跳到论文正文
W Papers独立论文阅读器 arXiv:1412.1905 论文正文 计算阅读时间 · 0%
引用这篇论文根据当前论文元数据生成,正式投稿前建议核对。

    
  
License: arXiv.org perpetual non-exclusive license
arXiv:1412.1905v1 [math.GT] 05 Dec 2014

УДК 515.162.8

Функции роста групп Кокстера, ряды Пуанкаре особенностей и qq-дроби 22-тангловThanks: Работа поддержана грантами РФФИ-13-01-00755 и НШ-5138.2014.1

Г. Г. Ильюта Email address: ilyuta@mccme.ru Address:

Функции роста групп Кокстера, действующих отражениями в геодезических линиях в двумерных пространствах постоянной кривизны, представимы как частное многочленов Александера связной суммы (2,k)(2,k)-торических узлов и крендельного узла [5]. Рассматривая стандартные проекции этих узлов, замечаем, что они являются замыканиями одного и того же 22-тангла – суммы 22-танглов, каждый из которых является степенью образующей группы кос из двух нитей. В статье получены близкие факты для функций роста всех групп Кокстера, для рядов Пуанкаре клейновых и фуксовых особенностей и для некоторых рядов Пуанкаре конечных групп.

Определим 22-тангл как вложение двух отрезков и нескольких окружностей в трёхмерный шар, причём на границу попадают только концы отрезков. Замыкания 22-тангла приводят к паре узлов, частное многочленов Александера которых назовём qq-дробью 22-тангла (многочлены нормализованы так, что замена переменной q→q−1q\to q^{-1} умножает многочлен на ±1\pm 1 [2]).

Предложение 1.

Ряды Пуанкаре клейновых особенностей E6E_{6}, E7E_{7}, E8E_{8} и DnD_{n} представимы как qq-дроби 22-танглов.

Фуксовы особенности связаны с действием фуксовых групп на касательном расслоении верхней полуплоскости. Если фуксова группа имеет сигнатуру (g,a1,…,ar)(g;a_{1},\dots,a_{r}), то для ряда Пуанкаре P⁡(q)P(q) соответствующей особенности имеет место формула [4]

P⁡(q)=1+(g−2)​q+(g−2)​q2+q3(1−q)2+∑i=1rq2​(1−qai−1)(1−q)2​(1−qai).P(q)=\frac{1+(g-2)q+(g-2)q^{2}+q^{3}}{(1-q)^{2}}+\sum\nolimits_{i=1}^{r}\frac{q^{2}(1-q^{a_{i}-1})}{(1-q)^{2}(1-q^{a_{i}})}.
Предложение 2.

Существует 22-тангл, qq-дробь которого равна (1+q)2​P​(−q)/q3/2(1+q)^{2}P(-q)/q^{3/2}.

Группа Кокстера WSW_{S} порождается множеством инволюций S={s1,…,sr}S=\{s_{1},\dots,s_{r}\} и имеет определяющие соотношениями (si​sj)mi​j=1(s_{i}s_{j})^{m_{ij}}=1. Функция роста WS​(q)W_{S}(q) группы Кокстера WSW_{S} определяется как ряд

WS​(q)=∑g∈WSql⁡(g),l⁡(g)=min⁡{k:g=si1​…​sik}.W_{S}(q)=\sum\nolimits_{g\in W_{S}}q^{l(g)},\quad l(g)=\min\{k:g=s_{i_{1}}\dots s_{i_{k}}\}.

Обозначим через F+​(q)F_{+}(q) (F−​(q)F_{-}(q)) любой целочисленный многочлен, который делится на все многочлены qdeg⁡WP​(q)+1q^{\deg W_{P}(q)}+1 (qdeg⁡WP​(q)−1q^{\deg W_{P}(q)}-1), P⊂SP\subset S, 1<|WP|<∞1<|W_{P}|<\infty, и частные являются возвратными многочленами. Пусть z=q−1/2−q1/2z=q^{-1/2}-q^{1/2} и ϵ=0\epsilon=0 или 11 в зависимости от того нечётна или чётна степень многочлена F±​(q)F_{\pm}(q).

Предложение 3.

Для группы Кокстера WSW_{S} функции

zϵ​qdeg⁡F+/2F+​(−q)​(1WS​(−q−1)+1WS​(−q)),\frac{z^{\epsilon}q^{\deg F_{+}/2}}{F_{+}(-q)}\left(\frac{1}{W_{S}(-q^{-1})}+\frac{1}{W_{S}(-q)}\right),
zϵ​qdeg⁡F−/2F−​(−q)​(1WS​(−q−1)−1WS​(−q))\frac{z^{\epsilon}q^{\deg F_{-}/2}}{F_{-}(-q)}\left(\frac{1}{W_{S}(-q^{-1})}-\frac{1}{W_{S}(-q)}\right)

представимы как qq-дроби 22-танглов.

Для очень общего класса групп Кокстера функция роста удовлетворяет одному из равенств WS​(q−1)=±WS​(q)W_{S}(q^{-1})=\pm W_{S}(q), в частности, если группа действует собственно и кокомпактно на стягиваемом nn-многообразии (порождающие действуют как отражения), то WS​(q−1)=(−1)n​WS​(q)W_{S}(q^{-1})=(-1)^{n}W_{S}(q) [1].

Эйлерова характеристика группы Кокстера обратна значению функции роста этой группы в 11 [10]. Поэтому доказанные факты связывают эйлерову характеристику и значение qq-дроби в −1-1. Это значение известно как дробь 22-тангла; обзор приложений и методов вычисления дроби 22-тангла можно найти в [8]. Модуль значения многочлена Александера в −1-1 известен как детерминант узла и он равен порядку группы гомологий двулистного накрытия сферы S3S^{3} с ветвлением на узле.

Для конечной матричной группы G⊂S​UnG\subset SU_{n} и её характера χ\chi ряд Пуанкаре Gχ​(q)G_{\chi}(q) можно определить с помощью формулы Молина

Gχ​(q)=∑g∈Gχ⁡(g)det(1−q​g).G_{\chi}(q)=\sum\nolimits_{g\in G}\frac{\chi(g)}{\det(1-qg)}.
Предложение 4.

Если характер χ\chi принимает целые значения и многочлены det(1−q​g)\det(1-qg) являются целочисленными, то функции qn/2​Gχ​(−q)/zq^{n/2}G_{\chi}(-q)/z для чётного nn и q(n−1)/2​(1+q)​Gχ​(−q)/zq^{(n-1)/2}(1+q)G_{\chi}(-q)/z для нечётного nn представимы как qq-дроби 22-танглов.

Доказательства. В [3] ряды Пуанкаре клейновых особенностей представлены как частные многочленов Кокстера евклидовых и аффинных диаграмм Дынкина. Эти диаграммы в случаях EnE_{n} и DnD_{n} являются деревьями и их многочлены Кокстера реализуются как многочлены Александера слалом-узлов А’Кампо [6]. Евклидова диаграмма Дынкина получается из аффинной удалением вершины. Узлы А’Кампо разложимы в композицию плюмбингов Хопфа, отвечающих вершинам соответствующих диаграмм Дынкина [7] (для слалом-узлов наглядная интерпретация разложения на плюмбинги имеется в [5]). Поэтому достаточно показать, что узлы, отличающиеся одним плюмбингом Хопфа, являются замыканиями одного и того же 22-тангла. При плюмбинге Хопфа к поверхности Зейферта узла приклеивается лента. Разрезая эту ленту, мы получим 22-тангл как границу поверхности (края разреза исключаются). Одно из замыканий этого 22-тангла возвращает к исходному узлу (края разреза добавляются), а другое – к узлу до разреза ленты (края разреза склеиваются). Процесс разложения слалом-узла в композицию плюмбингов Хопфа соответствует разложению частного многочленов Александера узла до и узла после одного плюмбинга в ветвящуюся цепную дробь [6]. Эти процессы связаны теоремой Конвея: qq-дробь суммы 22-танглов равна сумме qq-дробей слагаемых [2].

+ =

В частности, qq-дробью 22-тангла является частное многочленов Александера (2,n)(2,n)- и (2,n+1)(2,n+1)-торических узлов, которые являются слалом-узлами диаграмм Дынкина An−1A_{n-1} и AnA_{n}. Поэтому для доказательства Предложения 2 остаётся представить как qq-дробь 22-тангла первое слагаемое в сумме

(1+q)2​P​(−q)q3/2=z⁡(z2−g+5)+∑i=1rq−(ai−1)/2−q(ai−1)/2q−ai/2−qai/2\frac{(1+q)^{2}P(-q)}{q^{3/2}}=z(z^{2}-g+5)+\sum\nolimits_{i=1}^{r}\frac{q^{-(a_{i}-1)/2}-q^{(a_{i}-1)/2}}{q^{-a_{i}/2}-q^{a_{i}/2}}

и применить теорему Конвея. В [9] для любого целочисленного многочлена b⁡(z)b(z) построены 22-танглы (один из другого получается отражением относительно биссектрисы первой четверти), qq-дроби которых равны z​b​(z2)zb(z^{2}) и 1/z​b​(z2)1/zb(z^{2}). Этот факт вместе с теоремой Конвея доказывает также Предложения 3 и 4. Функции из Предложения 3 представляются в виде суммы функций вида 1/z​b​(z2)1/zb(z^{2}) с помощью формулы Стейнберга [12]

1WS​(q−1)=∑P⊂S,|WP|<∞(−1)|P|WP​(q),\frac{1}{W_{S}(q^{-1})}=\sum\nolimits_{P\subset S,|W_{P}|<\infty}\frac{(-1)^{|P|}}{W_{P}(q)},

а функции из Предложения 4 – с помощью формулы Молина. Это вытекает из следующих замечаний. Если группа WSW_{S} конечна и её степени базисных инвариантов равны m1,…,mrm_{1},\dots,m_{r}, то WS​(q)=∏[mi]W_{S}(q)=\prod[m_{i}], где [m]=1+q+⋯+qm−1[m]=1+q+\dots+q^{m-1} [11], в частности, многочлен WS​(q)W_{S}(q) возвратный и делится на 1+q1+q, поскольку конечная группа Кокстера имеет инвариант степени 22. Многочлен F+​(q)F_{+}(q) делится на 1+q1+q, поскольку deg⁡WP​(q)=1\deg W_{P}(q)=1, если |P|=1|P|=1. Возвратный многочлен R⁡(q)R(q) нечётной (чётной) степени представляется в виде qdeg⁡R/2​R​(−q)=z​b​(z2)q^{\deg R/2}R(-q)=zb(z^{2}) (=b⁡(z2)=b(z^{2})). Возвратный многочлен нечётной степени делится на 1+q1+q. Если возвратный многочлен чётной степени делится на 1+q1+q, то он делится на (1+q)2(1+q)^{2}. Вещественный характеристический многочлен f⁡(q)f(q) матрицы из S​UnSU_{n} удовлетворяет равенству qn​f​(q−1)=(−1)n​f​(q)q^{n}f(q^{-1})=(-1)^{n}f(q) и для нечётного nn делится на 1−q1-q. Многочлены f⁡(q)f(q) для чётного nn и f⁡(q)/(1−q)f(q)/(1-q) для нечётного nn являются возвратными.

Приведём пример: для ряда Пуанкаре кольца инвариантов (χ≡1\chi\equiv 1) бинарной группы тетраэдра формула Молина и соответствующее представление в виде суммы qq-дробей из [9] имеют вид

G1​(q)=1(1−q)2+1(1+q)2+11+q2+21−q+q2+21+q+q2,G_{1}(q)=\frac{1}{(1-q)^{2}}+\frac{1}{(1+q)^{2}}+\frac{1}{1+q^{2}}+\frac{2}{1-q+q^{2}}+\frac{2}{1+q+q^{2}},
q​G1​(−q)z=1z⁡(z2+4)+1z​z2+1z⁡(z2+2)+2​1z⁡(z2+3)+2​1z⁡(z2+1)\frac{qG_{1}(-q)}{z}=\frac{1}{z(z^{2}+4)}+\frac{1}{zz^{2}}+\frac{1}{z(z^{2}+2)}+2\frac{1}{z(z^{2}+3)}+2\frac{1}{z(z^{2}+1)}

и мы получаем другое представление ряда Пуанкаре особенности E6E_{6} как qq-дроби 22-тангла.

Список литературы

  • [1] R. Charney, M. W. Davis, Reciprocity of growth functions of Coxeter groups. Geom. Dedicata 39 (1991), 373-378.
  • [2] J. H. Conway, An enumeration of knots and links and some of their algebraic properties. In: Computational Problems in Abstract Algebra, J. Leech ed., Pergamon Press 1970, 329-358.
  • [3] W. Ebeling, Poincare series and monodromy of a two-dimensional quasihomogeneous hypersurface singularity. Manuscripta Math. 107 (2002), 271–282.
  • [4] W. Ebeling, The Poincare series of some special quasihomogeneous surface singularities. Publ. Res. Inst. Math. Sci. 39 (2003), 393–413.
  • [5] E. Hironaka, Coxeter links, McKay’s correspondence and 2,3,7. Contemp. Math. 324 (2003), 123-138.
  • [6] Г. Г. Ильюта, Ряды Пуанкаре групп Клейна, многочлены Кокстера, представление Бурау и инварианты Милнора. Особенности и приложения, Тр. МИАН, 267, МАИК, М., 2009, 146–163.
  • [7] M. Ishikawa, Plumbing constructions of connected divides and the Milnor fibers of plane curve singularities. Indag. Math. 13 (2002), 499-514.
  • [8] L. H. Kauffman, S. Lambropoulou, From Tangle Fractions to DNA. In: Topology in Molecular Biology, ed. M.I. Monastyrsky, Springer 2007, 69-110.
  • [9] H. Murakami, On the Conway polynomial of a knot with T-genus one. Kobe J. Math. 2 (1985), 117-121.
  • [10] J.-P. Serre, Cohomologie des groupes discrets. In: Prospects in Mathematics, Princeton Univ. Press 1971, p. 77-169.
  • [11] L. Solomon, The orders of the finite Chevalley groups. J. Algebra 3 (1966), 376–393.
  • [12] R. Steinberg, Endomorphisms of Linear Algebraic Groups. Mem. Amer. Math. Soc. Nr. 80 (1968).