On the Gomori-Hu inequality

Проведём доказательство по индукции. При $n=1$ неравенство (2) очевидно. Пусть (2) выполнено при всех $n\leqslant m$, $m\in\mathbb{N}$ и пусть $|X|=m+1$. Согласно теореме 2 $G_{d}=[X_{1},...,X_{k}]$.

По предположению индукции для ультраметрических пространств $(X_{1},d),...,(X_{k},d)$, выполнены неравенства

Отметим, что

Тогда имеем

Учитывая, что $k\geqslant 2$ мы получаем (2) при $n=m+1$. ∎

Равенство (4) следует из определения диаметрального графа и теоремы 2. Это равенство влечёт неравенство

причём равенство в неравенстве достигается тогда и только тогда, когда выполнено (5). Так как $X\in\mathfrak{U}$, то $|\Sp(X)|=|X|-1$. Используя последнее равенство, неравенство Гомори-Ху и то, что

находим

Таким образом, выполнено неравенство обратное к (6), а значит

что эквивалентно (5). ∎

Докажем (i)$\Rightarrow$(ii) для любого ультраметрического $(X,d)$ с $2\leqslant|X|<\infty$. Доказательство проведём индукцией по $|X|$. Импликация (i)$\Rightarrow$(ii), очевидно, имеет место при $|X|=2$. Предположим, что (i)$\Rightarrow$(ii) выполняется для всех конечных ультраметрических пространств $X$ с $2\leqslant|X|\leqslant n$. Пусть ультраметрическое пространство $(X,d)$ принадлежит $\mathfrak{U}$ и $|X|=n+1$. Докажем, что $G^{\prime}_{r,X}$ — полный двудольный граф для любого $r\in\Sp(X)$.

При $r=\diam X$ имеем $G_{r,X}=G_{d}$. По следствию 5, $G_{d}=[X_{1},X_{2}]$. Следовательно $G^{\prime}_{r,X}=G^{\prime}_{d}=G_{d}=G_{r,X}$ и всё доказано. Для доказательства того, что $G^{\prime}_{r,X}$ является полным двудольным при $r<\diam X$, $r\in\Sp(X)$, воспользуемся леммой 6. Из (4) и (5) получаем, что утверждение

• •

  ($r\in\Sp(X_{1})$ и $r\notin\Sp(X_{2})$) или ($r\notin\Sp(X_{1})$ и $r\in\Sp(X_{2})$)

выполнено для любого $r\in\Sp(X)\backslash\{\diam X\}$. Не уменьшая общности, можно считать, что $r\in\Sp(X_{1})$. Проверим принадлежность $X_{1}\in\mathfrak{U}$. Из (4) и (5) следует равенство (7). Используя это равенство, равенство $|\Sp(X)|=|X|-1$ и неравенство Гомори-Ху для $X_{1}$ и $X_{2}$, получим

Следовательно, $|\Sp(X_{1})|+|\Sp(X_{2})|=|X_{1}|+|X_{2}|-2$, что возможно только, если

Таким образом, $(X_{1},d)\in\mathfrak{U}$. Теперь так как $|X_{1}|<|X|$ и $r\in\Sp(X_{1})$, то мы можем воспользоваться предположением индукции в соответствии с которым $G^{\prime}_{r,X_{1}}$ — полный двудольный граф. Так как $r\notin\Sp(X_{2})$ и $d(u,v)=\diam X>r$ при любых $u\in X_{1}$, $v\in X_{2}$, то $G^{\prime}_{r,X_{1}}=G^{\prime}_{r,X}$. Таким образом, $G^{\prime}_{r,X}$ — полный двудольный граф для всех $r\in\Sp(X)$.

Импликация (i)$\Rightarrow$(ii) установлена.

Проверим (ii)$\Rightarrow$(i) для любого конечного ультраметрического пространства $(X,d)$ с $|X|\geqslant 2$. Как и выше будем использовать индукцию по $|X|$. Для любого двухточечного $X$ мы, очевидно, имеем равенство в неравенстве Гомори-Ху. Следовательно, (ii)$\Rightarrow$(i) при $|X|=2$. Предположим, что (ii)$\Rightarrow$(i) выполнено при всех ультраметрических $X$ с $2\leqslant|X|\leqslant n$, $n$ — фиксированное натуральное число. Пусть $(X,d)$ — ультраметрическое пространство, $|X|=n+1$ и $G^{\prime}_{r,X}$ — полный двудольный граф для любого $r\in\Sp(X)$. Проверим, что $(X,d)\in\mathfrak{U}$. Пусть $G_{d}$ — диаметральный граф пространства $(X,d)$. По теореме 2 $G_{d}$ — полный $k$-дольный. Следовательно $G^{\prime}_{d}=G_{d}$ и в соответствии с предположением индукции $k=2$, т.е. $G_{d}=[X_{1},X_{2}]$. Покажем, что $X_{1},X_{2}\in\mathfrak{U}$. Рассмотрим подпространство $X_{1}$. Если $|X_{1}|=1$, то всё очевидно. Для $|X_{1}|\geqslant 2$ спектр $\Sp(X_{1})\neq\varnothing$. Если $r\in\Sp(X_{1})$, то $r\in\Sp(X)$, а значит $G^{\prime}_{r,X}$ — полный двудольный граф. Пусть $G_{r,X}(X_{1})$ — подграф графа $G_{r,X}$, порождённый множеством $X_{1}$. Легко видеть, что $G_{r,X}(X_{1})=G_{r,X_{1}}$. Так как $r\in\Sp(X_{1})$, то $G_{r,X_{1}}$ — не пустой граф. По лемме 7 $G^{\prime}_{r,X}(X_{1})$ — полный двудольный, т.е. $G^{\prime}_{r,X_{1}}$ — полный двудольный для любого $r\in\Sp(X_{1})$. Так как $|X_{1}|<|X|$, то по предположению индукции $(X_{1},d)\in\mathfrak{U}$. Аналогично доказывается, что $(X_{2},d)\in\mathfrak{U}$. Проверим равенство (5). Предположим, что

Тогда для $r\in\Sp(X_{1})\cap\Sp(X_{2})$ множества $V(G^{\prime}_{r,X})\cap X_{1}$ и $V(G^{\prime}_{r,X})\cap X_{2}$ являются непустыми и образуют разбиение множества $V(G^{\prime}_{r,X})$. Так как для любых $x_{1}\in X_{1}$ и $x_{2}\in X_{2}$ выполнено равенство $d(x_{1},x_{2})=\diam X$ и $\diam X>r$, то граф $G^{\prime}_{r,X}$ является несвязным. Это противоречит (ii), так как любой полный двудольный граф связен. Равенство (4), следующее из $G_{d}=G[X_{1},X_{2}]$, вместе с (5) даёт (7). Выше было показано, что

Подставляя эти равенства в (7) находим

т.е. $X\in\mathfrak{U}$.

Таким образом, (ii)$\Rightarrow$(i) для любого конечного ультраметрического пространства $X$ с $|X|\geqslant 2$. ∎

Покажем, что для любого конечного строго бинарного дерева с $n$ листьями количество внутренних узлов равно $n-1$. При $n=2$ имеем бинарный граф $T_{2}$, у которого один корень (внутренний узел) и два потомка (листа). Стартуя с $T_{2}$, любое строго бинарное дерево можно получить последовательным добавлением двух потомков одному из листьев. Такая процедура увеличивает на единицу как количество листьев, так и количество внутренних узлов. Разница между количество листьев и количеством узлов остаётся равной единице.

Пусть имеем конечное $m$-арное дерево с $n$ листьями и $n-1$ внутренним узлом, у которого количество потомков каждого внутреннего узла не менее двух. Покажем, что оно является строго бинарным. Пусть $T$ — $m$-арное дерево, удовлетворяющее таким условиям, не является строго бинарным. Очевидно, любое конечное $m$-арное дерево можно получить последовательным добавлением не менее двух потомков одному из листьев, стартуя с одноточечного графа. Считаем, что в одноточечном графе корень является листом, а внутренние узлы отсутствуют. Т.к. $T$ — не строго бинарное дерево, то на каком-то этапе к некоторому узлу было добавлено не менее $k$ потомков, $k\geqslant 3$. Такая процедура увеличивает количество внутренних узлов на единицу и количество листьев на $k-1$. В этом случае разница между количеством листьев и количеством внутренних узлов изменилась в большую сторону. В дальнейшем при добавлении ровно двух потомков такая разница не меняется, а при добавлении трёх и более может только увеличиться. Т.е. такое дерево $T$ не может иметь $n$ листьев и $n-1$ внутренних узлов. ∎

Пусть представляющее дерево $T_{X}$ пространства $(X,d)$, $|X|=n$, является строго бинарным и метки, приписанные различным внутренним узлам, являются различными. Покажем, что $(X,d)\in\mathfrak{U}$. По построению, данное бинарное дерево имеет $n$ листьев. Согласно лемме 12 внутренних узлов всего $n-1$. Так как различные внутренние узлы имеют разные метки, а любая метка есть элемент множества $\Sp(X)$, то $|\Sp(X)|\geqslant n-1$. Неравенство, обратное к этому, есть неравенство Гомори-Ху. Что даёт $|\Sp(X)|=n-1$.

Обратно, пусть $(X,d)\in\mathfrak{U}$ и $|X|=n$. Тогда $G_{d}=G[X_{1},X_{2}]$ и в соответствии с леммой 6

Равенство (9) ведёт к тому что метки, различных внутренних узлов, различны. По индукции легко доказать, что $T_{X}$ имеет $n-1$ внутренний узел и $n$ листьев. По лемме 12 $T_{X}$ является строго бинарным. ∎

Справедливость леммы легко установить индукцией по $|X|$. Формула (12) очевидно выполнена при $|X|=2$. Кроме того, (12) выполнена, если $\{x_{1},x_{2}\}$ — диаметральная пара пространства $(X,d)$, так как в этом случае путь $(x_{1},v_{1},...,v_{n},x_{2})$ проходит через корень дерева $T_{X}$, помеченный меткой $\diam X$. Если $\{x_{1},x_{2}\}$ не является диаметральной парой, то $x_{1}$ и $x_{2}$ лежат в одной и той же компоненте дополнения диаметрального графа и можно применить предположение индукции (не сформулированное здесь явно). ∎

Временно обозначим через $\tilde{B}_{k}$ число не изоморфных строго бинарных деревьев, имеющих $k+1$ листьев. В силу теоремы 13, $B_{k}\leqslant\tilde{B}_{k}$, где $B_{k}$ — число всех неизоморфных строго бинарных деревьев, представляющих $(X,d)\in\mathfrak{U}$ с $|X|=k+1$. Лемма 18 влечёт обратное неравенство $\tilde{B}_{k}\leqslant B_{k}$. Следовательно $B_{k}=\tilde{B}_{k}$ и мы можем использовать соотношение Оттера (10). Выполнение начальных условий (11) проверяется непосредственно. ∎

При $|X|\leqslant 2$ утверждение очевидно. Предположим оно выполнено при $1\leqslant|X|\leqslant k$ с фиксированным $k\geqslant 2$. Рассмотрим $(X,d)\in\mathfrak{U}$ с $|X|=k+1$. Если $r=\diam X$, то единственный шар $B_{r}\in\textbf{B}_{X}$ — это само пространство $X$. Пусть теперь $r\in\Sp(X)$, $r<\diam X$ и $B_{r}\in\textbf{B}_{X}$. Как и в лемме 6 рассмотрим подпространства $(X_{1},d)$ и $(X_{2},d)$ пространства $X$, такие, что $G_{d}=G[X_{1},X_{2}]$. Используя (4) и (5) мы, не уменьшая общности, можем предположить, что $r\in\Sp(X_{1})\backslash\Sp(X_{2})$. Пусть $x_{1}$ — произвольная точка $X_{1}$, для которой $r\in\Sp_{x_{1}}(X)$. Положим

Для доказательства единственности шара $B_{r}$ достаточно установить равенство

Сначала покажем, что

Действительно, если $B_{r}(t)\subseteq X_{2}\backslash X_{1}$, то $r\in\Sp(X_{2})$, что противоречит принадлежности $r\in\Sp(X_{1})\backslash\Sp(X_{2})$. Предположим, что

Тогда существуют $y_{1}\in X_{1}\cap B_{r}$ и $y_{2}\in X_{2}\cap B_{r}$. Так как в ультраметрическом пространстве диаметр шара не превосходит его радиуса, то $d(y_{1},y_{2})\leqslant r$. А так как $\{y_{1},y_{2}\}$ — диаметральная пара пространства $X$, то $d(y_{1},y_{2})=\diam X$. Следовательно $r\geqslant\diam X$, что противоречит условию $r<\diam X$ и доказывает (15). Включение (15) показывает, что $B^{1}_{r}(x_{1})$, $B_{r}\in\textbf{B}_{X_{1}}$. Используя следствие 9, убеждаемся в том, что $X_{1}\in\mathfrak{U}$. Так как $|X_{1}|<|X|$, то $|X_{1}|\leqslant k$. По предположению индукции $\textbf{B}_{X_{1}}$ содержит единственный шар радиуса $r\in\Sp(X_{1})$, что и доказывает равенство (14). ∎

В процессе построения дерева $T_{X}$, описанном в начале настоящего раздела, носитель $X$ пространства $(X,d)\in\mathfrak{U}$ последовательно разбивается на пары непересекающихся подмножеств до тех пор пока в результате не получаются одноточечные множества. Например, при $G_{d}=G[X_{1},X_{2}]$ множество $X$ разбивается на $X_{1}$ и $X_{2}$. В свою очередь $X_{1}$, при $\diam X_{1}>0$, разбивается на $X_{1,1}$ и $X_{1,2}$; $X_{2}$, при $\diam X_{2}>0$ на $X_{2,1}$ и $X_{2,2}$ и т.д. Причём в качестве меток внутренних узлов дерева $T_{X}$ выступают числа $\diam X$, $\diam X_{1}$, $\diam X_{2}$, $\diam X_{1,1}$,… (если они не являются нулями).

Для доказательства настоящей леммы достаточно установить, что любое подмножество ненулевого диаметра из последовательности $X$, $X_{1}$, $X_{2}$, $X_{1,1}$, $\dots$ принадлежит $\textbf{B}_{X}$. Пусть $\diam X_{i}>0$, $i=1,2$. Проверим, что

Включение $X\in\textbf{B}_{X}$ выше. Пусть $\{x_{1},x_{2}\}$ — диаметральная пара пространства $X_{1}$ и $r:=\diam X_{1}$. Проверим, что

Действительно, если $x_{3}$ — произвольная точка $X_{1}$, то $\diam X_{1}\geqslant d(x_{1},x_{3})$, т.е. $x_{3}\in B_{r}(x_{1})$. Следовательно

Пусть $x\in X\backslash X_{1}$. Тогда $x\in X_{2}$ и, по определению диаметрального графа,

Из неравенства $\diam X>\diam X_{1}$ следует, что $x\notin B_{r}(x_{1})$. Таким образом, $X_{1}\supseteq B_{r}(x_{1})$, что вместе с (19) даёт (18). Так как $B_{r}(x_{1})\in\textbf{B}_{X}$, то $X_{1}\in\textbf{B}_{X}$. Аналогично проверяется, что $X_{2}\in\textbf{B}_{X}$.

Простая модификация рассуждений, проведённых при доказательстве равенства (18) показывает, что импликация

справедлива для произвольных $Y,Z\subseteq X$. Теперь доказательство того, что все элементы последовательности $X$, $X_{1}$, $X_{2}$, $X_{1,1}$ $\dots$ принадлежат $\textbf{B}_{X}$ легко завершается. Например, заменяя в (17) $X$ на $X_{1}$, a $X_{1}$ на $X_{1,1}$ получим $X_{1,1}\in\textbf{B}_{X_{1}}$. Таким образом, посылка импликации (20) выполнена с $Y=X$ и $Z=X_{1,1}$. Следовательно $X_{1,1}\in\textbf{B}_{X}$ и т.д.. ∎

Предположим, что $X\cong Y$. Пусть $V_{X}=V(\overline{T}_{X})$ и $V_{Y}=V(\overline{T}_{Y})$ — множества вершин графов $\overline{T}_{X}$ и $\overline{T}_{Y}$ соответственно. Эквивалентность $X\cong Y$ означает, что существует биективное отображение $\Psi:V_{X}\to V_{Y}$, сохраняющее отношение смежности между вершинами графов $\overline{T}_{X}$ и $\overline{T}_{Y}$. Множество $V(\overline{T}_{X})$ ($V(\overline{T}_{Y})$) находится в естественном взаимно однозначном соответствии с множеством меток, которыми были помечены вершины графа $T_{X}(T_{Y})$ (см. замечание 14). Для простоты будем отождествлять эти множества. Биекция $\Psi$ отображает множество листьев графа $\overline{T}_{X}$ (= множество $X$) на множество листьев графа $\overline{T}_{Y}$ (= множество $Y$), так как листья — это в точности вершины степени 1. Обозначим через $\Phi$ сужение $\Psi$ на $X$, $\Phi=\Psi|_{X}$, и покажем, что биективное отображение $\Phi:X\to Y$, рассматриваемое как отображение между метрическими пространствами $(X,d)$ и $(Y,\rho)$, сохраняет шары. Доказательство проведём индукцией по $|X|$. Сохранение шаров очевидно при $|X|\leqslant 2$. Предположим, что $\Phi$ сохраняет шары если $|X|\leqslant n$, $n$ — фиксированное натуральное число $\geqslant 2$. Докажем, что шары сохраняются и при $|X|=n+1$.