跳到论文正文
W Papers独立论文阅读器 arXiv:1504.03295 论文正文 计算阅读时间 · 0%
引用这篇论文根据当前论文元数据生成,正式投稿前建议核对。

    
  
License: arXiv.org perpetual non-exclusive license
arXiv:1504.03295v1 [math.CV] 13 Apr 2015

УДК 517.5

Е.А. Севостьянов (Житомирский государственный университет им. И. Франко)

.О. Севостьянов (Житомирський державний унверситет м. . Франко)

E.A. Sevost’yanov (Zhitomir Ivan Franko State University)

О граничном поведении одного класса отображений на римановых многообразиях

Про граничну поведнку одного класу вдображень на рманових многовидах

On boundary behavior of one class of mappings on Riemannian manifolds

Получены теоремы о непрерывном продолжении на границу одного класса открытых дискретных отображений между произвольными римановыми многообразиями. В частности, показано, что открытые дискретные кольцевые QQ-отображения f:D→D′f:D\rightarrow D^{\,\prime} продолжаются на границу ∂D\partial D области D,D, как только ∂D\partial D локально связна, ∂D′\partial D^{\,\prime} сильно достижима, а функция QQ имеет конечное среднее колебание в ∂D.\partial D.

Отримано теореми про неперервне продовження на межу одного класу вдкритих дискретних вдображень мж довльними рмановими многовидами. Зокрема, показано, що вдкрит дискретн кльцев QQ-вдображення f:D→D′f:D\rightarrow D^{\,\prime} продовжуються до меж ∂D\partial D област D,D, як тльки ∂D\partial D локально зв’язна, ∂D′\partial D^{\,\prime} сильно досяжна, а функця QQ ма скнченне середн коливання в ∂D.\partial D.

Theorems on continuous extension on boundary for one class of open discrete mappings between Riemannian manifolds are obtained. In particular, there is proved that, open discrete ring QQ-mappings f:D→D′f:D\rightarrow D^{\,\prime} are extend to ∂D\partial D whenever ∂D\partial D is locally connected, ∂D′\partial D^{\,\prime} is strongly accessible, and a function QQ has finite mean oscillation at ∂D.\partial D.

1. Введение. В настоящей статье исследованы некоторые вопросы граничного поведения на римановых многообразиях отображений, более общих чем квазиконформные. Здесь изучены открытые дискретные отображения, в то время как аналогичные проблемы для гомеоморфизмов исследованы ранее в работе [1]. Кроме того, результаты, аналогичные полученным в настоящей заметке, для случая пространства ℝn{\mathbb{R}}^{n} опубликованы в [2].

Перейдём к определениям и формулировкам основных результатов. Следующие понятия могут быть найдены, напр., в [3] и [4]. Напомним, что nn-мерным топологическим многообразием 𝕄n{\mathbb{M}}^{n} называется хаусдорфово топологическое пространство со счётной базой, каждая точка которого имеет окрестность, гомеоморфную некоторому открытому множеству в ℝn.{\mathbb{R}}^{n}. Картой на многообразии 𝕄n{\mathbb{M}}^{n} будем называть пару (U,φ),(U,\varphi), где UU — открытое множество пространства 𝕄n{\mathbb{M}}^{n} и φ\varphi — соответствующий гомеоморфизм множества UU на открытое множество в ℝn.{\mathbb{R}}^{n}. Если p∈Up\in U и φ⁡(p)=(x1,…,xn)∈ℝn,\varphi(p)=(x^{1},\ldots,x^{n})\in{\mathbb{R}}^{n}, то соответствующие числа x1,…,xnx^{1},\ldots,x^{n} называются локальными координатами точки p.p. Гладким многообразием называется само множество 𝕄n{\mathbb{M}}^{n} вместе с соответствующим набором карт (Uα,φα),(U_{\alpha},\varphi_{\alpha}), так, что объединение всех UαU_{\alpha} по параметру α\alpha даёт всё 𝕄n{\mathbb{M}}^{n} и, кроме того, отображение, осуществляющее переход от одной системы локальных координат к другой, принадлежит классу C∞.C^{\infty}.

Напомним, что римановой метрикой на гладком многообразии 𝕄n{\mathbb{M}}^{n} называется положительно определённое гладкое симметричное тензорное поле типа (0,2).(0,2). В частности, компоненты римановой метрики gk​lg_{kl} в различных локальных координатах (U,x)(U,x) и (V,y)(V,y) взаимосвязаны посредством тензорного закона

gi​j′​(x)=gk​l​(y⁡(x))​∂yk∂xi​∂yl∂xj.{}^{\prime}g_{ij}(x)=g_{kl}(y(x))\frac{\partial y^{k}}{\partial x^{i}}\frac{\partial y^{l}}{\partial x^{j}}.

Римановым многообразием будем называть гладкое многообразие вместе с римановой метрикой на нём. Длину гладкой кривой γ=γ⁡(t),\gamma=\gamma(t), t∈[t1,t2],t\in[t_{1},t_{2}], соединяющей точки γ⁡(t1)=M1∈𝕄n,\gamma(t_{1})=M_{1}\in{\mathbb{M}}^{n}, γ⁡(t2)=M2∈𝕄n\gamma(t_{2})=M_{2}\in{\mathbb{M}}^{n} и nn-мерный объём (меру объёма vv) множества AA на римановом многообразии определим согласно соотношениям

l⁡(γ):=∫t1t2gi​j​(x⁡(t))​d​xid​t​d​xjd​t​𝑑t,v⁡(A)=∫Adetgi​j​d​x1​…​d​xn.l(\gamma):=\int\limits_{t_{1}}^{t_{2}}\sqrt{g_{ij}(x(t))\frac{dx^{i}}{dt}\frac{dx^{j}}{dt}}\,dt,\quad v(A)=\int\limits_{A}\sqrt{\det g_{ij}}\,dx^{1}\ldots dx^{n}\,. (1)

Ввиду положительной определённости тензора g=gi​j​(x)g=g_{ij}(x) имеем: detgi​j>0.\det g_{ij}>0. Геодезическим расстоянием между точками p1p_{1} и p2∈𝕄np_{2}\in{\mathbb{M}}^{n} будем называть наименьшую длину всех кусочно-гладких кривых в 𝕄n,{\mathbb{M}}^{n}, соединяющих точки p1p_{1} и p2.p_{2}. Геодезическое расстояние между точками p1p_{1} и p2p_{2} будем обозначать символом d⁡(p1,p2)d(p_{1},p_{2}) (всюду далее dd обозначает геодезическое расстояние, если не оговорено противное). Так как риманово многообразие, вообще говоря, не предполагается связным, расстояние между любыми точками многообразия, вообще говоря, может быть не определено. Хорошо известно, что любая точка pp риманова многообразия 𝕄n{\mathbb{M}}^{n} имеет окрестность U∋pU\ni p (называемую далее нормальной окрестностью точки pp) и соответствующее координатное отображение φ:U→ℝn,\varphi\colon U\rightarrow{\mathbb{R}}^{n}, так, что геодезические сферы с центром в точке pp и радиуса r,r, лежащие в окрестности U,U, переходят при отображении φ\varphi в евклидовы сферы того же радиуса, а пучок геодезических кривых, исходящих из точки p,p, переходит в пучок радиальных отрезков в ℝn{\mathbb{R}}^{n} (см. [3, леммы 5.9 и 6.11], см. также комментарии на стр. 77 здесь же). Локальные координаты φ⁡(p)=(x1,…,xn)\varphi(p)=(x^{1},\ldots,x^{n}) в этом случае называются нормальными координатами точки p.p. Стоит отметить, что в случае связного многообразия 𝕄n{\mathbb{M}}^{n} открытые множества метрического пространства (𝕄n,d)({\mathbb{M}}^{n},d) порождают топологию исходного топологического пространства 𝕄n{\mathbb{M}}^{n} (см. [3, лемма 6.2]). Заметим, что в нормальных координатах всегда тензорная матрица gi​j​(x)g_{ij}(x) в точке pp — единичная (а в силу непрерывности gg в точках, близких к p,p, эта матрица сколь угодно близка к единичной; см. [3, пункт (c) предложения 5.11]).

Всюду далее (если не оговорено противное) 𝕄n{\mathbb{M}}^{n} и 𝕄∗n{\mathbb{M}}_{*}^{n} – римановы многообразия с геодезическими расстояниями dd и d∗,d_{*}, соответственно. Кривой γ\gamma мы называем непрерывное отображение отрезка [a,b][a,b] (открытого интервала (a,b),(a,b), либо полуоткрытого интервала вида [a,b)[a,b) или (a,b](a,b]) в 𝕄n,{\mathbb{M}}^{n}, γ:[a,b]→𝕄n.\gamma\colon[a,b]\rightarrow{\mathbb{M}}^{n}. Под семейством кривых Γ\Gamma подразумевается некоторый фиксированный набор кривых γ,\gamma, а, если f:𝕄n→𝕄∗nf\colon{\mathbb{M}}^{n}\rightarrow{\mathbb{M}}_{*}^{n} — произвольное отображение, то f⁡(Γ)={f∘γ|γ∈Γ}.f(\Gamma)=\left\{f\circ\gamma|\gamma\in\Gamma\right\}. Длину произвольной кривой γ:[a,b]→𝕄n,\gamma\colon[a,b]\rightarrow{\mathbb{M}}^{n}, лежащей на многообразии 𝕄n,{\mathbb{M}}^{n}, можно определить как точную верхнюю грань сумм ∑i=1n−1d⁡(γ⁡(ti),γ⁡(ti+1))\sum\limits_{i=1}^{n-1}d(\gamma(t_{i}),\gamma(t_{i+1})) по всевозможным разбиениям a⩽t1⩽…⩽tn⩽b.a\leqslant t_{1}\leqslant\ldots\leqslant t_{n}\leqslant b. Следующие определения в случае пространства ℝn{\mathbb{R}}^{n} могут быть найдены, напр., в [5, разд. 1–6, гл. I], см. также [6, гл. I]. Борелева функция ρ:𝕄n→[0,∞]\rho\colon{\mathbb{M}}^{n}\,\rightarrow[0,\infty] называется допустимой для семейства Γ\Gamma кривых γ\gamma в 𝕄n,{\mathbb{M}}^{n}, если линейный интеграл по натуральному параметру ss каждой (локально спрямляемой) кривой γ∈Γ\gamma\in\Gamma от функции ρ\rho удовлетворяет условию ∫0l⁡(γ)ρ⁡(γ⁡(s))​𝑑s⩾1.\int\limits_{0}^{l(\gamma)}\rho(\gamma(s))ds\geqslant 1. В этом случае мы пишем: ρ∈adm​Γ.\rho\in\mathrm{adm}\,\Gamma. Модулем семейства кривых Γ\Gamma называется величина

M⁡(Γ)=infρ∈adm​Γ∫Dρn​(x)​𝑑v​(x).M(\Gamma)=\inf\limits_{\rho\in\mathrm{adm}\,\Gamma}\int\limits_{D}\rho^{n}(x)\,dv(x).

(Здесь и далее vv означает меру объёма, определённую в (1)). При этом, если adm​Γ=∅,\mathrm{adm}\,\Gamma=\varnothing, то полагаем: M⁡(Γ)=∞M(\Gamma)=\infty (см. [5, разд. 6 на с. 16] либо [6, с. 176]). Свойства модуля в некоторой мере аналогичны свойствам меры Лебега mm в ℝn.{\mathbb{R}}^{n}. Именно, модуль пустого семейства кривых равен нулю, M⁡(∅)=0,M(\varnothing)=0, обладает свойством монотонности относительно семейств кривых, Γ1⊂Γ2⇒M⁡(Γ1)⩽M⁡(Γ2),\Gamma_{1}\subset\Gamma_{2}\Rightarrow M(\Gamma_{1})\leqslant M(\Gamma_{2}), а также свойством полуаддитивности: M⁡(⋃i=1∞Γi)⩽∑i=1∞M⁡(Γi)M\left(\bigcup\limits_{i=1}^{\infty}\Gamma_{i}\right)\leqslant\sum\limits_{i=1}^{\infty}M(\Gamma_{i}) (см. [5, теорема 6.2, гл. I] в ℝn{\mathbb{R}}^{n} либо [6, теорема 1] в случае более общих пространств с мерами). Говорят, что семейство кривых Γ1\Gamma_{1} минорируется семейством Γ2,\Gamma_{2}, пишем Γ1>Γ2,\Gamma_{1}\,>\,\Gamma_{2}, если для каждой кривой γ∈Γ1\gamma\,\in\,\Gamma_{1} существует подкривая, которая принадлежит семейству Γ2.\Gamma_{2}. В этом случае,

Γ1>Γ2⇒M⁡(Γ1)⩽M⁡(Γ2)\Gamma_{1}>\Gamma_{2}\quad\Rightarrow\quad M(\Gamma_{1})\leqslant M(\Gamma_{2}) (2)

(см. [5, теорема 6.4, гл. I] либо [6, свойство (c)] в случае более общих пространств с мерами).

Следующее определение для случая ℝn{\mathbb{R}}^{n} может быть найдено, напр., в работе [7]. Пусть 𝕄n{\mathbb{M}}^{n} и 𝕄∗n{\mathbb{M}}_{*}^{n} — римановы многообразия, n⩾2,n\geqslant 2, DD – область в 𝕄n,{\mathbb{M}}^{n}, x0∈D,x_{0}\in D, Q:D→[0,∞]Q\colon D\rightarrow[0,\infty] — измеримая относительно меры объёма vv функция, и число r0>0r_{0}>0 таково, что замкнутый шар B⁡(x0,r0)¯\overline{B(x_{0},r_{0})} лежит в некоторой нормальной окрестности UU точки x0.x_{0}. Пусть также 0<r1<r2<r0,0<r_{1}<r_{2}<r_{0},

A=A⁡(r1,r2,x0)={x∈𝕄n:r1<d⁡(x,x0)<r2},A=A(r_{1},r_{2},x_{0})=\{x\in{\mathbb{M}}^{n}:r_{1}<d(x,x_{0})<r_{2}\}\,, (3)

Si=S⁡(x0,ri),S_{i}=S(x_{0},r_{i}), i=1,2,i=1,2, — геодезические сферы с центром в точке x0x_{0} и радиусов r1r_{1} и r2,r_{2}, соответственно, а Γ⁡(S1,S2,A)\Gamma\left(S_{1},\,S_{2},\,A\right) обозначает семейство всех кривых, соединяющих S1S_{1} и S2S_{2} внутри области A.A. Пусть DD – область в 𝕄n,{\mathbb{M}}^{n}, Q:𝕄n→[0,∞]Q:{\mathbb{M}}^{n}\rightarrow[0,\infty] – измеримая по Лебегу функция, Q⁡(x)≡0Q(x)\equiv 0 при всех x∉D.x\not\in D. Отображение f:D→ℝn¯f:D\rightarrow\overline{{\mathbb{R}}^{n}} будем называть кольцевым QQ-отображением в точке x0∈∂D,x_{0}\in\partial D, если для некоторого r0=r⁡(x0)r_{0}=r(x_{0}) и произвольных сферического кольца A=A⁡(r1,r2,x0),A=A(r_{1},r_{2},x_{0}), центрированного в точке x0,x_{0}, радиусов: r1,r_{1}, r2,r_{2}, 0<r1<r2<r0=r⁡(x0)0<r_{1}<r_{2}<r_{0}=r(x_{0}) и любых континуумов E1⊂B⁡(x0,r1)¯∩D,E_{1}\subset\overline{B(x_{0},r_{1})}\cap D, E2⊂(ℝn¯∖B⁡(x0,r2))∩DE_{2}\subset\left(\overline{{\mathbb{R}}^{n}}\setminus B(x_{0},r_{2})\right)\cap D отображение ff удовлетворяет соотношению

M⁡(f⁡(Γ⁡(E1,E2,D)))≤∫AQ⁡(x)⋅ηn​(|x−x0|)​𝑑m​(x)M\left(f\left(\Gamma\left(E_{1},\,E_{2},\,D\right)\right)\right)\ \leq\int\limits_{A}Q(x)\cdot\eta^{n}(|x-x_{0}|)\ dm(x) (4)

для каждой измеримой функции η:(r1,r2)→[0,∞],\eta:(r_{1},r_{2})\rightarrow[0,\infty], такой что

∫r1r2η⁡(r)​𝑑r≥ 1.\int\limits_{r_{1}}^{r_{2}}\eta(r)dr\geq\ 1\,. (5)

Отображения типа кольцевых QQ-отображений были предложены к изучению О. Мартио и изучались им совместно с В. Рязановым, У. Сребро и Э. Якубовым, см. [8], см. также [9].

Пусть (X,d,μ)\left(X,\,d,\mu\right) — произвольное метрическое пространство, наделённое мерой μ\mu и G⁡(x0,r)={x∈X:d⁡(x,x0)<r}.G(x_{0},r)=\{x\in X:d(x,x_{0})<r\}. Следующее определение может быть найдено, напр., в [10, разд. 4]. Будем говорить, что интегрируемая в G⁡(x0,r)G(x_{0},r) функция φ:D→ℝ{\varphi}\colon D\rightarrow{\mathbb{R}} имеет конечное среднее колебание в точке x0∈Dx_{0}\in D, пишем φ∈F​M​O​(x0),\varphi\in FMO(x_{0}), если

lim supε→01μ⁡(G⁡(x0,ε))​∫G⁡(x0,ε)|φ⁡(x)−φ¯ε|​𝑑μ​(x)<∞,\limsup\limits_{\varepsilon\rightarrow 0}\frac{1}{\mu(G(x_{0},\,\varepsilon))}\int\limits_{G(x_{0},\,\varepsilon)}|{\varphi}(x)-\overline{{\varphi}}_{\varepsilon}|\,d\mu(x)<\infty,

где φ¯ε=1μ⁡(G⁡(x0,ε))​∫G⁡(x0,ε)φ⁡(x)​𝑑μ​(x).\overline{{\varphi}}_{\varepsilon}=\frac{1}{\mu(G(x_{0},\,\varepsilon))}\int\limits_{G(x_{0},\,\varepsilon)}{\varphi}(x)\,d\mu(x).

Будем говорить, что граница ∂D\partial D области DD сильно достижима в точке x0∈∂Dx_{0}\in\partial D, если для любой окрестности UU точки x0x_{0} найдется компакт E⊂D,E\subset D, окрестность V⊂UV\subset U точки x0x_{0} и число δ>0\delta>0 такие, что M⁡(Γ⁡(E,F,D))≥δM(\Gamma(E,F,D))\geq\delta для любого континуума FF в D,D, пересекающего ∂U\partial U и ∂V\partial V (см., напр., [8, разд. 3.8]). В качестве одного из наиболее важных результатов настоящей статьи, приведём следующее утверждение.

Теорема 1.   Пусть 𝕄n{\mathbb{M}}^{n} и 𝕄∗n{\mathbb{M}}_{*}^{n} — римановы многообразия, n⩾2,n\geqslant 2, 𝕄n{\mathbb{M}}^{n} компактно, DD – область в 𝕄n,{\mathbb{M}}^{n}, f:D→𝕄n∗f:D\rightarrow{\mathbb{M}}_{n}^{*} – открытое дискретное кольцевое QQ-отображение в точке b∈∂D,b\in\partial D, f⁡(D)=D′,f(D)=D^{\,\prime}, область DD локально связна в точке b,b, C⁡(f,∂D)⊂∂D′C(f,\partial D)\subset\partial D^{\,\prime} и область D′D^{\,\prime} сильно достижима хотя бы в одной точке y∈C⁡(f,b).y\in C(f,b). Предположим, что функция QQ имеет конечное среднее колебание в точке b.b. Тогда C⁡(f,b)={y}.C(f,b)=\{y\}.

2. Вспомогательные сведения. Всюду далее 𝕄n{\mathbb{M}}^{n} — риманово многообразие при n⩾2,n\geqslant 2, dd — геодезическое расстояние на 𝕄n,{\mathbb{M}}^{n},

B⁡(x0,r)={x∈𝕄n:d⁡(x,x0)<r},S⁡(x0,r)={x∈𝕄n:d⁡(x,x0)=r},\displaystyle B(x_{0},r)=\left\{x\in{\mathbb{M}}^{n}:d(x,x_{0})<r\right\},\quad S(x_{0},r)=\{x\,\in\,{\mathbb{M}}^{n}:d(x,x_{0})=r\},

diam​A{\rm diam}\,A — геодезический диаметр множества A⊂𝕄n.A\subset{\mathbb{M}}^{n}. Всюду далее граница ∂D\partial D области D⊂𝕄nD\subset{\mathbb{M}}^{n} и замыкание D¯\overline{D} области DD понимаются в смысле геодезического расстояния d.d. Перед тем, как мы приступим к изложению вспомогательных результатов и основной части данного раздела, дадим ещё одно важное определение (см. [11, раздел 3, гл. II]). Пусть DD — область риманового многообразия 𝕄n,{\mathbb{M}}^{n}, n⩾2,n\geqslant 2, f:D→𝕄∗nf\colon D\rightarrow{\mathbb{M}}_{*}^{n} — отображение, β:[a,b)→𝕄∗n\beta\colon[a,\,b)\rightarrow{\mathbb{M}}_{*}^{n} — некоторая кривая и x∈f−1​(β​(a)).x\in\,f^{\,-1}\left(\beta(a)\right). Кривая α:[a,c)→D,\alpha\colon[a,\,c)\rightarrow D, c⩽b,c\leqslant b, называется максимальным поднятием кривой β\beta при отображении ff с началом в точке x,x, если (1)α⁡(a)=x;(1)\quad\alpha(a)=x; (2)f∘α=β|[a,c);(2)\quad f\circ\alpha=\beta|_{[a,\,c)}; (3)(3) если c<c′⩽b,c<c^{\prime}\leqslant b, то не существует кривой α′:[a,c′)→D,\alpha^{\prime}\colon[a,\,c^{\prime})\rightarrow D, такой что α=α′|[a,c)\alpha=\alpha^{\prime}|_{[a,\,c)} и f∘α=β|[a,c′).f\circ\alpha=\beta|_{[a,\,c^{\prime})}. Имеет место следующее

Предложение 1. Пусть 𝕄n{\mathbb{M}}^{n} и 𝕄∗n{\mathbb{M}}_{*}^{n} — римановы многообразия, n⩾2,n\geqslant 2, DD — область в 𝕄n,{\mathbb{M}}^{n}, f:D→𝕄∗nf\colon D\rightarrow{\mathbb{M}}^{n}_{*} — открытое дискретное отображение, β:[a,b)→𝕄∗n\beta\colon[a,\,b)\rightarrow{\mathbb{M}}_{*}^{n} — кривая и точка x∈f−1​(β​(a)).x\in\,f^{-1}\left(\beta(a)\right). Тогда кривая β\beta имеет максимальное поднятие при отображении ff с началом в точке x.x.

Доказательство.   Зафиксируем точку x0∈𝕄nx_{0}\in{\mathbb{M}}^{n} и рассмотрим f⁡(x0)∈𝕄∗n.f(x_{0})\in{\mathbb{M}}_{*}^{n}. Поскольку точка f⁡(x0)f(x_{0}) принадлежит многообразию 𝕄∗n,{\mathbb{M}}_{*}^{n}, найдётся окрестность VV этой точки, гомеоморфная множеству ψ⁡(V)⊂ℝn.\psi(V)\subset{\mathbb{R}}^{n}. В силу непрерывности отображения f,f, найдётся окрестность UU точки x0,x_{0}, такая что f⁡(U)⊂V.f(U)\subset V. С другой стороны, не ограничивая общности, можно считать, что UU гомеоморфна открытому множеству φ⁡(U)\varphi(U) в ℝn.{\mathbb{R}}^{n}. Можно также считать, что φ⁡(U)\varphi(U) и ψ⁡(V)\psi(V) являются областями в ℝn,{\mathbb{R}}^{n}, тогда f∗=ψ∘f∘φ−1f^{*}=\psi\circ f\circ\varphi^{\,-1} — открытое дискретное отображение между областями φ⁡(U)\varphi(U) и ψ⁡(V)\psi(V) в ℝn.{\mathbb{R}}^{n}. Для таких отображений существование максимальных поднятий локально вытекает из соответствующего результата Рикмана в nn-мерном евклидовом пространстве (см. [11, шаг 2 доказательства теоремы 3.2 гл. II]). Отсюда вытекает локальное существование максимальных поднятий и на многообразиях. Глобальное существование максимальных поднятий может быть установлено аналогично доказательству шага 1 указанной выше теоремы. □\Box

Следующая лемма доказывалась В.И. Рязановым и Р.Р. Салимовым в работе [10] для случая гомеоморфизмов, и представляет собой основной результат настоящей работы в наиболее общей ситуации.

Лемма 1.   Пусть 𝕄n{\mathbb{M}}^{n} и 𝕄∗n{\mathbb{M}}_{*}^{n} — римановы многообразия, n⩾2,n\geqslant 2, 𝕄n{\mathbb{M}}^{n} компактно, DD — область в 𝕄n,{\mathbb{M}}^{n}, f:D→𝕄∗nf:D\rightarrow{\mathbb{M}}_{*}^{n} – открытое дискретное кольцевое QQ-отображение в точке b∈∂D,b\in\partial D, f⁡(D)=D′,f(D)=D^{\,\prime}, область DD локально связна в точке b,b, C⁡(f,∂D)⊂∂D′C(f,\partial D)\subset\partial D^{\,\prime} и область D′D^{\,\prime} сильно достижима хотя бы в одной точке y∈C⁡(f,b).y\in C(f,b). Предположим, что найдётся ε0>0\varepsilon_{0}>0 и некоторая положительная измеримая функция ψ⁡(t),\psi(t), ψ:(0,ε0)→(0,∞),\psi:(0,\varepsilon_{0})\rightarrow(0,\infty), такая что для всех ε∈(0,ε0)\varepsilon\in(0,\varepsilon_{0})

0<I⁡(ε,ε0)=∫εε0ψ⁡(t)​𝑑t<∞0<I(\varepsilon,\varepsilon_{0})=\int\limits_{\varepsilon}^{\varepsilon_{0}}\psi(t)dt<\infty (6)

и при ε→0\varepsilon\rightarrow 0

∫A⁡(ε,ε0,b)Q⁡(x)⋅ψn​(|x−b|)​𝑑v​(x)=o⁡(In​(ε,ε0)),\int\limits_{A(\varepsilon,\varepsilon_{0},b)}Q(x)\cdot\psi^{\,n}(|x-b|)\ dv(x)=o(I^{n}(\varepsilon,\varepsilon_{0}))\,, (7)

где A:=A⁡(ε,ε0,b)A:=A(\varepsilon,\varepsilon_{0},b) определено в (3). Тогда C⁡(f,b)={y}.C(f,b)=\{y\}.

Доказательство.   Предположим противное. Тогда найдутся, по крайней мере, две последовательности xi,x_{i}, xi′∈D,x_{i}^{\,\prime}\in D, i=1,2,…,i=1,2,\ldots, такие, что xi→b,x_{i}\rightarrow b, xi′→bx_{i}^{\,\prime}\rightarrow b при i→∞,i\rightarrow\infty, f⁡(xi)→y,f(x_{i})\rightarrow y, f⁡(xi′)→y′f(x_{i}^{\,\prime})\rightarrow y^{\,\prime} при i→∞i\rightarrow\infty и y′≠y.y^{\,\prime}\neq y. Отметим, что yy и y′∈∂D′,y^{\,\prime}\in\partial D^{\,\prime}, поскольку по условию C⁡(f,∂D)⊂∂D′.C(f,\partial D)\subset\partial D^{\,\prime}. По определению сильно достижимой границы в точке y∈∂D′,y\in\partial D^{\,\prime}, для любой окрестности UU этой точки найдутся компакт C0′⊂D′,C_{0}^{\,\prime}\subset D^{\,\prime}, окрестность VV точки y,y, V⊂U,V\subset U, и число δ>0\delta>0 такие, что

M⁡(Γ⁡(C0′,F,D′))≥δ>0M(\Gamma(C_{0}^{\,\prime},F,D^{\,\prime}))\geq\delta>0 (8)

для произвольного континуума F,F, пересекающего ∂U\partial U и ∂V.\partial V. В силу предположения C⁡(f,∂D)⊂∂D′,C(f,\partial D)\subset\partial D^{\,\prime}, имеем, что для C0:=f−1​(C0′)C_{0}:=f^{\,-1}(C_{0}^{\,\prime}) выполнено условие C0∩∂D=∅.C_{0}\cap\partial D=\varnothing. Тогда, не ограничивая общности рассуждений, можно считать, что C0∩B⁡(b,ε0)¯=∅.C_{0}\cap\overline{B(b,\varepsilon_{0})}=\varnothing. Поскольку область DD локально связна в точке b,b, можно соединить точки xix_{i} и xi′x_{i}^{\,\prime} кривой γi,\gamma_{i}, лежащей в B⁡(b,2−i)¯∩D.\overline{B(b,2^{\,-i})}\cap D. Поскольку f⁡(xi)∈Vf(x_{i})\in V и f⁡(xi′)∈D∖U¯f(x_{i}^{\,\prime})\in D\setminus\overline{U} при всех достаточно больших i∈ℕ,i\in{\mathbb{N}}, найдётся номер i0∈ℕ,i_{0}\in{\mathbb{N}}, такой, что согласно (8)

M⁡(Γ⁡(C0′,f⁡(γi),D′))≥δ>0M(\Gamma(C_{0}^{\,\prime},f(\gamma_{i}),D^{\,\prime}))\geq\delta>0 (9)

при всех i≥i0∈ℕ.i\geq i_{0}\in{\mathbb{N}}. Обозначим через Γi\Gamma_{i} семейство всех полуоткрытых кривых βi:[a,b)→ℝn\beta_{i}:[a,b)\rightarrow{\mathbb{R}}^{n} таких, что βi​(a)∈f⁡(γi),\beta_{i}(a)\in f(\gamma_{i}), βi​(t)∈D′\beta_{i}(t)\in D^{\,\prime} при всех t∈[a,b)t\in[a,b) и, кроме того, Bi:=limt→b−0βi​(t)=∈C0′.B_{i}:=\lim\limits_{t\rightarrow b-0}\beta_{i}(t)=\in C_{0}^{\,\prime}. Очевидно, что

M⁡(Γi)=M⁡(Γ⁡(C0′,f⁡(γi),D′)).M(\Gamma_{i})=M\left(\Gamma\left(C_{0}^{\,\prime},f(\gamma_{i}),D^{\,\prime}\right)\right)\,. (10)

При каждом фиксированном i∈ℕ,i\in{\mathbb{N}}, i≥i0,i\geq i_{0}, рассмотрим семейство Γi′\Gamma_{i}^{\,\prime} максимальных поднятий αi​(t):[a,c)→D\alpha_{i}(t):[a,c)\rightarrow D семейства Γi\Gamma_{i} с началом во множестве γi.\gamma_{i}. Такое семейство существует и определено корректно ввиду предложения id1. Заметим, прежде всего, что никакая кривая αi​(t)∈Γi′,\alpha_{i}(t)\in\Gamma_{i}^{\,\prime}, γi:[a,c)→D,\gamma_{i}:[a,c)\rightarrow D, не может стремиться к границе области DD при t→c−0t\rightarrow c-0 ввиду условия C⁡(f,∂D)⊂∂D′.C(f,\partial D)\subset\partial D^{\,\prime}. Тогда C⁡(αi​(t),c)⊂D.C(\alpha_{i}(t),c)\subset D. Заметим также, что C⁡(αi​(t),c)≠∅,C(\alpha_{i}(t),c)\neq\varnothing, поскольку пространство 𝕄n{\mathbb{M}}^{n} компактно по предположению леммы. Предположим теперь, что кривая αi​(t)\alpha_{i}(t) не имеет предела при t→c−0.t\rightarrow c-0. Покажем, что предельное множество C​(αi​(t),c)C(\alpha_{i}(t),c) есть континуум в D.D. Действительно, по условию Кантора в компакте α¯,\overline{\alpha}, см. [12, §  41(I), гл. 4, с. 8–9],

G=⋂k= 1∞α⁡([tk,c))¯=lim supk→∞α⁡([tk,c))=lim infk→∞α⁡([tk,c))≠∅G=\bigcap\limits_{k\,=\,1}^{\infty}\,\overline{\alpha\left(\left[t_{k},\,c\right)\right)}=\limsup\limits_{k\rightarrow\infty}\alpha\left(\left[t_{k},\,c\right)\right)=\liminf\limits_{k\rightarrow\infty}\alpha\left(\left[t_{k},\,c\right)\right)\neq\varnothing

в виду монотонности последовательности связных множеств α⁡([tk,c))\alpha([t_{k},\,c)) и, таким образом, GG является связным как пересечение счётного числа убывающих континуумов α⁡([tk,c))¯\overline{\alpha([t_{k},\,c))} по [12, теорема 5, § 47(II)].

Таким образом, C​(αi​(t),c)C(\alpha_{i}(t),c) – континуум в D.D. Тогда в силу непрерывности отображения f,f, получаем, что f≡c​o​n​s​tf\equiv const на C​(αi​(t),c),C(\alpha_{i}(t),c), что противоречит предположению о дискретности f.f.

Следовательно, ∃limt→c−0αi​(t)=Ai∈D.\exists\lim\limits_{t\rightarrow c-0}\alpha_{i}(t)=A_{i}\in D. Отметим, что, в этом случае, по определению максимального поднятия, c=b.c=b. Тогда, с одной стороны, limt→b−0αi​(t):=Ai,\lim\limits_{t\rightarrow b-0}\alpha_{i}(t):=A_{i}, а с другой, в силу непрерывности отображения ff в D,D,

f⁡(Ai)=limt→b−0f⁡(αi​(t))=limt→b−0βi​(t)=Bi∈C0′.f(A_{i})=\lim\limits_{t\rightarrow b-0}f(\alpha_{i}(t))=\lim\limits_{t\rightarrow b-0}\beta_{i}(t)=B_{i}\in C_{0}^{\,\prime}\,.

Отсюда, по определению C0,C_{0}, следует, что Ai∈C0.A_{i}\in C_{0}. Погрузим компакт C0C_{0} в некоторый континуум C1,C_{1}, всё ещё полностью лежащий в области D,D, см. лемму 1 в [1]. За счёт уменьшения ε0>0,\varepsilon_{0}>0, можно снова считать, что C1∩B⁡(b,ε0)¯=∅.C_{1}\cap\overline{B(b,\varepsilon_{0})}=\varnothing. Заметим, что функция

η⁡(t)={ψ⁡(t)/I⁡(2−i,ε0),t∈(2−i,ε0),0,t∈ℝ∖(2−i,ε0),\eta(t)=\left\{\begin{array}[]{rr}\psi(t)/I(2^{-i},\varepsilon_{0}),&t\in(2^{-i},\varepsilon_{0}),\\ 0,&t\in{\mathbb{R}}\setminus(2^{-i},\varepsilon_{0})\,,\end{array}\right.

где I⁡(ε,ε0):=∫εε0ψ⁡(t)​𝑑t,I(\varepsilon,\varepsilon_{0}):=\int\limits_{\varepsilon}^{\varepsilon_{0}}\psi(t)dt, удовлетворяет условию нормировки вида (5) при r1:=2−i,r_{1}:=2^{-i}, r2:=ε0,r_{2}:=\varepsilon_{0}, поэтому, в силу определения кольцевого QQ-отображения в граничной точке, а также ввиду условий (6)–(7),

M⁡(f⁡(Γi′))≤Δ⁡(i),M\left(f\left(\Gamma_{i}^{\,\prime}\right)\right)\leq\Delta(i)\,, (11)

где Δ⁡(i)→0\Delta(i)\rightarrow 0 при i→∞.i\rightarrow\infty. Однако, Γi=f⁡(Γi′),\Gamma_{i}=f(\Gamma_{i}^{\,\prime}), поэтому из (11) получим, что при i→∞i\rightarrow\infty

M⁡(Γi)=M⁡(f⁡(Γi′))≤Δ⁡(i)→0.M(\Gamma_{i})=M\left(f(\Gamma_{i}^{\,\prime})\right)\leq\Delta(i)\rightarrow 0\,. (12)

Однако, соотношение (12) вместе с равенством (10) противоречат неравенству (9), что и доказывает лемму. □\Box

3. Основные результаты. Следующее утверждение вытекает из [10, лемма 4.1] и [13, следствие 5.1].

Предложение 2. В произвольном римановом многообразии 𝕄n{\mathbb{M}}^{n} функция Q⁡(x)Q(x) класса F​M​OFMO в точке x0x_{0} удовлетворяет соотношению (7), где ψ⁡(t):=1t​log⁡1t.\psi(t):=\frac{1}{t\log\frac{1}{t}}.

Доказательство теоремы id1 вытекает из леммы id1 на основании предложения id1. □\Box

Элементом площади гладкой поверхности HH на римановом многообразии 𝕄n{\mathbb{M}}^{n} будем называть выражение вида d​𝒜=det​gα​β∗​d​u1​…​d​un−1,d\mathcal{A}=\sqrt{{\rm det}\,g_{\alpha\beta}^{*}}\,du^{1}\ldots du^{n-1}, где gα​β∗g_{\alpha\beta}^{*} — риманова метрика на H,H, порождённая исходной римановой метрикой gi​jg_{ij} согласно соотношению

gα​β∗​(u)=gi​j​(x⁡(u))​∂xi∂uα​∂xj∂uβ.g_{\alpha\beta}^{*}(u)=g_{ij}(x(u))\frac{\partial x^{i}}{\partial u^{\alpha}}\frac{\partial x^{j}}{\partial u^{\beta}}. (13)

Здесь индексы α\alpha и β\beta меняются от 11 до n−1,n-1, а x⁡(u)x(u) обозначает параметризацию поверхности HH такую, что ∇ux≠0.\nabla_{u}x\neq 0. Справедливо следующее утверждение, обобщающее теорему id1.

Теорема 2.   Пусть 𝕄n{\mathbb{M}}^{n} и 𝕄∗n{\mathbb{M}}_{*}^{n} — римановы многообразия, n⩾2,n\geqslant 2, 𝕄n{\mathbb{M}}^{n} компактно, DD — область в 𝕄n,{\mathbb{M}}^{n}, f:D→𝕄∗nf:D\rightarrow{\mathbb{M}}_{*}^{n} – открытое дискретное кольцевое QQ-отображение в точке b∈∂D,b\in\partial D, f⁡(D)=D′,f(D)=D^{\,\prime}, область DD локально связна в точке b,b, C⁡(f,∂D)⊂∂D′C(f,\partial D)\subset\partial D^{\,\prime} и область D′D^{\,\prime} сильно достижима хотя бы в одной точке y∈C⁡(f,b).y\in C(f,b). Предположим, что при некотором δ⁡(x0)>0\delta(x_{0})>0 выполняется равенство

∫0δ⁡(x0)d​t(∫S⁡(x0,t)Q⁡(x)​𝑑𝒜)1n−1=∞.\int\limits_{0}^{\delta(x_{0})}\frac{dt}{\left(\int\limits_{S(x_{0},t)}Q(x)\,d\mathcal{A}\right)^{\frac{1}{n-1}}}=\infty. (14)

Тогда C⁡(f,b)={y}.C(f,b)=\{y\}.

Доказательство.   Достаточно показать, что условие (14) влечёт выполнение условия (7) леммы id1. Можно считать, что B⁡(x0,δ⁡(x0))B(x_{0},\delta(x_{0})) лежит в нормальной окрестности точки x0.x_{0}. Рассмотрим функцию

ψ⁡(t)={(∫S⁡(x0,t)Q⁡(x)​d𝒜)11−n,t∈(0,δ⁡(x0)),0,t∉(0,δ⁡(x0)).\psi(t)\quad=\quad\left\{\begin{array}[]{rr}\left(\int\limits_{S(x_{0},t)}Q(x)\,d\mathcal{A}\right)^{\frac{1}{1-n}},&t\in(0,\delta(x_{0})),\\ 0,&t\not\in(0,\delta(x_{0})).\end{array}\right.

Заметим теперь, что требование вида (6) выполняется при ε0=δ⁡(x0)\varepsilon_{0}=\delta(x_{0}) и всех достаточно малых ε.\varepsilon. Далее установим неравенство

∫ε<d⁡(x,x0)<δ⁡(x0)Q⁡(x)​ψn​(d⁡(x,x0))​𝑑v​(x)⩽C⋅∫εδ⁡(x0)(∫S⁡(x0,t)Q⁡(x)​𝑑𝒜)11−n​𝑑t\int\limits_{\varepsilon<d(x,x_{0})<\delta(x_{0})}Q(x)\psi^{n}(d(x,x_{0}))\,dv(x)\leqslant C\cdot\int\limits_{\varepsilon}^{\delta(x_{0})}\left(\int\limits_{S(x_{0},t)}Q(x)\,d\mathcal{A}\right)^{\frac{1}{1-n}}dt (15)

при некоторой постоянной C>0.C>0. Для этого покажем, что к левой части соотношения (15) применим аналог теоремы Фубини. Рассмотрим в окрестности точки x0∈S⁡(z0,r)⊂ℝnx_{0}\in S(z_{0},r)\subset{\mathbb{R}}^{n} локальную систему координат z1,…,zn,z^{1},\ldots,z^{n}, n−1n-1 базисных векторов которой взаимно ортогональны и лежат в плоскости, касательной к сфере в точке x0,x_{0}, а последний базисный вектор перпендикулярен этой плоскости. Пусть r,θ1,…,θn−1r,\theta^{1},\ldots,\theta^{n-1} сферические координаты точки x=x⁡(θ)x=x(\theta) в ℝn.{\mathbb{R}}^{n}. Заметим, что n−1n-1 приращений переменных z1,…,zn−1z^{1},\ldots,z^{n-1} вдоль сферы при фиксированном rr равны d​z1=r​d​θ1,…,d​zn−1=r​d​θn−1,dz^{1}=rd\theta^{1},\dots,dz^{n-1}=rd\theta^{n-1}, а приращение переменной znz^{n} по rr равно d​zn=d​r.dz^{n}=dr. В таком случае,

d​v​(x)=det​gi​j​(x)​rn−1​d​r​d​θ1​…​d​θn−1.dv(x)=\sqrt{{\rm det\,}g_{ij}(x)}r^{n-1}\,drd\theta^{1}\dots d\theta^{n-1}.

Рассмотрим параметризацию сферы S⁡(0,r)S(0,r) x=x⁡(θ),x=x(\theta), θ=(θ1,…,θn−1),\theta=(\theta^{1},\ldots,\theta^{n-1}), θi∈(−π,π].\theta_{i}\in(-\pi,\pi]. Заметим, что ∂xα∂θβ=1\frac{\partial x^{\alpha}}{\partial\theta^{\beta}}=1 при α=β\alpha=\beta и ∂xα∂θβ=0\frac{\partial x^{\alpha}}{\partial\theta^{\beta}}=0 при α≠β,\alpha\neq\beta, α,β=1,…,n−1.\alpha,\beta=1,\ldots,n-1. Тогда в обозначениях соотношения (13) имеем: gα​β∗​(θ)=gα​β​(x⁡(θ))​r2,g_{\alpha\beta}^{*}(\theta)=g_{\alpha\beta}(x(\theta))r^{2},

d​𝒜=detgα​β​(x​(θ))​rn−1​d​θ1​…​d​θn−1.d\mathcal{A}=\sqrt{\det\,g_{\alpha\beta}(x(\theta))}r^{n-1}d{\theta}^{1}\ldots d{\theta}^{n-1}.

Заметим, что

∫S⁡(x0,r)Q⁡(x)​ψn​(d⁡(x,x0))​𝑑𝒜=ψn​(r)​rn−1⋅∫Πdet​gα​β​(x⁡(θ))​Q​(x⁡(θ))​d​θ1​…​d​θn−1,\int\limits_{S(x_{0},r)}Q(x)\psi^{n}(d(x,x_{0}))\,d\mathcal{A}=\psi^{n}(r)r^{n-1}\cdot\int\limits_{\Pi}\sqrt{{\rm det\,}g_{\alpha\beta}(x(\theta))}Q(x(\theta))\,d\theta^{1}\dots d\theta^{n-1}, (16)

где Π=(−π,π]n−1\Pi=(-\pi,\pi]^{n-1} — прямоугольная область изменения параметров θ1,…,θn−1.\theta^{1},\ldots,\theta^{n-1}. Согласно сказанному выше, применяя классическую теорему Фубини (см., напр., [14, разд. 8.1, гл. III]),

∫ε<d⁡(x,x0)<δ⁡(x0)Q⁡(x)​ψn​(d⁡(x,x0))​dv​(x)==∫εδ⁡(x0)∫Πdet​gi​j​(x)​Q​(x)​ψn​(r)​rn−1​d​θ1​…​d​θn−1​dr.\int\limits_{\varepsilon<d(x,x_{0})<\delta(x_{0})}Q(x)\psi^{n}(d(x,x_{0}))\,dv(x)=\\ =\int\limits_{\varepsilon}^{\delta(x_{0})}\int\limits_{\Pi}\sqrt{{\rm det\,}g_{ij}(x)}Q(x)\psi^{n}(r)r^{n-1}\,d\theta^{1}\dots d\theta^{n-1}dr. (17)

Поскольку в нормальных координатах тензорная матрица gi​jg_{ij} сколь угодно близка к единичной в окрестности данной точки, то C2​detgα​β​(x)⩽detgi​j​(x)⩽C1​detgα​β​(x).C_{2}\det\,g_{\alpha\beta}(x)\leqslant\det\,g_{ij}(x)\leqslant C_{1}\det\,g_{\alpha\beta}(x). Учитывая сказанное и сравнивая (16) и (17), приходим к соотношению (15). Но тогда также

∫ε<d⁡(x,x0)<δ⁡(x0)Q⁡(x)​ψn​(d⁡(x,x0))​𝑑v​(x)=o⁡(In​(ε,δ⁡(x0)))\int\limits_{\varepsilon<d(x,x_{0})<\delta(x_{0})}Q(x)\psi^{n}(d(x,x_{0}))dv(x)=o(I^{n}(\varepsilon,\delta(x_{0})))

ввиду соотношения (14). Утверждение теоремы следует теперь из леммы id1. □\Box

Список литературы

  • [1] Смоловая Е.С. Граничное поведение кольцевых QQ-гомеоморфизмов в метрических пространствах // Укр. мат. журн. – 2012. – 62, № 5. – С. 682–689.
  • [2] Севостьянов Е.А. О граничном поведении открытых дискретных отображений с неограниченной характеристикой // Укр. матем. ж. – 2012. – 64, № 6. – С. 855–859.
  • [3] Lee J.M. Riemannian Manifolds: An Introduction to Curvature. – New York: Springer, 1997.
  • [4] Позняк Э.Г., Шикин Е.В. Дифференциальная геометрия: первое знакомство. – Москва: Изд-во МГУ, 1990.
  • [5] Väisälä J. Lectures on nn-Dimensional Quasiconformal Mappings. – Lecture Notes in Math. 229, Berlin etc.: Springer–Verlag, 1971.
  • [6] Fuglede B. Extremal length and functional completion // Acta Math. – 1957. – 98. – P. 171–219.
  • [7] Салимов Р.Р. и Севостьянов Е.А. Теория кольцевых QQ-отображений в геометрической теории функций // Матем. сборник. – 2010. – 201, № 6. – С. 131–158.
  • [8] Martio O., Ryazanov V., Srebro U. and Yakubov E. Moduli in Modern Mapping Theory. – New York: Springer Science + Business Media, LLC, 2009.
  • [9] Bishop C.J., Gutlyanskiĭ V.Ya., Martio O. and Vuorinen M. On conformal dilatation in space // Int. J. Math. Math. Sci. – 2003. – 22. – P. 1397–1420.
  • [10] Рязанов В.И., Салимов Р.Р. Слабо плоские пространства и границы в теории отображений // Укр. матем. вестник. – 2007. – 4, № 2. – С. 199–234.
  • [11] Rickman S. Quasiregular mappings. – Results in Mathematic and Related Areas (3), 26. Berlin: Springer-Verlag, 1993.
  • [12] Куратовский К. Топология, т. 2 – М.: Мир, 1969. – 624 с.
  • [13] Афанасьева Е.С., Рязанов В.И., Салимов Р.Р. Об отображениях в классах Орлича-–Соболева на римановых многообразиях // Укр. мат. вестник. – 2011. – 8, № 3. – С. 319–342.
  • [14] Сакс С. Теория интеграла. – М.: Издательство иностранной литературы, 1949.

Евгений Александрович Севостьянов
Житомирский государственный университет им. И. Франко
кафедра математического анализа, ул. Большая Бердичевская, 40
г. Житомир, Украина, 10 008
тел. +38 066 959 50 34 (моб.), e-mail: esevostyanov2009@mail.ru