Ty|_{[1,\alpha_{2}]\times[n]} следует равенство x|[1,β1]×[m]=y|[1,β1]×[m]x|_{[1,\beta_{1}]\times[m]}=y|_{[1,\beta_{1}]\times[m]}.

Продолжая этот процесс, получим последовательность

γ<α1<β1<α2<…<αk<βk<αk+1<…<τ,\gamma<\alpha_{1}<\beta_{1}<\alpha_{2}<\ldots<\alpha_{k}<\beta_{k}<\alpha_{k+1}<\ldots<\tau,

для которой условие x|[1,βk]×[m]=y|[1,βk]×[m]x|_{[1,\beta_{k}]\times[m]}=y|_{[1,\beta_{k}]\times[m]} влечёт T​x|[1,αk]×[n]=T​y|[1,αk]×[n]Tx|_{[1,\alpha_{k}]\times[n]}=Ty|_{[1,\alpha_{k}]\times[n]} и условие T​x|[1,αk+1]×[n]=T​y|[1,αk+1]×[n]Tx|_{[1,\alpha_{k+1}]\times[n]}=Ty|_{[1,\alpha_{k+1}]\times[n]} влечёт x|[1,βk]×[m]=y|[1,βk]×[m]x|_{[1,\beta_{k}]\times[m]}=y|_{[1,\beta_{k}]\times[m]}.

Тогда для ординала αγ=supk<ωαk=supk<ωβk\alpha_{\gamma}=\sup_{k<\omega}\alpha_{k}=\sup_{k<\omega}\beta_{k} будет верно утверждение леммы. ∎

Следствие 2.12. Если T:Bp0​([1,τ)×[m])→Bp0​([1,τ)×[n])T\colon B_{p}^{0}([1,\tau)\times[m])\to B_{p}^{0}([1,\tau)\times[n]) — гомеоморфизм, то множество

M={α∈[1,τ):x|[1,α)×[m]=y|[1,α)×[m]⟺Tx|[1,α)×[n]=Ty|[1,α)×[n]}M=\{\alpha\in[1,\tau):x|_{[1,\alpha)\times[m]}=y|_{[1,\alpha)\times[m]}\Longleftrightarrow Tx|_{[1,\alpha)\times[n]}=Ty|_{[1,\alpha)\times[n]}\}

замкнуто и конфинально в промежутке [1,τ)[1,\tau). □\Box

Доказательство предложения 2.8. Предположим, что существует гомеоморфизм T:Bp0​([1,τ)×[m])→Bp0​([1,τ)×[n])T\colon B_{p}^{0}([1,\tau)\times[m])\to B_{p}^{0}([1,\tau)\times[n]). Поскольку τ⩾ω2\tau\geqslant\omega_{2} и множества LL и MM конфинальны и замкнуты в [1,τ)[1,\tau), то найдется такой ординал γ0∈L∩M\gamma_{0}\in L\cap M, что cf⁡(γ0)=ω1\mathrm{cf}(\gamma_{0})=\omega_{1}.

Рассмотрим в Bp0​([1,τ)×[m])B_{p}^{0}([1,\tau)\times[m]) и Bp0​([1,τ)×[n])B_{p}^{0}([1,\tau)\times[n]) замкнутые подпространства

E={x∈Bp0([1,τ)×[m]):x(γ0,i)=0,i=1,2,…,m}E=\{x\in B_{p}^{0}([1,\tau)\times[m]):x(\gamma_{0},i)=0,\ i=1,2,\ldots,m\}

и

H={x∈Bp0([1,τ)×[n]):x(γ0,i)=0,i=1,2,…,n}H=\{x\in B_{p}^{0}([1,\tau)\times[n]):x(\gamma_{0},i)=0,\ i=1,2,\ldots,n\}

соответственно. Для x∈Ex\in E пусть

x′​(t,i)={x⁡(t,i), если ​t⩽γ0;0, если ​t>γ0.x^{\prime}(t,i)=\left\{\begin{array}[]{ll}x(t,i),&\text{ если }t\leqslant\gamma_{0};\\ 0,&\text{ если }t>\gamma_{0}.\end{array}\right.

Так как γ0∈L\gamma_{0}\in L, то T⁡(x′)∈Bp0​([1,γ0)×[n])T(x^{\prime})\in B_{p}^{0}([1,\gamma_{0})\times[n]) и, значит, T⁡(x′)​(γ0,i)=0T(x^{\prime})(\gamma_{0},i)=0 для i=1,2,…,ni=1,2,\ldots,n. С другой стороны, так как x′|[1,γ0)×[m]=x|[1,γ0)×[m]x^{\prime}|_{[1,\gamma_{0})\times[m]}=x|_{[1,\gamma_{0})\times[m]} и γ0∈M\gamma_{0}\in M, то T⁡(x′)|[1,γ0)×[n]=T⁡(x)|[1,γ0)×[n]T(x^{\prime})|_{[1,\gamma_{0})\times[n]}=T(x)|_{[1,\gamma_{0})\times[n]} и, в силу непрерывности функций T⁡(x)T(x) и T⁡(x′)T(x^{\prime}) в точке γ0\gamma_{0} получаем, что T⁡(x′)​(γ0,i)=T⁡(x)​(γ0,i)T(x^{\prime})(\gamma_{0},i)=T(x)(\gamma_{0},i) для всех i=1,2,…,ni=1,2,\ldots,n. Следовательно, T⁡(x)​(γ0,i)=0T(x)(\gamma_{0},i)=0 для всех i=1,2,…,ni=1,2,\ldots,n, откуда T⁡(E)⊂HT(E)\subset H. Аналогично получаем, что T−1​(H)⊂ET^{-1}(H)\subset E, то есть T⁡(E)=HT(E)=H. Но это невозможно, так как подпространства EE и HH имеют различные коразмерности в Bp0​([1,τ)×[m])B_{p}^{0}([1,\tau)\times[m]) и Bp0​([1,τ)×[n])B_{p}^{0}([1,\tau)\times[n]) соответственно (см. лемму 4 в [12]).

Предложение 2.13. Пусть τ⩾ω2\tau\geqslant\omega_{2} — регулярный ординал и n<ωn<\omega. Тогда пространства Bp​[1,τ⋅ω]B_{p}[1,\tau\cdot\omega] и Bp​[1,τ⋅n]B_{p}[1,\tau\cdot n] не гомеоморфны.

Доказательство.

Это утверждение становится очевидным, если заметить, что пространство Bp​[1,τ⋅ω]B_{p}[1,\tau\cdot\omega] гомеоморфно своему квадрату, а пространство Bp​[1,τ⋅n]B_{p}[1,\tau\cdot n] своему квадрату не гомеоморфно по предложению 2.8. ∎

Предложения 2.8 и 2.13 окончательно завершают доказательство теоремы 2.2.

Авторы выражают глубокую признательность рецензенту за внимательное отношение к работе и полезные замечания.

Список литературы

  • [1] Bessaga C., Pelczynski A. On isomorphic classification of spaces of continuos functions. Studia Math. 1960. V. 19. P. 53–62.
  • [2] Semadeni Z. Banach spaces non-isomorphic to their Cartesian product. Bull. Acad. Pol. Sci. Ser. Math. Stron. et Phys. 1960. V. 8. P. 81–84.
  • [3] Гулько C. П., Оськин А. В. Изоморфная классификация пространств непрерывных функций на вполне упорядочен ных бикомпактах .Функциональный анализ и его приложения.1975. Т. 9. № 1. С. 61-62.
  • [4] Кисляков С. В. Изоморфная классификация пространств непрерывных функций на ординалах. Сиб. мат. журнал. 1975. Т. 16. С. 293-300.
  • [5] Гулько С. П. Свободные топологические группы и пространства непрерывных функций на ординалах. Вестник томского государственного унив-та. 2003. № 280.
  • [6] Baars J., de Groot J. On topological and linear equivalence of certain function spaces, CWI Tract 86, Stichting Mathematisch Centrum, Centrum voor Wiskunde en Informatica, Amsterdam, 1992.
  • [7] Гензе Л.В., Гулько С.П., Хмылева Т.Е. Классификация пространств бэровских функций на отрезках ординалов // Труды Института математики и механики УрО РАН. 2010. Т. 16. № 3. С. 61–66.
  • [8] Энгелькинг Р. Общая топология. М.: Мир, 1986.
  • [9] Архангельский А.В. О линейных гомеоморфизмах пространств функций. ДАН СССР. 1982. Т. 264, № 6. С. 1289 – 1292.
  • [10] Tkachuk V.V. A CpC_{p}— Theory Problem Book. Topological and Function Spaces. Springer. 2011. 486pp.
  • [11] Архангельский А.В. Топологические пространcтва функций. М.: Издательство МГУ. 1989.
  • [12] Гулько С.П. Пространства непрерывных функций на ординалах и ультрафильтрах // Матем. заметки, 47:4 (1990), 26–34.

Гензе Леонид Владимирович

Томский государственный университет

Механико-математический факультет

634050 г. Томск, пр-т Ленина, 36

genze@math.tsu.ru

Гулько Сергей Порфирьевич

Томский государственный университет

Механико-математический факультет

634050 г. Томск, пр-т Ленина, 36

gulko@math.tsu.ru

Хмылева Татьяна Евгеньевна

Томский государственный университет

Механико-математический факультет

634050 г. Томск, пр-т Ленина, 36

tex2150@yandex.ru